Только твой

- Хён! Ёсани-хён! Вот уже 15 минут макнэ бегает по общежитию в поисках одного из мемберов, а тот как будто в воздухе рассеялся, ей богу. - Ребята, кто-то видел Ёсана? - с легкой одышкой спрашивает Чонхо у старших, которые собрались на кухне всей толпой, яростно что-то обсуждая. Не хватало только одного. Именно того, кого безуспешно пытался найти младшенький. - О, так он в тренажёрку пошёл минут как… - Хонджун смотрит на наручные часы. - Минут как 10 назад. Опять ищешь его для подстраховки? - Да, спасибо, хён. Как раз тоже собрался туда, не знал, что он уже занимается, - кивает Чхве, разворачиваясь. - Я тогда побежал, вернёмся вместе. Скрываясь за поворотом, он чувствует неприятный укол обиды и немного дуется. Ну серьёзно, они ведь договаривались, что пойдут в зал вместе, тем более Ёсан обещал, что подстрахует на тренажёре. Сам ведь волновался за макнэ в прошлый раз, когда на того чуть не упала штанга. Неужели он забыл, о своём обещании? Но как бы там ни было, пропускать тренировку нельзя, поэтому вокалист берёт запасные чистые вещи, надевает спортивные штаны и футболку одинакового чёрного цвета и уверенным шагом в предвкушении держит путь в спортзал. Поднявшись на нужный этаж и выйдя из лифта, Чонхо улавливает тихую музыку, доносившуюся из зала вперемешку со скрипом какого-то тренажёра. Он не громко приоткрывает дверь и окидывает взглядом абсолютно пустое помещение. - Хён? Хён, ты тут? - в ответ не слышно ничего, и, бросая свою сумку с вещами, он проходит вглубь с надеждой всё-таки найти старшего. И находит. У приоткрытого окна в самом углу стоит прекрасный светловолосый парень, напевая до боли знакомую песню себе под нос. Лучи солнца рисуют на его волосах золотые переливы, а на светлой коже — контрастные тени. Ёсан безумно красив. Так красив, что на него хочется смотреть вечно. - I’m in love...I’m in love… - тихонько напевает вокалист своим бархатным голосом и у младшего от этой картины тепло разливается по венам. «Inception». Он узнал эту песню. Она такая же прекрасная, как и человек, стоящий перед ним, и Чонхо чувствует эстетическое наслаждение. «I’m in love… » - хочется повторить, но макнэ сдерживает данный эмоциональный порыв и возвращается в реальность. - Ёсани-хён, - тянет Чхве. - Как ты мог меня бросить и прийти сюда один, мы же договаривались. - Ой! Прости, я забыл, правда, прости, - виновато оборачивается Кан и с искренностью смотрит в глаза напротив. - Ты давно пришёл? - Я искал тебя по всей общаге, пока Хонджун-хён не сказал мне, где тебя искать. И вот я здесь, - немного обиженно выговаривается младший. - Но я всё ещё надеюсь, что ты подстрахуешь меня сегодня. - Конечно! Я всегда рад помочь тебе, - улыбается старший и Чонхо клянётся, что ничего прекрасней улыбки его хёна он в жизни не видел. Какое-то время они занимались в тишине на разных тренажёрах, упражнялись с гантелями и думали каждый о своём. Слегка запыхавшись, Чхве решает сделать себе небольшой перерыв, он отходит попить воды и, кажется, чувствует на себе чужой взгляд. Не придав этому значения и допив свою воду, он садится на скамью, наблюдая за хёном. И почему в последнее время от Кана невозможно оторвать глаза? Он не понимает. Есть в его старшем что-то притягательное, что-то не позволяющее перестать наблюдать. Слегка хмурящиеся брови, светлые вьющиеся волосы, подкаченные мышцы, по которым стекают капельки пота...от всего этого невозможно оторвать взгляд. Такая картина занимающегося на тренажёре хёна не позволяет макнэ даже моргнуть. В горле пересыхает и он невольно облизывается, не замечая, что его с интересом изучают чужие тёмные глаза. - Чонхо-я, - тяжело дышит Кан после упражнения. - Тебе помочь? - А? - непонимающе сглатывает вокалист. - С чем? - Ты забыл? Хотел же, чтоб я тебя подстраховал со штангой. - Ох, точно, спасибо, что напомнил. - Ты какой-то потерянный. Всё хорошо, ты не перетрудился? - волнуется старший. - Нет, всё в порядке, я просто случайно ушёл в себя, - Чонхо подходит к скамье для жима лёжа и устраивается поудобней под штангой. - Если что, не дай мне умереть. Ёсан смеётся. Он становится у головы младшего и внимательно страхует, не касаясь штанги. Чхве уже довольно долго упражняется и Кан с удивлением размышляет, какой его младшенький теперь сильный. Он и раньше никогда не был слабаком, а его удар довольно тяжёлый, что подтвердит каждый из мемберов. Но почему-то сейчас, глядя на него, старший чувствует восторг. Он всматривается в напряжённые вены, которые, словно лианы, обвивают руки младшего и вслушивается в тяжёлое дыхание, изучая чужое тело. Под весом штанги, Чонхо выглядит довольно сексуально. «Какие же у него руки...сильные» - странная мысль пролетает в голове и Ёсан ощущает легкий румянец на своих щеках. - Хух, я закончил. Спасибо, хён, - с благодарностью смотрит Чхве. - Сегодня ты уберёг мою жизнь. - Любишь ты преувеличивать, я просто забочусь о тебе. - Люблю, - звучит слишком двусмысленно и наступает неловкая тишина. - Думаю, с меня хватит на сегодня, а ты? - А я полностью с тобой соглашусь. На сегодня достаточно, а то завтра будем лишены возможности передвигаться, - смеётся. - А ты вообще человек, Чонхо-ши? У тебя руки не отвалятся? Столько железа тягать… - С чего бы? Это моя обычная нагрузка, - кивает парень и, подзывая светловолосого, кладёт руку тому на плечо. - Пошли к ребятам, пора отдохнуть. «У него, действительно, очень сильные руки» - думает про себя вокалист, но вслух об этом решает не говорить. - Обращаешься, будто старший тут ты, - смущённо замечает Кан. - Впрочем, как и всегда.