Не спрячешь

Я не хочу без тебя спать.

Я не хочу умереть в кровати.

Я не хочу без твоих объятий.

Невыносимо тебя желать.

© Нервы )))

Понедельник. Утро. Труп, найденный в офисе компании, занимающейся изготовлением товаров для животных. Работающие камеры непосредственно в кабинете? Ай, нахер. Только парочка по этажу и ворох наложенных друг на друга отпечатков. Предполагаемых подозреваемых около 20-ти. Все они сотрудники этой компании, однако, на момент убийства на рабочем месте не присутствовали. Тело обнаружила уборщица, взахлеб рыдающая напротив. Золдик побарабанил по столу и наклонился, стараясь придать голосу максимальное сочувствие. Тетку безусловно жалко, никому бы не захотелось видеть подобное. Правда вот... - ВСЕ! ВСЕ В КРОВИ! В ПЯТНИЦУ Я ВЫМЫЛА ПОЛ С ХЛОРКОЙ! КАЖДЫЙ УГОЛ! И ДАЖЕ ПЛИНТУСА! А ТЕПЕРЬ ТАМ ВСЕ В КРОВИ! - Да, очень обидно, - Киллуа кивнул, подпирая лицо ладонью. Женщина дрожаще вдохнула и снова всхлипнула, размазывая сопли по кулаку. Еще раз повторила, что ничего убирать не собирается и была отпущена за ненадобностью. Дальше по списку был охранник. Золдик болтал чашку, наблюдая, как грузный мужчина опускается в кресло. Крепления жалобно скрипнули. Мужичок уселся, опасно качнувшись, и насупился, угрюмо сверля поверхность стола. Золдик отхлебнул, отставляя спасительное стекло. - При нашей первой встрече вы говорили, что уснули. - Уснул. - И ничего не слышали? Ни криков? Ни шума борьбы? - Нет. - Совсем ничего? Мужчина помотал головой, скребя большой палец желтоватым ногтем. Киллуа уперся в стол и заговорил тише. - Мистер Эдвардс, посмотрите мне в глаза. Ваше помещение находилось через офис от кабинета, где произошло убийство. В потолке были вентиляционные решетки, объединенные общей системой, к тому же сами стены очень тонкие. По сути, гипсокартон. Я ни за что не поверю, что вы ничего не услышали. Охранник вздрогнул. Разогнулся и наконец поднял голову, ухватываясь за край стола. - Я... я клянусь вам! - В это трудно поверить, - Золдик сложил руки на груди. Мужик не врал, но и не договаривал. - Вы ведь понимаете. На данный момент мы ищем убийцу. Не добавляйте мне повода, задерживать вас больше, чем необходимо. Расскажите правду, - блондин расслабил плечи и улыбнулся. - Я 6 лет в этой профессии. Я вижу, что вы не плохой человек. Просто оказались не в том месте и не в то время. Но на данный момент проходите как подозреваемый и я, - он похлопал себя по груди, заглядывая в глаза. - Я ваш самый лучший друг. Я на вашей стороне. Вы можете мне доверять. Расскажите все. Мужчина влажно моргнул. Вскинул руки, прижимая к лицу, выдохнул в ладони, стиснув широкие бедра. Напуган. Но характер переживаний отличается от страха быть пойманным. По тому, как ведет себя с момента обнаружения тела явно потрясен и расстерян. Он медитативно дышит еще около минуты, когда наконец подает голос. - Меня... меня уволят... - Мистер Эдвардс, поверьте, - Золдик вскидывает бровь. - Увольнение - это меньшее, чего вам стоит опасаться прямо сейчас. Мужчина кивает и мнется, шумно втягивая носом. Золдик тоже придвигается, упираясь локтями. Блин, не то, чтобы он был специалистом по алкашам, но отечность на его лице заметил сразу. Причем сильную. Охранник растер красную щеку и захрипел. - Я выпил. Бутылочку пива. - Сколько именно? - Пя... пять... 2-х литровых... - Почему вы пили на рабочем месте в тот день? Мужичок поджал губы и снова уткнулся в ладони, начиная дрожать плечами. - Я недавно развелся... Упился в хлам, значит. Его алкогольные приключения подтвердила бывшая жена, к которой он завалился на утро, так и не проверив офис на наличие посторонних. Крайне амебное состояние отметил таксист, тащивший увесистое тело прямо до порога квартиры из чувства сострадания. Мужик всю дорогу ревел, а после уснул прямо в коридоре. Его рассерженная жена накрыла его одеялом и даже стянула обоссанные штаны. В подобном состоянии тот с довольно низкой вероятностью смог бы сделать точный выстрел в затылок убитого, в ту ночь работавшего сверхурочно. Да и мотивов не было. Остальные сотрудники подтвердили, что человек он был хороший и приветливый, хоть и пьющий. Начальство на его зависимость глаза закрывало. Следующим был бухгалтер. Судя по тому, как стиснул челюсть, сидя в комнате ожидания, крайне не рад, что проходил подозреваемым, да еще и был вызван в свой единственный выходной. Оно и понятно. Никому бы не понравилось. Однако, когда был приглашен в кабинет сразу изменился в лице и на все активно кивал головой. Золдик поковырял керамическую ручку и придвинулся к столу. - Так вы были в хороших отношениях с этим сотрудником? - В хороших! - Конфликтов не было? - Нет! Никаких конфликтов! - Забавно, - Киллуа отклонился на спинку, качая лаковым ботинком. - Я разговаривал с вашей коллегой. Мисс Бинс, если не ошибаюсь. Она рассказала, что вы частенько ссорились из-за просроченности некоторых бумаг. И даже подрались на корпоративе, когда вас обоих лишили новогодней премии из-за накладки с поставками. Мужчина выровнялся. Поджал губы и шлепнул по столу. - А ЭТА СУЧКА РАССКАЗАЛА ВАМ О ТОМ, КАКУЮ СУММУ Я ТОГДА ПОТЕРЯЛ?! - Около 500-та долларов? - 1000! МЕНЯ ТОГДА ЛИШИЛИ ЦЕЛОЙ 1000! ВЫ МОЖЕТЕ СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ?! - И вы подрались? - Я ВСЕГО ЛИШЬ ТОЛКНУЛ ЕГО! - Вы толкнули его на стол. Из-за стекла от разбитых фужеров ему пришлось даже зашивать руку. - ЭТО ОН ВИНОВАТ! ИЗ-ЗА НЕГО МЕНЯ ДЕПРЕМИРОВАЛИ! - Я вас понимаю. Это действительно очень обидно. Почему так получилось? Брюнет поправил очки и сцепил руки в попытке успокоиться. Прибывшие на место сотрудники сказали, что видели его смеющимся, когда тот заходил в туалет. После он оправдывался, что просто вспомнил смешной анекдот. Странная реакция. Вспышки агрессии и явная неприязнь к убитому коллеге. Золдик постучал ручкой, выжидающе качнувшись на стуле. Мужчина продышался и продолжил. - Он просиживал часы на рабочем месте! То трепался у кулера с этой суч... с мисс Бинс, то ходил курить свои вонючие сигареты! Он делал свою работу плохо! Из-за него мы все время выбивались из сроков! Я жаловался, но начальство ничего не предпринимало! В конце концов, меня лишили крупной суммы денег из-за того, что он не сделал свою работу вовремя! - И вы злились? - Конечно! - На столько, что могли подкараулить его в ночную смену? Золдик немигающе уставился на мужчину. Бухгалтер побагровел и смачно ляпнул по столу. - Я БЫ НЕ СДЕЛАЛ ЭТОГО! У МЕНЯ СЕМЬЯ! Я ПОРЯДОЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК! Киллуа поковырял в ухе. Еще годик, другой и точно придется покупать слуховой аппарат. Мужчина продолжил кричать, пока не начал заикаться. Допрос пришлось остановить, чтобы тот мог попить и придти в себя. Его 7-летняя дочка сказала, что он пришел позже, чем обычно, но принес сладости, а после они сразу же отправились на запланированный поход в детский центр. Женщина в кондитерском, на который он указал, подтвердила, что он зашел в 8 вечера, дотошно расспрашивал ее 20 минут о составляющей теста, а затем купил пакет шоколадного печенья. В центре их также видели вместе. Его дочь купалась в бассейне с пластиковыми шариками, он фотографировал. А после поссорился с чьей-то матерью, когда его непоседливая дочурка стукнула чужого карапуза поролоновой звездой по башке. Ммм... Что ж, специалисты указали предполагаемым временем убийства интервал с 11 до 1 часа ночи. Ушел нервный папашка за 15 минут до закрытия. То есть в 11.45. Не успел бы. Через весь город бы ехать пришлось. Да и после находился дома с семьей. А делиться почкованием люди, увы, не умеют. Иначе Золдик давно бы спал дома, а не разгребал бы весь этот срач. После были опрошены еще двое. Золдик просмотрел бумаги и поднялся, хрустя плечом. Потоптался у входа в участок, задумчиво дымя. Затем поднялся в офис, споласкивая чашку. Аппарат шумел, намешивая целебный напиток. Тарахтел старенький кондиционер. Позади хлопнула дверь. Когда-нибудь она просто отвалится, учитывая ржавость петель. Но пока держится. Золдик тоже пока держится. Хотя 10-ая кружка кофе за день уже явный перебор. Золдик тоскливо сербнул и махнул приятелю. Куруто закатал рукава пиджака и пошелестел стопкой бумаг. - Что-то новенькое? - Ага, - блондин вытянул листок. Золдик вгляделся и булькнул. - Резиновый елдак?.. - Именно. Нашли в мусорном ведре. С его, эм... днк на поверхности. - Это что же... сначала словил в очко, потом в голову?.. - Видимо, так, - блондин затянул волосы в маленький хвостик и пристроился рядом, топя чайный пакетик в кипятке. Золдик всмотрелся в желтоватые разводы и снова отпил. - Как у тебя? Есть интересные кадры? - Ммм, пьющий охранник, бухгалтер с замашками истерички и молчаливый аналитик, все время бегающий глазами, - Золдик хохотнул, пожимая плечами. Отпил и сморщился, накидывая сахарных кубиков. - А у тебя? Курапика звякнул значком и опустил стопку на стол. - Мисс Бинс призналась, что состояла в интимных отношениях с нашим погибшим. Золдик изумленно замычал. - Он же женат. - Ага. - Ты поговорил с его супругой? - Да, она была в курсе. Киллуа вздохнул, снова прикладываясь к стеклянному краю губами. - Значит, на одну подозреваемую больше. - Вроде того. - Она вела себя странно? - Сказала, что расцарапала бы ей лицо. Когда проходила мимо, то крикнула, чтобы та горела в аду. Весело. - Не то слово... Значит, убитый тыкал членом в коллегу и имел специфические наклонности. У его жены поехала крыша? Но жены обычно импульсивны. Могли ударить стулом, или бутылкой, или пырнуть ножом. А тут чистенько и аккуратно. Просто дырка в башке и никаких следов чужой неосторожности. Не похоже... В прочем, Золдик не может знать наверняка, потому попросил оставить крикриливую тетку в участке. Допрос продолжился. Был разговор с еще одним охранником, который не мог объяснить, куда пропал его табельный пистолет. Затем повторная беседа с женой горе-любовника, посещавшей офис в тот вечер. Затем перерыв, в который Золдик все равно сидел над бумагами, снова и снова перечитывая все имеющиеся на руках зацепки. Если подумать, то все, кроме неудачливого пьянчуги, казались ему подозрительными. А в приватной беседе так и вовсе пытались обвинить друг друга, рассказывая все больше и больше новых подробностей. В правдивости которых Киллуа, однако, сомневался. Дело пахло тупиком. Что-то не сходилось. А "висяки" для Золдика были как кол в жопе, про который не забудешь, пока с него не слезешь. В случае с этим убийством. Пока не найдешь виновного. Ночью спалось хреново. Подушка стучала в ухо. Ранний подъем маячил, как грозовая туча на горизонте. Подозреваемые надоедливым калейдоскопом снова и снова шелестели в голове. Золдик крутился, но все же уснул. А по приходу в офис обнаружил конверт на столе. Эх... - Ооо, тебе опять любовное письмецо прилетело? Золдик обернулся на приятеля. Мужчина поправил очки и уперся в стол. - Откроешь? - А зачем? - ТО ЕСТЬ?! - Паладинайт хлопнул по столешнице и зашипел. - Тебе тут барышня старалась! Писала! Даже конверт чмокнула розовым блеском! А ты даже не посмотришь?! Да я бы за такую прелесть... - Дарю, - Киллуа молча пододвинул конверт ошалевшему брюнету и стал лопатить папку. Паладинайт шикнул и придвинул его обратно. - У тебя никакой личной жизни! - У меня работа. - Работа работой, но жить то надо! - мужчина склонился и постучал по бумажному прямоугольнику, изучающе оглядывая шумный офис. - Как думаешь, от кого на этот раз? - Мне не интересно... - Да, ты! - О чем беседуете? Оба дернулись. Золдик тут же подорвался, выравниваясь. Паладинайт неловко хохотнул и сныкал письмо за спину. Капитан участка широко улыбнулся. Золдик в чужую улыбку всмотрелся и тихо вдохнул. Начальник у них был потрясающий. Молодой, по сравнению с остальными, но талантливый и способный, потому и продвинулся по службе заслуженно быстро. И коллектив сплотил, и статистику поднял, и полномочиями не злоупотреблял. Одним словом, золото. Потому спокойно мог с подчиненными и выпить, и покутить, и просто пошептаться. Киллуа начальника обожал. И это мягко сказано. Раньше не уходил. Работал от и до. Иногда и ночевал в участке. Ведь все, что они сделать не успевали, доделывал капитан. Как только личными делами заниматься успевал... Загадка. Остальные мужики в погонах его порой дразнили. Мол, глава отделения, а вечно в мятой рубашке и лохматый. Золдик только зубами скрежетал, пока тот неловко смеялся, зачесывая темную капну назад. Их отдел преуспевал благодаря ему. Капитан в участке почти жил, вот и не выглядел как остальные, зализанные и выспавшиеся. Золдик это сборище накрахмаленных идиотов переваривал с трудом. От повышения отказался и остался здесь. Паладинайт хохотнул и отдал честь. - Вас же в главный офис забирали. - Я с делами уже разобрался, - мужчина почесал щеку и повернулся к Золдику. - Как вы тут? Мне сказали, что дельце попалось скверное. Уже неделю боретесь. - Улик маловато, - Леорио почесал подбородок. Золдик тоже хотел добавить от себя, но замер как истукан. Вот всегда так. Только рядом окажется и будто язык в жопе... Начальник кивнул и уперся в бока. - Хочу на место прокатиться, - он накинул сложенный пиджак и пристегнул жетон. - Украду нашего следователя, хорошо? - Хорошо! - Паладинайт толкнул Золдика в спину. Золдик грозно зыркнул через плечо и тут же прижал ладонь к виску. - Я с радостью! - Тогда поехали. Капитан помахал остальным, приветливо машущим в ответ, и зашагал к выходу. Золдик шустро пошел следом. Только с головняка вернулся, а уже новой работой завалили... Плохо. Киллуа то надеялся, что с делом разберется до его возвращения. И по долгу службы и чтобы... похвалили. Хотя капитан и так хвалил. Все время. Как тут не пахать, когда так верят. Старшим следователем назначили, в напарники взяли, доверяют. Да и есть чему поучиться. Фрикс - профессионал. Глазом глянет и подмечает то, что всей командой в упор не видели. Потрясающий человек... В лифте Золдик становится подальше. Нечего личное пространство его занимать. Да и рядом когда стоишь... Аж в груди щемит. У него ведь... даже имя милое, прости господи... Гон. Вроде простое, а во рту сладко. И сам он мужчина на редкость красивый, хоть и ниже Золдика на целую голову. Ниже, но ему это только в плюс. И добрый. Очень добрый. Даже через чур... А еще крепкий, но худенький. Секретарь его вечно накормить пыталась, но тот лишь отшучивался. Золдик и сам переживал. Ел Фрикс или на ходу, или вовсе не ел... Но по уровню полицейской подготовки не уступал никому. И стрелял метко, и с гражданскими мог доверительные отношения наладить. Даже молчунов к себе располагал, распутывая дела как огромный клубок. Золдик жует губу, накручивая изнанку карманов. Чего греха таить... Он и сам бы к нему поближе расположился... Фрикс завозился с галстуком и обернулся, неловко шепча. - Я с узлом напортачил... Затянуть не могу. Подсобите? - Конечно, - Золдик подшагивает вперед. Распускает темную ткань и снова накидывает, закладывая под воротник. Поправляет, стараясь дышать как можно реже. Он за годы наловчился уже. Лицом себя не выдаст, но в груди колотится так, что руки взмокают. Начальник с галстуками не ладил. Или вовсе без них ходил, или кое как закручивал, отчего тот болтался. - Спасибо, - Фрикс улыбается, поднимая голову. Золдик сверлит чужой кадык взглядом. В лицо смотреть нельзя. Там не глаза, а омуты. Пойдешь на дно, не успев даже булькнуть. И носик такой, что хоть собственным галстуком душись. Прелесть. Еще и веснушек столько, будто солнышко каждый день целует. Его начальник и сам как солнышко. Аж светится. Золдик поджимает губы, кусая себя за язык. Затягивает узелок и кивает. - Не давит? - Нет! - брюнет трогает его руками и восхищенно охает. - Здорово! У тебя так хорошо получается! Я как не учусь, не выходит. Вечно развязывается. Извини, что вечно напрягаю с этим... - Рад помочь. Напрягайте почаще. Я бы вас лично и одевал бы, и... Ох... Золдик потирает переносицу, пока они забирают зимние куртки. Пальцы пахнут чем-то еловым. Может масло такое, или парфюм. Очень по-мужски. У начальника хороший вкус. Фрикс застегивает объемный пуховик. Золдик запахивает черное пальто, наматывая шарф. Затем ловит его на обледеневшей ступеньке, пока тот звонко хохочет, повиснув у него на руках. Просит быть осторожнее и открывает дверь автомобиля, пропуская на водительское место. Начальник водит отлично. Пока прогревает замерзшую тачку, Киллуа берет заученный наизусть утренний набор в кофейне неподалеку. Фриксу эспрессо. Двойной. И блинчики с яблочным повидлом. Золдику только латте, потому что есть при нем он не сможет. Проверено... Брюнет шустро жует и ищет кошелек в заднем кармане. Киллуа ставит стаканы на панель и мотает головой. - Ничего не надо. - Он денег стоит, - мужчина пыхтит, задирая пуховик. Золдик разглядывает круговорот в стаканчике. - Это мелочь. Не надо. Фрикс недовольно мычит, все же укладывая руки на руль. - Тогда подсуну эту мелочь тебе в карман! Золдик смотрит на кончик розового языка. Сморщенный нос. Ловкие пальцы, легко выворачивающие 2-х тонный кусок железа из снежной колеи. Пожимает плечами и улыбается. - Как скажете. Снега за ночь навалило щедро. Так, что улицы тонули. Когда выбрались из машины тоже провалились по колено. Фрикс обстукивал ноги перед входом. Золдик держал дверь, умилительно разглядывая. Начальник в этом зеленом пуховике как мягкая игрушка. Только челка торчит из-под капюшона. Правда в сапоги снега насыпалось столько, что тот один стянул, оставшись в белом носке. Похлопал по подошве и хохотнул. Золдик тревожно склонился. - Может внутри высыпите? - Не! Зачем им там грязь разводить. Я тут. Быстренько. Золдик потянул носом. Он же, считай, босиком. Прямо на грязном половике. Ужас... Там ножки то той. 40-ой размер. Крошечная. Не нога, а лапка кошачья. До машины назад можно было бы и вовсе на руках донести, чтобы снова не засыпалось. Вдруг, он носки вымочет. Простудится. Фрикс затянул шнурки и еще раз бодро потопал об железную решетку. Золдик распутал шарф, грустно вздыхая. Снова не о том думает... Начальник шел впереди, на ходу расстегивая пуховик. Золдик вынимал бумаги из папки. Они миновали приемную, когда из-за угла вывернула уже знакомая уборщица в белом халате. Всплеснула руками и взвигнула. - ЕТИТЬ! КАК ВЫ ЗДЕСЬ НАСЛЕДИЛИ! Фрикс посмотрел вниз и охнул. - Простите, пожалуйста... Золдик окинул пол с множеством уже белесых, но явно ЧУЖИХ следов и поднял голову. Подошел к неловко замершему Фриксу сзади и впился в тетку глазами. Каждой фиброй души донося немое, но вполне емкое.

Завались.

На моменте, когда до удушения добрый начальник предложил самому тирануть пол тряпочкой, вмешался охранник в завязке. Ну, так он свято пообещал. Мужичок вывалился из подсобки и приветливо махнул. - Здравствуйте, вы в офис? - Доброе утро! Да, - Фрикс отвлекся и выбросил руку, тут же сжимаемую крупной ладонью. - Я вас провожу. Идемте! - Секунду, мы тут пол немного... - Не стоит, милок! - сраженная тетка хлопнула тряпкой об ведро и покачала головой. - Идите-идите, вы ведь по делу. Фрикс еще раз извинился и шмыгнул на лестничный пролет. Золдик закусил шарф и пошуршал за ним. Начальник не промах. Золдик знает. Если тот захочет, в лоб выскажет все, что держит на языке. Честный. Золдик его честность уважает. Очень. Но в подобных ситуациях держится с трудом. Любимого начальника обижать не позволит. Никому. Но и самому не сдержанным грубияном показаться не хочет... Куртки оставили внизу. Опечатанный кабинет открыли. Переобулись в бахилы, хотя здесь и так все исползали вдоль и поперек. Дошли до середины помещения и огляделись. Охранник откланялся, повторив, что чуть что, будет сидеть у себя. Золдик предвкушенно замер, разглядывая спину в белой рубашке, выбившейся из-за пояса наполовину. Фрикс покрутился и сосредоточенно заговорил. - Подоконник проверили? - Да, начальник. Следов нет. Вошли явно через дверь. - У кого был ключ? - У секретарши, бухгалтера, двух охранников, аналитика и убитого. - Ключ магнитный, верно? - Фрикс потрогал электронный разъем на двери. Золдик кивнул. - Да, начальник. - Кто входил последним? - Убитый. Брюнет подпер подбородок, потирая линолеум шелестящим носком сапога. Обвел помещение глазами, натянул перчатки, пооткрывал ящики стола, высунулся в окно. Золдик встревоженно замаячил сзади, не решаясь ухватить брюнета за ремень брюк, пока тот свешивался из окна наполовину, разглядывая пластиковый выступ с нижней стороны. Бесстрашный, ух. Фрикс шлепнул оконной рамой. Опустился в кресло, упершись в стол, затем откинулся на спинку, провернувшись туда-сюда. Подхватил пустое ведро и поднял голову. - Мусор проверяли? - Да, начальник. Нашли разорванные докладные со следами явных финансовых махинаций. Пачку сигарет и, эм... Золдик вспыхнул. Брюнет стукнул ведром об пол и кивнул. - И? Киллуа глубоко вдохнул и постарался звучать, как можно громче, хотя голос все равно дал осечку, засипев на последнем слове. - И резиновый, эм... фаллоимитатор, начальник. - Какого цвета? - Фрикс беззаботно пошурудил под тумбочкой. Золдик замер на мгновение, но быстро нашелся. - Голубой. - Голубой, - брюнет поднял взгляд, мгновение разглядывая глаза напротив. Затем приподнялся и потрогал край стола, но уже с другой стороны. - Оооо! - Фрикс погладил немного стесанные края и поманил пальцем. Золдик пристроился рядом, опасливо вдыхая. - Наш криминалист описывал их в отчете. - И что заключил? - брюнет обошел и присел на корточки, ковыряя облупленный край. Золдик заложил руки за спину и склонился. - С этой стороны, как правило, сидел клиент. Возможно упирался при беседе. Жертва, однако, была убита именно на столе. Это доказывают брызги крови на стене и полу. Фрикс согласно разворошил затылок и повернулся к столешнице, задумчиво барабаня по дереву. - Из сотрудников в офисе был только он? - Да. Также, - Золдик пошелестел папкой. - Примерно в 10 к нему заходила жена. Они поругались, после чего она ушла. Это подтвердил охранник. - Он на тот момент уже был пьян? - Эм, не совсем, он только начал распивать. Но лично закрыл за ней дверь в вестибюле. Фрикс кивнул, указывая на стопки бумаг. - Что можешь сказать о его рабочем месте? - Остальные сотрудники описывали его как не очень опрятного работника, но личный стол выглядит чистым. В отличие от остального кабинета... - Киллуа помял бумажный край, обводя завал из коробок у стены. - Только на столе все бумаги лежат аккуратными стопками. - Верно, - Фрикс снова обернулся к столу и почесал нос. - Он на этом столе лежал. Это доказано. Убили выстрелом в затылок. Стрелявший находился сзади... Фрикс уперся в столешницу локтями. Золдик уставился на обои в цветочек. Начальник не редко воспроизводил ход преступления. Запросто ложился даже на грязный пол. Просил сесть сверху и поугрожать пистолетом. Со стороны могло выглядеть чудаковато, но Киллуа мотивы капитана понимал прекрасно. Хочешь увидеть больше? Поставь себя на место жертвы. Или убийцы. Смотря, какая сторона вызывала больше вопросов. Если начальник решит и сейчас повторить события. Лечь на стол... Этими своими обалденными бедрами... Тахикардия старшему следователю будет обеспечена. Капитан сзади - произведение искусства. Золдик покосился на участок золотистой кожи возле ремня. Фрикс задумчиво помычал и вскинулся. - Подсобите? - Конечно! - Тогда ложись. Киллуа отложил документы и неловко замер. - Я?.. Фрикс весело хлопнул. - Ага. Золдик помялся, но лег, тактически прижав кулак к губам. Начальник пошуршал сзади и склонился. - Что видишь? Киллуа опомнился. Процесс обучения уже пошел. Фрикс всегда давал возможность проявить полученные навыки в деле. Золдик опустил голову и удивленно моргнул. - Пятна на полу. Слюна?.. Экспертиза установила, что она принадлежит ему? - Ага. Золдик удивленно обернулся. Он новые результаты еще не получил. Начальник будто и без них видел всю картину на плоскости. Круто. - В отчете указывали про пятна и с другой стороны. Их тоже взяли на анализ. - Ага. Сперма. Тоже его. Что об этом думаешь? - снова шелест. Золдик покусал кончик языка. - Эм... мастурбировал?.. Слюна могла попасть на пол в результате борьбы. Но следов физического воздействия на его шее замечено не было... Его не душили, но тогда... Киллуа потер лоб. Позади звякнула кобура. Запахло елью и чем-то свежим. Золдик замер, вцепившись в облупившийся край как за спасательный круг. На поясницу легли чужие раскаленные пальцы, ясно ощутимые даже через слой ткани. - Следы физиологической жидкости по обеим сторонам стола, - начальник явно улыбнулся, сминая его пиджак. Золдик прижал ладонь ко рту, согласно кивая. Кивнуть, то он кивнул, но мозги закипели. Начальник человек простой и открытый. Мог спокойно и по спине похлопать, и обнять, и в щеку чмокнуть... А Золдику с этим справляйся... Киллуа выдохнул, приводя мысли в связный поток. Вздрогнул, когда брякнула пряжка ремня и едва сомкнул губы, чтобы позорно не пискнуть. Начальник коротко прижался сзади и хохотнул. - Ну? Золдик отмер и ляпнул себя по лбу. - Половой акт! - Верно! - Фрикс улыбнулся шире. - Плюс ко всему, найденный атрибут в мусорном ведре и... - брюнет нырнул в задний карман. Золдик с трудом уперся и сел, разглядывая запечатанный пакетик с накладным красным ногтем внутри. Он эту улику видел. При допросе секретарша утверждала, что могла обронить его задолго до этого. Киллуа отчаянно старался не думать ни о чем, кроме представленной улики. Перенял пакет, но все равно уставился на начальника, довольно упершегося в бока руками. Кожа на пояснице продолжала гореть... Он же к нему прижался... Сзади... - Тут старались двое. - Но на дил... на фаллоиммитаторе не нашли никаких следов, кроме днк жертвы, - Золдик слез со стола, подхватывая документы взмокшими руками. - Вряд ли секс с рассерженной женой... Мисс Бинс? Но как проникла в офис? Брюнет потянул носом и обернулся на дверь. - А она его и не покидала. - Но остальные кабинеты не открывались. Туалет тоже на магнитном ключе. Да и ее бы заметили... - Золдик потер запечатанный край, выровнялся и коротко вдохнул. - Спряталась! Она спряталась! - УМ-НИ-ЦА! Начальник звонко щелкнул, провернулся в бахилах и стал открывать нижние ярусы у шкафов, вынимания папки с документами. Золдик тоже присел, помогая выгрести с самого большого отсека. - Она миниатюрная, - продолжил Фрикс, оглядывая пустое пространство. - Да и отпечатки на бумагах легко бы объяснила. Все ведь их трогают. Только вот... - он забрался в ярус и ощупал крепления сверху. - Если сныкалась сюда, то точно... Чем-то бы зацепилась. Начальник уселся на пол, показывая находку. На резиновом покрытии лежал светлый клок. Золдик от восхищения чуть не задохнулся. Они застегивали куртки, когда он все же не удержался, закручивая пояс на пальто. Фрикс возился с молнией. - А как... как быстро вы поняли? - А я ничего не понял, - мужчина тихо засмеялся, вжикая по самое горло. - Просто не похоже это на одинокое самоудовлетворение. Скорее на сексуальный порыв. Ведь в личных вещах убитого мы подобное не находили. В интернет-запросах тоже. И цвет, - он натянул капюшон, поднимая голову. - Голубой. Цвет спокойствия и умиротворенности, - он почесал щеку и принялся стягивать бахилы. - Для человека, все время выпячивающего свою маскулинность выбор весьма неожиданный. Золдик опустил шелестящий комок в мусорку. - Вы поняли... по цвету? - Не, просто подумал, что он бы с ним в причинном месте крайне глупо смотрелся. Фрикс неловко хохотнул, толкая дверь плечом. Махнул охраннику и пропустил Золдика вперед. Снега на улице будто насыпало только больше. Даже очищенные ступени замело. Фрикс глубоко вдохнул и стал спускаться. Сейчас снова снега наберет сапогами. Золдик недовольно засопел. Может все-таки предложить... - А что у нее по алиби? - Маникюр у подруги. Подруга подтвердила. - Хорошая подруга, - Фрикс замычал, оборачиваясь. - Соврала о времени? - Допросим ее более тщательно, начальник. Золдик выдохнул в шарф, заметил слегка сощуренные глаза напротив и перешагнул через одну ступеньку, становясь поближе. Начальник спрятал руки в карманы, продолжая заглядывать в лицо. - Гон. - А?.. - Зови меня по имени. А то "начальник-начальник". Мы ведь не первый год вместе работаем. - Вы старше по званию... - Я твой напарник, - брюнет боднул плечом. - И друг... Так что давай по имени, хорошо, Киллуа? Золдик стыдливо кивнул. - Хорошо... Фрикс просиял, снова приваливаясь сбоку. Пошелестел курткой и широко улыбнулся. Очаровательный. Какой же он очаровательный... - Допросим ее вместе? - Был бы рад, хочу посмотреть, как вы... НАЧ...!!!! Корка льда добавила вечеру красок. Фрикс шагнул на следующий выступ, охнул и навернулся в свежий сугроб. Засмеялся, утирая белые хлопья с лица, вытянулся на снежном полотне, пока Золдик испуганной птицей метнулся к нему. Затем сел, потирая перепачканную в реагенте ногу, попытался встать, но снова шлепнулся, продолжая хохотать. Вроде и пересчитал ступеньки спиной, а веселье в глазах так и плещется. Непробиваемый человек. - Не начальник, а Гон!! - ВЫ ЦЕЛЫ?!! - Я огурцом! Новая попытка подняться, однако, успехом не увенчалась. Золдик и сам проскользил на последних ступенях, но равновесие удержал. Встревожено попыхтел и опустился на колени, пропихивая под объемный пуховик руку. - У меня хороший протектор на подошве, - блондин смял синтепон и поднялся. Фрикс ухватился за шею, ткнувшись в воротник. А легкий то какой... - Я тебе пальто вымажу! - Мелочи, - Золдик увяз в сугробе, но стоял в разы прочнее, а потому тут же подкинул свою драгоценную ношу, оперативно топая в сторону припаркованной тачки. Коммунальщики в этом году явно без праздников останутся. - Если вы не против, я вас донесу. - Не против, - брюнет кивнул, моргая слипшимися ресницами. Длинными. Очень. - Киллуа. - М? Брюнет грустно вздохнул, поджимая губы. - Чот нога болит... Паладинайт поклацал по заевшей клавише, профилактически шлепнул ноутбук и вздрогнул. Дверь ляпнула об настенный плакат с зайчиками в корзинке и грустно заскрипела, пропуская заснеженную фигуру внутрь. Золдик прошелестел до кресла и усадил в него Фрикса, приподнимая ногу и начиная развязывать шнуровку на голени. Наполнитель зеленого пуховика собрался складками. Брюнет утонул в воротнике и сипло зашептал. - Я и сам могу... - Мне не сложно. Отдыхайте, - блондин стянул сапог и потрогал эластичный бинт. Сухой. Это хорошо. В больнице затянули на славу. Киллуа стянул второй и пошел за сменной обувью, хранящейся в шкафу. Паладинайт подкатился в кресле и беспокойно склонился. - Упали?.. - Ногу подвернул немного, - Фрикс поболтал перемотанной пяткой и расстегнул пуховик, выпутываясь из рукавов. Выудил найденную улику и протянул удивленному мужчине. - Смотри-ка! - Волосы? Сдать на экспертизу? Золдик вернулся с парой резиновых тапочек и снова присел. Фрикс замычал, похлопывая его по плечу. - Да, не парься ты так... Не перелом же... - Растяжение - это опасно! - Киллуа обернулся к приятелю. - Сдай, но мы уверены, что они принадлежат подозреваемой. Паладинайт поскреб щетину. - Ух, где нашли? Фрикс неловко улыбнулся, провожая широкую спину глазами, а через мгновение получил горячую чашку. Золдик как пуля. Будто руки не две, а восемь... Тот уже поставил сапоги под батарею и притащил плед. - В шкафу. Киллуа, я не замерз... - У вас ледяные лодыжки, - Золдик подоткнул пушистый край и разогнулся, закатывая рукава рубашки. - Мы заскочили только улики завезти и включить в протокол, затем отчалим, - он повернулся к Паладинайту. - Дай мне результаты экспертизы и папку. Назначу время допроса этим дамочкам. Мужчина поправил очки и кивнул, поднимаясь. Фрикс булькнул в чай, проворачиваясь на стуле. - А я?! Золдик остановился в дверном проеме, оборачиваясь на взъерошенного брюнета. Как воробушек, ей богу. Так жалко его ногу... Если бы Киллуа не зазевался... - Могу заказать что-нибудь. Перекусите. - Да нет же! Дай, хоть позвоню им сам! Киллуа немного нахмурился. Начальник упертый, от допроса не откажется. Будет и дальше ходить с растяжением, работая наизнос. Такое уже было. На задержании получил трещину в руке, но все равно пришел в офис. Предплечье быстро срослось. Поразительно быстро. Но Фрикс, с плохо застегнутой рубашкой, в гипсе и растрепаннее обычного выглядел так, что внутри клокотало. Постоянная забота об остальных. Уступки, отпускание подопечных по семейной необходимости (хотя некоторые его добротой просто пользовались), просто прикрывание чужих задниц, когда сроки поджимали. И полное забивание на себя. Почему?.. Золдик подошел к креслу и опустился на корточки. - Конечно, я принесу вам телефон. - И папки! Я помогу! Золдик тряхнул челкой, упираясь в колени. - Сделаем вместе? - Да! - А потом домой? Брюнет обхватил кружку, неловко открыв рот. Хотел заночевать тут? Фигушки. - Но там ведь еще... - Гон. - А?.. - А потом я отвезу вас домой, - Золдик постучал по значку на груди и сощурил глаза. - Мы ведь напарники. - Напарники... Начальник кивнул, задумчиво почесывая затылок. Золдик потрогал его явно потеплевшую лодыжку и поднялся, ослабляя галстук. - Все сделаем, перекусим и отчалим. Лады? Кареглазая прелесть кивнула. Золдик его и покормить смог. Фрикс послушно жевал, попутно заполняя ворох бумажек. Правда, когда засобирались уходить, снова нахохлился, заявив, что Золдик надорвется его таскать. - Вы легкий. - А ты не железный! - Будет тренировкой, - Золдик вжикнул чужим пуховиком и снова пропихнул ладонь, вслушиваясь в тихий бубнеж. Фрикс, в прочем, быстро сдался, когда тот перехватил его одной рукой, распахивая дверь. Проигнорировал изумленного дежурного и вышел на улицу. - Покурить хотите? - Хочу, - брюнет стянул капюшон, выуживая пачку сигарет. Достал одну и поднял голову. - Опустишь? - Врач сказал не напрягать ногу. - Я на одной постою. - Как цапля? - Почему бы и нет? Лягушек я люблю, - снова улыбка. Золдик осторожно перехватил, немного подкидывая. Лягушек, значит. Запомним. - Ну, так? Опустишь? - Нет. Мужчина моргнул и захохотал, смяв бумажную пачку. Утер уголки глаз и подпалил белый краешек, продолжая дрожать плечами. Затянулся сам и протянул блондину, неловко поджавшему губы. Они уже выкуривали одну такую на двоих. Смена в тот день выдалась ужасной. Заложники в маленьком продуктовом. Долгие переговоры. Нервный парень с травматом. Под ночь нервы начали сдавать. Не сдавался только Фрикс, на пару с профессиональным дядькой договорившийся на то, что они подгонят автобус прямо ко входу. В него же положат кейс с запрошенной суммой и разойдутся мирно, на сколько это было возможно. А затем прискакало FBR. Их оттеснили к машинам, а после и вовсе отправили по домам, заявив, что всю работу перенимает высокопоставленное бюро. Гон не спорил, но район не покинул. Засел в кофейне и смотрел репортаж по телевизору, так и не притронувшись к кружке с чаем. Золдик сидел рядом. Они ничем не помогут. Там суровые дядьки в погонах. Со своей работой справятся. Но Фрикс переживал. Рвал салфетки и тут же неловко ссыпал себе в ладонь, отправляя в нагрудный карман. Киллуа подбадривал, как мог, мол, договорились ведь уже. Дело за малым. А через час выяснилось, что горе-грабителя сняли с винтовки, когда тот подошел к окну. Преступник, конечно, но на подобное не от легкой жизни идешь. Повезло, что пуля пришлась в плечо. Повезет еще раз, если рука снова заработает как надо. Впрочем, тюремную баланду можно хлебать и одной. - Больная мама, так он сказал... - брюнет потер лицо, разглядывая мокрый асфальт перед входом в кофейню. Мелкая морось оседала в легких, пахло мокрой пылью и червяками. Капитан участка сел на бетонный выступ. Вдали размытыми пятнами горели проблесковые. Киллуа опустился рядом, подпалил последнюю имевшуюся сигарету, тоскливо разглядывая промчавшуюся скорую, словил такой же стеклянный взгляд и молча протянул. Работа такая. Жив остался и ладно. Но он порой и сам начинал сомневаться, что правильно, а что нет. Этот человек несомненно заслужил наказание. Но он также нуждался в помощи, которую не смог получить законными путями, поэтому рискнул. Киллуа даже не задумывался об этом прежде. Просто плохие преступники. Просто хороший начальник. Фрикс же разглядывал в людях оттенки. Если видел хоть проблеск белизны, хватался как клещ. Когда-то рассмотрел и в нем. Хлопнул нелюдимую язву по плечу и предложил пойти к себе в отделение. Шутил, что украл самого способного. Золдик в собственные способности верил с трудом. Прогресса, считай, никакого. Сплошные висяки. Перспективы также крайне туманные. Моральных сил и на дно стакана бы хватило с трудом. Какой карьерный рост, если по утрам поднимаешься силком. Силком заставляешь себя говорить и шевелиться. Врач сказал - выгорание. После 4 лет службы... не рановато?.. Потом было первое дело. Первый вызов на место. Первый допрос с Фриксом. Первые самостоятельные зацепки, которые Киллуа обнаружил сам. И появилась вера. Возможно, слепая, но трепетная. Сотканная из радостных улыбок и болтавшихся галстуков, зеленых печатей и благодарных рукопожатий. Желание вставать, желание трудиться. Желание помогать. Восхищаться. Оберегать. Быть... рядом... Золдик затянулся из чужих пальцев и выдохнул в сторону. Подождал, пока Фрикс подымит, а затем усадил в машину. Шины плавно зашуршали о заснеженное полотно. Золдик вглядывался в дорожные знаки с белыми шапками. Фрикс листал бумаги, сонно растирая переносицу. Они обсуждали завтрашний допрос, когда Гон, вдруг, выровнялся в кресле, упираясь в подлокотник над рычагом. - Киллуа! - Ммм? - А что ты на Новый Год делаешь? - Семейка к себе затребовала, - Золдик тяжело вздохнул, заворачивая руль. - Сестре то я рад, а вот остальных придется потерпеть. Фрикс подпер щеку, разглядывая горящую панель. В этом году его снова заберут на банкет для руководства. Потом, скорее всего, махнет к своим. Семья у Гона хорошая. И тетя, и бабушка, и отец, вечно опаздывающий на все семейные сборы. Золдику как-то подфортило праздновать с ними пасху. Таких воздушных куличей он не видел ни разу. Клево. И атмосфера теплая. Никто не ругается, в отличие от его семейных застолий... Начальник как-то разом спух, сполз по креслу вниз и стиснул руки между бедер. Мерзнет?.. Золдик выкрутил печку на максимум и коротко откашлялся. - Я приеду за вами утром, хорошо? - Напряжно как-то, - брюнет замотал головой, неловко улыбаясь. - Через весь город же колесить придется. - Мне не сложно. - Ты очень хороший. Золдик стиснул руль. Мужчина боднул плечом, тихо смеясь, и снова откинулся в кресло. - Благодарю... - А после праздников? - У вас отпуск, - Киллуа тормознул перед перекрестком, барабаня по кожаной обивке. - Помните? В ваше отсутствие я вас подменю. Фрикс поджал губы и кивнул, задумчиво потирая лоб. Сто пудово забыл. Наверняка и новые бумаги уже изучил, только вот в летнем отгуле он не был из-за аврала, значит, в зимний его выпихать нужно по-любому. Золдик припарковался, заглушил двигатель и быстро обогнул автомобиль, снова опускаясь. - Киллуа, я дойду! - Дойдете, - блондин согласно кивнул, все равно пропихивая руку. - А я помогу. - Я с тобой не расплачусь! - И не надо. - Киллуа! В лифте продолжали шутливо спорить. Номер квартиры Золдик выучил наизусть, как и адрес, номер страхового полиса, дату рождения, имена членов семьи... Фрикс позвенел ключами, был опущен на пуфик и тут же принялся спешно стягивать сапоги. Подскочил, упершись в тумбочку и снова просиял. - Тогда попьем чай! - Конечно, - Золдик разулся и всю обувь сложил на поддон. - Только передвигайтесь медленно. На ногу старайтесь не опираться, а то может возникнуть воспаление. - Я буду осторожен! Гон пошуршал вдоль стеночки, вынул две кружки, щелкнул чайником, вынимая пачку печенья из шкафчика. Затем потопал в комнату, чтобы переодеться. Золдик намешивал основу для творожной запеканки. Хозяйничать на чужой кухне не красиво, но готовая еда с большей вероятностью подвернется Фриксу на утро. Брюнет уперся в дверной косяк и охнул. - А что это? - Запеканка. Вы ведь творожное любите? - Люблю! Киллуа кивнул, продолжая болтать венчиком. Уставился на плитку и поджал губы. Хорошенький. Какой же он хорошенький в домашних вещах. Просто прелесть. Вроде обычные шорты и футболка, а выглядит так, что в груди теснит. Золдик зыркнул через плечо и шумно вдохнул. ЛЯГУШКИ. У НЕГО НА ФУТБОЛКЕ ЛЯГУШКИ. МИЛОТЕНЬ. Гон его взгляд поймал и ожидающе улыбнулся, барабаня по чашке. - Вы пейте. Я сейчас закончу и присоединюсь. - Я тебя подожду. Золдик торопливо отвернулся, вынимая противень, вылил тесто, затем принялся настраивать температуру. Начальник разглядывал из-за стола. Он уже говорил ранее, что сам готовит не очень, поэтому любит наблюдать за готовкой других. Если бы не поджимающее время Золдик бы ему и пловчика шахнул, и салатиков, и супчика горячего. Но уже поздновато. По хорошему покормить, уложить и отчалить, чтобы тот наконец поспал после длительного перелета. Как только на ногах держится. Золдик в самолетах вообще глаз сомкнуть не мог, учащенно дыша в пакет. Начальник крепкий. Лягушки. Может подарить ему что-то с ними... Подарок Киллуа собрал еще в ноябре, заранее так сказать, но без проблем мог бы докинуть в него что-нибудь еще. Киллуа стиснул регулятор и поднялся. ПЛЮШЕВАЯ ЛЯГУШКА. Он такую видел недавно в торговом центре. Покрутился, но решил, что как-то несерьезно. Но Фрикс ведь и сам почти плюшевый. Ему бы, наверное, понравилось. Золдик опустился на стул и взял чашку, нервно болтая носком. Гон подхватил песочный кругляшок и наконец отпил, подтягивая колени к груди. У него даже коленки милые... Боже... Киллуа уставился в зеленый водоворот, проглатывая сердце обратно. Коленки. Они как-то сдавали 100-метровку на дружеских соревнованиях по плаванью. Золдик тогда не то, что разглядывать, даже обернуться к Фриксу в плавках не смог. А тут прямо перед глазами... Так, спокойно. - Уже поздновато, - Золдик нарочито раскрепощенно уперся в спинку стула и посмотрел на часы. - Попьем и спать. Фрикс просиял. - Принести тебе сменку? - Не, я так посижу, - я ж в ваших вещах точно помру... надышусь в усмерть и объеду. - Сделать вам что-нибудь еще? Брюнет помотал головой. - Ничего не надо. Киллуа, а что ты любишь из еды? Золдик развернулся обратно и уперся в стол, проглатывая чай. - Сладкое... - Тортики? - Мгм. - А какие? - С банановым кремом, - Золдик поскреб стеклянную ручку, медленно нагреваясь ушами. Неловко. Совсем не по-мужски. - И сливками... - Звучит клево, - Фрикс уткнулся в коленку подбородком, снова расплываясь в улыбке. Золдик всмотрелся в крошечную ямку на его щеке и снова сунул нос в чашку. - Я почему-то так и подумал. - А?.. - Ты ведь и пончики с таким же кремом иногда берешь. Леорио так сказал. Черт очкастый. Чо палит то... - Ну, я это... редко сейчас такое ем, - Киллуа махнул рукой. - Надо держать себя в форме. - Но иногда ведь можно! - Иногда можно... а вам что нравится? Гон откинулся к стене и почесал нос. - Блинчики с повидлом. Клубничный зефир. Шоколадное печенье. Крендельки, - он стал рисовать завитки на колене. Золдик взмолился на нейронные связи. Теплилась надежда запомнить все перечисленное. И не запишешь же, палевно. Фрикс сцепил пальцы на повязке. - Кстати, в центре очень вкусные продают. С корицей. Их выставляют на прилавок только в канун рождества. Сходим вместе? Золдик отмер. - Когда? - А когда тебе удобно? ВСЕГДА. Стоп. Завтра допрос. Послезавтра судебное заседание по недавнему штрафнику. Тогда... - В пятницу можно, - Киллуа улыбнулся. Отлично. Вечер перед выходными. Можно будет и пройтись, и засесть где-нибудь. Киллуа смял краешек скатерти. Они вечно завалены работой, но если все продумать заранее. Подманить к центральной елке. Под фонарики. Предложить видеться чаще во вне рабочее время... Гон распахнул рот, шлепнув по столу, затем осекся, подхватывая телефон и одномоментно сполз по диванчику вниз. - Пятница... - Заняты?.. - Немного, - брюнет потер шею, затем снова подобрался и уперся в стол. - А в субботу? - Могу. Врача отменим. Ничего. Глаза, наверняка, слезятся из-за обычного холода. С этим можно разобраться и позже. Тут ведь такая возможность. - Тогда в субботу идем гулять! - Фрикс весело хлопнул. - Давно мы не гуляли вместе! Давненько... Все время или с кем-то, или уставшие после смен. - Ага. Но ваша нога ведь... - Уже не болит! Не волнуйся! К субботе буду как огурчик! Киллуа, - брюнет покосился на часы. - Извини, что пришлось возиться со мной. Еще и завтра заезжать, рано, а сейчас, эм... уже поздно и ты... - Ничего, - Золдик спешно вылез из-за стола. - Покормлю кота и лягу спать, больше ничего делать не нужно. - А... кота, - Гон тоже поднялся, тихо вдыхая. - Точно. У тебя ведь котик дома... - Ага. Горланить начнет, если вовремя не покормлю. Просто выключите плиту через 10 минут. - Хорошо. Золдик принялся быстро натягивать обувь. Засиделся. Фриксу ведь и в душ, и просто в тишине отдохнуть. И личными делами заняться. Гон потер себя руками и коротко шмыгнул, подшагивая к тумбочке. - Киллуа. Золдик поднял голову, утыкаясь взглядом прямиком в золотистые бедра, скрытые легкими шортами лишь на половину. Подскочил и принялся наматывать шарф. - Да?! - Ты замечательный, - Фрикс выровнялся, затем подхватил серый уголок, поправляя. Киллуа неловко замер, таращась из-под мягкого края. Начальник немного согрелся возле батареи и заметно порозовел. - Я очень жду субботу, - он широко улыбнулся. Золдику показалось, что кости превратились в желе. Качни и повалишься. - Я... я тоже... - он замечательный?.. Брюнет тихо засмеялся, обхватил руками и ткнулся в пальто, крепко обнимая. Золдик хотел обнять за талию, но содрогнулся и положил ладони выше. Какой же он худенький... будто не лопатки, а крылья. За время его командировки будто стал еще меньше. Когда они далеко друг от друга Фрикс вовсе перестает есть. В легкие тут же забрался аромат хвои. Киллуа, вдруг, подумал, что не хочет уезжать. Что он бы и дальше таскал его на руках, потом завернул в одеяло и тискал, пока не согреет до кончиков пальцев. Забил бы холодильник разным, выгладил все его рубашки. Перебор?.. - Киллуа... - Ммм? - Золдик сгреб сильнее, прижимаясь к темному виску щекой. Чужая грудная клетка коротко расширилась и снова опустилась. Они сложились как пазл. Ничего и нигде не давило. Этот человек был создан для крепких объятий. Боже, Киллуа бы его на себя с ногами подсадил. - Останься у меня на ночь в субботу... - А?! Фрикс отстранился, продолжая держаться руками. Золдик и сам пальцы сцепил, вдруг, упадет. Опора то он. - Ну... на ночевку. Мы ведь ни разу не ночевали вместе, - он потер перемотанной пяткой голень. Киллуа только сейчас понял, что тот босиком. НОСКИ ЕМУ КУПИТЬ. ПУШИСТЫЕ. ПАР 5. И ВСЕ С ЛЯГУШКАМИ. - Останешься?.. Золдик с трудом сглотнул, разглядывая множество золотистых пятнышек на его носу. Шумно вдохнул и кивнул. Он бодритcя, но нога не могла пройти так быстро. Фриксу нужен уход. Золдику нужно больше времени с Фриксом... - Конечно. Брюнет издал звук, очень похожий на довольное мурлыканье, приподнялся и снова обхватил руками. Взлохматил Золдику затылок, тихо хохоча в ухо и тут же ткнулся в щеку. Раскаленные губы мазнули по коже у глаза, прижались к виску и снова зарылись в пальто. Золдик едва дышал. Фрикс и раньше проделывал подобное. Это был его персональный способ поделиться радостью от закрытого дела. Да и так просто, наградить, когда Золдик преуспевал. И каждый раз сердце переставало качать кровь, захлебываясь где-то внутри. Признаться. Киллуа нужно признаться. Сейчас. Они ведь так давно знакомы. Это не просто восхищение. Это болезненная влюбленность. Золдик стиснул чужие плечи, проглотил сухой комок, собираясь с духом. Он тренировался. Он проговаривал это под нос, когда шли на совместный патруль. Потом бубнел перед плиткой в душе, будто бежевый глянец мог ему ответить, а может и прописать воспитательного леща за излишнюю самоуверенность. Он выровнялся и посмотрел в глаза. А в них смотреть нельзя... - Нач... ам... Гон... - А?.. - темные ресницы сомкнулись, снова открывая обзор на две золотые монетки. Еще немного и они точно столкнутся носами. Когда его лицо оказалось так близко?.. Золдика мелко затрясло. - Я... я те... Я ВАС ОБОЖАЮ. Блять. Фрикс вдохнул через рот, поджал губы и задрожал от смеха. Золдику захотелось провалиться сквозь пол. Этажей так на 5 вниз. Потому что весь его стыд в один бетонный пролет не поместился бы. Что он сморозил?.. Почему вас?.. - Ох, Киллуа, - брюнет вытер мокрые уголки пальцами, улыбнулся и снова обхватил за шею. Чужой кончик носа уткнулся в нос Киллуа, чертя короткие полосы из стороны в сторону. Фрикс потерся и заблестел глазами. - И я тебя обожаю. В субботу будем смотреть фильмы! - А... ага. Золдик расстроенно кивнул. Не вышло. Его тоже обожают?! Он моментально взмок. Будто целиком окатили из шланга. Рубашка на спине тут же прицепилась на манер мокрой шторки в душе. Фрикс отпустил и шагнул назад, упираясь в тумбочку рукой. Ему не стоит столько стоять на ногах. Золдик потер влажную кожу на шее и захрипел. - Отдыхайте, хорошо? - Хорошо, - мужчина кивнул, обнажая ряд белых зубов. Золдик тоскливо вздохнул, натягивая шапку. Как дожить до субботы?.. Да хотя бы до завтра?.. Он ведь уже скучает. Каждый раз так, когда они расстаются. Золдик ткнул на кнопку лифта, закусывая шарф. Гон высунулся на лестничную площадку босиком и активно замахал рукой. Широкая футболка сползла, оголяя острое плечо. - Будь осторожен по дороге! Киллуа кивнул, с трудом затягивая себя в лифт. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Киллуа, - Золдику снова улыбнулись. Золдик улыбнулся в ответ, но створки лифта тут же лязгнули друг об друга, со скрипом унося вниз. Он не помнит, как доехал домой. Как переоделся. Как принял душ. Оклемался только в кровати и тут же стал трогать лицо и нос, проходясь по горящей коже пальцами. Об него потерлись. С ума сойти. Начальник очень тактильный, но это... Подушка снова стучала в ухо. Снились коленки. Тонкие запястья с длинными пальцами. Острый выступ плеча и море оранжевых зайчиков на щеках. Море другого, постыдного и запретного. На утро Киллуа умывался так тщательно, что весь пошел пятнами. Начальник снился ему каждую ночь. Это даже перестало удивлять со временем. Киллуа просто смирился, что тот поселился где-то внутри, крохотным мотыльком барахтаясь в стенках артерий. Игнорировать. Подобные сны нужно просто игнорировать. С ними ничего не поделаешь. Как и с влажным бельем, неизменно отправлявшимся в стирку после похода в душ. Фрикс уже ждал на пороге квартиры, заправляя рубашку за пояс, приветливо вскинул пятерню и стал обуваться. Удивительно, но на ногу упирался вполне твердо, хотя от предложения держаться за локоть не отказался. Золдик старался не думать о распирающем чувстве гордости, пока они шли к автомобилю. Он и маленькое солнышко в зеленом пуховике. Подъездные бабки трудягу Фрикса закономерно любили. А как не любить? Добрый, вежливый, то дверь придержит, то горшки цветочные перенесет, то в трубах поковыряется, меняя накладку. Под подъездным козырьком пришлось потоптаться лишних 10 минут. Фрикс с седыми дамочками говорил, но пальцы на локте не разжал. Киллуа терпеливо ждал рядом, сопя в шарф. Добирались в уютных переговорах, терпко приятной похвале творожной запеканки и планах на грядущий выходной. А в офисе снова принялись за работу. Допрос. Крики. Истерики. Подруга раскололась сразу, когда пахнуло жареным. Блондинка же продолжала бить в грудь, свято настаивая на собственной невиновности. Золдик повернулся к Фриксу и стиснул карандаш. Вот оно. Волосы на затылке встали дыбом. От доброй лапочки не осталось и следа. Начальник превратился в сурового мужчину, тут же сведшего чужие трепыхания на ноль. Выложил перед женщиной все карты и переплел пальцы. - Я очень не люблю вранье, - темные брови собрались в складку. Брюнет уперся в стол и постучал по бумагам. - А вы нам лжете. Ваша подруга во всем созналась. Перестаньте себя закапывать. Мы обо всем знаем, - он глубоко вздохнул, заглядывая в глаза. - Давайте поговорим. Прошу вас... Пока еще можно что-то сделать. Тетка поджала накрашенные губы, красные ногти вцепились в край, голос задрожал. Как он это делает?.. Ордера на обыск квартиры нет. Пистолета - как главной улики тоже. Мгновение назад она отказывалась даже продолжать разговор. Вызов адвоката был лишь вопросом времени. Теперь же тряслась, неотрывно таращась поплывшими глазами. Фрикс тоже перестал моргать. - Он сказал... он сказал жене, что никогда не любил меня... никогда... А до этого, - она всхлипнула, растирая красный контур по щеке. Даже на допрос пришла нарядная, как фантик. Только вот начинка у конфеты была горькая. - До этого... Сказал, что не уйдет от нее... А ведь я! Ведь я! - она зарыдала в голос. Они сделали перерыв, но и после та могла продолжать с большим трудом. Под вечер в курилке беседовали, сидя на корточках. Сил не было. Золдик дымил. Фрикс разглядывал серый купол за металлической оградой. Они все записали на диктофон. Парочка развлекалась на столе. Ну, точнее убитый думал, что это просто очередной интимный трип в их бурном романе. На деле же сзади вскоре щелкнули затвором. А офис покинули через пожарную лестницу, виртуозно пройдя по слепой зоне. Она ведь знала там все от и до. Пистолет охранника так и не нашелся, но калибр совпадал. Подборка в конторе собралась колоритная. - Мисс Бинс прикрывала его денежные махинации. - Мгм, - Киллуа стряхнул в пустую банку из-под кофе. - Потом залетела от него, а он потребовал аборт. Изменял жене, но не уходил, потому что семья, - Золдик нарисовал скобочки в воздухе. Гон слабо улыбнулся и снова уткнулся в колени. - Мне их жалко... Всех их. - Да, но вы отлично справились, - Киллуа разогнулся, оттряхивая штаны. - Как всегда. По крайней мере, этот раунд за нами. У нее есть шанс на пожизненное. Может даже выйдет досрочно лет через 50. Фрикс рассмотрел вытянутую руку и ухватился. - Что-то не чувствую себя победителем, - он вздохнул, поднимаясь. - Не мне их судить и хорошо. Я бы не смог... Гон растрепал волосы, прогоняя запах дыма. Золдик подпер дверь, подавая локоть. Верно, в их деле все-равно остаешься в минусе. Ведь человеческую жизнь вернуть невозможно, как и ту, что свернула с верного пути. Фрикс это понимал. Прекрасно понимал. Золдику порой казалось, что тот мыслит шире, глубже, масштабнее. Отсюда и четкая уверенность в действиях во время допроса. И огромная чуткость по отношению к окружающим. И всеобъемлющее понимание собственного бессилия, хотя силы в этом человеке было больше, чем в ком-либо. Но все же... - Подмеееениии, - моляще раздалось в трубке. Гон удержал аппарат плечом и поболтал ложку в чашке. Золдик сердито засопел, отпивая напротив. Снова чужую работу сваливают. Звонил начальник соседнего отдела. У дочки концерт. Фрикс задумчиво трет ложкой лоб, но кивает. - Заместителя бы дернул, - Киллуа подает пальто, досадливо смыкая пальцы вокруг мягкой набивки. - У вас ведь и так нога травмирована. - Уже не болит. Ну, совсем чуть-чуть. Его заместитель в отпуске. Там дело на пару часов. Просто смену закрыть, - Гон неловко улыбается, вставляя собачку в разъем. Золдик кивает. Золдик провожает до такси, наклоняется за подманивающим пальцем и шумно выдыхает в плечо. Фрикс крепко стискивает руками. Святая традиция. Тот всегда обнимал перед уходом, будто боясь, что больше возможности не представится. - Я потом махну на такси. Не жди, тоже сразу едь домой. До поздна не сиди! - Вам можно, а мне нельзя? - Нельзя, - мужчина смеется, отпускает и улыбается. Очаровательный. - Тогда до завтра? - почему так тоскливо?.. Потому что начальник поедет домой сам?Потому что уезжает сейчас, хотя они планировали вместе сесть за отчетность? А потом прогуляться за кофе? Или все сразу? - До завтра, Киллуа! - Фрикс машет в открытое окно. Золдик смотрит на удаляющуюся машину, пока та не теряется среди горящих фар на перекрестке. Бредет в лифт, затем плюхается в кресло, подтягивая свежую стопку. В офисе как всегда шумно. Обычно Золдику плевать на посторонний шум, сейчас же этот разнокалиберный гвалт заставлял темные строчки скакать пьяными кляксами. В висках закололо. Золдик закрыл уши руками и снова склонился. Отчетность. Отчетность. Отчетность. - Так ты уломал ее?! - парень привалился к стойке у кофемашины. Его напарник наполнил холдер и подбочинился, довольно потирая под носом. - Ну, мы неплохо погуляли. - Ага, - мужчина подпер подбородок и склонился. - Так неплохо, что ты приехал под конец смены? - Тшш, - второй прижал палец к губам и продолжил тише, поглядывая в сторону старшего следователя. Старший следователь загреб пепельную копну и всерьез задумался о том, чтобы собрать всех на коллективную порку после выходных. Фриксу нельзя, он хороший. Как раз будет в отъезде. А Золдику можно все. Особенно в рамках своих полномочий. И особенно, когда на шею его ненаглядной лапоньки периодически усаживаются сверху, наглейшим образом свесив ножки. Мужчина решил, что сказанное все же миновало заткнутые уши начальства и продолжил, весело барабаня по кружке. - Она такая куколка. Такая хорошенькая. Глаз не оторвать... - Прям такая? - собеседник рисует гибкий силуэт в воздухе. Второй мечтательно вздыхает и рисует более округло. - Вооот такая. - Ого... - Там не талия, а прутик! Прутик? Золдик перелистывает рапорт. Если задуматься, талия у начальника тоже что-то с чем-то. Даже под объемной рубашкой заметно, что тонкий как веточка. Может, если бы Золдик для него готовил, то смог бы проконтролировать питание? Звучит, как замашки мамашки... Золдик закусил карандаш. Парочка продолжила. - И грудь, - мужик чуть не захлебнулся от восторга, показывая на себе. - Я не фанат прям больших, но она идеальная! Идеальная. Помнится, когда Золдик затягивал на груди начальника кобуру, то думал также. Типа, вау. Если сверху накрыть ладонями, то большие пальцы сомкнуться точно на солнечном сплетении. Киллуа где-то читал, что там находится душа... - Ладно, грудь, - второй махнул, лязгая значком. - В женщине главное душа! - тут уже Золдик коротко хохотнул в кулак. - И попа! Ммм, да тут ценители собрались. - Там не попа, а персик! Персик? Почему именно персик? Золдик почесал висок ластиком на конце. Темноволосый хохотнул. - Типа, раздвинь и радуйся? Карандаш ткнулся в веко. Киллуа вспыхнул и разогнулся, тут же сгибаясь обратно. ПОХАБЩИНА КАКАЯ. - Типа, сожми и любуйся! - парировал второй. Золдик уткнул дюбку в белое полотно, слегка шкрябая. Прям сжать?.. Но персик не совсем подходящее слово. Начальник очень крепок на телосложение. Тут скорее... Блондин уставился на не подписанный рапорт. В уголке листа красовалось крохотное яблочко. Пальцы сами вывели, повинуясь хитросплетениям больных фантазий. Киллуа медленно моргнул и стал вытирать его противоположным концом карандаша. Начальник сзади как яблочко... Аппарат зашумел, тонкими струями наполняя стеклянную емкость на подставке. Темноволосый мужчина по-пижонски поправил рубашку и хмыкнул. - А целуется как! Ух! Я ее к себе прижал и думал от счастья объеду. Там не губы, а малиновый джем! Целуется... Золдик ухватывает себя за челку. Вот Фрикс обнимает возле двери. Вот кончик его носа, слегка вздернутый, упирается Киллуа в подбородок, из-за разницы в росте тот немного приподнимается на носках, разглядывая из-под веера темных ресниц. Размыкает тонкую линию рта. Зарывается в волосы на затылке пальцами. Накручивает отросшую прядь между указательным и большим. Выдает тихое ха и... Карандаш ломается пополам. Золдик молча скидывает его в мусорное ведро и берет следующий, начиная нервозно вращать. В ушах учащенно лупит. Будто тараканы внутри черепушки устроили надрывный рейв, потряхивающими басами расходящийся по всему телу. Голова сейчас лопнет. Щеки предательски нагреваются, выдавая скверное положение дел. Какой Фрикс на вкус?.. - А какие у нее коленки... - ЖИВО ЗА РАБОТУ! А НЕ ТО ОТПРАВЛЮ НА 100-МЕТРОВКУ ДЕЖУРИТЬ! Мужики вздрагивают, оборачиваясь на взлохмаченный ураган. Молча сглатывают и ретируются. Золдик провожает чужое шушуканье с гневным вздохом и снова садится. Вчитывается в текст, коротко вдыхая ртом. Приводит мысли в порядок, методично стуча ластиком о деревянную поверхность. Ему удается снять в увесистой стопки еще два листа, когда рядом скрипят крепления стула. Паладинайт подкатывается и шепчет. - Кил-лу-ааа. Золдик красноречиво смотрит из-под сведенных бровей, но на приятеля подобные уловки давно перестали работать. - Что? - Я узнал, - он потирает руки, короткими рывками подкатываясь еще ближе, упирается в стол и расплывается в улыбке. - Я узнал, кто оставлял те конвертики! Золдик отрывает грифельную головку от белой поверхности и снова начинает скользить глазами. - Мне не интересно. - Спорим, да? - С чего, вдруг? - Киллуа тяжело вздыхает, откидываясь на спинку кресла. Подъем для него явно высоковат, колени упираются в стол. Фрикс настраивал под себя, но Золдик ничего не трогает и не меняет на его рабочем месте, лишь протирая поверхность мокрой тряпочкой, когда выдается свободное время. И то, все щепетильно кладет на место. Ровно в том порядке, в котором оставил начальник. Вряд ли тот заметил бы изменения, но для Золдика это превратилось в своеобразный пунктик. - А ты выдвинь ящик. Мужчина поправляет очки и приподнимается, кивая на кремовую ручку, кокетливо торчащую из отсека внизу. - Зачем? - Просто выдвинь. Золдик по личным вещам лазить не хочет, но любопытство берет верх. Выдвинутая шуфлядка полна карамелек в цветастых обертках (Киллуа все больше склоняется к тому, что Фрикс тоже сладкоежка), нескольких упаковок с гелевыми ручками, исписанными блокнотами и... Киллуа наклоняется. Поверх записной книжки с россыпью зеленых переплетений лежит конверт с красным следом от помады прямиком на том месте, где клей держит бумажный краешек. Золдик еще раз пробегается по красной метке взглядом и выпрямляется. - Это ему положили?.. - Ага, - Леорио плюхается на стул и принимается потирать руки так, будто он муха, только что приземлившаяся на банку с вареньем. - Сначала на стол положили, но затем сунули туда. - Кто? - Поклонница. Золдик слегка подается вперед, выдавая широкую, но крайне тонкую улыбку. Паладинайт смыкает ладони с характерным шлепком и тихо смеется. - Интересно? - Не томи. - Секретарша, - мужчина вскидывает голову, бегло осматривая шапотящий офис, замирает на фигуре у принтера и поджимает губы. - Вооон та. Золдик поворачивается слишком резко для человека, свято поклявшегося не встревать в чужую личную жизнь. Оглядывает длинноволосую брюнетку в юбке чуть выше середины бедра и коротко вдыхает. - Палм?! - Агаа. - Влюбилась в него? - По уши, - Паладинайт звонко щелкает, упираясь в стол локтем. - Я догадывался. Больно уж часто крутится рядом, когда тот в офисе пашет. Но в последнее время она почти порхает, не орет и даже сделала мне кофе, когда узнала, что мы с Курапикой вернулись с ночной вылазки. Золдик моргает. Еще раз оглядывает плечо в белой блузке с рюшами, на половину прикрытое темной копной и прижимает кулак к губам. Она крутилась? Когда?! Базово же уходила и приходила, принося новые стопки документов. Ну, разговаривали они и что. Все разговаривают. С чего, вдруг, влюбленность? Фрикс видел письмо? Открывал его? Получал другие такие?.. - И еще кое-что, - мужчина картинно поправляет галстук. - В эту пятницу они вместе идут на ярмарку! - Паладинайт подпирает щеку, смяв кожу в области глаза. Выглядит он, как счастливый папашка на детском утреннике. Золдику тошно. - Уж, не знаю как, но она уговорила нашего трудоголика на вечерний променад. Киллуа едва удерживает рот закрытым. Из него рвется не мат. Нет. Но дикое желание прикусить костяшки, чтобы не завыть от собственной тупости. Фрикс ведь говорил. Говорил про пятницу, про то, что имеет планы. В планы Фрикса входит прогулка с высокой стройной секретаршей, на которую коллективно и бодро пускает слюни мужская половина их отдела. Пиздец... - А ещее... - Паладинайт не унимается. Золдик просто смотрит на него немного округлившимися глазами. Воротник рубашки мерзко липнет к коже на шее. Он снова взмок как церковная мышь. - Я все же узнал, кто оставил кипу любовных записочек на твоем столе! - он широко разводит руки, будто собирается лопнуть большой мыльный пузырь. Золдику кажется, что сейчас лопнет последняя нервная клетка. Леорио хрюкает в ладонь и принимается тихонько указывать на девушек, сонными силуэтами сгорбившихся над столами. Обводит с десяток и оборачивается с широко открытым ртом. - Ну?! Я хорош?! - Ам... - А ты у нас нарасхват! Но и Фриксу подфортило, - он складывает руки на груди и довольно кивает. - У парнишки хоть жизнь личная появится, если все срастется! Будет кому кормить, рубашечки гладить! Красота! Сбоку шелестят. - Звучит немного по-сексистски, - Курапика упирается в стол и вскидывает светлую бровь. - Женщины ведь не рабы какие-нибудь, чтобы обслуживать. Паладинайт поднимает голову, моргает и активно крутит головой. - Я не сексист! Она ж сама с него не слазит! То едой домашней пытается накормить, то форму его втихоря стирает! - Да, но звучит как крайне хреновое начало крепкой любви, - Куруто вздыхает, опуская еще одну увесистую папку на стол. Золдик мажет по ней глазами и снова продолжает пялиться в одну точку. Хреновое?.. Подобная забота - нездоровый признак?.. - Да и Гон у нас, ну... туговат в этом плане. Пока в лоб не скажешь, не поймет. - Так она ж не просто так его на свиданку вытянула! - Они ведь просто за подарками собрались... - А чем не свиданка?! Спор продолжился. Золдик сполз по креслу и подтянул полупустую чашку, медленно отхлебывая пересохшими губами. Кофеек тут же наградил щедрой порцией отменного жмыха. Его глаза натолкнулись на глаза девушки, неопределенное время разглядывающей их компашку из-за монитора напротив. Золдик, вдруг, понял, что смотрят на него. Паладинайт вроде и на нее указывал. Лиза или как там ее... - Ты такой бледный, - Курапика склонился к нему. Насупившийся в проигранном споре Паладинайт обернулся и согласно кивнул. - Да, бледнее, чем обычно. Ты вообще спишь? - Сплю, - получилось скорее просипеть, чем ответить внятно. Мужчины синхронно вздохнули. - Два сапога - пара, - Леорио почесал щеку и снова зашептал. - А тебе то кто-нибудь приглянулся? - он снова зыркнул за плечо. Разведчица его взгляд поймала и тут же опустила глаза. Золдик сухо сглотнул. Чувство такое, будто кофейный осадок встал поперек горла плотным комком. Захотелось на воздух. - Приглянулся. - Кто?! Спросили синхронно. Эта парочка тоже слиплась, как пельмени в студенческой кастрюле. Цапались, но все время уходили вместе. Киллуа только помотал головой и поднялся. В одном они правы. Ему действительно плохо. Стало, когда Фрикс уехал. Ноги разогнулись с характерным хрустом. Золдик поднялся и шаткой походкой направился к вешалкам. - Ты куда? - Леорио подскочил следом. - Домой, - Киллуа снял пиджак, затем надел, а затем снова снял. Он напрочь забыл, куда его нужно девать по окончанию смены. Будто вместо мозгов куча хрупких пузырей. Дунь и разлетится. - Мне не хорошо... - Подвезти? - Курапика брякнул ключами от патрульной машины. Золдик нацепил пальто поверх рабочей формы и стал наматывать шарф. - Не, я сам... вы только... закройте тут все потом. Белая макушка медленно пошагала к двери. Шапка осталась в руке, Киллуа решил, что башка и без нее нагрелась до запредельных температур. Мужчины проводили его глазами и обернулись к друг другу. - Я что-то... не то сказал?.. - Паладинайт потянул носом. Он и сам немного простывший, но не хочет, чтобы Курапика ехал в ночную с тем рыжим выскочкой. Куруто опустил связку в карман и захлопнул выдвинутый ящик, неопределенно пожимая плечом. - Не совсем... То есть, ну... Я ведь говорил тебе, что ему не стоит об этом знать. Он ранимый. Он очень волнуется за Гона. Теперь будет переживать. - Я хотел как лучше... - Знаю, - блондин растер виски. - Просто мне кажется, что... Ключ провернулся в замочной скважине. По ту сторону тут же вопрошающе поскреблись. Золдик прикрыл дверь, стянул обувь, просто кинув как попало. Утром будет грязное пятно, но ему плевать. Пальто отправилось в полет до кресла, туда же пиджак и до отвратного влажная рубашка. Волосы тоже стали мокрыми на затылке и висках. Хреново. Киллуа подхватил урчащую тушку и поплелся на кухню. Наполнил миску, наблюдая за тем, как корм с аппетитным чавканьем исчезает в кошачьей пасти. Залез под душ, в надежде смыть странный жар, за время пути растекшийся по всему телу. Забрался под одеяло, так и не высушив волосы феном, как делал обычно. Об руку тут же потерлись, тычась влажным носом в лицо. Золдик поджал ноги и уставился в прикроватный ночник. Палм пригласила Гона. Гон согласился. Гону нравится Палм?.. Золдик ничего не знал об интимной жизни начальника. Об этом не говорили, девушек в его квартире по утрам он тоже не видел, когда заезжал за ним перед работой. Но ведь тот мог оставаться у них в другие дни. Мог знакомиться с кем-то в командировках, или гулять после работы. Как находил время... непонятно, но... мог ведь?.. Гон обнимает всех. Гон всем улыбается. Гон добрый и очень открытый, он любит общаться и шутить. Золдик жалеет, что не натянул хотя бы носки, но просто не сможет подняться с кровати, чтобы достать их из шкафа. Сон наступает быстро, как синяя ночь укрывает город, занося улицы тоннами хрупких снежинок. Уличный фонарь рябит сквозь тюль, пуская белые полосы от парковавшихся автомобилей по стене и потолку. Снится Фрикс. Снится его широкая улыбка и горячие руки. Выбившаяся из-за пояса брюк рубашка, спутанный затылок. Вздернутый нос и розоватые коленки. Снится, что он забирается через балконную дверь, обходит кровать и садится, виновато поджимая губы. Словно нашкодивший ребенок, но разве он виноват в чем-то? Он ведь имеет право встречаться с кем захочет. Золдик должен просто принять это. Фрикс приходил и раньше. Иногда укрывал. Иногда гасил свет, наглаживая растянувшегося каланчой Беляшика по загривку. Иногда сам укладывался в ногах, как большая кошка. Утыкался в укрытые пятки Киллуа и облегченно выдыхал. На утро растворялся. Золдик тянет носом. Голова наливается раскаленным свинцом. Слезящиеся глаза начинает покалывать с такой силой, что намокают щеки. Мышцы сводит в спазме, но сжаться до меньших размеров у него не получится. Одеяло тоже будто и не греет вовсе, мерзко заламывает суставы. Фрикс разглядывает пятна на потолке, поворачивается к нему и встревоженно подбирается ближе. Ощупывает лицо грубоватыми руками, под которые Золдик хочет подставиться целиком. Трогает голень, взволнованно закусывая губу. Опускается на пол у изголовья кровати и накрывает его лоб, начиная нашептывать что-то шипяще-протяжное. Становится тепло. Мышцы расслабляются одна за другой. Мелкая дробь в ушах утекает в чужую ладонь, напоследок облизывая саднящие полушария яркими вспышками. Золдик обессиленно выдыхает, вжимаясь в подушку высохшей щекой. Он читал Аллуке сказки про фей и лесных гномов. Фрикс тоже походил на волшебника. Перебирал влажные пряди на виске и тихо сопел, спрятав лицо в сгибе руки. Вытягивал из Киллуа все тяжелое и болезненное, скопившееся за почти месяц разлуки и медленно разъедающее изнутри. Затирал кровавые следы на местах преступлений до тонкой пленки. Разглаживал каменные лица, застывшие в немой агонии. Скрипел пружинами и терся носом, продолжая нашептывать странные слова, больше похожие на шелест листьев. Золдик хотел бы взять его за руку, но узкое сознание не могло пошевелить ни одну из частей тела, оставив бесправным зрителем в первом ряду. Это происходило часто. Киллуа ждал. Ждал, когда хлопнет балконная дверь. Ждал запаха хвои и теплых поцелуев в щеку. Ждал и спал так крепко, что на утро мог пробежать стометровку без намека на одышку. Золдик боготворит свое воображение. Порой жестокое, но особенно сладкое в моменты сна. Вот бы сон длился вечно. Утро встречает кошачьей моськой и голодным мяуканьем. Золдик медленно садится, проверяя суставы на пригодность, вращает плечом, растирает глаза. У него был озноб. Это очевидно. Затем поднялась температура, и судя по показаниям градусника, удачно спала за время ночного катарсиса. Но в офис ехать нельзя. Никак. Есть общая слабость и учащенный пульс. Если Фрикс подцепит его вирусняк, то все праздники может проваляться в горячке. Золдик хрипит в трубку, просит Курапику посетить пятничное заседание вместо него, но услышав знакомый заливистый голос рядом, быстро отключается, предпочтя наклацать объяснительную для начальника в электронном формате. Минут 10 пытается сообразить, как написать так, чтобы тот не сорвался с рабочего места, едва пробежавшись глазами, наконец рожает что-то емко-приемлемое. Поднимается и ползет завтракать, учащенно поглядывая на горящий экран. Фрикс не заставляет долго ждать, нокаутирует десятком сердечек и все равно предлагает свою помощь в роли сиделки. Причем весьма настойчиво. Золдик мечется между жгучим желанием сорвать чужой поход по магазинам и собственной совестью. Побеждает совесть. Начальник явно раздосадован и говорит, что заедет вечером. Золдик врет, что отправится на поздний прием к врачу и откладывает телефон. Он чувствует себя вполне сносно, хоть и ужасно сонливо. Голова не болит, глаза не слезятся. Но шанс сморозить какую-нибудь тупость Гону прямо в лицо пугающе велик. У него будет суббота. Будет время и располагающая атмосфера. Будет мягкий плед, доставка из дорогого ресторана и пакеты, забитые сладким в картонных коробочках. Будет шанс все же парировать на чужое возможное признание, путем выворачивания собственных чувств ярко-розовой изнанкой. Золдик принимается за целебную уборку. Моет плинтуса, плафоны, самые потаенные уголки квартиры, вобравшие пыль и груды крошек. Долго курит на балконе, предусмотрительно завернувшись в теплое одеяло. Затем пытается уснуть, но сверху начинает надрывно плакать ребенок. Ребенок засыпает, но просыпается дрель за стеной. Золдик вскидывает в сторону соседской квартиры средний палец и решает прогуляться до магазина. За ночь явно потеплело. Снег частично растаял, превратив улицу в грязное месиво. Ботинки хлюпали, оставляя чумазую абстракцию на задней части брюк. Голуби ютились на люке, доклевывая зачерствевший пряник. Золдик втягивает влажный запах носом. Ему нужно признаться. Нужно подобрать слова так, чтобы оставить возможность для дружбы, если его предположения окажутся лишь буйством фантазии. Подобные дружеские отношения неизменно превратят его в решето, но оставят Фрикса в поле досягаемости, а значит перспектива снова скатиться в уже обкатанную когда-то депрессию кажется не такой уж удушающе страшной. Нужно подумать. А лучше всего думается под алкоголь. Золдик с молчаливым укором смотрит на ряд со стеклянными красавицами и берет красненькое полусухое, наивно предположив, что поставленная на паузу простуда как минимум удивится спиртному приступу. Киллуа уже и не помнит, когда пил в последний раз. Зарекся, после того, как вис на любимом начальнике весь остаток корпоратива. Пузырьки в шампанском - чистое зло. В корзину полетели маслины, пакет ароматных мандаринок и прочие пищевые прелести. Подготовку к вечеру X Золдик решил оставить на субботнее утро. Хлопнула дверь, звякнула открывашка, бокал захолодил в пальцах и Киллуа принялся думать.

"Начальник, вы замечательный."

Не начальник, а Гон!

Услужливо напомнило потеплевшее сознание.

Золдик разжевал маслину и почесал лобешник.

"Гон, ты замечательный."

Уже лучше.

Ты очень талантливый и преданный своей работе. Очень внимательный и чуткий к окружающим, порой даже слишком... Очень открытый и добрый.

Бутылка снова опрокинулась в бокал.

Очень веселый. Очень заботливый. Очень теплый...

Твои глаза по цвету как золото, мед, или темный кофе. Зависит от ситуации. У тебя потрясающий голос, спокойный и уверенный, когда дело требует холодной головы. Громкий и заливистый, когда случается что-то хорошее.

У тебя красивые черты, очаровательный носик и длинные ресницы. А волосы по цвету как воронье крыло. Ты можешь стесняться их беспорядочного состояния, но выглядишь как чертово совершенство.

У тебя идеальный рост. Когда обнимаешь, голова сама ложится на макушку, словно деталька пазла, наконец нашедшая себе пару. Острые, но сильные плечи. Ловкие руки, способные скрутить даже здорового мужика. Крохотная стопа и очаровательные коленки, в которые отчаянно хочется ткнуться губами...

Бутылка пустеет, звякнув об пол. Золдик свешивается с матраса и тяжело вздыхает. Хотел остановиться на двух бокалах, но оприходовал все до последней капли. Легкие вертолетики уже начинали кружить комнату в зацикленном вальсе, вынуждая занять пространство кровати на манер морской звезды, брюхом вниз. Золдик жалеет, что так и не приобрел настоящую ель, ведь искусственная не пахнет. А так хочется чувствовать родной запах... Родной... Блин, да. Фрикс как родной, влитой, незаменимый. До него было серо и одиноко. После него жизнь превратилась в яркий калейдоскоп, шумно проворачивающий по собственной оси. Золдик утыкается в мягкий край носом. Если курьер не подведет, он заберет долгожданный заказ уже утром. Каким будет лицо Гона, получившего увесистую коробку с мягким содержанием. И еще несколько, чуть поменьше, но тоже наполненных всякими милостями. Губы сами по себе расползаются в предвкушающей улыбке. За окном медленно опускается солнце. Золдик разглядывает сладкий зевок с шершавым языком, закрывает глаза, в момент показавшиеся чем-то монолитно тяжелым. Поскорей бы завтра. На кухне призывно жужжит телефон. Шелестит тюль возле приоткрытой форточки. Где-то сверху тихо переговариваются люди, с трудом уложившие писклявый комок. Золдик ощущает, что бедра заметно потяжелели и сонно бубнит. - Беляшик, слезь... оливки выдавишь... - Хахах. М. Киллуа открывает сначала один глаз, затем второй. В комнате темно, но очерченный фонарными бликами силуэт очевиден также, как и страшное похмелье. Его сонные галлюцинации теперь и смеяться умеют?.. Ночной гость слегка склоняется. Белочка явно потеряла свою шубку где-то по дороге. Золдик оглушен боем крови в ушах. Простуда алкогольные подачки не оценила. Мозговые клетки закипели и сыграли с ним самую злую шутку. Из темноты смотрели двумя золотыми монетками. Белый шар вынырнул из-за облаков и дал вдоволь насладиться оплодом больной фантазии. Почему больной? ПОТОМУ ЧТО ЗДОРОВАЯ ТАКОЕ БЫ НЕ ПРИДУМАЛА. Фрикс смотрел мягко, но было в его чертах что-то заостренное настолько, что Киллуа невольно поежился, делая титаническое усилие перед глотком. Плечи горели, будто натертая медь. Руки с тонкими кистями спокойно покоились у Киллуа в районе пупка. Темная челка стояла торчком, но среди спутанных прядей ясно были различимы два беловатых выступа. Рожки?.. Фрикс типа чертик?.. - Инкуб, - авторитетно заявило хрупкое тельце, принимая ровное положение. Золдик пожалел, что под головой подушка, а не деревянный каркас кровати. Он бы с удовольствием приложился о что-нибудь твердое разочек, другой. ПОТОМУ ЧТО ВЛАЖНАЯ ФАНТАЗИЯ УМОСТИЛАСЬ НА НЕГО ПРАКТИЧЕСКИ ОБНАЖЕННОЙ. На шее поблескивала темная лента, плотно обхватывающая в районе кадыка. На грудной клетке сходилось невесомыми переплетениями легкое кружево. Бедра обнимали атласные полоски, по бокам кокетливо закрученные крохотным черным бантом. Апофеозом психоза стали мини-шортики. Настолько мини, что едва бы скрыли крепкие ягодицы хотя бы наполовину. Это было скорее белье из тонкого шелка, но Золдик предпочел думать именно так, чтобы иметь шанс на вдох без надрывного хрипа. Обшарил нежную выпуклость спереди взглядом и снова уставился внезапному гостю в лицо. - Г... Гон?.. - Пришел проведать, - фигура ослепительно улыбнулась, невесомо сминая домашнюю футболку на чужом животе. - Как себя чувствуешь? - Как... извращенец?.. - Почему? Золдик красноречиво облапал гибкий силуэт глазами, потер лоб и охнул. Вау. Что-то новенькое. Он может не только говорить, но и шевелиться. Что ж для пьяного трипа весьма недурно. Видение вопросительно склонило голову набок. Фрикс и в Африке Фрикс. Во снах все такой же очаровательно тормознутый. Золдик прокашлялся и засипел. - Тебе не холодно так сидеть?.. Какой странный вопрос. - Неа, - брюнет заблестел зубами и неожиданно нахмурился. - Так как ты себя чувствуешь? - Огурцом, - ловко отмахнулся Киллуа, мучительно стараясь не смотреть ниже, чем лицо призрачного собеседника. В прочем, одного этого лица, озаренного широкой улыбкой с лихвой хватило бы для маленького инфаркта. Золдик все же мазнул глазами вниз и глубоко выдохнул. - Ты выглядишь... потрясающе. - Правда? - фигура радостно вскинулась. - А я думал - перебор. Ох, Гон... Тебя превратили в мечту онаниста чужие похотливые фантазии... Золдик отрицательно помотал головой. Осекся и замер, нерешительно вскинув руки. Гость хохотнул и ухватил его за ладони, легким движением опуская на собственную талию. Золдик сжал и обмер. Он мог поклясться, что чувствовал все: пульсирующий жар, мягкую кожу, быстро покрывшуюся мелкими мурашками, упругость в тех местах, где большие пальцы упирались в переплетение косых мышц живота. Фигура заметно порозовела и засмеялась, когда Киллуа проскользил вверх-вниз, оглаживая чужие изгибы. Ему щекотно? - Немного, - брюнет спрятал смущение в кулаке и тут же отнял его, звуча тише. - Но не волнуйся! Ты можешь гладить везде! Везде?.. Золдик едва не подавился слюной. Поморозил мгновение, обхватывая руками на манер тугого корсета, нерешительно сместился ниже, шумно втягивая носом. Скользнул к бедрам, забираясь под темную ткань подвязок, опасливо огладил небольшим полукругом и вернул на талию, понимая, что вот-вот захлебнется от восторга. Когда снова посмотрел ему в лицо, то смог лишь вымученно застонать. Фрикс и сам выглядел так, будто вот-вот сорвется на нежные звуки. Стиснул собственные щеки и неловко изогнул губы. - Извини... У тебя такие мягкие руки... Чужое смущение отдалось тянущим чувством в груди. Что он делает?.. Даже во сне он не имеет права вот так облапывать его воплощение. Киллуа сцепил зубы и уложил ладони себе на грудь, крест на крест, своеобразным замком. Потрогал? Достаточно. Пора остановиться, пока не полез ему в трусы шорты. Золдик снова мазнул по тонкому шелку глазами и нахмурился. Нельзя. Он извращенец, но не варвар. Даже призрачного Фрикса хотелось обезопасить. От себя. Хах... - Давай, мы тебя одеялком накроем. - Зачем? - Утренние полюции мне и так обеспечены, - Киллуа тяжело вздохнул, приподнимаясь на локтях. Гон послушно перебрался на кровать, подобрав ноги под себя. - Не хочу, чтобы моя волшебная палочка поколдовала раньше времени. Ведь тогда я проснусь, а ты исчезнешь. Хотелось бы рассмотреть получше, пока сказка не подошла к концу. В голове можно включить свет? Как по команде зажегся ночник. Фрикс опустил щелкнувшие пальцы и снова подобрался. Его сон - его желания. Очень опрометчивые желания... Киллуа пожевал губу, подхватил одеяло и завернул божественное проведение по самый нос. Фрикс озадаченно моргнул и расхохотался, оседая в голове чем-то звеняще-капельным. - А, я понял. Но, - он выпутался из кокона и снова подсел ближе. Золдик, успевший занять позу китайского монаха, смял простынь до характерного треска. По ноге скользнул тонкий хвостик с крошечной кисточкой на конце. Прошел по манер змеи и тут же нырнул за спину обладателя. Брюнет обхватил его руку и горячо выдохнул. - Чего бы ты хотел? - П... пить. Желудок опередил голову и слава богу. Гон моргнул темным веером и подскочил с кровати. - Сейчас! Взъерошенный затылок мелькнул в дверном проеме. Вместе с ним убийственно привлекательная пятая точка, закономерно скрытая лишь на половину и, неожиданно, светлые крылья. Небольшие. Напоминающие крылья летучей мыши, но имевшие светло-песочный оттенок. Уже через мгновение Гон умостился рядом и протянул чашку с водой. Золдик перенял, но продолжил таращиться ему за спину. Он не заметил их сразу. Его прелесть не только хвостатая, но и крылатая? - У тебя... у тебя там крылышки? - Ага! Хочешь потрогать? - Фрикс тут же повернулся боком, подставив предмет интереса прямо в дрожащую руку Киллуа. Золдик смял теплую кожу. Твердое костное основание без намека на оперение, бархатное, как дорогие замшевые туфли. Край крыла шел ровным изгибом, упирался в пространство между лопатками и примагничивал взгляд. - Ты можешь летать? - Киллуа ухватил неожиданную находку обеими руками. Гон показательно расправил и улыбнулся. - Немного. Я летаю как курица. Редко удается потренироваться. Воздушный поток между многоэтажками очень сильный, а в спальных районах много зевак. Можно приложиться головой или запутаться в проводах, - Золдик принялся складывать и раскладывать очаровательный атрибут. Опомнился и тоскливо заглянул в лицо. Во-первых, нихера себе у него фантазия. Видимо, бессовестно дрых при просмотре очередного фантастического фильма с сестрой и все записалось на подкорку. Во-вторых, кареглазая прелесть явно чахла в отсутствии свободы. - Здесь особо... негде летать... - Можно выбраться за город, - Золдик кивнул, наконец отпуская нежный краешек. Фрикс немного ссутулился. - Я стараюсь... работы... много... Инкуб, да? Вроде бы Киллуа одалживал ту мистическую писанину у сестры. Про вампиров. Но Золдик клыки бы заметил. Тогда чем он питается? - А что за работа? - под руку попался кожаный кончик хвоста, чем-то напоминающий светло-розовое сердечко. Золдик подавил визг и зашептал. - Можно потрогать?! - Можно, - гибкая мышца нырнула в ладонь. Киллуа поднес ее к лицу и изумленно замычал. Пушистый. Пальцы нащупали множество маленьких волосков. Но сам кончик был гладким и глянцевым, как карамель. Золдик прижал его к губам и быстро провел языком. Фрикс дернулся, но остался на месте. Нервные окончания есть и в нем? Зачем ему хвост? Вряд ли, при полете от него есть особая польза. Киллуа умозаключил, что просто для красоты. - Хвост работает как вибриссы у кошек, - Гон немного качнул им из стороны в сторону. - Улавливает потоки воздуха и вибрацию. Удобно, когда поднимаешься особенно высоко. В облаках тяжело ориентироваться. - Ооо. Золдик восхищенно ахнул, слегка помял его подушечками и стал вести вдоль крохотного подшерстка. Брюнет стиснул колени руками и задышал медленнее. Когда пальцы дошли до основания у кромки темной ткани, немного спущенной вниз, до ушей Киллуа донеслось едва различимое мурлыканье. И мурлыкал совсем не Беляш. - Тебе приятно, когда его трогают? - Золдик взбудораженно обхватил, снова проходясь по окружности. Прелесть кивнула и обернулась, ошарашив ярко-красными щеками. - Это эрогенная зона... Киллуа продолжил кружить на уровне копчика. Пусть и странным путем, но ему отчаянно захотелось хоть как-то побаловать ночного гостя. - А чем питаются инкубы? Брюнет коротко вдохнул и прогнулся, все больше подставляясь под ладонь. Киллуа пришлось потрудиться, чтобы не ухватить его чуть пониже спины. Звуки из загорелой груди лились такие, что впору было лупить себя по лицу. Почти мастурбация. С оглушающим ревом пронеслось в голове. Золдик разжал руку, но тут же потянулся к рожкам. Гон разочарованно засопел, но послушно подставил макушку. - Все по разному. Кто-то поглощает отрицательные эмоции. Такие инкубы часто селятся возле зданий суда или учебных заведений. Кто-то питается страхом, - он принялся мять простыню. Золдик закончил с ощупыванием бархатных рожек и запустил наглую пятерню прямо в темную челку, жадно пропуская сквозь пальцы. Обалденно. - Такие обычно живут возле кладбищ, или госпиталей. Иногда они начинают драться за территорию из-за схожих предпочтений. - Понятно, - Киллуа добавил вторую руку и стал с нажимом проходиться по коже головы. Мягкие пряди рассыпались вокруг фаланг. Фрикс поднял голову и задрожал ресницами. Такой чувствительный... - А ты чем питаешься? Пальцы огладили участок за слегка заостренными ушами. Гон тихо охнул и ухватился за его голень, начиная звучать совсем неразборчиво. - Лю... ммм... любовью... - Любовью?! - Золдик принялся накручивать пряди на затылке. Почему он удивлен? Разве это воплощение смогло бы питаться чем-то другим? Фрикс был создан для любви. Был создан из нее. Логично, что именно это и стало источником силы. - А... ага... Это странно?.. Желтые омуты стали больше. Киллуа покрутил головой и принялся потирать выступающие позвонки на шее. Даже призрачное тело было невозможно худым. Любви малышу катастрофически не хватало. - Ничуть. Но весьма необычно для темной сущности. - Я не совсем темный... - Ммм? Гон подобрался вплотную и ткнулся Золдику в грудь. Перед глазами снова замаячили крылья. Киллуа зачарованно вдохнул, но стал растирать плечи. Он и сам не знал, почему так распустил конечности. Просто его хотелось трогать и мять, как огромную кошку. Осторожно вести по внутренней части локтя, там где легко прощупывался пульс. Брать тонкие кисти в кольцо, оглаживать суставы. Простые касания. Он занимался бы этим вечно. - Мой... мой папа тоже инкуб. Он питается се... сексуальной энергией... - Ха, везунчик. Секса в больших городах хоть отбавляй. В любую квартиру можно ночью забраться. - Так-то оно да, но... мы немного дефектные... Папе не повезло, он мог питаться только энергией, направленной в свой адрес. - То есть... - Чтобы поесть ему приходилось соблазнять людей... Это чо еще за мифологический эскорт?! - Звучит хреново... - Папе тоже не нравилось... Но это его работа. Темная сторона поддерживает баланс. Если откажешься подчиняться установленным порядкам, за тобой придут... - Кто? Золдик понял, что просто обнимает его. Тесно прижимает к себе, подтянув одеяло до худеньких плеч. Фрикс подобравшимся котенком притискивается к груди. Он теплый на ощупь, но выглядит изрядно замерзшим. Или просто... напуганным?.. - Светлая сторона. Архангелы. Один из них пришел покарать папу, когда тот отказался выполнять свой долг... - Ох... мне жаль... - Он не убил его, - Гон трепетно потерся щекой. Золдик все же обхватил его за талию, утыкаясь в макушку губами. Как же давно он этого хотел... - Папа его соблазнил. Это запрещено. Но этот ангел занимал очень высокий пост. Папа получил неприкосновенность. У них зародилась большая любовь, а из любви получился я. - Твои родители это нечто, - Киллуа хохотнул. Гон кивнул и забрался к нему на колени, устроив бедра по обеим сторонам от поясницы. Золдик не был против. Это казалось естественным, как потребность дышать. Все просто. Гон должен сидеть так близко, как смогут позволить их тела. - А как выглядит твоя мама? Мы никогда не говорили о ней... Губы ткнулись в висок. Фрикс довольно зажмурился, обхватывая под лопатки. Золдик прочертил до надбровной дуги и поцеловал в веко. - Высокая. Метра 2 ростом. С золотистыми локонами. У нее широкие плечи и меня часто катали на них, когда был маленьким. Но могут легко покатать и сейчас. А еще очень сильные руки. Райские врата как-то заклинило и она благословенно отворила их с левого хука. Она очень красивая. У нее много небесных одеяний, сотканных из лунного света и звезд. Но земная одежда ей тоже пришлась по вкусу, особенно костюмы. Она очень любит нас с папой и все время защищает, правда остальные ангелы на нее часто жалуются... Так, по описанию какой-то мужик... Но вслух малышу такое не скажешь... - Моя мама бесполая, - буднично подтвердила крылатая лапонька. - Но при встрече с папой приняла мужскую форму. Папе очень понравилось. В ней и осталась. Золдик представил это. Джин в чем-то откровенно-латексном, оседлавший посланника божьего. Звучит, как пропуск в преисподнюю... - А как ее зовут? - Аххиалес Перворожденная. Но папа зовет ее просто Хилл или крошка. - Он зовет крошкой первородного ангела?.. - Ага. - Бессмертный чувак. Фрикс засмеялся, счастливо утыкаясь носом. На Золдика уставилась пара огромных глазенок. Золдик не сдержался и припечатал россыпь веснушек губами. - Киллуа. - Ммм? - Ты меня не боишься?.. Золдик удивленно замычал, обнимая поверх одеяла. Погладил от копчика до затылка и повел плечом. - По-моему ты очаровательный. Гон влажно моргнул. Было в этом взгляде что-то такое, от чего сердце болезненно сжалось. Малыш питается любовью. Судя по залетной фортуне отца также вынужден собирать ее по крупицам. Вечный голод. Вечный страх быть отвергнутым из-за врожденной принадлежности. Сон или нет. Гон остается Гоном. Золдик укладывает пальцы на тонкую кожу под глазами, ведет к вискам, собирая влагу с ресниц. Малыш напуган. Он заявился к нему в чем, эм, отец родил. Попытался предложить себя, но превратился в репетитора по мифологии. Золдик и тут умудрился накосячить, но теперь понимает, что готов говорить обо всем, что так долго щемило внутри. - Гон, я тебя обожаю, - глазенки распахиваются, хотя куда уж больше. Фрикс молчит, но крепко обнимает руками за шею. Совсем как в тот вечер. Золдик уверен, что сможет. Он скажет видению, затем признается и настоящему. - Так крепко и так глубоко, что никак не вывернешься. Да и не хочется. Я с первого дня понял, что приклеен к тебе намертво. Когда ты впервые зашел в кабинет, для меня появилось персональное солнце. - Солнце?.. - голос совсем тихий. Брюнет почти не дышит, мягко обводя позвонки. Золдик и сам вот-вот заурчит. И дело не в том, что между их телами лишь тонкая ткань футболки. И не в том, что тот почти обнажен. Просто он здесь. Он рядом. Этого достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым. Счастье затапливает Золдика целиком. - Ты мое солнышко. Мое маленькое солнышко. У тебя такой восхитительный рост, ты будто создан для объятий. Ты создан для нежности. Для заботы и разных вкусностей. Я, кстати, купил тебе их почти 3 килограмма. - Мы будем... есть их вдвоем? - Будем. Я хочу все делать вместе. Вместе засыпать и вместе просыпаться. Вместе проводить выходные и отмечать праздники. Хочу кататься к твоей семье и есть пышные куличи! - Я тоже, - Фрикс поджал губы. Судя по мокрой пелене он едва сдерживал слезы. Золдик и сам сморгнул, понимая, что наконец вывернулся. - Киллуа...ты плачешь?.. Золдик весело смеется. Кивает и нашаривает горячие ладони, накрывая собственными. - Я хочу греть тебя. Хочу заправлять твои рубашки, завязывать галстуки, застегивать пальто. Хочу носить тебя на руках. Хочу заботиться о тебе. Хочу стать твоим щитом и крепкой опорой. Твоим спутником, - Золдик глубоко вдохнул. - Гон, я люблю тебя. Я очень тебя люблю. Гон кивнул и закапал слезами. - И я тебя люблю. Я тоже... я... - он вжался в щеку губами. Ткнулся в ухо и дрожаще задышал, измотанный морем эмоций. Золдик, вдруг, подумал, что справился бы. Его любви бы хватило, чтобы тот не нуждался ни в чем. Чтобы чувствовал себя уверенным в завтрашнем дне, нужным, но при этом свободным. Одеяло сползло, обнажая порозовевшие крылья. Оказывается, если сильно смутить краснеют даже они. Основание хвоста также приняло милейший малиновый оттенок. Золдик развернул белую кромку и ткнулся губами. Почувствовал, как пальцы на плечах сжались, от чего улыбнулся самой коварной улыбкой. Нащупал основание хвоста и сжал, принимаясь снова наглаживать по длине. Прелесть всхлипнула и задрожала, отчаянно пытаясь увильнуть. Эрогенная зона. Боже, он бы мучил его часами. Особенно удобным был бы вариант с укладыванием себе на колени. Отличный вид. И на хвостик, и на... Золдик хмыкнул и все же нырнул под одеяло, ухватываясь свободной рукой. Мышцы сжались, тут же расслабляясь под давлением. Золдик бесстыдно забрался под темный край, но только на одну фалангу. Судя по тому, как прогнулась чужая спина, владелец маневры оценил. В ухо ткнулись губами, раскрыли в соблазнительном а и сдавленно замычали, требовательно елозя бедрами. Золдик чужую эрекцию ощущал также явственно, как и свою. Пальцы сомкнулись в плотное кольцо, хвост встал торчком, будто его прошило электрическим разрядом. Фрикс подобрался и пискнул, затем застонал и обмяк, послушно подставляясь. Ухватился за волосы, хныкнул в ухо, тут же стыдливо замолкая. В Золдике стыд безропотно умер, заменив речь на сплошные мягкие ноты. Если шептать в ухо получалась адская смесь: нежный, вкрадчивый голос и крайне похабное содержание. - Я бы гладил тебя везде... везде, - как бы в подтверждение вторая ладонь плавно двинулась вдоль позвоночника. Нырнула к грудной клетке и забралась под кружево. Тут тоже было с чем поиграть. Золдик стиснул розоватую горошину, поймал сладкий вдох и нырнул к животу. - Я бы занимался этим всю ночь... Пальцы обвели впадину. Шелковый край и манящую твердость. Голова закружилась. Киллуа мгновенно нагрелся и весь выпитый алкоголь ринулся в мозг, попутно делая тело мягким, как вата. Гон снова прочел его мысли. Стиснул руками и потянул за собой. Послушно запрокинул голову, давая исследовать пространство шеи. Мелко задрожал, когда губы достигли груди. Прошлись влажным следом и завороженно двинулись ниже, к каменным мышцам живота. Погладить руками, обшарить ртом. До очаровательных коленей и обратно. К тонкой коже бедра с внутренней стороны, оставляя горящие точки поцелуев, к темной ткани белья. Распахнуть губы и обвести по контуру. Гон выдохнул в локоть и тоскливо всхлипнул. - Мне придется уйти... - Ага... Тебе в управление к 7. Оба расстроенно вздохнули. - Я не хочу уходить... - Я заберу тебя прямо оттуда, - Киллуа растасканно улыбнулся. Тело продолжало тяжелеть. Луна залила комнату молочным светом, растаяла в темной копне, но зажгла золото кожи. В Гоне больше ангельского, чем демонического. Фрикс колко посмотрел на нее из-за плеча и потянул на себя, вынуждая навалиться всем весом. - Я забрал слишком много... - Ты возвращаешь мне с лихвой, - в ухо застучало сердце. Золдик ощутил себя мягкой игрушкой. Безвольной, но крайне счастливой. Гон суетливо завозился, цепляя одеяло хвостом. - Тебе нужно отдохнуть. Ты еще не восстановился. - Полежи со мной немного... Золдик поцеловал в выемку на ключицах. Раскаленные руки зарылись в волосы и пригладили назад. - Я... я все тебе верну. Я заключу контракт и тогда мне не придется красть твои чувства. - Ты ничего не крадешь, - Киллуа предательски зевнул, утыкаясь в кружево носом. - Моя любовь рождается для тебя. Значит, тебе и предназначается. Мне кажется, что ты такой маленький из-за ее недостатка... - Это не так! - Фрикс замер на затылке, пропуская светлые пряди на манер гребешка. - Ты даешь мне так много! Каждый день! Я не смогу возместить... - Сможешь. Золдик потерся щекой и легко огладил скулу. Брюнет притих, поджимая губы. - Как?.. - Будь моим. Простая истина. Темные брови скользнули наверх. Хвост зашлепал по простыне, выдавая неприкрытую радость владельца. Гон обшарил бледные пальцы ртом и зашептал. - Я буду. Я уже твой. Золдик широко улыбнулся, отчаянно стараясь не провалиться в бессознательное. Комната снова закружилась в вальсе. Гон приподнялся, подхватывая за подбородок. Губы обожгло. Как коротко. Черт. Он столько не успел сказать. - Я тоже, - Гон заглянул в глаза. Золдик нащупал косточку на запястье, купаясь в медовых отблесках. Они как магнит. Но собственные веки отяжелели настолько, что предательски смыкались. - Я буду оберегать тебя. Буду защищать. Я стану сильным. Ты и так... Но тяжесть оказалась сильнее. Кровать встретила холодной пустотой. Золдик долго не открывал глаза, продолжая сжимать смятое одеяло. Удерживал остатки видения в голове, прокручивая снова и снова. Пожевал уголок из ткани и глубоко вдохнул. Затем все же сполз и выпрямился, необычайно легкой походкой отправляясь на сборы. Хотелось порхать и кружиться. Он влюблен. Он готов купаться в этом чувстве и неизменно обскачет непрошенную соперницу. Фрикс будет ждать у входа в здание. Гон почесал нос и хлопнул шкафчиком, тоскливо поглядывая на запястье. Впереди предстояли часы наискучнейшего бубнежа. Он так и не сомкнул глаз, впопыхах перелопачивая упаковки с подарками. Возился с лентой, но в итоге остался доволен. Палм очень помогла с выбором постельного для тети. Подарок для Киллуа он купил еще месяц назад. Киллуа... Гон разблокировал телефон и улыбнулся, быстро строча ответное сообщение. Они встретятся после собрания. Нужно просто потерпеть. Он так перенервничал, что весь извелся, по сто раз путаясь в гирлянде для елки. Тело не слушалось и частенько роняло на пол все подряд: бокалы, тарелки, коробку свечей. Кожу предвкушающе стягивало, будто он вот-вот занырнет в ледяную воду. Рядом с Киллуа всегда так. Гон становился неуклюжим и мягким, готовым залезть в чужие объятия целиком. Самоконтроль шел к черту... Золдика приходилось подманивать как зверька. Ласкового, но очень пугливого. Миллион каверзных предложений отправлялся в топку, но он не сдавался. Киллуа говорил о чувствах без слов. Сегодня он останется на ночь. Гон собирался непростительно долго. Хлопнул шкафчиком и танцующей походкой отправился в сторону двери. Начальник штаба уже ждал в проеме, залпом вываливая все негодование от работы в выходной день. Гон согласно улыбнулся и почесал под пиджаком. Бондаж натирал, но выбора не было. Даже папин подарок помог на половину. Крылья не спрячешь, когда страшно влюблен.