Чувства божества

      «Много дней прошло с тех пор как некогда один из величайших божеств мира сего — гроза всех четырех поверженных епископов наконец оказался освобожден. Даже четыре, казалось таких, совершенно ниубиенных братьев-проповедников оказались ничем перед силой кровавой короны. Какая ирония… Смертные и даже сами боги боялись его баснословного, великого могущества; необычайно страшились того рокового дня когда кровожадное божество вновь ступит на эту упитанную кровью принесенных в жертву, плодородную землю, выбравшись из многолетнего заточения в небесном царстве и вот он, наконец, наступил. Ох, и какова же была его сила! Сколько почитателей было готово самозабвенно пожертвовать своей ничтожной кровью и плотью, дабы присягнуть на верность своему Великому! Да содрогнутся небеса при упомянании его непревзойденного имени! Эти неисчеслимые убогие души в его распоряжении. Все было в его цепких, властных руках…»             Именно так бы и звучал конец этой истории. Осталось только перелистнуть эту страничку до следующей и увидеть заветную строчку со словом:             КОНЕЦ             Но судьба такая непредсказуемая вещь. Любой может подумать, что все как прежде шито белыми нитками, предрешено, задумано кем-то еще заранее и тем самым ошибется. Все как всегда забывают, что с ней стоит быть осторожнее, ведь она очень жестоко карает тех кто «знает» все наперед. ***       В этот отрезок времени этим местом овладела полная, гробовая тишина. Если не считать тех надоедливых сверчков, что навязчиво-раздражающе разыгрывали свои чудные мелодии, что уже привычно можно было счесть за звуки наступления темноты. Они звучали так по-родному и ритмично, что даже спустя какое-то время, уже, лаская слух, медленно, нехотя вводили в сон, но Тот-Кто-Ждет уже вряд ли купится на подобную мелочь спустя пару неудачных попыток. Кот уже самолично хотел пойти и сожрать с потрохами этих горе-музыкантов, но сдержал себя, ибо больно не хотел тратить свое время в пустую. В данный момент его волновало кое-что совершенно другое.       Он присел на зеленую, кошеную траву, глядя на небо усыпанное звездами. Некогда божество сидело на бренной земле и смотрело на ночное небо усыпанное кучей далеких звезд. Как крупинки сахара рассыпанные по земле. Рядом он расположил цветы. А после — красивые переливающиеся минераллы и грибы. Все, что напоминало ему о тех кого он больше никогда не сможет увидеть. Почти все. Слов было недостаточно, чтобы передать то, что было в мыслях. Оно и не нужно было, по этому черный кот молча сидел на земле и смотрел на звезды. «Остался только Шамура… » Успел подумать он, после чего расслабленно прикрыл веки, а как открыл перед ним оказалась знакомая и уже такая ненавистная фигура ягненка. Без какого-либо предупреждения и прямо перед лицом. Даже у такого «великого» бессмертного божества как Тот-Кто-Ждет сердце в сию секунду ушло в пятки. Он отскочил в сторону и зашипел       — Проклятый, ты, агнец! — ругал его кот, в то время как его шерсть стояла дыбом от страха, — Ты, хоть знаешь, что я делал с такими…        Не успел он договорить как агнец перебил его, посвятив перед ним до боли знакомыми нитями паутины прямиком из шелковой колыбели — храма покойного епископа в своих руках       —… Если надеешься добиться моего расположения подобным способом, то ты действительно то еще омерзительное ничтожество!              На его упреки ягненок как-то обреченно выдохнул и присел рядышком с котом, отчего тот всем видом полным отвращения отползал от него. Обычно с таким лицом его можно было увидеть когда агнец производил не совсем удачную попытку готовить еду из того, что приходилось, ведь в отличие от других последователей ему было очень важно что входит в состав этих блюд       В этот момент между ними разразилась мертвая, неловкая тишина. Неловкая только для черного кота, в то время как Ламберт сидел со своей фирменной, сладкой, умиляющей улыбкой. Настолько приторно, что дальше уже просто некуда — казалось Тому-Кто-Ждет. Ведь он как никто знал, что милый вид этого ягненка лишь умелое прикрытие. Весь путь он наблюдал за ним от начала до конца. Он силен, его внутренний дух сильнее чем может показаться на первый взгляд. Переступишь ему дорогу и уже окажешься погребенным заживо. Алая корона не ошиблась когда остановила свой выбор именно на нем, как бы кот не уверял себя в обратном. Ни одно божество не заставило его пасть на колени, даже перед страхом смерти. Но, что движет им, если он совершенно не ведет себя как божество? Он как и вся его наивная, избалованная паства — обыкновенное ничтожество, но что-то выбивает его из их числа. И об этом, увы, остается только гадать. ***