Попался, котёнок.

На ужине Кристину будто перемкнуло, всего за 10 минут её подменили на совсем иную Кристину, которую Катя не видела ни на шоу, ни в реальности, другими словами, эта сторона Кристины ей ещё была не знакома, не исследована ею. Крис и Кристина немало выпили, празднуя новоселье, или как они это называли. Катя не запомнила всех тостов, с каждым бокалом поводов становилось всё больше и больше, пока они не стали идти по третьему кругу. Праздник был действительно в самом разгаре. Кристина почти не реагировала на Катю, не смела язвить в её сторону, нагло подшучивать, или флиртовать. Крис и Оля частенько заговаривались с Катей, интересовались чем-то, смеялись и шутили, но эти моменты Кристина пропускала, делала вид, что в комнате повисла молчанка и молча пялилась в тарелку с едой, пока ей снова не давали дозу внимания. Кристина показывала скуку к особе Кати, хотя и не раз за ужин заинтересованно сверкала глазками в сторону девушки. Кристина успокоилась потому, что Катя перестала "выебываться" и "светить ебалом"? Это была одна из догадок Кати, хотя она не припоминала, когда она успела посветить ебалом и повыебываться. Всё же, какие были мотивы у Кристины? — Кать, чё за хуйню ты включила? Катя резко повернулась. Кристина уже успела сложить одежду в шкаф и сейчас, нахмурив брови, недовольствовала в сторону "подружки". Катя так и не поняла, о чем Кристина. В комнате играл рок, который Катя включила, а этот жанр многим не нравится, как говорят, на любителя. Взяв телефон в руки, девушка выключила музыку и продолжила разбирать вещи Кристины, молча раскладывая их по полкам. — Блять, чё ты дуру строишь? Не понимаешь что ли? – Голос Кристины становился всё более и более агрессивным. Девушка развела руками, выказывая своё удивление и недовольство, уста её слегка приоткрылись, выпуская воздух из лёгких. Катя удивилась такой реакции. Девушка действительно не понимала, что сделала уже не так и чем вызвала агрессию. Она всего лишь раскладывала вещи своей соседки и думала о ужине, то есть почему же Кристина на нем игнорировала Катю. Вопросительно подняв брови, Катя уставилась на Кристину, ожидая ответа. Кепка Кристины так и застыла в руках Кати – девушка и не думала продолжать что-то делать, пока не узнает, что случилось. — Язык проглотила? Блять, не беси меня. – Глубоко вздохнув, Кристина положила одну ладонь себе на лоб и отвернулась от Кати, вздыхая. Катя всё так же была в недоумении. Этот диалог будоражил её, вызывал мандраж, но что делать в такой ситуации она тоже недоумевала. — Ты чего завелась, Кристин? Что случилось уже? – Пробубнила Катя, тонкими пальчиками пытаясь оттереть пятно на кепке Кристины. Уже спустя миг кепка лежала на полу, а Кристина стояла чуть ли не вплотную к Кате. Грудь старшей подымалась и опускалась, выпуская огромное количество горячего воздуха. Внутри Кристины бурлили вулканы, а в глазах ярко горели огни, читалась злость, неутолимая агрессия. Катя понимала, что если сейчас Кристина не ударит что-то, она не успокоится. Так и случилось. Ударив кулаком дверной косяк, находившийся за спиной Кати, Кристина продолжила : — Чё, нахуя холод свой включила? Типо тебе похуй уже на меня? "Спасибо, Кристин, что поклялась мне помогать, а теперь отъебись"? Так мы сработаемся? – Не утихала блондинка, мотая круги по комнате и лишь изредка поглядывая на Катю. — Я же сказала тебе, блять, не выебывайся со мной, ты друг мой. — Кристин, бля, что на тебя нашло? Ты сама на ужине на меня не реагировала, при чем здесь я? Ты меня позвала помочь разложить вещи, я помогаю, что ещё не так? – Катя тоже постепенно повышала голос. Ситуация с Кристиной подбешивала её, Катя начинала понимать, что к ней доебываются. — А чё, мне теперь только над тобой трястись? Так ты ещё и эгоистка? Я в ахуе с тебя. – Кристина напряжённо подняла руки, после чего хлопнула себя по ляжкам, поворачиваясь к окну и отворачиваясь от Кати. Слава Богу, что молчит пока что. Кристина вела себя странно, в её действиях отсутствовала сдержанность, а в словах - логика. Катя так и не сдвинулась с места. Она, нахмурив брови, с беспокойством наблюдала за Кристиной. Сколько бы она не думала и в каком направлении, никак не могла понять, что сделала не так. Кристина позволяла себе то, что запрещала Кате. Кристине можно проявлять холод и игнорировать, но если это делает Катя, то она эгоистка и предательница. Катя не знала, что сделать. Ей хотелось бросить всё и уйти, хлопнув дверью, но она понимала и даже знала, что это лишь усугубит ситуацию. — Почему ты себя так ведёшь, я ведь.. – Не успела Катя договорить, как её уже перебили. — Я как себя веду? Это ты как себя ведёшь? – Кристина и не собиралась утихать, кажется, ей было совсем плевать, что стены тонкие, а кроме них в доме есть ещё Крис и Оля. Её тон становился выше, Катя всё больше и больше чувствовала давление в свою сторону. Самым глупым было то, что это давление было совсем необоснованным, от пьяного, глупого человека, который, как догадывалась Катя, сам не до конца понимает, что говорит и делает. Под мрачной тенью Кристины она чувствовала себя маленьким ребенком, которого мама отчитывала за то, что тот сделал какую-то пакость. Но Катя ничего не делала. Сложив руки на груди, она смотрела прямо на Кристину, пытаясь предугадать её последующие действия. Но, как на зло, ничего не получалось. Глаза Кристины бегали по всей комнате, горели, как леса и жилые дома, руки сжимались, показывая белые пятна на костяшках. Постепенно Катей овладевал недетский страх – это она поняла по мелкой дрожи в руках, которая постепенно усиливалась. Видимо, сейчас Кристина напомнила ей маму. — Ну чё молчишь? Я с тобой разговариваю блять, а не с стеной! Как же тошно сейчас было, теперь Катя не видела никакого другого выхода, кроме как убежать. Ещё немного и Кристина не сможет себя контролировать, а Катя ещё не достаточно хорошо её знала, чтобы в такие моменты оставаться с ней. Катя боялась её. Сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, девушке стало плохо от этих криков, напряжения и проблем. Она немедленно положила свою руку на ручку двери, собираясь уйти, но Кристина успела перехватить её руку. Резкая боль, от которой потемнело в глазах, накрыла всё тело. — Куда собралась? Я разрешала идти? Мы не договорили, Катюш. Теперь страх окончательно окутал всё тело Кати, скомкал все её мысли и выбросил с головы, оставив там только тревогу и чувство беспомощности, небезопасности. От такой безысходности внутренние органы перемешивались и терялись, хотелось кричать о помощи, но одновременно и не хотелось ничего, не хотелось устраивать шоу. Слезы резко брызнули из глаз, Катя уже не видела и не слышала ничего, она лишь чувствовала горячие слезы на щеках и боль в коленах и правой руке. В чувства она вернулась спустя минуту. Сидя на коленях на полу и прикрывая голову руками, девушка горько рыдала, дрожа всем телом, как запуганный щенок. — Чё, как выебываться - мы первые, а как решить всё, как взрослые люди, то в ноги бросаемся и ревём? Блять, Кать, не еби мне мозги и поднимайся, мне нахуй не сдались твои психи. — Грубой тенью стояла над ней Кристина, хватая ту за плечи, руки и талию. Кристина пыталась ту поднять, но Катя боялась, прикрывалась, не давалась в руки, что усложняло абсолютно всё. Кристина немного успокоилась, хотя говорила она так же грубо и агрессивно, еле сдерживаясь, чтобы не обматерить Катю, или, более того, ударить. После такого обращения стало ещё хуже. Слезы лились нескончаемыми ручьями, сердце колотилось, как бешеное, а ноги подкашивались каждый раз, когда Катя пыталась подняться на них. Она не может. А Кристина этого не понимает. — Ты тупая, или мозги отшибло только что? Головой ударилась, или как? Я тебе сказала поднимайся, или тебе помочь подняться? Даже это не помогло, мотивации подняться не прибавилось. Катя напоминала маленький жалкий комок мусора, валяющийся на земле, относились к ней сейчас так же, не волнуясь о чувствах и здоровье. О Кате забыли начисто, сейчас это было какое-то животное, которое хотелось пинать, кричать, смеяться с него, а потом бросить. Это продолжалось, пока у Кристины не лопнуло терпение. Грубыми рывками девушка подняла Катю, чуть ли не вывихнув той руку, и посадила на кровать. Катя не могла открыть лицо, она плакала, хныкала, ныла, как напуганый зверёк, пока бесчувственная Кристина, сложив руки на груди, наблюдала за всем этим свысока. По комнате лежали разбросанные вещи, в углу комнаты чемодан, тут и там лежали бутылки от спиртного, а на столе были разбросаны зажигалка, сигареты и пепельница. Вечер удался. Кристина теперь была счастлива? Ей стало легче? Катя хотела бы это спросить, но она не осмелится и рот открыть, пока Кристина не протрезвеет, или не успокоится. Кристина об этом догадалась. Присев на корточки перед Катей, она силой убрала руки бедной от головы. Кристина грубо взяла голову Кати в ладони и направила к своему лицу, заставляя смотреть на неё. Но Катя не смотрела. — Смотри на меня, Катюш. Но Катя будто не слышала. Она боялась, она нервничала и расплывалась в руках Кристины, не в силах взять себя в руки, как делала это всегда. — Блять, я по-нормальному хочу, Катька блять. Смотри мне в глаза, слышишь? Кать, тебе уебать что ли? В глаза мне, говорю, смотри. Такое агрессивное поведение пугало ещё больше. Кристине не было жаль Катю, но и азарт она не получала от её слез. Катя не понимала Кристину, не понимала, чего она добивается, чего она хочет. Она знала, что является её жертвой, знала, что уже попала в ловушку, но она не знала, какие пытки в этой ловушке её ждут и от этого становилось только хуже. Заплаканные, усталые глаза глядели в глаза уверенной Кристины. В тех не отражалось ни капли сожаления, или тепла. Какой жалостью Катя обливалась, понимая это. Она надеялась, что только из-за слез она не видит сожаления, или печали в глазах Кристины, надеялась, что Кристина просто пьяная и не понимает, что творит, но она не хотела думать, что Кристина умышленно мучает её, не могла. — Вот так, умница. Слушай, Кать, ты не провоцируй меня, прошу. Ты видишь, что со мной происходит. Я творю лютую хуйню и не контролирую это. Меня даже сейчас дёргает, я ебанутая на голову, когда злая, я мутный тип, знаю. Просто мне не нравится, когда мне говорят блять одно, а делают другое, я хочу честности, верности какой-то, а не эту хуйню всю. Просто пойми, я уже буду тётей постарше, я много пиздострадальщины перенесла, предавали меня, предавала я, много предательств, и по второму кругу я идти не собираюсь. – Кристина медленно успокаивалась. Большие зрачки бегали по лицу Кати, разглядывая, интересуясь чертами. Кристина будто искала подтверждения, что её слушают, что её понимают. Она уже не была тем монстром, сейчас она и сама была похожа на усталого зверька. Катя успокаивалась от этого голоса, от этих объяснений, но стоило ей вспомнить, что происходило 5 минут назад, как её накрывало новой волной. Каждый раз Кристина останавливалась и прижимала Катю к себе, разрешая плакать ей в свое плечо. Её массивные руки гладили каштановые волосы Кати, блуждали по чужой спине, постукивая по косточками, ласкали щёчки и ушки. Следа от агрессивной, злой Кристины не осталось, сейчас перед Катей сидел совсем другой человек, который заботился о ней и дрожащими руками вытирал соленые слезы, шепотом умоляя о прощении. Кате становилось легче, истерика исчезала, утихала под горячими руками Кристины, но страх не исчезал. Настроение Кристины менялось поразительно быстро, оно бросалось из крайности в крайность, снося за собой всё живое. Катя всё ещё слегка дрожала, побаиваясь сделать что-то, что вызовет новую волну агрессии у Кристины. Это слишком ужасающе для неё, ведь вторую истерику за сегодня Катя не переживет. Она была права. Срывы Кристины —безжалостные буря, ураган. Они накрывают всех и всё, топят в себе всё живое. Катя была права и в том, что ей не спастись от срыва Кристины. Она не смогла от него спастись в первый же день. Кристина ужасный человек. Теперь Катя боялась её. — Ну всё, не плачь, Китти. Ты ведь поняла меня. Я же сказала, что ты мне понравилась, сказала, что я за тебя, а я баба твердолобая – если уж спизданула что-то, то держу своё слово. Ну, не плачь. Давай знаешь чё сделаем. – Кристина снова что-то придумала, она хотела сделать лучше. У Кати внутри всё задрожало. Сердце уже не колотило, Катя не задыхалась, не дрожала, она радовалась внутри, как маленький ребенок : Кристина хочет позаботиться о ней и их взаимоотношениях, неужели что-то человечное способно в ней ожить в этот момент? Но её радость как резко расцвела, так же резко и сгнила. Кристина больной человек, она действует на Катю. Сейчас Катя не была уверена ни в чем. Ей казалось, что и она теперь больна, нездорова, чокнутая. Она вела себя странно, не нормально для неё самой и это всё дело рук Кристины, от неё Катя чокнулась. Как же страшно осознавать, что тебя убивают у себя же на глазах. — Китти, давай просто без всей этой хуйни дружить, без выебонов и так далее. Я же хочу, чтобы у нас всё было хорошо и чтобы у тебя всё было хорошо. – Как же Катя хотела верить в это. – Ты умная девка, знаешь, что да как надо делать. Катя ничего не знала и ничего не понимала. Чего хочет Кристина? Чтобы Катя похлопала ресницами и улыбнулась во все зубы? "Да-да, Кристин, я всё знаю и всё сделаю"? Но Катя не могла обрадовать Кристину такой реакцией, это было бы грубой ложью. — Я не люблю ложь, Кать. Будь верной мне и всё будет у нас хорошо, ты же моя. С каких пор Катя её? Тело покрывалось мурашками. От одного воспоминания о вчерашнем вечере, внизу живота тянуло, а тошнота в миг подступала к горлу, отдавая дрожью по всему телу. Рука так же болела, даже слегка ныла, теперь Катя уже сомневалась, что Кристина её не вывихнула. Наверное, это было одно из самых тяжёлых утренних подъемов для Кати. Впервые в жизни она боялась встать с кровати, она боялась находиться дома. Теперь дом Крис ничем не отличался от дома матери, теперь Кате и здесь страшно и тошно. Подниматься совсем не было сил и желания, да и какой смысл. Есть все равно не хотелось, а если точнее, ничего не хотелось. Хотелось убежать, уехать, чтобы о Кате забыли все, чтобы её никто даже не знал, хотелось начать жизнь с чистого листа. Но мы не в сериалах для закомплексованных подростков, где главная героиня могла просто уехать в другой город, найти новых друзей, любовь и стать мировой звездой, с идеальной жизнью мечты. Мы не в сериале. С вчерашнего дня к Кате никто не заходил, что необыкновенно радовало её. Хотя, сейчас ей не хватало поддержки. Она хотела бы, чтобы зашла Крис, принесла кофе и спросила, как Катя себя чувствует, обняла её, улыбнулась своей улыбкой, которая заставляет всё ожить и благоухать. Ей Катя бы всё рассказала, выплакалась и сразу забыла бы обо всем, но Катя не может. Телефон девушки уже минут 5 разрывался от сообщений, но ей почему-то дела до этого не было. Не было интереса. Спустя ещё 10 минут, рука Кати наконец потянулась за телефоном. Писала Виолетта – самая близкая и, наверное, самая любимая подруга Кати. От: Виолетта Маинький, чё ты там?) Вчера, 21:44 Ээ, куда ты пропала? Что-то случилось? Или ты игноришь меня? Вчера, 21:50 Блять, Кать, куда ты пропала? Вчера, 23:58. От: Виолетта Доброе утро. 11:09. Как ты? 11:09. Как спалось? 11:09. С тобой всё хорошо? Может мне приехать? 11:10. Нет, ну сегодня мы точно должны выйти и прогуляться. 11:23. С тобой чёт не то. 11:23. Катя дружит с Виолеттой уже 4 года, но не перестает удивляться её интуиции и чувственности, если это можно так назвать. Виолетта всегда была человеком, который первый замечал что-то неладное, у неё будто нюх на это был, чего никогда не было у Кати. Возможно, из-за этого она и удивлялась догадливости Вилки. Не медля, Катя набрала в телефоне сообщение и отложила телефон. Для: Виолетта Вил, это пиздец. Я чувствую себя трупом, как физически, так и морально. 11:26. Я больная. 11:26. При чем не простудой, Вилка, я ебанутая. 11:27. От: Виолетта Чё случилось? Кто тебе такую хуйню сказал?? 11:29. Сообщение от Вилки было в её духе. Она всегда сумела поддержать, изменить мысль на 180° и утешить. Это было, безусловно, от того, что Катя доверяла Виолетте и свято верила каждому её слову. Вилка не способна на предательство, измену, хоть и по ней так сразу и не скажешь. Виолетта активная, веселая, многосторонняя, да, но ещё она верная, как пёс. Сил подняться с кровати так и не было, но лежать тоже становилось страшно. Катя, после вчерашнего, уже примерно понимала, что Кристине не нужен повод для истерики : стоит посмотреть в её сторону не так, как ты автоматически становишься врагом и предателем. Это если ты "подружка", а если левый тип, то, наверное, можно глазом не моргнуть и уехать на карете скорой помощи. Дверь в комнату приоткрылась, вырвав девушку из плена своих мыслей. У Кати сама по себе сжалась челюсть от напряжения. Если это Кристина, то её здесь никто не ждал и ждать не будет. — Доброе утро, систр. К счастью, это не Кристина. Ну, то есть, Кристина, но это Крис. — Доброе утро. – Катя попыталась натянуть улыбку. Ещё 20 минут назад она была уверена, что может рассказать Крис всё, что случилось вчера вечером, высказаться, попросить помощи, но сейчас она уже не была уверена в том, что это ей как-то поможет. Она сама не понимала, почему же она не может рассказать всё Крис, попросить помощи, попросить, чтобы та выгнала Кристину, послала куда подальше и через неделю забыла о ней. В первую очередь у Кати присутствовал страх, но чего? Она просто не хотела, отчего-то она себе этого не хотела позволить. Выхода не было - так она хотела думать. – Как спалось? — Я спала, как мертвая, это пиздец. – Крис схватилась за голову, забавно хихикая из-за воспоминаний о вчерашнем. У кого-то вечер прошел хорошо. – Я налюлюкалась так, что ого-го. Теперь голова болит пиздец, но вечер был вполне приятным.– Довольная улыбка растянулась на лице Крис. Кате и додумывать ничего не стоило, она сразу поняла, почему же этот вечер для Крис стал приятным. Развратная штучка. — А Оля что? – Катя хихикнула вместе с Крис, расцветая на глазах. От разговора с Крис с души будто спадал камень, становилось легко, блаженно. Уже и не было желания вспоминать что-то плохое, сейчас хотелось лишь посмеяться с Крис и пойти завтракать с Олей, по дороге пританцовывая, как ребенок. Но все эти беззаботные мысли снова и снова перечеркивали слова "Кристина Захарова". — Завтрак готовит сладкая. Идём, посидим на кухне, а то я и с тобой хочу быть, и с ней. — Идём. – Катя уже поднялась с кровати, собираясь идти, как ни в чем не бывало, но вдруг она резко затормозила. Не так быстро.– Крис, Кристина есть? — Кристина будет только после обеда. А что такое? Соскучилась?– Ох уж эти шутки Крис. Знала бы, что она травит. — Естественно. Соскучилась.