На записи диктофона он говорил об этом со смехом

      Зимние ботинки рассекали грязный снег, что не успели убрать за весь день из-за снегопада, для приличия посыпав песком, будто это чем-то помогало в гололед. Желтые уличные фонари слабо освещали переулки жилого района, ночь полностью поглотила все вокруг, а на часах ведь не было и пяти. В старых панельках один за другим загорались окна и закрывались шторы. Джисон продрог от холода, поскальзываясь спешил со школы домой, в уши из стареньких шипящих наушников выливался прошлогодний альбом Эминема, эту кассету он обменял у младшеклассника за какие-то столичные сладости, что привез ему отец из командировки. За неделю уже столько раз послушал его, что должно быть знал наизусть, к тому же кассет с песнями у него было не так много, приходилось довольствоваться тем что есть, хотя жаловаться было особо некому. Друзья, вернее будет сказать вынужденные друзья со школы, увлекались более уличным и простым рэпом, в общем все что было проще достать в первом попавшемся ларьке. Родители в этом мало, что понимали, даже внимание не обращали на то что он там слушает, если дело конечно не доходило до гонения его за уборку по дому. Тогда сразу начинались огромные тирады о том, что он слушает какую-то мерзкую поганую музыку, так еще и на непонятном языке. В такие моменты проще всего было молча согласится и пойти сделать то, что от него хотят, дабы не развозить бессмысленных споров.       Изо рта и носа выходили клубы пара, шарф был слишком слабо затянут из-за чего мало чем защищал шею, но вытащить руки из карманов не являлось возможным по нескольким причинам. Во первых, это всепоглощающий мороз, как-только Джисон вытащит ладонь из теплого кармана, больше полноценно согреться он там не сможет. Во вторых, в кармане он ловко придерживал кассетный плеер спрятанный под своей курткой, так как никуда больше, кроме разве, что рюкзака, он не помещался. Мороз покалывал щеки, а до дома оставались пройти еще пару панелек, он благодарил всевышнего за то, что по дороге не встретил практически никого, кроме какой-то старушки с небольшой тележкой плетущейся за ней по снежным комьям, и двух людей в касках, видимо решавших проблемы с сосульками на крышах. Каждый день для Джисона возвращаться домой было как отдельное испытание, пока было светло, например когда он шел в школу во вторую смену, старался вообще не вытаскивать плеер из рюкзака, не дай бог кто-то увидит и решит ограбить его. В темноте было одновременно и проще, и сложнее, увидеть, что у него из под куртки тянется провод от наушников можно было лишь вблизи, а минусом было то, что уличных хулиганов в темных закоулках между домами тоже возможно увидеть только когда подойдешь ближе. Уже год как все обходилось без происшествий, Джисон научился действовать скрытно, к тому же о его плеере практически никто не знал, от греха подальше. Из-за такой дорогой вещи он стал слишком мнительным и в какой-то степени даже пугливым, оборачиваясь на каждый шорох, хотя впрочем такая привычка была у него, и раньше, мало ли какие угрозы могут поджидать зимой в его районе.       Наступив пару раз в сугроб, в попытке избежать гололеда, Джисон намочил оба носка, от чего было еще более неприятно добираться до дома, уже предвкушая как мама будет ругаться и сетовать на то что на этот раз он точно заболеет ангиной или еще чем похуже. Про себя он повторял куплеты играющих в данный момент песен, дабы хоть как-то отвлечься от окоченевших пальцев ног, ветра продувающего шею и слезящихся глаз. Мечтал о скором наступлении весны, при том, что даже не был уверен дождется ли ее вообще. И вот наконец-то нужный подъезд с обшарпанной железной дверью, заклеенную различными порванными объявлениями. Чтоб открыть его все же пришлось высунуть одну руку с ключами из кармана, домофон начал издавать громкое пиканье разнося по всей улице, Джисон оттянул дверь со всей оставшейся к концу дня силой и протиснулся в получившуюся щель. Внутри температура мало чем отличалась от улицы, разве, что ветра не было и снег не падал, уже хорошо. Парень постучал ногами о скользкий грязный коврик, сбивая с ботинок все, что успело прилипнуть, руками стряхнул с тонкой осенней шапки снег, после чего весь потрясся словно мокрый пес. Посмотрев на все, что с него попадало и подумал сколько снежков можно было бы слепить из этого, к тому же в декабре снег как раз подходящий, липкий, хоть целые здания строй.       Поднявшись по лестнице на пятый этаж, преодолев изрисованные и побитые стены, задыхаясь в тяжелой зимней куртке, стало уже теплее. Мягкая дверь была украшена позолоченными цифрами с номером “49”, Джисон всунул в самый верхний замок большой угловатый ключ и провернул дважды по часовой стрелке, дверь издала несколько щелчков и отворилась, впуская в крохотную квартиру.       Коридорчик увешанный картинами с барахолки и черно белыми фотографиями практически сразу переходил в кухню разделенную тонкой стенкой с гостинной. Щелкнув выключатель из которого подозрительно торчали провода, мигая загорелась одинокая лампочка на потолке. Со стороны кухни слышался шум воды из крана. Джисон скинул портфель на коврик у входа и встал столбом устав от его тяжести, первым делом нужно было выловить плеер из под куртки, аккуратно потянув за провод наушников, будто вот-вот поймаешь большую рыбу. Не успел он положить его на старый деревянный комод, как звук гремящей посуды на кухне затих и выключилась вода. Из дверного проема вышла мама Джисона вытирая мокрые руки о фартук. ー Ох ты боже мой… Отряхнуться в подъезде не судьба была?ー Он глянул себе под ноги, с рюкзака на пол осыпался снег, что умудрился удержаться на нем, быстро тая образовывал на линолеуме маленькие лужицы. ー Я отряхивался… ー Ну, а это что? Мерещится мне? ー Было сказано с такой претензией, будто сын притащил в дом ведро грязи и намеренно размазал его где только видел. ー Только сегодня помыла! ー Кажется эта фраза говорится в любой момент и не важно, мылись полы действительно сегодня или же неделю назад. Джисон снял громоздкую куртку, запихал в нее шарф с шапкой и уже намеревался повесить ее на крючок, но и тут все было не так просто. ー Куда?! Все мокрое, а ты на нее вешаешь. Вон на батарею в зале отнеси. Только тазик подставь, а то знаю я тебя! ー Ни привет, ни здрасти, спорить парень не стал, разуваясь уже догадывался, что это не последняя претензия к нему на данный момент. Ступил мокрыми носками на пол издав характерное хлюпанье услышал давно знакомый тяжелый материнский вздох. ー Еще и носки промокли? У тебя глаза где? На затылке? Не видишь куда идешь? Точно заболеть хочешь, ну что за человек… ー Затараторила уткнув руки в боки. Джисон снял носки и босыми ногами прошелся вдоль по коридору, держа в руках тяжелую куртку. ー Ну куда ты без тапочек пошел? Полы грязные. ー Тут его малость заклинило. ー Ты же сказала только помыла… ー С куртки на пол упали пара капель, мама тут же подскочила к нему выхватив ее из рук. ー Попререкайся мне тут еще! А куртку, вытряхнуть надо было сначала, бестолочь. ー Мягко, но все еще неприятно, она говорила без особой агрессии в тоне, скорее просто придраться хотелось, поссорилась с кем-то вот и выплескивает весь негатив на сына. Мама не сильно толкнула его голову, как игрушку на панели автомобиля, какая-нибудь собака с качающейся головой, и вышла в подъезд. Джисон устало вздохнул и прихватив плеер спрятался в зале, дабы там переждать бурю, а после, когда вещи высохнут, пойти на крышу.       Переключив кнопками на самом телевизоре пару каналов, отыскал единственный музыкальный, что часто терялся среди различных новостных, каналов с неинтересными шоу и мультфильмов, из которых он считал, что вырос. Усевшись на теплом шерстяном ковре в метре от телевизора он смотрел, что-то вроде “Хиты недели”, в любом случае название программы не так важно, если почти каждая песня, которую там крутят для Джисона была новой. В голове промелькнула одна мысль, что немного озадачила его, он огляделся вокруг, пусто, лишь фотографии со свадьбы родителей на стене и картина с оленями скачущими по полю. Решил отвлечься пока шла реклама, да заглянуть на балкон, тоже пусто. Зайдя на кухню обнаружил лишь маму режущую капусту, по всей видимости на ужин будет солянка. ー А папа где? ー Она на секунду повернулась к нему, тут же продолжив свое дело. Отсутствие отца в целом не было чем-то странным в их доме, работа проводника поезда, хочешь не хочешь, обязывала подобные вещи. Но он только недавно вернулся из очередной командировки и пребывал в так называемом “отпуске”, что по сути являлось перерывом между поездками. ー В магазин ушел, думала вы как раз пересечетесь по дороге. ー Джисон вдумчиво протянул “А-а…” и подойдя к небольшой корзинке на столе взял из нее хлебную горбушку. Сегодня в школе он не поел, так как попросту, на удивление не хотел, посему сейчас был очень голодным, но до ужина явно еще не скоро, ему уж точно. Мама не успеет приготовить все до его ухода гулять и он решил перекусить хотя бы так. С хлебом во рту парень поспешно удалился обратно в зал, пока не закончилась реклама.       Джисон обнимал подушку сидя на полу, заглушая таким образом ревущих в животе китов и завороженно смотрел в пиксельный экран, на котором периодически появлялись серые помехи. Через несколько минут в комнату зашла недовольная мама, будто уже заранее знала, что сказать, еще даже не увидев чем он занимается. ー Не сиди так близко к телевизору, зрение посадишь. ー Одна из ее любимых фраз. Джисон отодвинулся, даже не взглянув в ее сторону, но она нашла и другие опоры для продолжения разговора. ー Чего не переодеваешься? ー Подошла чуть ближе, чтобы посмотреть, что он так увлеченно смотрит и ни на долю не удивилась музыкальному каналу. ー Гулять еще пойду. ー Все так же не отрываясь от экрана ответил Джисон, видя мать в отражении. ー Куда это? ー Создавалось впечатление, что она искренне хотела поговорить с сыном, но изо рта выходило все только с претензией. Парень на секунду задумался, как будет лучше ответить, правду или соврать. ー В соседнем дворе, с одноклассниками договорился.ー Решил соврать, так как сегодня у матери явно было не самое спокойное настроение, могла и не пустить на крышу. С другой стороны такое настроение у нее практически каждый день, за исключением редких отпусков на работе. ー С какими? ー Продолжала продавливать сына на поговорить. Тот раздраженно вздохнул и повернулся к ней. ー Ну какая разница? С Феликсом и Сынмином, допустим. Ты ж не знаешь их. ー На лице матери было черным по белому написано “Сегодня я не в духе” из-за чего ее вопросы казались еще более непонятными, будто специально надеялась на ссору, чтоб выпустить пар. Обычно она не такая разговорчивая. ー Хочу знать где и с кем ты будешь. Я твоя мать или кто? ー Джисон снова уткнулся в телевизор услышав как она уже начала повышать голос, по правде говоря передачу он уже не слушал практически, просто хотел как-то отстраниться. ー Чего молчишь? ー Еще одна популярная в этом доме фраза, которую парень терпеть не мог. Что говорить если сказать то и нечего. Он пожал плечами. Судя по всему у матери закончились все темы для диалога или вспомнила про ужин, так как она вышла из зала.       Со скуки Джисон взял с полки, из под кучи школьных тетрадей свой блокнот и красный карандаш, вечно валяющийся рядом с ним. Основную часть блокнота занимали записи размашистым, но красивым почерком, содержанием которых была его собственная жизнь. Какие-то важные моменты, которые он хотел запомнить, веселые, грустные, в общем все что случалось то в обязательном порядке попадало туда. Небольшие рисунки на полях, каракули, отпечатки монет и самое главное, что ценилось им больше всего. Это его собственные стихи. Было их немного, к тому же качеством особым они не отличались, но ему нравилось сочинять всякое, не зря по литературе твердые пятерки получает. Для него стихи были тем же самым рэпом, который был слышен из каждого чайника, только более лиричные, если это можно так назвать. Он никому никогда не показывал их, слишком стыдно, зато сам часто перечитывал, вдохновлялся и писал новые, чаще всего муза нападала на него перед сном, когда мозг анализировал прошедший день. Джисон не знал чем бы хотел заняться в будущем и карьеру рэпера воспринимал как единственный устраивающий его вариант, хотя сам понимал, что довольно сомнительный. На самом деле о будущем он с каждым годом думал все меньше, попросту не видел его для себя, о чем прямо говорил, когда кто-то из взрослых или одноклассников спрашивал об этом. Наверно это должно было насторожить хоть одного человека, но кажется всем было плевать, собственно как и самому Джисону. Сейчас он просто лежал на ковре и рисовал какие-то фигуры на страницах, раскрашивал их, чтобы убить время. Дома было неплохо, тепло, но на крыше как-то морально спокойнее, в одиночестве, наедине с собой, сидишь себе, пишешь, что-нибудь или следишь в бинокль за людьми в окошках, ничего пошлого, лишь чистый детский интерес. Долго проводить время на крыше он конечно не мог зимой, зато летом целыми днями, особенно в каникулы.       Из коридора послышался скрип двери, что после захлопнулась. Джисон тяжко вздохнул с мыслями о том как было бы славно, если бы вещи побыстрее высохли. Он захлопнул блокнот и запихнул его под самый низ всех тетрадей, что там лежали, сделав умный вид уставился в телевизор, где мелькал очередной клип с машинами и женщинами в коротких юбках. Отец в старой парке и большой пушистой шапке заглянул в гостинную, но ничего не сказал, сразу вышел. Эти пару минут были последними спокойными за этот вечер и уже за это время Джисон решил, что пойдет на крышу в мокрых носках. В зал снова зашел отец, уже без верхней одежды, настрой его был явно бодрым, что не могло не насторожить, он либо уже выпил, либо готовился к этому. Пока нет работы, ему было до ужаса скучно, а так как во время командировки пить нельзя, хотя это редко когда останавливало, выпивал он разумеется дома или с друзьями в гаражном кооперативе. ー Привет, Джисон… ー Отец похлопал его по плечу присаживаясь в кресло рядом. ー Привет… ー Без особого энтузиазма ответил он. ー Ну что тут? Все дурью маешься? ー Глаза Джисона сделали оборот почасовой, предвещая куда зайдет все это. Думал лишь о том как по тихой забрать блокнот, собраться и уйти на час-два. ー Да… ー Весь сжался, выпустив острые иголки, хотелось ответить как-то более едко, но дабы не разжигать лишних конфликтов, мало ли отец еще внезапно в ярость впадет, по какой-нибудь очередной дурацкой причине, все же придержал язык за зубами. ー Пра-авильно, что не отрицаешь! Пойми, Джисон… ー Начался ненавистный поучительный тон, парень тихо вздохнул, прикрывая глаза, сосредоточился на дыхании с вопросом, почему никто не может оставить его в покое. ー Ты еще маленький и не разбираешь… Но вот запомни! Взрослый человек - всегда прав. ー Джисон пропускал все мимо ушей. Далее монолог отца продолжал идти в том же русле, что расстраивало его все больше, хотелось скукожиться, словно прожевал целый лимон, но он молчал как партизан, кивая с деловитым видом, в ожидании удобного момента. И тут ему не дали сделать ход, в зал зашла мама закинув полотенце на плечо. ー Джисон… А ты уроки… Почему не делаешь? ー Парень лег на пол от взрывов эмоций внутри себя. ー Сделаю, когда погуляю… ー Сквозь зубы процедил он, рассматривая трещины на потолке. ー Ты пока погуляешь, уже ночь будет. Когда ты собрался их делать? Или у тебя “Это устно - значит не задали, это спишу на перемене, а это скажу, что забыл”? ー Отец засмеялся вспоминая свои школьные дни. Мама подошла к нему, частично загородив вид на успокаивающий потолок. ー Сделаю я… Сегодня не успею, так завтра утром, мам… Я со второй смены учусь, какая разница… ー Она цокнув языком вздохнула, Джисон был готов был поспорить на все деньги мира, что в ее мыслях пронеслось слово “лентяй” и точно выиграл бы. ー И когда ты гулять собрался? Темно уже. ー Прямо сейчас. ー Незамедлительно последовало из уст парня. Он встал с пола и опустив голову, дабы не встречаться ни с кем взглядами, направился в коридор. Носки, лежавшие на батарее, почти высохли, что не могло не радовать, куртка и не была особо мокрой, поэтому в целом тоже было не страшно ее надеть. Разве, что ботинки только нагрелись от тепла батареи, но уже было без разницы. Джисон нацепил на себя шапку, носки, обулся и только потом вспомнил про оставленный на диване плеер, пришлось разуваться. Вход в зал перегородила мама. ー Чтоб через час вернулся. ー Не сильно сердито, но доходчиво отчеканила она и ушла на кухню. Не имея ни малейшего понятия как он должен понять, когда пройдет час, не имея часов, Джисон кивнул ей выдав что-то вроде “Хорошо”. Еще более странным это высказывание было, если знать тот факт, что по ее мнению сын идет гулять с друзьями. Ни одному ребенку не хватит на это часа, а до соседнего двора же еще дойти надо. В общем он понял, что через час вернуться точно никак не получится, интуитивно он плохо понимал время, благо квартира была в пяти минутах от крыши.       Ладони замерзли от железных перекладин лестницы на крышу. Причин по которым ее не закрывали, не было, всем просто было плевать кто там ходит, ведь никаких происшествий с летальным концом не происходило, а значит волноваться не о чем. Здесь ветер бушевал чуть больше чем внизу, но и на этот случай у Джисона был свой способ избежать мороза, хотя бы малость. Шагая по заснеженной крыше, словно пингвин, он направился в свой штаб, построенный им же самим еще летом. Вернее будет сказать, отстроил по новой, так как до этого приходили какие-то мальчишки и половину разрушили, было очень обидно, благо на тот момент в штабе не было каких-то действительно важных вещей, только всякая мелочь в виде журналов, пары книг, коробочки с найденной в земле мелочью, камешками, крышками, проволоками и т.д. Все это было разбросано по всей крыше, что можно было порвать -порвали, зачем правда не ясно.       Джисон забрался под небольшой тент из ПВХ ткани и уселся на сложенные друг на друга деревянные поддоны, летом обычно на них лежала еще какая-нибудь ткань принесенная из дома, но с наступлением дождей и снега пришлось все убрать, чтоб не размокло. Зимой тут вообще мало вещей было, чтоб не испортились, все приносил с собой в рюкзаке и уносил обратно домой. Он открыл рюкзак, положив его рядом с собой, достал из кармашка небольшой фонарик, в большом отсеке лежали школьные тетради, дневник, пара учебников, блокнот с пеналом, плеер с наушниками, а на самом дне устало валялся диктофон. Джисон подумал, что часть домашнего задания может сделать сейчас, что-то простое, устное, дабы не мучаться на морозе с математикой или химией. Прошерстив страницы в дневнике, среди троек и четверок, нашлось и записанное на завтра домашнее задание. Оказалось, что только математику на завтра и задали, с одной стороны хорошо, что так не много, но само слово “математика” уже вызывало в нем утомление. На нее всегда уходила куча времени, так еще и не факт, что по итогу сделал правильно, а спрашивать у родителей все равно, что подписаться на фестиваль ночных пыток из фраз “Вся ночь впереди”, “Переписывай заново”, и прочих. Возможно именно из-за этого в дневнике, в графе “Математика” одни трояки, класса с третьего.       Каждодневная проблема Джисона - скука. Ничего не хотелось делать уже давно, дел много, если хорошо подумать, но желание было лишь лежать и смотреть в потолок, чем на морозе заняться весьма проблематично. Не было настроения ни рисовать, ни писать стихи, домашку делать тем более, друзей как таковых не имел, он один из тех людей кто хорошо общается с многими в школе, но за ее пределами будто не существует. Его никогда не звали гулять, не кричали в окошко “Скинь мяч”, иногда даже на улице не здоровались, что наверно самое неприятное. С другой стороны Джисон и сам не жаждал проводить время с одноклассниками, юмор у них дурацкий был по его мнению, да и развлечения дурацкие. Между тем что бы курить за гаражами и прыгать по ним, он с радостью выбрал бы второе, но был уже слишком “взрослым” для этого. Каждый его день мало чем отличался от предыдущего, заставляя думать о том, что он находится во временной петле. Утром он просыпался, завтракал, делал уроки, оставшиеся со вчерашнего дня, смотрел телевизор, днем шел в школу, не помнил чем вообще там занимается, будто это было и не с ним вовсе, приходил домой, а после либо сразу после ужина ложился спать, прочитав пару глав какой-нибудь книги, либо делал уроки, либо как сейчас шел на крышу. Выходные тоже не отличались разнообразием. Проводить весь день дома, с балкона наблюдая за тем как падает снег, а на старой ржавой площадке играют дети. Единственным развлечением был телевизор, по которому редко, когда шло, что-то интересное. Приходилось смотреть мультики, разумеется пока никого нет, засмеют ведь. Чаще всего на немногочисленных каналах можно было поймать старые фильмы и сериалы про бравых милиционеров, иногда Джисон смотрел даже их, на фоне, пока писал или рисовал. Остальную часть дня он убирался дома, ходил в магазин, пару раз за полгода мог и в библиотеку заглянуть. Весь этот образ жизни так надоел ему, что порой Джисон попросту не видел смысла просыпаться, за что получал подзатыльники от матери, так как негоже, по ее мнению, прогуливать школу из-за каких-то мелочей. Ходил сейчас зимой по улицам и думал, как бы заболеть, чтоб прервать этот адский круг повторений хотя бы на пару дней, чтобы хотя бы что-то новое в его жизни произошло.       Со скуки пришлось снова надеть наушники, лишь сменил кассету на ту к которой была приклеена бумажка с черной надписью “Битлз, Мадонна, Радиохэд, Нирвана”, записанная с телевизора на шипящий диктофон. Качество звука конечно оставляло желать лучшего, но выбирать не приходилось, так он записывал большинство музыки которая у него есть сейчас. Джисон взял бинокль, надежно спрятанный в щелях поддона и прикрытый клочком тента, таскать его с собой каждый раз было слишком напряжно, а здесь в целом он хорошо уживался, к тому же после прихода тех хулиганов летом, никто кажется не собирался рушить его лагерь. Уже было довольно темно, чтобы разглядывать в него что-то, да и окна все занавешены, поэтому он направил объектив в небо, в надежде рассмотреть хотя бы звёзды. Но все было полностью покрыто плотным слоем облаков, к счастью хотя бы снег прекратил идти, устав за весь день. Не найдя альтернативы, Джисон стал разглядывать темноту вокруг, свет уличных фонарей внизу, граффити на соседних домах, что угодно лишь бы занять себя. Отложил это дело, слепил из снега поблизости грустного снеговика, размером не больше своей ладони и посадил его рядом с собой, продолжив смотреть в пустоту через бинокль. Снова поднял объектив вверх, подумав найти хотя бы кусочек луны, но даже ее видно не было. В уши вливалась спокойная мелодия “Let it Be”, шипя и прерываясь в каких-то моментах. Краем глаза Джисон заметил как на соседней крыше, от которой его крышу разделяло меньше метра, мелькнула темная фигура. Испугавшись, разумеется его мозг начал придумывать истории о привидениях, чудовищах и маньяков, как же без этого. Он поспешно нажал на кнопку паузы сбоку плеера, стянул наушники и стал прислушиваться глядя в темноту, сердце забилось так сильно, будто к его горлу уже приставили нож. На крыше почти никогда никого не бывает, а если и бывает то с большой вероятностью это охрана и вот ее Джисону в какой-то степени бояться стоило. Но света фонарика не было, значит это точно не старый охранник пришел проверить происходящее на крыше, что пугало еще больше. Он отложил бинокль, чуть не задев им снеговика и посветил в сторону соседней крыши фонариком, его свет практически не добивал до туда, но кое что все таки разглядеть парень смог.       На бетонном ограждении сидела фигура в легкой зимней куртке и судя по положению головы, смотрела куда-то вниз. Джисон моментально подскочил на ноги, в его запаниковавшей голове все выглядело так будто человек, сидящий там хочет спрыгнуть. Он подбежал к ограде разделяющей крыши подъездов и уперся рукой в снег, светя фонариком на неизвестного. Тот заметив на себе тусклый свет обернулся, прикрывая рукой источник, его лицо стало видно более четко, но по прежнему плохо. Ярко очерчивались на лице большие карие глаза, сверкая, будто стеклянные, хоть они и были прикрыты челкой, все равно выделялись больше всего. Джисон даже опешал, на мгновение сердце остановилось, после чего забилось с новой силой. ー Эй, парень, ты чего там делаешь?! ー Само как-то вырвалось у него, незнакомец нахмурился. ー Что?... ー Он слабо видел того кто светит на него фонариком, но по юношескому голосу понял, что это точно не охранник. ー Ты ведь не собираешься прыгать? ー Спросил обеспокоенным тоном Джисон, в попытках лучше рассмотреть парня. На этот раз в глаза бросилась ярко выраженная верхняя губа, что была больше нижней и приоткрывала кроличьи зубы. ー Нет… ー Помедлив ответил парень. Джисон только сейчас понял, что сделал какие-то странные выводы из увиденного им за несколько секунд в темноте. ー Ты кто?... ー Он все продолжал сидеть на ограде, не предпринимая никаких других действий. ー Ой… Прости… Я подумал… Ладно, не важно… ー Рука в снегу дала о себе знать неприятным покалыванием, Джисон одернул ее, словно от горячей плиты, отряхнул о куртку и попытался согреть своим дыханием. Незнакомец продолжал скептически смотреть в его сторону, явно видя какие-то основные черты его действий, но не лицо. Не смотря на то, что он уже вроде как извинился и казалось бы можно было неловко уходить, Джисон решил продолжить, раз уж начал. ー А ты чего тут делаешь? ー Вопрос такой, будто он владелец этой крыши. ー Котов кормлю. ー Невозмутимо поведал парень, спустившись с ограды подошел к разделению между крыш. Лицо странного юноши, внезапно потревожившего его спокойствие стало проясняться. Первое, что он подметил это забавные большие щёки как у какой-нибудь белки, набившей рот орехами, и растерянные глаза, бегающие то тут, то там. ー Котов? Что коты делают на крыше? ー Искренне не понимал Джисон, от стресса не подумав над этим и секунды. Парень снова нахмурился глядя на него как на последнего дурака. ー Тут трубы теплые… Греются. ー Но тот никак не мог остановить свой парад глупых вопросов, что сами собой вырывались у него. ー А как они забрались сюда? ー Незнакомцу уже стало смешно, в свете фонарика засияла его легкая улыбка. ー А ты как забрался сюда? ー Джисон опешил, туповато моргая. И тут, на ограду, где до этого сидел парень, запрыгнул один рыжий кот, с белым пятном на носу, вальяжно виляя хвостом. Испугавшись неожиданного появления он перевел фонарик на кота. ー Я запустил их. ー Подойдя к коту, парень погладил его по голове и судя по тому как тот ласково тянулся к нему, явно они были близки. Из уст Джисона уже было почти вырвалось “Почему бы им не погреться в подъезде”, но он успел поймать себя и заставить замолчать. Ответ был очевиднее чем 2+2, соседи явно бы пожаловались на них. К их дуэту прибежал еще один кот, серый с маленькой, очаровательной, круглой мордочкой. А у ног незнакомца можно было заметить и третьего, тоже рыжего, но уже с таким же рыжим носиком, он жевал какой-то мягкий кошачий корм в пластмассовой коробочке из под покупной селедки в масле. Наблюдая за всей этой семейной идиллией, Джисону стало еще более неловко и он решил, что стоит оставить парня в покое, а лучше вовсе уйти домой. ー Ну… Я пойду тогда… ー Вообще не был уверен стоит ли прощаться, если они даже не знакомы, с другой стороны еще более глупым показать он себя не мог, все, что сказано уже сказано. Джисон убежал обратно к своему штабу, быстренько собрал все вещи, запрятал бинокль и посадив обратно развалившегося снеговика, удалился.       Был ли это знак свыше или простое совпадение, вернулся Джисон домой как раз вовремя. До ужаса голодный и все еще не отошедший от ситуации на крыше, вспоминая свои вопросы становилось стыдно, он понадеялся, что больше не встретится с тем парнем, хотя даже толком не разглядел его лица. Выбирая из тарелки солянки мясо, в голове всплывали сияющие в свете фонарика большие глаза, к которым позднее присоединились еще и кошачьи.       В зале сидели родители, смотря по телевизору новости, что было крайне не интересно Джисону, один голос ведущего, еще с глубокого детства вводил его в сон. Посему пришлось сидеть на кухне, в ожидании когда те пойдут спать. Он сел на стул возле окна и вытянул ноги на батарею читал книжку под щелканье лампочки накаливания в пыльной люстре. На окне в кухне имелись лишь тонкие занавески, что практически никогда не занавешивали, весь двор с той стороны дома был как на ладони, но уже было достаточно поздно, по улице никто особо не ходил, кроме покачивающихся пьяниц, орущих старые песни их молодости, да бездомных собак. Сквозь деревянную раму окна слабо, но метко продувал ветерок, прямо на руки парня, согревал он их горячим чаем в большой кружке с изображением цветов. До носа доносился запах маминой рассады с подоконника, что чудом еще не замерзла там. Примерно через час чтения, в голову закралась мысль о том, что подозрительно долго никто его не дергал, даже подумалось, вдруг на сегодня все закончилось. Но ждать долго не пришлось, практически сразу, как по вызову, на кухню зашла мама. На первый взгляд она даже не собиралась нападать с первых секунд, возможно изначально так и было. ー Джисон, помой посуду… ー На усталом выдохе попросила мама. Не услышав воинственного настроя парень расслабился. ー Хорошо. ー Таким же спокойным тоном ответил Джисон, продолжая читать. Мама прошлась по кухне, переставила на столешнице пару вещей, заглянула к нему в кружку, протерла стол, а сын все сидел. И ее суетливое хождение туда сюда возымело смысл, она ждала пока он начнет мыть посуду. ー И чего сидишь? ー В мыслях пронеслось “Так вот в чем подвох”. ー Щас главу дочитаю и помою… ー Его речь подставила ему подножку, считай уже проиграл этот неравный бой. ー Не “Щас”, а “Сейчас”, это во-первых. Во-вторых, потом ты забудешь, знаю я тебя. ー Джисон почти уже закатил глаза, после остановил себя, но подумав еще раз сделал это уже намеренно показушно, просто из вредности. ー Не забуду я… ー Прошипел он в попытках сосредоточиться на чтении. ー Так, Джисон, встал и помыл посуду. Сколько еще раз повторить? Или я сейчас пойду и выброшу весь твой хламовник под телевизором. ー Парень убрал ноги с батареи, загнул уголок страницы, захлопнул книгу и положил ее на стол. ー Да почему хламовник? ー Он очень старался не кричать, хотя мама свой тон уже повысила, не хотелось, чтобы еще отец прибежал на их ссору, иначе наказание ему гарантировано. ー Там только школьные предметы, куда я их деть должен? ー У мамы появился новый крючок для продолжения не самого приятного диалога. ー Кстати про учебу… ー Джисон откинулся на спинку стула. ー Ты уроки сделал? Или я сейчас спать лягу, а ты будить меня будешь со своими заданиями? ー Парень измученно встал со стула и подошел к раковине с грязной посудой. ー Не буду я будить тебя… ー Собственно такого и не было, лишь один раз классе в первом, с тех пор он усвоил урок. ー Ага, сам решишь, а потом одни тройки в дневнике. Я уже прочла записку от учительницы в твоем дневнике. ー “И когда только успела” - Подумал Джисон включая воду в кране. ー Позоришь там нас на всю школу… ー Ведь больше ему заняться нечем, только и размышляет целыми днями, как же подорвать родительский авторитет в глазах учителей. Он взял старую скисшую губку и принялся выполнять поручение, в надежде, что это поможет ему закончить диалог.       Когда мама вышла из кухни, единственное, что хотелось Джисону это повиснуть на раковине и от безысходности заплакать, но он просто сердито намывал грязную тарелку. Внезапно вспомнился сегодняшний случай, отделяющий этот день от любого другого за последние месяцы. Решил отвлечься от всего стресса на мысли о том парне с крыши, он так заботился об этих котах, затащил их на крышу как-то, приносит им еду, в то время как сам был одет в весьма легкую, для здешней погоды, курточку. Точно сказать сколько ему лет, Джисон не мог, так как в тревожной ситуации, плохо рассмотрел его даже когда тот подошел на расстояние пары метров. Но ясно было одно, парень точно старше Джисона, это можно было понять даже по голосу. До этого он никогда не видел его или во всяком случае думал, что не видел, так или иначе для него это был абсолютно неизвестный человек, произведший вполне положительное впечатление. Считается, что тот кто любит животных никак не может быть плохим человеком и Джисон придерживался этого утверждения.       Окончательно успокоившись благодаря мыслям о котах, он закончил с мытьем посуды и наконец смог продолжить читать, что уже давалось с трудом, все герои рассказа сквозь призму в его голове превращались в очаровательных представителей рода кошачьих. И тут он услышал как закрывается дверь в родительскую комнату. “Даже спокойной ночи не пожелали” - Обиженно подметил Джисон, а после понял, что наверно так даже лучше. В его положении надежной техникой являлось быть тише воды и ниже травы, а этим он неплохо овладел за свои 14 лет. Он шустро выключил свет на кухне и перебежал в гостинную, по совместительству свою так называемую комнату. Закрылся от всех деревянными дверями со стеклами, пугающими его в темноте перед сном, так и казалось, что вот-вот там пройдет страшная темная фигура. Парой так и было, кто-то из родителей ночью выходил, попить воды или, что-то такое, после чего Джисон утыкался лицом в спинку дивана молясь о том чтобы это были именно родители. Сейчас же у него было еще немного времени до сна, разумеется по телевизору уже ничего особо не шло, пришлось, не то чтобы парень был против, оставить какой то ужастик про огромных пауков. А после он будет удивляться, почему боится темноты, в чем никому не признается даже под дулом пистолета.       Джисон расстелил себе постель на диване и удобно уселся в уголке с блокнотом и пеналом. С выключенным светом, фильм ужасов выглядел еще более пугающим, он даже вспомнил, что кажется видел паутину где-то на картине рядом с диваном. Сегодня он вовсе не планировал писать о прошедшем дне, но в честь какого-то нового события в его жизни, решил все же расписать ее во всех подробностях, что помнил. “Наконец-то сегодня в моей жизни произошло хоть что-то новое. На самом деле, это было довольно неловко ха ха… Я решил пойти на крышу после школы, потому что родители снова начали цепляться ко мне, а я устал… И в общем уже было темно, и холодно. Я так устал и просто хотел посидеть в одиночестве, мне было нечем заняться. И я взял бинокль. Сегодня весь день шел снег, поэтому из-за облаков звезд не было видно, даже луны. Еще я слепил маленького снеговика, но думаю он долго не проживет хах… В общем я смотрел в бинокль и краем глаза увидел темную фигуру на соседней крыше. ̶И̶с̶п̶у̶г̶а̶л̶с̶я̶ ̶н̶е̶м̶н̶о̶г̶о̶ Посветил туда фонариком, а это оказался какой-то парень. Я никогда не видел его до этого, кажется он живет в соседнем подъезде. Изначально я подумал, что он хочет спрыгнуть… Да я странный… ̶У̶ ̶н̶е̶г̶о̶ ̶т̶а̶к̶и̶е̶ ̶г̶л̶а̶ Он сказал, что подкармливает здесь котов. Рядом с ним крутились три ̶к̶о̶т̶а̶ кота или кошки, не знаю. Они такие ̶м̶и̶л̶ы̶ хорошие, двое рыжих и один серый. Их я тоже никогда не видел. Боже… Я задавал столько глупых вопросов… Мне так стыдно. Не знаю почему тормозил так… ̶Н̶а̶д̶е̶ю̶с̶ь̶ ̶н̶и̶к̶о̶г̶д̶а̶ ̶н̶е̶ ̶у̶в̶и̶ж̶у̶с̶ь̶ ̶с̶ ̶н̶и̶м̶ Надеюсь он не узнает меня если мы увидимся… Мне кажется он один из старшеклассников или только выпустился. Но в школе я его тоже не видел. ̶З̶а̶в̶т̶р̶а̶ ̶я̶ ̶п̶о̶п̶р̶о̶б̶у̶ю̶ ̶п̶о̶и̶с̶к̶а̶т̶ь̶ ̶е̶г̶о̶ ̶с̶р̶е̶д̶и̶ ̶с̶т̶а̶р̶ш̶и̶х̶ Теперь мне интересно кто он. ̶О̶н̶ ̶в̶ы̶г̶л̶я̶д̶е̶л̶ ̶п̶р̶и̶я̶т̶н̶ы̶м̶ Я так много зачеркиваю… Просто мысли дурацкие идут. Очень странные. Я имею в виду то что он ухаживает за котами или кошками, кем бы они там ни были, а значит явно не может быть плохим. Все… Достаточно об этом парне… Это все переходит в странное русло. Обычный парень. До следующей, не скорой записи!”       К концу своих заметок Джисон стал сам на себя злиться почему-то, после того как закончил, закинул блокнот на край дивана. Теперь от этого все его мысли были только о том парне и в какой-то момент он уже даже начал раздражать своим присутствием в голове. А ведь ничего такого не произошло. Вот, что может сделать с человеком серая однообразная жизнь. Джисон начинал мусолить любую, хоть как-то интересующую тему до дыр, лишь бы не возвращаться в адский круг повтора. Отныне он решил, что интересным опытом будет все же узнать кто этот парень, просто из интереса, возомнить себя детективом, как в детстве во время игры в шпиона. С другой стороны он уже чувствовал себя глупо от одних только мыслей об этом. Немного посидев, обиженно на самого себя, Джисон снова взял в руки блокнот и решил добавить немного рисунков к записи. На разлинованный страницах уютно расположились три корявых кота и такой же степени аккуратности снеговик. До ужаса хотелось написать еще, что-нибудь, но увы нечего. Больше мысли не шли, лишь под кружочками записал напоминания о том, что нужно купить батарейки для плеера и диктофона. После чего сложил блокнот на полку под телевизором. Для приличия сложил там все по ровнее, вспомнив мамины слова про хламовник.       Выключив телевизор, Джисон остался в полной темноте, тишине и одиночестве. Из под одеяла было страшно вылезать, но оно было таким тяжелым, к тому же быстро нагревалось, посему приходилось периодически высовывать нос наружу, дабы не задохнуться. Его снова, вместе со страхом темноты, преследовала бессонница, что в целом у него связано. Из-за страха поднималась тревожность, а уже из нее шла неспособность нормально уснуть. Еще один адский котел в его жизни от, которого он никак не мог полностью и бесповоротно избавиться. Порой Джисон так долго ворочался, что хотелось просто расплакаться, продать душу, сделать, что угодно лишь бы наконец уснуть. Единственное утешение в такие моменты это то, что не нужно было просыпаться рано.       Он попытался отвлечься представляя, будто прямо сейчас не спит на самом деле, а находится на необитаемом острове, как Робинзон Крузо. И был вынужден решать не школьные задачки у доски, сейчас ему нужно было придумать как добыть пресной воды, поймать рыбы, построить шалаш для удобного сна, а после заняться сооружением плота для побега с острова. В некоторых периодах жизни это действительно помогло ему, несколько ночей он представлял как выживает, натыкаясь на различные препятствия о которых читал. Но по всей видимости сегодня был не один из этих дней. Как-то, сам не понял как, мысль, одна за другой, увели его совершенно к другому. Сначала Джисон убедил себя в том, что за его спиной точно кто-то стоит и все тело парализовало от страха, он просто уставился на завитки обивки дивана не в силах ни закрыть глаза, ни повернуться и проверить все ли в порядке. Самое мерзкое ощущение, которое он когда-либо испытывал, чувство безысходности. Смелости повернуться Джисон так и не набрался, теперь занялся самосжиранием. Называл себя глупым дураком, что до сих пор верит в чудовищ, словно ребенок. Царапал руки и ноги, будто это как-то поможет снять накопившийся стресс. Некоторые слова вообще создавалось ощущение, что думал не он в своей голове. Про то что проще было бы не существовать на этой земле вовсе, что даже на смерть у него смелости бы не хватило, какой он слабак, ничего не добьется, так как не доводит дела до конца, ленивый бездельник, разочарование для родителей, так еще и явно не нормальный, с нормальным бы точно дружили сверстники, а он один. В какой-то момент на мягкую подушку, набитую гусиными перьями, упало несколько слезинок, этим всегда все заканчивалось, хотя иногда даже начиналось. Чувствуя всю свою бесполезность, Джисон стиснул зубы, продолжая оскорблять всяческими гадкими выражениями самого себя, приговаривая, что заслужил. Целыми днями ничего не делает, живет припеваючи еще и смеет жаловаться на что-то. Вселенная дала ему жизнь не на помойке, не в голоде, никакой войны, а он имеет наглость думать о том как ему плохо. Родители покупают ему дорогие подарки, привозят из командировки новые вещи, а ему все не нравится. Из-за этих мыслей Джисон искренне считал, что полностью заслуживает все душевные и физические мучения, сваливающиеся на его юношеские плечи. Чуть не отморозил себе конечности пока шел? - Сам виноват, надо теплее одеваться, а мама говорила. До изнеможения устал? - Так тебе и надо, нечего как сыр в масле кататься. Часто он даже сам для себя делал какие-то пакости, чтобы усложнить жизнь, помучаться, будто таким образом искуплял для себя все грехи, коими считал свое нежелание чем-либо заниматься и жить в общем. Шел более длинными путями, дабы побольше замерзнуть или если болят ноги, то усилить эту боль. Намеренно запрещал себе какие-то сладости, ссылаясь на то, что не заслужил их съесть, хотя очень хотелось. И на любые неудачи преследующие его по пятам реагировал как на абсолютно нормальное проявление кармы. “Это с тобой случилось потому, что ты слишком много жалуешься по мелочам” - Таким образом гоняя себя по кругу из нежелания быть, потому что устал существовать и наказаний за то, что тебе все дали, а ты неблагодарный ничего не хочешь.       Радовало лишь то что подобные мысли выскакивали в его голове только по ночам и в сам момент “выполнения наказания”. Но еще лучше было бы если бы их не существовало вовсе. А Джисон считал иначе, считал, что лучше бы не существовало такого мерзкого человека как он сам. И одному богу известно откуда у него такая неприязнь к самому себе, желание избавиться, репрессировать, что угодно, но не измениться. Все потому что менять нечего. Джисон не был таким ужасным человеком как описывал себя и наверно даже никогда не смог бы. Зачем-то навязывал себе это, не допуская мысли о том, что это может быть неправдой. Полностью был уверен в том, что заслужил каждое плохое слово и действие в свою сторону, стараясь не подавать виду, надевал на себя маску веселого позитивного парня готового помочь. И даже это было для него неким искуплением в несуществующих грехах. Будто если он будет добр ко всем это поможет ему стать более хорошим человеком. А по правде никем становится не нужно было.