Твоя душа подвластна мне

Время шло, а мир погряз в войне, люди убивали друг друга, их души наполнены тьмой, они не заслуживают на жизнь… Некому уже не было дела до того кто вырезал одну среди сильнейших деревень, а зря. Сейчас на поле боя стояли трое, на первый взгляд человека, это Узумаки Наруто, который по стечению обстоятельств стал демоном подобным Кураме в человеческом обличье, рядом около него держа катану стоял Учиха Саске и под конец Кьюби но Йоко, самое могучее существо на данный момент. Жизнь каждого с них сыграла с ними в злую шутку, их объединяло то что все трое были пленниками, оружием или же практически рабом из-за человеческого страха. Лис подошёл к Узумаки и Учихе и пригнулся давая позволения чтобы они запрыгнули ему на спину. Саске покрыл Кураму доспехом с Сусано , а Наруто достал две катаны, рукояти их были чёрными, а лезвия красными, это запретное оружие которое губит не только тело, а и душу, оно по легенде принадлежало палачам, им убивали тех кто не заслуживал прощения даже после смерти. И не зря оно было запретным, погубив нескольких ты недостоин жизни, а убив десятки и сотни твоя душа подлежит каре, для шиноби это оружие значит конец, конец времён шиноби и началом чего-то другого. Лис побежал на смешанные войска шиноби навстречу воскрешенным. Руки людей пробирала дрожь от столь сильных чакр, обжигающие и холодная, лёгкие отказывались работать, более слабые утратили сознания через нестачу кислорода и в скором времени умрут. Наруто спрыгнул с лиса и предстал перед предыдущими каге и восрешенным Учихой Мадарой, они обернулись прервав свой бой и увидели парня лет восемнадцати, он держал запретное оружие, его окутывала золотисто красная чакра, человек был в черном плаще и в чёрной маске которая прикрывала часть лица, по форме она напомнила лиса. Парень повернул катаны тыльными сторонами и побежал на противником. У этого оружия были и другие способности, одна с них была разрыв контролю душ, довольно полезная в этом случае, ведь тех кого воскресили непричастны к этому всему, сейчас они должны покоится в мире мертвых я а не принужденно участвовать во всём этом. Одно прикосновение катан и тело безвольно останавливалось поэтому это даже боем не назовешь, некоторые души сразу пожилали вернуться туда где им место, некоторые же стали перед неизвестным человеком. — Как твоё имя палач. — Мадара с несвойственным ему любопытством смотрел на оружия, оно существует лишь в одном экземпляре и не подчиняется кому попало, а это значит лишь то что он необычный человек. — Имя у меня больше, оно осталось в прошлом, тьма поглотила душу, а тело пренадлежит другому миру. Я Демонический Кицунэ, последний палач этого мира. — Голос был холодным и уверенным. — Столь юный, а уже взял на свои плечи столь тежолую ношу. — Нестоит Казекаге судить возвраст демона по его внешности, он может выглядеть на восемнадцати но быть намного старше. — Мне и вправду восемнадцать. — Парень поднял свои голубые глаза, выглядили они устрашающе холодно и пусто, их обладатель посмотрел на всех кто перед ним остался и слегка улыбнулся странной улыбкой. — Наверное вам интересно что произошло за всё это время пока вы находились в загробном мире и как так получилось, так от, деревня скрытая в лестве перестала существовать год назад, за долго до этого клан Учих был практически полностью истреблён, среди живых остался лишь один Учиха, пол года спустя в деревне песка начался переворот, через некоторое время в деревне камня был тоже переворот, остальные же лишились своих джинчурики в погоне за большей силой. В итоге имеем конфликт всех стран, смерть всех джинчурики, Коноха не запятнана этой войной и под конец палач и два его спутника и на остаток воскрешение сильнейших шиноби этого мира для использования их как сильных марионеток. Вы желали в своём прошлом мира для людей, но эти люди сами стремятся решить всё войною, единственный среди вас кто по настоящему понимал истину этого мира это Учиха Мадара. — Узумаки указал на брюнета катаной после чего сразу же её опустил. — Как…как так получилось что Конохи больше нет? — этот вопрос задали одновременно не только прошлые Хокаге, а и несколько других Казекаге. — Давайте поговорим после того как я со своими спутниками разберусь с этой войной. — Все сразу же обратили внимание на Девятихвостого покрытого доспехом сусано и на голове которого явно стоял Учиха. Лис что-то недовольно пробормотал и позволил Наруто запрыгнуть на него после чего принял своё истинное обличие. — Чтоже сдесь происходит… — воскрешенные с недоумением посмотрели на троицу, но их остановило предупреждение что лучше им больше не лезть в эту войну. Оставалось стать лишь наблюдателями, глупо было лезть в битву когда там тот кто запросто может уничтожить душу одним ударом катаны, им ещё повезло что их просто освободили от контроля и вероятнее всего приняли за «своих». Лис бежал в самый центр этого всего, там было больше людей, а значит начав оттуда можно одним ударом убить довольно большую часть людей, но когда лис собиралась это сделать его остановил Наруто, он спрыгнул с лиса и сам лично лишал людей жизни, но перед этим дал некоторые указания. — Шиноби младше семнадцати лет оказались здесь принужденно, им угрожали, некоторых даже пытали, убивать их не смейте, на их руках нет ещё той крови как у других. Лис нагнул свою большую морду к земле и начал всматриваясь, видя подходящую жертву он её хватал и сразу же отправлял в желудок. Они не были на чьей либо стороне, их действия заключались в прекращении этой войны и даже если понадобится то и эре шиноби, уже и без того слишком много войн прошло и может пройти, и рано или поздно это приведёт к концу не только людей, а и целой земли. За свою не столь долгую жизнь Наруто осознал то что не могло большинство. Люди жадные и наивные, они имеют много плохого в себе, наверное слишком много, но в людях есть также что-то особенное, то ради чего можно попытаться дать им ещё один шанс. Узумаки резал людей как будто нарезая обычное мясо довольно сильно заточенными ножами, убитые им недостойны жалю, они причастны к бессмысленной войне и даже притянули сюда детей, возможно душа Наруто даже хуже чем у них всех, но у него была причина уничтожить Коноху, а также он имел полное право убивать людей, даже сам Джанин соизволил частично прибыть в этот мир и поручить «прекраснейшую» работу, он не просто дал эту работу, а и подарил оружия, нет не то запретное, а другое, это было что-то между катаной и саблей, довольно необычное и удобное, оно могло проводить сквозь своё лезвия даже самую разрушительную чакру, забирать жизненные силы и мучительно уничтожать тела. Сам же бог сразу свалил, так как понимал, что работа эта джинчурики не устраивает и он сейчас вполне мог убить его, а это значило бы лишь то что душа его повредилась бы, ведь этот юный малец в свои восемнадцать уже уподобился богам, и неизвестно даже насколько, но единственное что точно было понятно, по прошествии некоторого времени он не будет подобным богам, а и сам станет одним из них, возможно даже самым опасным, стоящим на ровне с Джашином богом крови и ада.

***

Он только что закончил массовое убийство людей, его окружали тысячи трупов и лишь несколько сотен живых человек, в основном они были не старше 17 лет, в их глазах можно было увидеть страх, они боялись того кто смог сотворить подобное, его даже человеком назвать сложно. Наруто обернулся и посмотрел на Саске который уже без сознания лежал на морде лиса, а сам лис лежал на земле, у Учихи просто полностью закончилась чакра, а Курама уснул чтобы восполнить запасы чакры, хоть они и не иссякли полностью. Теперь Узумаки вспомнил об воскрешенных и вернулся к ним, те как раз сейчас решили выяснить кто с какого времени и восполнить свои знания хоть тем что знают каге умершие последними. — Кхм, я понимаю что вы хотите знать что произошло, но мне кажется это вас недолжно беспокоить, ведь ваши жизнь оборвались задолго до этого всего, но все же если ваша душа желает узнать что случилось после вашей смерти то я лично об этом вам поведаю. — Почему… Коноха перестала существовать? — этот вопрос обговаривался среди Хокаге, но задать решился только первый Хокаге. — Их страх может как и уберечь жизни, так и сотворить нечто ужасное. Восемнадцать лет назад джинчурики девятихвостого заперли в самой защищённой тюрьме мира, он целых шестнадцать лет не видел мир за стенами, его обучали читать и писать, это по сути было бесполезно, так как пользы все равно не было бы но все же. Им казалось не умей джинчурики пользоваться чакрой, лис не сможет сломать печатать, но он ошибались, парень научился пользоваться чакрой, а позже заключил сделку с Лисом и смог сбежать инсценируя свою смерть, и если так подумать он и вправду умер на некоторое время. Его похоронили и когда он очнулся и выбрался с гроба сразу же направился в неизвестную ему сторону, но какая же ирония он прибыл туда же откуда так отчаянно бежал, но благодаря изменённой внешности ему удалось притвориться другим человеком, пробыв там как человек без памяти и притом же как шиноби листа спустя год он отомстил деревне убив практически всех, исключениям стали лишь единицы. Каге пораженно слушали эту историю, в особенности четвертый. — Сколько лет прошло с моей смерти? — четвертый Хокаге посмотрел на палача в надежде услышать ответ. — Восемнадцать лет, шесть месяцев и девять дней. Если вы подумали о том что это был третий джинчурики Кьюби середи людей то Вы правы. — Наруто посмотрел своими холодными красно синимы глазами в глаза прошлого Хокаге. — Не стоит себя винить, виноваты люди которые из-за страха это сделали с ним. Наруто закрыл свои глаза и развернулся к Мадаре. — Думаю вы единственный кто тут удивился не очень сильно, вас наверное больше удивила даже не война, а я и то как третий джинчурики не обладающий шаринганом смог заключить контракт с Лисом, но поверьте лучше Вам всем без исключения узнать о прошедшем в мире мертвых от душ погибших, они вам более подробно расскажут. — Как помне лучшим информатором являешься ты палач. — Возможно, но есть то чтобы мне не хотелось рассказывать, всему есть приделы, возможно мои тайны когда-то будут раскрыты, но сейчас слишком рано. — Наруто вдруг перестал разговаривать и будто бессознательным взглядом посмотрели куда-то в даль, одно мгновение и под его одеяниями начал просвечивается яркий символ огня, нет не тот что на повязках шиноби, а совершенно другой, он тянулся по всей левой руке, ещё одно мгновение и парень достал саблевидное оружие и взмахнул им. — Вам уже пора возвращаться в мир мертвых, возможно мы ещё увидемся, лучше не сопротивляйтесь и отправляйтесь со спокойной душой туда где вам место, и не беспокойтесь об этом мире, я лично о нём позабочусь, и попытаюсь направить на другой путь. — Все по одному были проткнуты оружиям, последним был Минато, Наруто подошёл и слегка наклонился. — Не переживайте хоть ваш сын стал массовым убийцем он всё ещё способен понимать добро и зло, на его руках нет крови тез кто не виновен и чьи предки не причинили ему боль. — Узумаки проткнул живот и немного тише сказал ещё одно предложение. — Ваш сын давно вас простил. — Душа начала покидать тело и на его лице была слегка грустная но одновременно и радостная улыбка, теперь он чувствует себя свободным. Наруто вздохнул с облегчением и пошёл ко всё ещё спящим напарникам, в мысли парня пришла мысль о том что неплохо было бы немного отдохнуть, возможно даже примостился около тех двоих, и чтобы их сон не прирвали установить барьер. Узумаки подошёл к лису и прислонился к его шерсти, на удивление бывшего джинчурики шерсть оказалась мягкой, раньше когда он лежал на ней она была немного жёсткой. Лис слегка посунол свой хвост чтобы Узумаки примостился на нём, раньше Наруто часто лежал на одном с его хвостов слегка сжав шерсть, в особенности это было после окончания контракта. Бывали случаи когда парень слишком устанет и просто свалиться в объятия Кицунэ в получеловеческом обличие и даже не думая кау это могло бы выглядит со стороны, лис утихомирит разбушевавшуюся чакру и его тело сможет быстрее рослабится нежели пролежи он хоть несколько часов. Их окружил темный барьер, выглядел он просто, слишком, но на самом деле человеку неподсилу его сломать, или же разглядеть что внутри. Наруто устало лёг на мягкий хвост и зарылся носом в шерсть, как не странно но его запах сейчас был полностью пропитан запахом хрови. Узумаки прикрыл глаза и по привычке слегка сжал шерсть, это было скорее инстинктивно, он боялся остаться снова в полном одиночестве и пытался цепляться и тянутся к тем кто ему дорог, а всего таких было лишь две души, и врятли когда нибудь появится ещё кто нибудь.