Точка к точке | Point to Point

      Рабочее место Гермионы было её миром, однако оно находилось в осаде.       Открыв скрипучую дверь своего офиса в Министерстве, Гермиона не могла не заметить бумажного дракончика, пускающего пламя из конфетти на её ежедневник. Под когтями, сделанными из старых записок, она увидела чёрные капли из своей чернильницы, оставляющие спирали крошечных отпечатков когтей на всём «апреле».       Очевидный виновник случившегося устроился поудобнее за своим столом, откинувшись на спинку стула, явно не обращая внимания на Гермиону, будто все так, как и должно было быть. Он не мог бы заявить о своей виновности ещё сильнее.       Она скинула свою сумку на стол, заставляя негодяя заметить её.       — Грейнджер.       Гермиона не ответила Малфою, вместо этого она наклонилась вперёд, чтобы протянуть руку к бумажному дракончику, который в это время обгрызал её любимое перо. Дракончик понюхал её пальцы, а затем начал забираться на руку, покалывая кожу Гермионы через свитер.       — Ты ему нравишься, — сказал Малфой.       — Ещё бы, — ответила Гермиона, любуясь деталями чешуи дракончика. — Если бы только он так сильно не любил устраивать беспорядок на моем рабочем столе, — многозначительно сказала она. Тем временем бумажный дракончик полез выше, и Гермиона вздрогнула, когда он нашел способ забраться ей на голову с бумажными писками восторга.       — Я бы не назвал это беспорядком. Больше похоже на креативные и необходимые изменения в твоём ежедневнике.       — Мой ежедневник в порядке, ему меньше всего нужны изменения от неразумного дракончика, — ответила она.       — Тише, ты же ранишь его чувства. К тому же, ты врёшь. Твои планы на выходные отвратительны.       Гермиона не стала отвечать. Её планы на выходные отвратительны только из-за того, что у кое-кого довольно необычный подход к назначению встреч.       Малфой поднял на неё взгляд и усмехнулся.       — Смотри, кажется, он нашел своё гнездо.       — Драконы не вьют гнёзда, — поправила Гермиона, пытаясь отцепить когти бумажного дракончика от своих волос. Как только у Гермионы получилось, дракончик издал возмущенный вопль. Она положила его на свой стол, и он обиженный пошёл к её скрепкам для бумаги. — Они живут в надземных и подземных пещерах и иногда в искусственно созданных условиях, предназначенных для имитации их естественной среды обитания, например, в убежище для магических существ.       — Напротив, драконы действительно проявляют поведение, похожее на гнездование, когда находят безопасное место, эстетически привлекательное и комфортное.       — Пустые слова.       Драко драматично положил руку на сердце.       — Давай сделаем вид, что Гермиона Грейнджер не обвиняла меня в пустословии.       Нырнув в серебристые скрепки Гермионы, бумажный дракончик был очарован собственным отражением в бронзовой чернильнице. Гермиона заклинанием убрала чернила и конфетти со своего стола и оставила бумажного дракончика лежать, свернувшись вокруг её чернильницы.       Она села и начала листать стопку заметок и объявлений, которые расцвели на её столе, будто ненужный бумажный грибок во время её обеденного перерыва. Она чувствовала на себе взгляд Малфоя.       — Перестань пялиться на меня и займись работой.       Он вздохнул.       — Она наводит на меня скуку.       — На тебя всё наводит скуку, Малфой.       — Неправда, — он начал перечислять по пальцам. — Квиддич, вечеринки слизеринцев, вещи, которые я хочу купить, вещи, которые я недавно купил, и ужасы твоей прически. Всё это довольно интересные темы. К тому же, всегда есть слухи и сплетни.       Гермиона фыркнула и демонстративно наклонилась над своим столом, чтобы поближе взглянуть на еженедельную сводку отчетов Аврората. Не то чтобы это его остановило.       — Ну что, Грейнджер, — сказал он, растягивая гласные в её имени. — Нашла себе парня?       — Нет.       — Девушку?       — Нет.       — Может быть развратные отношения с оранжевым комком волос? — он постучал по подбородку и хмыкнул. — Это было недостаточно конкретно. Я имел в виду оранжевый клок волос, наполовину сделанный из шерсти Низзла.       Гермиона пристально посмотрела на него.       — На данный момент, я обладаю любвеобильным, верным и умным спутником по имени Живоглот, и одним невыразимым раздражением.       Гермиона безумно хотела использовать другое слово, начинающееся с буквы «а», но они были на работе.       — Какое совпадение, вот и я тоже им обладаю. Невыразимым раздражением, не оранжевым комком волос, — он посмотрел на её волосы. — На самом деле, раздражение больше сочетается с коричневым комком волос. Кстати, я обновил для тебя список дел.       Гермиона со вздохом посмотрела на свой список дел. Под длинным списком вычеркнутых, повторно написанных, частично перечеркнутых пунктов был один новый, добавленный совсем недавно и явно написанный не её почерком:       Памятка Шаклболта: правила поездок для Авроров.       Забрать еду для Живоглота.       Найти парня.       — Как я уже неоднократно говорила, офис находится в особенно критическом положении и…       Малфой закатил глаза и встал из-за стола.       — Хочешь что-нибудь из комнаты отдыха?       — Только чай, спасибо.       С этими словами она продолжила продуктивно работать.              Когда Малфой вернулся, Гермиона нежно попрощалась со своей продуктивностью. Он держал две кружки и листовку.       — Есть планы на июнь? — спросил он.       — Ничего такого, что нельзя было бы перенести. А что?       — Я подумываю о том, чтобы похитить тебя, — он подал ей кружку с чаем, приготовленным именно так, как ей нравится, и листовку с надписью «Международная конференция по правоприменению и разработке нормативных актов: 15 Июня, Гонконг».       Когда Гермиона была младше, её родители сбежали в Гонконг. На самом деле, они принимали участие в недельной стоматологической конференции, спонсируемой Университетом Гонконга, но дело в том, что её родители отнеслись к этому, как к побегу. Были все эти загадочные взгляды и предостережения Гермионе, чтобы та тщательно упаковала вещи для пребывания в доме бабушки.       В общем, они вернулись домой приятно уставшими в приподнятом настроении, не говоря уже об их наборе фотографий, которые они пересмотрят бесчисленное множество раз, и угощениях для Гермионы. Ей подарили футболку с изображением гавани Виктория, открытку, украшенную орхидеями, и один неожиданный, как правило, запрещенный в их семье подарок. Они привезли для неё пакетик желеобразных конфет — шокирующий шаг для родителей ребенка, первые слова которого включали в себя фразу «заболевания полости рта».        Гермиона растянула это удовольствие почти на год, доставая одну из конфет только по особым случаям. Ни она, ни её родители не могли прочитать, что написано на этикетке, но Гермиона попробовала конфеты со вкусом фруктов, которых нет в Англии.       В течение многих лет Гонконг оставался в смутном списке мест, которые она хотела бы посетить.       — Ты хочешь, чтобы мы поехали в Гонконг этим летом?       — Я лишь пытаюсь навести тебя на мысль, что участие в подобного рода конференциях повысит наш авторитет. Посещать их и престижно, и практично одновременно, не говоря уже о том, что нам выгодно распространять информацию о наших проектах, — спокойно ответил он голосом, который, вероятно, заставлял их руководителей беспечно кивать на всё, что он предложит, а маленьких старушек угощать его печеньем. Формально, должность Гермионы была выше должности Драко, но, если бы иерархия была намечена в виде карты, он был бы противоположным углом огромного параллелограмма. Должность межведомственного посредника была причиной её нынешних стесненных условий работы.       — Я не думаю, что поездка на конференцию считается похищением.       Она глотнула чай и начала изучать буклет.       — Я бы никогда не подумала, что тебе будет интересно провести отпуск в таком необычном месте.       Драко фыркнул.       — Прекрати. Я не Уизли.       — Держу пари, что рыбные палочки и картофель фри — самое экзотическое блюдо, которое ты когда-либо ел.       Малфой скривил губы.       — Чтобы ты знала, я пробовал димсамы и рисовый отвар, оба блюда мне понравились. И то, и другое было гораздо вкуснее, чем так называемый традиционный способ употребления рыбы с картофелем фри из перепроданной газеты дневной давности. Это отвратительный способ испортить реально вкусную еду.       Он прокашлялся.       — Итак, ты поедешь со мной?       Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Она лишь пожала плечами. Драко ухмыльнулся.       — Значит, поедем. Даже если мне придется связать тебя, чтобы вытащить отсюда.       Он встал и подошел к её столу, разглядывая спящего бумажного дракончика.       — Ты собираешься оставить эту маленькую неприятность себе? Я предполагаю, конечно, что он был тем раздражением, о котором ты говорила.       Гермиона поджала губы. Она взглянула на Драко, который в тот момент смотрел на неё.       — С ним много хлопот, но, в целом, он безобидный и милый.       Драко фыркнул.       — Безобидный? Ещё я думаю ты имела в виду не милый, а очаровательный.       — Я придерживаюсь того, что я сказала.       — Хорошо, — сказал он, закатив глаза.       Драко обошёл её сзади и наклонился, чтобы изучить буклет. Он положил подбородок ей на плечо и зарылся лицом в её волосы, уткнувшись носом в её шею.       — Ну и кто теперь вьёт гнездо в моих волосах? — упрекнула она.       — Я не вью гнездо, — прошептал он. — Я просто проверяю структурную целостность твоих волос для домашнего строительства. Для твоего дракончика. Конечно.       — Сбеги со мной, — внезапно сказал он. — Только на вторую половину дня. В офисе мертвая тишина, половина отдела взяла отгул.       Он поиграл с концами её волос. Сердце Гермионы ёкнуло.       — Сбежать вместе — это настоящее обязательство. Мне нужны какие-то гарантии моей безопасности.       Малфой потянулся через стол, чтобы вытащить перо из её тайника. Он окунул его в чернильницу, аккуратно избегая взъерошивания чешуи спящего дракончика, и зачеркнул пункт в списке её дел: Найти парня.       — Решил, что это безнадежное дело?       — Нет.       Он сделал паузу.       — Я просто вычеркиваю лишний пункт. В конце концов, у тебя не может быть двух парней.       Это был вопрос, замаскированный под утверждение, и она видела неуверенность в его глазах.       Гермиона улыбнулась и поцеловала его в висок.       — Твоя логика меня поражает.       Драко выглядел невероятно довольным собой. Он встал и поднял её за собой.       — Давай убираться отсюда, пока это место окончательно не отбило моё желание жить.       — Я уверена, что смогу придумать что-нибудь, что могло бы заинтересовать тебя в этом мире.       Он ухмыльнулся и притянул её ближе.       — Я уверен, что ты сможешь.       С этими словами они вышли из офиса рука об руку.