Забери меня домой.

на часах пробило полночь. от мрачного коридора по остальным частям дома разносились громкие крики некогда пустяковой ссоры, что сейчас переросла в настоящее пламя, обжигая своими языками сердца возлюбленных и оставляя на них мелкие, но кровоточащие раны. из глотки мужчины противным комом вперемешку с горечью вылетали самые омерзительные слова и оскорбления, что смертельно ранили молодое сердце и безжалостно пронзали насквозь, словно разбитым в дребезги стеклом. а после распространяли оставленный на наконечниках яд по сосудам и венам, паразитируя разум и пустующую душу. гнев сжёг все тёплые чувства, оставив лишь отчаяние, печаль и отвращение. уилбур давно потерял самоконтроль над своими красноречивыми речами, но и томми далеко от старшего не ушел. они сейчас были больше похожи на заклятых врагов, чем хотя бы на лучших друзей, не говоря ещё о статусе возлюбленных. а ведь они ими и были. любили друг друга до потери пульса, сознания и возможности здраво мыслить. но сейчас, они могли потерять сознание только от агрессивно летящих в друг друга предметов, что, кажется, оставляли вмятины в картонных стенах. они никогда так не поливали друг друга грязью, ведь уже давольно давно перешли с темы конфликта на личности. они напоминали друг другу даже о самых мелких косяках, тем самым пытаясь «выиграть» ссору и не остаться крайним. никто из парней даже не задумывался, насколько далеко заходят со своими упрёками. они продолжали рвать свои глотки, орали на друг друга, в прожженной этим пламенем душе ненавидя каждый сантиметр себя. на часах пробило полпервого. вдруг, в зимней тишине ночи, по дому стал разносится только один голос. уилбур и не заметил, как после его слов в чужих, стеклянных глазах вмиг заиграл целый океан наполненный соли. каждая жгучая капелька лилась ручьями из невинных глаз, противно обжигая нежную кожу щек и оставляя на душе раны глубже чем от обидных слов. видимо, уилбур зашел и в правду слишком далеко, затронув какую-то больную тему младшего. -ТЫ БОЛЬНОЙ, КОНЧЕНЫЙ УБЛЮДОК, УИЛБУР. Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, — криком души, вырвался наружу уже хриплый от бесконечных ругань голос, местами заикаясь и пропадая. ноги, запутываясь, ринулись к своей комнате. спустя мгновение, по дому эхом разнёсся громкий хлопок захлопнувшейся двери. сбежал. крик прекратился, а уилбур остался стоять один в коридоре, наедине со своей злостью. осознание сказанных слов и не собиралось приходить. «стоп, томми..плакал?» просматривая в голове картинки недавно произошедших событий, понимает мужчина. некогда, он обещал своему возлюбленному защищать его и делать всё возможное, чтобы не допустить даже капли из его лазурных глаз. -блядь. какой же я имбецил, — ненависть и злость полностью сгорели, оставив за собой осадок пепла вины и отвращения к самому себе. ноги сами направились к недавно захлопнувшейся двери, но не так уверено как минуты ранее. с каждым шагом он сомневался в себе всё больше и больше, в то время как сердце ныло под тонной пепла. вот он уже стоит у двери, аккуратно касается железной ручки и дёргает вниз. -томми, слушай, нам нужно поговорить,- мужчина чувствует неприятных холод, что вызывает табун мурашек и пронзает тело, сковывая конечности. кофейные глаза поднялись на кровать, что пугающе пустовала. взгляд резко начал метаться по всему помещению, в надежде отыскать иннита. но его, к сожалению, нигде не было. глаза, наполненные испугом и волнением остановились на окне, что было открыто на распашку. -ну он же не настолько тупой, чтобы полезть в одной футболке и шортах зимой на улицу, тем более босым, — уилбур подлетел к окну, оперевшись руками о подоконник и смотря на улицу. в высоких, рыхлых сугробах под окном были очень хорошо заметны свежие следы от чьих-то ног. мигом подорвавшись, он как ошпаренный побежал к входной двери. накинув на себя первое попавшие под руку пальто, в спешке обувшись и захватив куртку томми, мужчина выбежал во двор и через сугробы побежал к открытой калитке. оказавшись вмиг на улице, уилбур начал взглядом искать сбежавшего иннита. он всё ещё не терял надежду на то, что младший не успел бы к этому времени убежать слишком далеко. его мольбы о благословении были услышаны и неподалёку от мужчины, в противоположную от него сторону еле ковылял мальчишка. и вот уилбур вновь бежит, желая как можно быстрее достигнуть любимого. под ногами противно скрепит снег, оставляя на себе следы. -я так рад что с тобой всё хорошо.. — облегченно шепчет мужчина, крепко прижимая к себе промерзшее на знойном морозе тело. — ты такой глупый.. как тебе вообще пришло в голову убежать в минусовую температуру практически без тёплой одежды и обуви? — мягко отчитывает иннита уилбур, накидывая на чужую спину тёплую куртку. а последний молчит, захлёбываясь в собственных слезах. его тонкие руки обвили шею мужчины, утыкаясь опухшей от горьких слёз мордашкой в мягкое и тёплое плечо уила. он ощутимо дрожал, стягивая одежду в кулаки, словно маленький ребёнок. -п-пожалуйста, уилбур, заб-бери меня домой.. — часто заикаясь и делая небольшие паузы между словами, пытался из-за всех сил произнести томми, прижимаясь как можно ближе к чужому телу, желая почувствовать хоть какое-то тепло. он ощущал себя сейчас настолько беспомощным, словно маленький щенок, которого безжалостно выбросили старые хозяева. он не чувствовал ни ног, ни кончиков пальцев. он не чувствовал абсолютно ничего, кроме желания бесконечно лить слезы. -томми, малыш, всё хорошо. я рядом, не нужно плакать, — он аккуратно поднимается с колен, придерживая младшего. на дворе была уже глубокая ночь, все жители их улицы сладко спали в своих домах. но только уилбур спокойно шел домой, держа в руках рыдающего навзрыд томми. под светом высокого столба, у самого мужчины на щеках можно было увидеть еле заметные дорожки из слёз, что сверкали самым чистым блеском. — нет мне прощения за такие слова. — тихим шепотом слова раскаяния проникают в самую душу, а в ответ уилбур слышит лишь шмыганье носа, истерика младшего постепенно утихает. кудрявая макушка чувствует на себе легкий поцелуй, что несёт в себе мотив сгладить нанесенные в процессе ссоры, раны. на часах пробил ровно час. уилбур заходит в дом и закрывает за собой дверь, к тому времени как на его плече от плача осталось лишь мокрое и солёное пятно. томми лишь молча наслаждался теплом, что исходило от мужчины и пытался им согреться. ночная тишина встречает их с распростёртыми объятиями, заманивая в глубь дома. они заходят в спальню, а уилбур усаживает младшего на кровать, пока сам садится на корты напротив. они не говоря ни слова, смотрят друг другу прямо в глаза, пока молчание сжирает каждого изнутри. томми ёжится под холодом, которое создаёт открытое окно. заметив это, уилбур быстро сообразил что к чему, поэтому через время окно было плотно закрыто. -может, скажешь хоть что-нибудь? — своим хриплым и заплаканным голосом осмелился прервать нависшую тишину томми, с еле ощутимым злом и раздражением в тоне сказанного. он сжимал покрывало под руками, поджимая и кусая губы. -пойдем, покурим? — с капелькой грусти и чувства безнадёжности в голосе, предлагает уилбур. он стоит рядом с младшим, доставая из кармана пачку сигарет. — расслабляет. тебе как раз не помешало бы это сделать. — добавляет мужчина, после чего в конец замолкает, ожидая ответа. даже не знаю, чего он хотел услышать, зная, что томми не переносит запах табака. -хорошо, пойдём. — уверенно встаёт иннит и идет на веранду, вытирая всё ещё холодной рукой оставшиеся на щеках слёзы. будучи слегка удивленным от такого ответа, уилбур не стал перечить и молча направился за томми. на часах пробило пятнадцать минут второго. они стоят на веранде перед открытым окном. уилбур курит, а томми с сомнением вертит злосчастную сигарету в руках. -что же ты согласился пойти покурить, если сам просто стоишь рядом? — он выдыхает табачное облако дыма прямо в лицо младшего, с ехидной улыбкой наблюдая за тем как он кашляет. -кхе, кхе. придурок. как ты эту дрянь вообще переносишь? — возмущается томми, свободной рукой махая перед собой в попытках развеять едкий дым. -тебя же как-то переношу. — невозмутимо отвечает уилбур, переводя взгляд на улицу и делая ещё одну затяжку. -тоже мне, дохуя умник нашелся. — недовольно фыркнул он и зажал свою сигарету меж губами, а после уже начал наблюдать на действиями старшего. в руках уилбура медленно тлела тонкая трубка папируса, набитая до краёв табаком. в прикрытых наполовину глазах, цветом молочного шоколада, казалось, что отображается всё звёздное небо. они были наполнены печалью и сожалением, они были наполнены желанием заполнить себя табачным дымом. -так ты будешь курить или нет? — поинтересовался уилбур, переводя взгляд на младшего. он успел уловить боковым зрением его увлечённые глаза, но зацикливаться на этом не желал. в ответ он получил лишь подтверждающий кивок, из-за чего мужчина усмехнулся и молча наклонился к томми, касаясь конца его сигареты, своим. это помогло, чужое табачное изделие теперь так же горело алым. да и не только оно, щеки иннита в то же мгновение вспыхнули розовыми тонами. он слегка смутился от столь неожиданного действия уилбура, что не желал показывать, поэтому моментально отвернулся и посмотрел в окно. -молчи. — опережающе произнёс томми, перед тем как старший успел бы что-либо сказать. в ответ последовал лишь тихий смешок, а уже после и звонкий смех, потому что младший в спешке затянул табачный дым и начал громко кашлять. — КХЕ, КХЕ, БЛЯДЬ, Я ЖЕ СКАЗАЛ МОЛЧИ. — начал не хило так возмущаться томми, пока первый всё ещё заливался ярким и выразительным смехом. от очередного приступа злости, младший случайно выронил свою сигарету за открытую форточку веранды. а уилбур, докурив, последовал примеру первого. дабы усмирить пыл иннита, одной из рук он бережно обхватил его талию и притянул к себе, а второй аккуратно переплел своими тонкие пальцы с чужими, несильно вжимая в подоконник. план сработал, томми замолчал, немного растерянно наблюдая за каждым совершаемым действием. голова уилбура не спеша наклонялась к младшему, прожигая своими кофейными глазами чужие — небесные. его забавляла столь милая реакция томми, она грела его пустующую душу и давала хоть какую-то призрачную надежду на спасение от его безумного сознания. вот их лица в миллиметре от друг друга, только одно лишнее движение и их губы сомкнутся. уилбур остановился, а его горячие дыхание опаляло нежную кожу младшего. -целуй уже. чего встал. — вновь возмущается томми, хмуря брови. его рука незаметно легла на чужое плечо, сжимая шероховатую ткань на нем. -ты такой нетерпеливый. — горячо шепчет прямо в чужие, сахарные губы уилбур, аккуратно касаясь их и закрывая глаза. их силуэт озарял свет полной луны, что застыла посреди звёздного неба. они оба расслаблены, они оба хотят больше. больше прикосновений, больше поцелуев, больше времени. и томми, и уилбур уже забыли, что стало причиной их громкой ссоры. даже так, им было плевать. они мирятся, не прося у друг друга прощения, считая эти слова попросту ненужными. они знали что любили друг друга. они просто знали. -фу. сигаретами воняешь. — отстранившись от старшего, недовольно произносит томми. он вытирает мокрый след, что остался на бархатных устах после поцелуя. -теперь и ты тоже. — дразнит младшего уилбур, облизывая свою нижнюю, обкусанную губу. -ты отвратителен. — упрекает томми. -я знаю. — отвечает уилбур. на часах пробило ровно два.