Год за годом

— Ууууууу-уууууу-ууууууиии.. — Мальчик влетел в помещение, изображая самолёт. — Это так классно, когда у тебя выходной, пап! — Соу кинул сумку с тетрадями вперёд, снося всю обувь, что мирно стояла напротив. — Ой-ой, Соу! — Недовольно проворчал отец, смотря на весь кавардак, который сотворил его сын. — Не делай мне и маме ещё больше хлопот в уборке, раз всё равно не помогаешь нам. — Мужчина разулся, отставляя свои ботинки на ступеньке. После чего принялся устранять бардак из обуви. — И почему же классно? Разве тебе не нравится, когда тебя забирает твоя тётя? — Рука потянулась к перевёрнутым зелёным туфлям, ставя те на их законное место. Соу остановился и повернулся в сторону отца, который даже согнутый выглядел выше него. Судя по лицу, мальчик задумался, смотря куда-то ввысь, словно с кем-то советуясь. — Не нравится! — Крикнул Хиёри, убегая вперёд, в гостиную. Наконец-то расставив всю обувь на прежние места, мужчина снял пальто и открыл шкаф, вешая его на плечики. Далее он проследовал за сыном, чтобы с него тоже снять верхнюю одежду. — И почему? — Отец устало вздохнул, присаживаясь на колени перед сыном, который мирно сидел на диване. Он принялся расстёгивать пуговицы на детском пальто. Когда пальто сняли, Соу вскочил, подбежал к школьной сумке, что-то ища. Мужчина вопросительным взглядом смотрел на сына, что вытащил пульт в пакете. — Хей..! — Удивлённо сказал отец, смотря на своего сына, — Так вот где был пульт.. — Разочарованно промычал, смотря на то, как маленький негодник садится на диван и включает телевизор. — Мы с мамой его обыскались.. Всё утро искали, но по итогу твоя мама так и не посмотрела тот сериал, который хоте– Соу его перебил. — Она жуткая, — Тихо перебил Соу, — Она немного похожа на маму... А мама меня любит..! — Каналы одним за другим сменяли друг друга. — А она... она... Мне кажется, она меня терпеть не может.. — Отвёл взгляд. — О? — Мужчина вернулся в прихожую, открывая шкаф и повесив детское пальто. — Я уверен, тебе кажется. — Положил ладонь на грудь в «благородном» жесте, — Она тебя любит, иначе не стала бы забирать тебя со школы. — Улыбнулся. Соу скептически посмотрел на отца, но перевёл взгляд обратно на телевизор. Там шёл какой-то странный мультсериал, сюжет которого отцу мальчика никогда не понять. Но главное, чтобы сыну нравилось, остальное неважно. — Хм... Возможно ты прав, — безэмоционально сказал Хиёри, уже полностью погрузившись в мир вселенной мульсериала. Отец лишь усмехнулся и направился в сторону кухни по коридору. Но перед этим всё же решил зайти к Хане, учтиво оповестить, что они добрались до дома. Наверняка она даже не услышала шум в прихожей, бедняжка. Он положил ладонь на ручку двери и собирался уже открыть дверь, но та оказалась заперта. Что-ж, она решила себя запереть.. Где она взяла ключ? Но сейчас это не важно. После неудачной попытки открыть дверь, мужчина постучался три раза. — Хана? — Вопросил оппонент. Но Хана промолчала, только лишь спустя несколько секунд всё же отозвалась. — Акайо.. — Тихо с хрипотой в голосе сказала девушка, — Это ты.. — Голос казался совершенно безжизненным. Она не задавала вопросы, а просто говорила всем известные факты. — Мы с Соу вернулись, — Улыбнулся Акайо, пусть его и улыбки никто не увидит. — Кажется, ему понравился этот день в школе. — Мужчина постучал пальцами по дереву, повторяя так несколько раз, после чего принялся настукивать мелодию, ожидая ответ своей жены. Послышался протяжный вздох и Хана, судя по звукам, подошла вплотную к двери. — Я.. Рада, — Женщина улыбнулась, прикладывая ладонь к двери. — Акайо... я... А-эм... Можно я задам тебе вопрос? Акайо удивился и тут приложил ладонь в двери, полный уверенности серьёзно проговорив: — Конечно.. К чему такие вопросы? — Незаметно для себя свёл брови в переносице от удивления. — Мы же семья, спрашивай, что хочешь. — Улыбнулся добродушно. Хана сжала кулак на двери, бессильно ударив об неё. — Ничего, забудь, — Девушка отвернулась и направилась в сторону двухспальной кровати. — Сейчас я хочу поспать. Улыбка с лица Акайо сползла и он посмотрел холодным взглядом на дверь. — Что тебя беспокоит? Хана промолчала точно больше минуты, потому что ритмичное настукивание вернулось. Обычно Акайо делал так, когда ему было скучно, особенно она запомнила это ещё в школе. Так вышло, что она тогда попала с ним на один урок математики. Он весь урок постукивал, смотря на окно, но никак не на доску. Тогда девушка подумала, что он точно бездельник и нигде не смыслит, раз учителей не слушает. Но позже от своих одноклассниц она узнала, что он очень умён для своих лет, будто проживал свою вторую жизнь, помня о старой. — Ничего.. — Вздохнула, прикрывая глаза. — Я устала и хочу поспать.. Будь добр, оставь меня в покое. — Положила предплечье себе на лоб. — Приготовь что-нибудь Соу на ужин, он наверное голодный. Мужчина прислушался к звукам, чтобы понять, что на самом деле делает его жена. Как оказалось, она действительно легла на их кровать. Наверное, действительно нездоровится. Ничего страшного, пусть отдыхает – Акайо справится. Он накормит своего, пока что, единственного сына. — Ох, и правда, — Задумчиво ответил мужчина, — Мне сегодня учитель сказал, что он ничего не поел во время ланча. Наверное у него болит живот. — Сейчас он выглядел похлеще любого детектива из романов. — Что-ж, пойду сделаю ему ужин, тебе готовить? — Улыбнулся как балванчик. — Я не голодна. — Хорошо, — Развернулся в сторону кухни, — Приятного сна, любимая! — Голос постепенно отдалялся и вскоре затих. Акайо ушёл на кухню окончательно. Девушка дрожащей рукой положила ладонь на лоб, садясь обратно на кровать. В её глазах отчётливо читался огромный, звериный страх. Она приложила ладонь ко рту, начиная тихо плакать. На её тумбочке лежала котлета с крохотным отломленным кусочком. Мясо было добротно приправлено сыром и панировочными сухарями, рядом даже чесночный соус в мерных пропорциях. Будто ресторан. Однако Хана не была рада подобному пиршеству, она лишь нервно держала стакан с вином, давясь собственными слезами. — К-какой кош-ш-шмар.. — Девушка смотрела в пол, подавляя рвотные рефлексы, — П-прости.... Пр-прости... — Слёзы текут сильнее, а дышать ровно становится сложнее. Почему же так вышло? В чём виноват этот парень? Тем, что желал спасти бедную мать с ребёнком? Почему так получилось? Мир такой жестокий, что кажется, слёз не хватит. Счастливый мир рушится по осколкам стекла, больно впиваясь в душу, царапая все внутренности, словно топор, рассекающий древесину. Счастья нигде нет. Взгляд вновь блуждает по котлете, без звука вздыхая очередной раз. Унисон вздохов отчаяния и раскаяния. Людей нужно кремировать после смерти, почитая о них память. Относиться с уважением. Так почему же Хана его ест? Любимого человека, который отдал жизнь впустую, но ради неё. Зачем она его ест. Зачем? Зачем. Думать о жестокости мира уже тошно надоело, время просто безмолвно смотреть на потолок и думать о своём. Или лучше не думать вовсе. ••• Мальчику уже надоело смотреть тупо в телевизор. Пусть это и новшество, которого не было с его самого детства, всё равно это надоедает. Так устроен организм, отвергать то, что было когда-то мечтой. Хотя со временем он возвращается к своей мечте, восхваляя всех, кто придумал эту штуку. В его-то возрасте, нужно гулять на улице с друзьями на заднем дворе, ходить в гости. Но такой роскоши у него нет. Ему запрещали через чур долго контактировать с людьми, что уж говорить о друзьях. У него их просто нет. Даже в школе ни с кем не общается, в основном сидит на последней парте и смотрит в окно. Учителя уже давно смирись и потому не дёргают его. Да и в прицепе не их дело, не привыкли лезть в чужие дела. Ему часто было одиноко, поэтому мама подарила ему Бимо. Милого и озорного щенка, который скрашивал его серые дни. Кажется, это был его единственный друг. Ему правда было всё равно, что они друг друга не понимали, но зато им было весело. К сожалению счастье тоже мимолётно. В этом мире ничего не вечно. Смотря на вечно счастливых детей, своих одноклассников, Соу задавался лишь вопросом, что на самом деле есть счастье. Вдруг счастье заключается в том, что у тебя уже есть семья? Тогда, получается, он неблагодарный? — Соу! — Слышится где-то приглушённо с кухни, — Ужин готов! Иди поешь! Хиёри опять улыбнулся и быстро потянулся за пультом, выключая телевизор. Стоит жить ради таких спокойных и тихих вечеров. Мальчик встал с дивана и побежал сломя голову на кухню, где отец стоял у плиты в фартуке. Мужчина заметив сына, кивнул ему на стул рядом со столом, намекая, чтобы тот сел. Как только действие было выполнено, Акайо открыл шкафчик, где лежала посуда. Ловким движением он подцепил тарелку, поставил на столешницу, накладывая котлету, также заботливо выдавливая на неё сырный соус. Отдал тарелку сыну и взял стакан с нижнего ящика, ставя уже сразу перед Соу. — Что пить будешь? — Учтиво спросил, подходя к холодильнику. — Я хочу томатный сок. — Улыбнулся. — Ого... — Отец удивился выбору сына, взбалтывая полупустую коробку. — Чего это тебя так потянуло на него? Раньше ведь не любил его. — Налил содержимое в стакан. Соу засмущался и отвёл взгляд, беря стакан с соком. — Учитель сказал, что томатный сок полезный.. — Сделал глоток, поморщившись. — Поэтому я буду его пить! Даже если мне и не нравится. — Ну-ну, посмотрим на сколько тебя хватит. — Добродушно улыбнулся, потрепав того по волосам. Такие же зелёные, как у его жены. Мужчина лишь усмехнулся, садясь рядом с сыном, наблюдая за тем, как он ест. Всё же он так сильно похож на мать, такой же милый и красивый. Даже как-то странно думать о том, что Соу похож и на него самого. Будто он сувенир и доказательство любви между ним и Ханой. Где-то в глубине души, он ждёт, когда его маленькое чадо вырастет и будет просить советы по завоеванию сердца его дамы. Ему бы хотелось, чтобы он обучал Соу всему, что он знает сам. Только вот сейчас он не готов психически. Так что до первого этапа ему далеко. — А мама с нами не будет ужинать? — Поднял взгляд на отца, смотря прямо в глаза. Честно, если Акайо скажет, что не вздрогнул от неожиданности, то соврёт. — Нет, ей нездоровится. Она легла спать, — Улыбнулся. Мальчик огорчённо вздохнул и воткнул вилку в один из кусков котлеты, учтиво разрезанную отцом. Соу сразу почувствовал странный вкус после первого куска. Мясо было таким мягким... Словно таяло во рту. Немного сладковатым. Или же он это уже напридумывал в силу детского воображения?.. Он такого не ел ни разу. Ну, точнее ему так кажется. — Какой-то вкус странный.. — Хотя сырный соус по-прежнему вкусный. Мужчина, кажется, только что вышел из "транса" и вопросительно посмотрел. — О? — Подпёр подбородок об кулак, смотря как-то не очень удивлённо. — Тебе не понравилось? — Добавил некой грустинки в свой тон под конец. — Нет-нет! — Растерянно сказал мальчик, начиная нервно бегать взглядом по всей комнате, — Мне понравилось, правда! — От неловкости подцепил второй кусок и принялся его жевать. Лицо Акайо мгновенно расплылось в зловещей улыбке. Это напрягло Соу. Но он решил не придавать особого значения этому. Такой уж характер свойственен ему. Напридумывает что-то и улыбается сам себе. Хотя Хиёри также делает, когда думает о его мечтах. Так часто делают дети, но не так пугающе, как он. Поэтому его боятся в школе, особенно из-за слухов вокруг его семьи. Никто лишний раз не хочет их злить. — Что-ж, тогда можешь поблагодарить Бимо. — Усмехнулся, а во взгляде пропало нечто живое, что заменилось холодом. Реакция долго не потребовала себя ждать. Руки крупно задрожали, а взгляд наполнился новыми эмоциями, которые смешивались в непонятные массы. Сердце гулко билось, отдавая звук в уши. — В-в смысле.. — Улыбнулся, сжимая ладонью вилку, — Б-Бимо ещё жив? — Перевёл стеклянный и полных надежд взгляд на отца, — С н-ним всё.... — Вдохнул, — ...в-в п-порядке..? — Если это так, то Соу просто готов плясать от радости, представляя вновь, как они смогут играть на заднем дворе или же в доме. Как им двоим будет весело... Хиёри смотрел по-прежнему на отца, пока тот с улыбкой смотрел на сына, только вот взгляд словно проходил через него, игнорируя его существование. — Ах... — Прикрыл ладонью лицо, открывая шторку из пальцев у одного глаза, — Нет, мой глупенький, любимый Соу. — Акайо увидел замешательство на лице сына, потому пояснил, — Он умер. — Тихо произнёс серьёзным тоном. — Ты ешь Бимо. — Безэмоционально заключил итог. Соу ест... Что? Роем мысли стали кружить вокруг головы, залетая с одной стороны и вылетая с другой. Мальчик вздрогнул, роняя вилку, начиная сильно дрожать. Он испытывает страх или отвращение к себе? — Ч...Ч-чт.... — С первого раза не получалось просто связать и слова, что говоря о предложении. — Ч-чт-...то... — Проглотил поступающий ком к горлу. От безысходности начал пальцами задевать зубчаки упавшей вилки, накалывая пальцы, но не сильно. Взгляд метался меж котлетой и лицом отца. Усмехаясь, мужчина встал из-за стола, проходясь нарочно медленно до стула сына. Также медленно встал за спинкой, положив свои ладонь тому на плечи, чуть наклоняясь вниз к уху. — Знаешь.. — Усмехнулся, — Я подумал, что будет неправильно, если Бимо умрёт так.. — Улыбнулся, как полный психопат, точнее Соу этого не было видно, но он был готов поспорить, что так оно и есть. — Поэтому я решил его приготовить. Рвотный рефлекс сработал почти сразу.. Детский мозг не мог понять, как можно есть живых существ, точнее... Мозг даже не задумывался. Но чтобы есть друга... Первого друга.. Руки быстро схватились за голову, всё тело тряслось. Все мысли кружились, бились. Тошнота подступала ближе, живот скрутило. А в довершении слёзы предательски падали на стол, закрывая обзор видимости. Он даже не знал из-за чего больше плачет. — П-п...П... — Губы трясутся, — По-о-очем-м-ему...? — Хиёри прикрыл ладонью свой рот, не смея даже смотреть на отца, который взял его вилку и насадил на неё мясо, подвигая ближе к сыну. — Ешь. — Учтиво огласил своё намерение. Соу ритмично замотал головой, закрывая плотнее рот ладошками. — Соу, дорогой, — Голос звучал ядовито, — Если ты сейчас же не съешь это, то я воткну эту вилку тебе по самое горло. — Чтобы тот убедился, Акайо насадил мясо до основания и слабо начал потыкивать по ладошкам. Глаза Хиёри расширились, он не хотел умирать в этом доме за кухонным столом. Он не хотел есть Бимо... Но разве у него есть выбор? Мальчик чувствовал большую вину, которая упала на его плечи. В тот вечер после ужина он ещё долго плакал в туалете, пытаясь сбелавать всё мясо в водоворот воды. *** Так и чем же такой нудный Шин смог заинтересовать человека, который фактически ради него тратит день впустую. Цукими не популярен в школе, его никто не знает, он серая мышка. Он даже сомневается, а знает ли его кто-то в его классе, найдется хоть группа из пяти человек, которые вспомнят, кто он такой? Он серая масса. Он скучный, нудный, как самый непримечательный работник офиса, получающий мизеры. Даже если сталкера заинтересовала не его скромная натура, а деньги, то тут он трепетно трещит по швам, потому что он далеко не из богатой семьи. Точнее.. Его мать достигла благ жизни, но ей совершенно плевать на своего сына, она только забрала дочь. Наверное, чтобы показаться отличной матерью и не платить алименты. Ну, а что до сестры... Фактически, её можно считать единственным школьным другом. Она делится с ним секретами или же нет, Шину в принципе всё равно. У неё тоже нет друзей, только она это утрировала. У Канны были подруги, дочки подруг матери. Точнее она заставила их дружить, а те своих дочерей тоже. По их компании видно, что между ними нет ничего общего, потому они просто ходят по школе в телефонах, каждый погружённый в свой мир. Однако на этом их приключения не кончаются, они из всех сил делают вид насколько они «крутые» и «модные» школьницы. Они задирают изгоев класса, таких, как Шин. Но Кизучи говорила, что ей это не нравится, потому она не участвует в этом, а стоит в стороне, пока те глумятся над бедняжкой. И вот сейчас Канна буквально вытянула Шина из класса. Она часто заходила к нему, чтобы просто пообщаться, так как их родители терпеть друг друга не могут, кажется и детей по ту сторону. У них странные отношения. Кизучи что-то рассказывает с пылом, а Шин только и думает о том, что сделать для того, чтобы его жизнь стала прежней. Этот сталкер... Он не даёт ему спать по ночам, заполняя собой все мысли.. — Эй.. — Негромко сказала девушка, начиная трясти брата за плечо. Пусть Канна младше его на два года и ниже во много раз, но зато знала толк, как правильно пугать Шина. — Опять ты витаешь в облаках. Даже меня не слушаешь. — Опустила взгляд на ноги, начиная их раскачивать, — Что с тобой не так?.. Шин резко вздрогнул, смотря в глаза сестры. — А.. — Неловко отвёл взгляд, смотря уже в окно. — Извини, Канна, я просто задумался. — Улыбнулся, переводя взгляд опять на сестру. Шин совсем не привык к общению с реальными людьми, поэтому часто задумывался о своём, пропуская всё мимо ушей. — И о чём же ты задумался? — Скептически спросила та. Парень резко замолчал, оставляя за собой короткую паузу. Ему очень не хотелось говорить о чём на самом деле он думает, а чтобы придумать случайную мысль, нужно время. И кажется Канна заметила, это было видно по тому, как она скрестила руки и начала нервно топать ногой по полу. Раньше она была такой робкой и вечно испуганной, что сейчас про неё такого не скажешь. Всё же круг общения влияет на людей. — Возможно, я думал о том... — Цукими отвёл взгляд, задумываясь. О чём он может думать? Наверное, об экзаменах, которые через три месяца. — Об экзаменах. — Уже более решительно сказал парень, что явно не убедило его сестру. Дальше Шин уже не стал оправдываться перед сестрой, так как если начнёт ещё сильнее грязнуть в лжи – это будет очевидно. — Хорошо, раз ты мне рассказывать не хочешь, то я допрашивать не буду. — Девушка переставила руки в бока, тяжело вздохнув. Ей никогда не понять этого парня, пусть он ей и брат. Дальше они просто тихо, без лишнего шума стоят возле окна, прислонившись спинами к окну. Наверное, мать бы не одобрила такого, увидя их в таком месте. Хотя, у Шина её и нет. А по поводу Канны.. Трудно сказать, наплевать ли будет или нет. Тяжко вздыхая, парень перевёл взгляд на потолок, который был предательски белым, так ещё и тонкими кусками, которые вот-вот упадут на учеников. — Хей, Шин. — Тихо произнесла Кизучи, двигаясь ближе к плечу брата, почти что укладывая на нём свою голову. — Ты видишь того парня? — Явно на недоумение, она закатила глаза, показывая взглядом, мотнув в ту сторону головой. — Он зелёный. — Уже отчаянно добавила та. Даже если бы парень действительно хотел посмотреть, кого там увидела его сестра, то в силу своего зрения он просто не сможет этого сделать. Но чисто из вежливости, Шин прищурился и действительно увидел зелёное пятно.. человека. — Допустим? — Перевёл взгляд на сестру, которая уже открыто пялилась на того человека. Он надеялся, что она не сталкер. — Он за нами наблюдает ещё с начала перемены, как только мы пришли..! — Восторженно говорила Кизучи. Она мечтательно прикрыла глаза, асамому Шину стало не по себе. Мало того, что за ним следит псих, так ещё и другой в придачу. — Точнее.. За мной. — Поправилась сразу же Канна, кинув взгляд на брата. — Тебе нужна помощь? — Из солидности спросил парень, переводя взгляд в толпу, где находился тот незнакомец по словам сестры. — Что? — Удивлённо посмотрела на Шина. — Зачем мне помощь? — Она так это говорила... Будто это нормально. — За тобой следят, это довольно страшно. — Пояснил старший, утыкаясь носом поглубже в шарф. — С чего ты решил, что мне страшно? — Её бровь быстро поднялась вверх. — О таких вещах, обычно, с радостью не говорят. — Отвёл взгляд уже в сотый раз. Он не понимает, что творит его сестра. — Значит я говорю. — Уже твёрдо сказала сестра. — Хорошо. Извини, можешь продолжать. — Мысленно закатил глаза. Он её совершенно не понимает, как можно восхищаться тем, кто за тобой маниакально следит? — Я его почти каждый день вижу, — Кажется, она явно им восхищается, а Цукими хотел бы в это не верить. Вдруг он вообще хочет её убить? — Во время школы. Мне кажется, я ему нравлюсь. Просто он стесняется мне об этом сказать. — Мечтательно улыбнулась девушка. Шин не знал, что должен ответить, а вообще – должен ли? Ему казалась вся эта ситуация очень странная. Особенно то, что сейчас они говорили на повышенных тонах, а это значит тот парень, вероятно, слышал их. Вдруг он просто стоит в телефоне, а Канна подумала не о том. Всегда же бывают совпадения. Цукими не ответил, потому его сестра неловко отвела взгляд, тяжко вздыхая. Её брат опять не слушал, либо же игнорирует. Он и вправду не социальный тип. Шин просто натягивает свой шарф сильнее, желая уже долгожданный звонок на урок. — Шин. — Тихо позвала девушка, обращая опять его внимание на себя. — Мама тебя спрашивала, нужна ли тебе новая одежда. — Тихо призналась Канна, начиная перебирать пальцами подол юбки. К чему такие вопросы? — ... — Он не знает, что ответить. — Зачем она это спрашивала? — Невольно уткнулся в шарф сильнее. — Ну.. — Она закусила губу. Цукими уже не нравится этот разговор. — Мама спрашивала, не нужен ли тебе новый шарф.. Раз ты так часто носишь его. — По её взгляду было понятно, что ей неловко. Парню тоже. — Она опять начала вязать? — В недоумении спросил Шин, сжимая крепче шарф. Этот шарф ему подарила мать на его день рождения. Она тогда сказала, что сама его старалась связать. Специально училась, ради своего сына. С того времени прошло два года. Возможно, она начала опять вязать. — Нет.. — Канна вздохнула. — Она бы хотела купить тебе новый. — Девушка улыбнулась по-доброму, беря брата за руки. — На выходных мы поедем в торговый центр, что ты думаешь об этом? Она также сказала, что хочет тебе просто обновить гардероб. — Приподняла его и свои руки. — Но.. Мне не нужен новый шарф.. — Честно признался Цукими, с удивлённым взглядом смотря на ту. — Этот шарф она связала сама для меня.... Я его не заменю покупным. — Тихо добавил парень, слегка сжимая руки сестры в ответ. — Шин.. Это не она тебе его вязала. — Отвела взгляд, смотря на клумбы за окном. — Тогда она забыла, что у тебя день рождения. Потому она купила самый дешёвый. — Что? — Только и смог вымолвить это парень. — Она тебя обманула! Как ты можешь со спокойным лицом теперь носить этот шарф! — Еще более громко произнесла Кизучи, хватаясь ладонями за конец того шарфа. — Она считает, что ты портишь ей имидж, ходя в этом старье. — Уже более высокомерно сказала Девушка. — Но всё же её уже достал этот шарф, он слишком дешёвый. Ей постоянно тыкают этим в лицо, а на мне она отыгрывается. — Канна отдышавшись, сразу поняла, что сказала лишнее и прикрыла рот ладонями, резко отпуская брата. Что она натворила?.. Шин был "слегка" в шоке. Весь образ его матери просто рушился.. Он думал, что в этом мире нужен лишь ей. Но вышло как раз наоборот. Она стыдится его... Собственного сына. Врёт ему, лишь бы отделаться. Страсть к деньгам и лучшему статусу меняет людей. Цукими не спорит, что и его бы поменяла. — Ох.. понятно.. — Глаза наполнились чем-то мрачным, будто в них больше не было стремления к жизни. Лицо же тем временем утыкалось сильнее в шарф. Кизучи тяжело вздохнула, закусывая нижнюю губу. — Шин... — Аккуратно положила ладонь на плечо парня. — Просто забудь об этом шарфе. — После этого она попыталась снять шарф с брата, но её остановила рука, преграждая дальнейшие действия. — И зачем ты продолжаешь его но– Канна не успела договорить, как Цукими прервал её, метаясь взглядом по коридору. — Что-ж, я полагаю, мне просто тепло? — Он быстро на ходу составил глупое предложение, при этом говоря очень быстро. Что с ним происходит? Что за обиды? Шин уже взрослый. — Но– — Мне. Просто. Тепло. Хорошо? — Грубо отрезал Цукими, отталкиваясь от окна, и в пару шагов оказываясь в нескольких метрах от сестры. Он больше не выдержит тут находиться и минуты, атмосфера стала такой гнетущей. Его буквально скрючивало, Шин ненавидел всё это. Не любил ни окружение, ни себя за своё поведение. Будто уйдя в туалет, он чего-то добьётся своей пассивной агрессией. Словно кому-то не всё равно, что с ним будет. По звонку можно было понять, что уроки начались, а значит вероятнее всего в туалете он будет один. Приличные ученики не прогуливают уроки. Таким был и Цукими, но времена меняются. Дети взрослеют и осмысляют, что для них более важно. Зайдя в самую далёкую кабину, Шин закрылся на щеколду. Тяжело вздыхая, он опустился на крышку туалета, запрокидывая голову вверх. Какой же он жалкий, словно тряпка. Сейчас он в том состоянии, чтобы просто смотреть в стену и ощущать себя овощем. Да даже овощи полезнее за свою жизнь, чем Цукими за свою долгую жизнь. Где справедливость? Он бы искренне хотел прямо здесь расплакаться, выпустить эмоции наружу. Возможно, от частичной злобы выбить дверь, устроить шум, кавардак. Навести любую суету, чтобы забыться. Никому не нужный человек, брошенный в туалете.. Как печально и пугающе звучит. Слегка ударяясь головой об стенку, тот резко застыл. Раздался протяжный скрип двери. Кто-то зашёл в туалет. Именно в такой момент, когда Шин просто хотел побыть в одиночестве. И чего он ожидал, запираясь в туалете? — Шин-чан.. — Резко раздался немного звонкий голос. Цукими решил никак реагировать, лишь приподнял ноги ближе к себе, дабы через щель их было не заметно. Если он скажет, что сейчас ему всё равно, то он вероятно паршивый лжец. Конечно, ему не до мурашек страшно, но согласитесь, странно ведь, что вас ищут на уроке в туалете. Так ещё и смело по имени. Пока парень притаился, тот незнакомец начал подходить к каждой кабинке, поочередно дёргая каждую ручку двери на себя. Да, а вот это страшно. Будто бы сидишь в очередном хорроре, только в реальной жизни, дожидаясь, когда откроют эту чёртову дверь. И вот, когда это происходит, сердце просто замирает, а мысли начинают вертеться вокруг головы, проходя мимо. — О-о.. — Тихо раздался голос, дёргая ручку на себя опять. — Дверь закрыта. — Этот незнакомец как бы невзначай озвучивал свои действия. — Я знаю, что ты там, Шин-чан. — Голос начинал повышаться, так, чтобы его слышал тот парень. — Не притворяйся. — После этого он облокотился спиной об дверцу кабины, неверняка, чтобы его жертва точно не сбежала. Цукими лишь очередной раз вздохнул, понимая, что собственно выбора у него нет. Возможно, это был его сталкер, так как других лиц в школе он не знал. — Отстань от меня. — Ничего умнее он сказать не смог, не то состояние, чтобы кому-то хамить, да и не в его характере. — Я вижу, ты меня узнал. — Соу улыбнулся самому себе, ему было плевать, кто что видит. — Как у тебя дела? Понравилось вчерашнее письмо? — Отстань.. Прошу, мне сейчас не до тебя.. — У него даже не было сил пугаться или имитировать его. Сталкер выбрал не лучшее время для своего появления. — Вот оно как. — Как-то грустно произнёс Хиёри, начиная рассматривать свою обувь. Он был счастлив. — Я слышал, как ты разговаривал со своей сестрой. — Через чур дружелюбно уже отозвался парень. Он будто узнал что-то новое. Но Цукими просто промолчал, ударяясь тихо размеренно головой об плитку, чтобы выложена, как стена. Он не хочет разговаривать с этим человеком ни при каких обстоятельствах. И кажется, что этому сталкеру на это плевать. — Они не ценят тебя, — Проговорил это как-то монотонно, будто читает какой-то важный документ, серьёзно. — Никто не хочет тебя понимать... — Каждое слово будто било точно в точку, отражая в ней всю боль. — Все кто был знаком с тобой – не любят тебя. — После своей речи он затих, а потом снова начал. — Удобная вещь для использования. — Шин в это время лишь отстранённо смотрел на потолок, думая, что хуже уже быть не может. Ведь этот человек чертовски прав. — Я ведь прав, верно? — Обольстительно спросил. — Нет.. Не прав. — Как-то вяло ответил парень, лишь бы у того сложилось о нём другое впечатление. Всё равно его слова пропитаны ложью. — Ты ненавидишь свою семью, особенно родителей. — Соу к тому времени начал настукивать пальцами по кабинке неизвестную мелодию. — ... — Он было набрал воздух в лёгкие, а после выдохнул. Шин не может ему противостоять, ведь так оно и есть. — В частности я тебя понимаю. — Усмехнулся. — Я тоже ненавижу своего отца. — По-прежнему дружелюбно сказал Хиёри. — Ты скрываешь от всех, что стал хуже видеть. — ... Как ты это узнал? — А уместны ли тут вопросы вообще. Он просто не хоче– — Ты просто не хочешь, чтобы они начали тебя гнобить. — Продолжил его мысли сталкер. — Лишняя трата денег на тебя – означает деньги на ветер, ведь так? — Возможно. — Кратко ответит Шин, ненамеренно закутываясь глубже носом в шарф. — Даже мать тебя предала, хоть ты и любил её больше всех.. — Парень обнял себя за плечи, как-то мечтательно улыбаясь. И кажется он прокрутился вокруг себя. Это было заметно по действиям его ног, которые видно было через щель. — ... — Он просто промолчит. — Шин-чан.. Тебя никто не любит в этом мире. — Соу это сказал, будто рассказывает шутку зрителям. — Я и без тебя знаю.. — Отстранённо произнёс парень, утыкаясь сильнее в шарф. Почему он резко пристал к нему? Всё это долгое время он из тени не высовывался.. А тут стоит с ним и разговаривает, словно так было всегда. — Можешь заплакать, я против не буду. — Как-то странно тот усмехнулся. — Но знай... В этом мире лишь я тебя люблю искренне, не требуя от тебя ничего... Мне хватает знание того, что ты существуешь. Даже мёртвым я буду тебя любить вечность. — Прикрыл глаза. Вот оно что.. Даже если и Цукими считает его действия ненормальными, но ничего с собой не может поделать. В сердце правда зараждается некое тёплое чувство, но такое отдаленное, что рукой не дотянуться при всём желании. Если бы это было правдой, он бы не выдержал и заплакал. Ему правда будет всё равно, что он взрослый парень, который должен подавать пример своей младшей сестре. Осознавать, что тебя любят таким, какой ты есть.. Просто пробирает на эмоции. Да даже то, что его любят.. Просто разрывает его больную душу. — Ка...к.... С-скажешь. — Только и смог проговорить парень, обнимая уже свою колени, ставя на риз свой подбородок. — Не хочешь ли ты отправится со мной в магазин за фотоальбомом? — Резко задал вопрос не к месту сталкер. И что он должен ответить? Ему было неловко до невозможности. Стыдно отказать. Но в то же время и страшно согласиться. Противостояние между плохими вещами с наихудшей концовкой.