Голос

— Да, Дахен, еду смотреть машину, — отвечает сестре в мобилу. — Сразу скинь мне фотку, я должна видеть твою новую ржавую баночку на колёсах, — смеётся девушка. — Сама ты ржавая, она пиздатая. У Чимина мерс, так что? Мне под него косить? — закатывает глаза старший и останавливает машину. — Слушай, ты бы свою в порядок привёл. Классная у тебя машина, но ездит как велосипед с восьмеркой, — кричит в трубку Пак. — Дахен, выключи громкую связь и убери этого гуманоида от телефона, — фыркает и выходит с ауди, блокируя двери. — Не ну серьёзно, бро. Вы с отцом купили эту тачку в пиздатом салоне практически за нихуя. Благодаря связям твоего бати, — начинает Чимин, пытаясь отговорить друга. — Вспомни как мы на ней заехали в какие-то дебри и поцарапали её. Как в неё велосипед въехал. И дохуя всего. Ты её своими руками латал, и она выглядит всегда как новая. Постоянно моешь её, пылинки сдуваешь. Нахер тебе чужая, поношенная? Это ведь твоя, личная. Над словами Чимина можно задуматься, но уже поздно. Он о встречи договорился, время подумать есть до понедельника. А тут как выйдет. Но подумал он за пять секунд и сразу понял, что Чимин очень даже прав, ведь увидев бэху и двух людей рядом, сразу остановился, думая сбежать отсюда нахуй. — Я перезвоню, — кидает трубку и смотрит прямо перед собой на мужчину и женщину, стоящих вместе. Они о чем-то оживленно говорят и смеются. Он делает шаг вперёд, на встречу человеку, которого искренне ненавидит. Но этот человек выглядит совершенно иначе. Он видит перед собой элегантную, очаровательную, милую женщину, которая когда-то была его матерью. Сейчас он её мамой не считает. Мать не бросит своих детей ради какого-то мужлана с деньгами. Хотя, есть такие. И мать Тэхена именно этот случай. Наркота и деньги за секс лучше, чем детство собственных детей, а после мужик полностью заменяет их. — Здравствуй, — обращается он сразу к матери, которая не сразу узнала собственного сына, но поняв кто перед ней стоит, ахнула и начала тянуть две руки к его лицу, осторожно укладывая их на щеки. — Сынок, ты так вырос, тебя не узнать, — она тепло улыбается и уже хочет обнять его, но её грубо отталкивают и делают шаг назад. — Хорошо, я поняла, — слегка хмуриться и кивает госпожа Чинсу. — Дорогой, это мой сын — Ким Тэхен. — Для меня честь познакомиться с сыном моей жены, — приветливо улыбается мужчина и протягивает руку. — Так это твой мужик, из-за которого ты нас с Дахен спихнула на отца?! — рычит от злости и хватает мать за плечи, стяхнув. — Ты мне не мать, уяснила? Ты чужая. Ты мне никто. У тебя больше нет сына и дочери. Прошипев каждое слово, толкнул её сильнее. Он развернулся и, уже не слушая ругань мужчины сзади, пошёл к своей машине. Ну нахер. Чимин реально прав. Неизвестно, что случится при следующей попытке купить машину. Домой доехал быстро, без происшествий, хоть вдавливал педаль в упор. Загнав машину, направился домой, но услышал крик и довольно знакомый голос, нахмурился, направляясь в сторону звука. Стоило завернуть за гаражи и увидеть компанию подростков, которые ржали и пинали какого-то парня, точнее не какого-то, а больно знакомого для Тэхена. — Эй, уроды, — свист сразу остановил движения парней. Все разошлись, дав увидеть Киму не лучшую картину. — Дядь, шёл бы ты дальше. Иначе и ты тут окажешься, — ядовито лыбится один из них, хватая Чонгука за волосы и слегка приподнимая его голову. — Может я присоединиться хочу. Тоже попиздить охота, — ухмыляется Ким, пока внутри вскипает все, проливаясь по венам лавой. — Ну раз так, — начинает он, поднимает Гука на ноги, пока тот еле держится на них и ставит перед собой. — Покажи нам мастер-класс. — Легко, — уверенно идёт в сторону Чона и сжимает кулаки, глядя в эти тёмные глаза. В них не было видно страха, лишь злость и даже боль. Как будто болит не снаружи, болит глубоко внутри. — Чонгук, вниз, — строго говорит тот и Чонгук падает на колени, быстро среагировав на слова мужчины. Удар принял на себя тот самый урод, который больше всех бил Чона. На его лице и так красовался фингал. Возможно и в прошлый раз Гук подрался с ними. Возможно даже успешно отбивался, ведь его руки снова в крови, губа разбита, как и нос. И как Намджун ещё не заметил, что его сына пиздят? Тэхен бил куда только рука протягивалась. Половина разбежалась сразу. Вторая половина, после того, как черноволосый начал протягивать руки к каждому. Но остался тот главный с ужасной, до тошноты, причёской. Так ещё и зелёного цвета. Что за тролль? Схватив его за воротник кофты, слегка приподнял, делая ещё удар, заставляя того завопить и пустить девичьи слезы. — Прошу вас, не надо больше, — хнычет парень и прикрывает лицо руками. — Ты, хуйло, как посмел его тронуть? Я тебе руки и ноги переломаю, которыми ты его касался, — всю злость выпускает из себя, собираясь продолжить пытки, но на его плечо ложиться рука, которая слегка тянет его назад. — Хьюго, пусти его, — шёпотом просит Гук, и ради этого ангелочка, Ким швыряет троля в сторону и поворачивается к малому, осматривая побои. Одной рукой тот прижимает живот, а второй хватается за плечо черноволосого сильнее, пытаясь не упасть. — Дальше я сам, иди. — Куда сам? К Джуну? Ты хочешь, чтобы он их перестрелил всех? — мотает головой и одну руку Гука перекидывает через шею, и приобнимает его за талию. — Пойдём. Я тебя вылечу и отвезу домой. — Не трогай меня, пусти, — с последних сил упирается ангелочек, пока в глазах не темнеет от истощения всех последних сил.

***

Голова раскалывается, в глазах туман, все тело ноет и болит, жжёт и немеет от количества боли в нем. Кое как туман рассеивается и юноша разглядывает чужую спальню, где не разу не был. По воспоминаниям только то, как его избивали, а потом силуэт мужчины, его голос. Хьюго. Зачем он полез? Теперь все расскажет Намджуну. Мысли смешались в один комок и полетели в урну, сразу же как дверь в комнату открылась. — Проснулся. Как ты? — интересуется Тэхен, усаживаясь на край кровати. — Нормально я, — отвечает и медленно поднимается, упираясь в постель локтями. — Расскажешь все отцу? — Он уже звонил тебе. Я взял трубку и сказал, что ты со мной шляешься, — скрещивает руки на груди, глядя на ангелочка. — Хорошо, — Чонгук без всяких проблем начинает подниматься с кровати. — Теперь я домой. — Лежи, — говорит Ким, поднимаясь на ноги. — Ты никуда не пойдёшь. — Отвали, псих, — толкает его в сторону, но Хьюго самостоятельно кидает его на кровать, падая следом, ведь ангелочек вцепился руками в предплечье мужчины. — Больно, блять, дай мне уйти! Хьюго уже хочет нагрубить мелкому, но слегка приподнявшись, глянул в его глаза, попадая в чёртов омут. В обоих внутри что-то сжалось до такого состояния, что вот вот взорвётся, а сердце начинает биться в бешеном темпе, чуть ли не ломая ребра. Они лежат тихо, лишь смотрят друг на друга. Несколько секунд для них как вечность и они растягивают эту вечность, неосознанно пытаясь отсрочить конец этих гляделок. Чонгук вырывается с пелены мыслей и отталкивает парня от себя более грубо, нежели ранее. В этот раз он срывается на бег, желая поскорее оставить эту квартиру к хуям. Входная дверь хлопнула, а телефон в кармане Тэхена завибрировал. Это был телефон Чонгука. На дисплее было имя «Лиа». Хьюго трубку не решился брать, потому отключил звук и засунул телефон обратно в карман джинс. Накинув косуху, вышел с квартиры, намечая цель поехать в дом Джуна и отдать телефон лично.

***

Погодка прекрасная. Для Хьюго. Он обожает дождь, пасмурное небо, грозу и прочую гадость. Такая погода все последние дни после приезда Кима. Как-то холодно для августа. Лето в этом году не очень жаркое, потому все ходят в кофтах и джинсах, а не как всегда майках и шортах. Постоянные дожди портят всем настроение. Всем, кроме Тэхена. — Привет, бро, — приветствует его Джун, который собирается покидать дом и ехать по делам. — Я думаю ты привезёшь Чонгука. Где он? — Привет. Сбежал, а телефон забыл. Я ему его привёз, — пожимает плечами и смотрит на друга, копаясь в кармане. — Можно я его подожду тут? Отдам лично в руки. — Ну если хочешь лично отдать, то оставайся, а я тогда поехал, — слегка заторможенно ответил Нам и, пожав плечами, вышел с дома. Тэхен не просто так решил его подождать. Мог бы просто отдать телефон и уехать, но он вспомнил про тот рисунок Чонгука в блокноте. Может он его уже дорисовал? Ну жутко интересно. Он прекрасно рисует, может Намджуна нарисовал? Или кого-то из друзей? Ким добрался на второй этаж к комнате ангелочка и решительно подошёл к столу, замечая два блокнота сразу. Тот самый чёрный и ещё один, слегка шире, похоже на ежедневник или что-то такое. Тэхен сразу же открыл чёрный блокнот, натыкаясь на изображение самого себя. Эти прорисованные очертания лица, четко выделены скулы, шея, плечи. Все настолько необычно, что мысли сбивались, пытаясь найти объяснения этому. Серый блокнотик ниже был не менее интересным. Отложил свой портрет, сглотнув, открыл дневник Чонгука, натыкаясь на какую-то нейтральную тему из жизни ангелочка, который внёс её в этот блокнот секретов. Он листал страницы, понимая, что поступает неправильно, но интерес при выше всего. И вот он начинает бегать взглядом по строчкам, которые напоминают слова Чимина. Сестра Чонгука? Но при чем тут отец Кима? Вот уже он видит начало ответа на свой вопрос, но блокнот резко вырывают с рук, заставляя отступить в сторону и повернуться. — Ты блять ахуел, дядя? — ругается Гук, толкая Хьюго назад. — Вали отсюда. — Чонгук, хватит орать на меня, — делает уверенный шаг к нему, глядя в глаза уже не тем добрым взглядом. Чонгук попятился назад, затаив дыхание. От этого взгляда по телу прошли мурашки, а страх появился сам по себе. — Во первых, я старше. Во вторых, я тебя спас, блять. Ты даже не представляешь, чем занимался твой отец. — Ну так расскажи! — срывается на крик и сразу затихает, прижимаясь спиной к стене. — Ну значит, — подходит вплотную к ангелочку, прижимая его к стене всем своим телом. — Делай нам чай и я тебе все расскажу, — взгляд черноволосого стал более спокойным, но все ещё холодным. Чонгук узнает правду прямо сейчас.

***

— Блять, эти ебланы ахуели? — матерится Хосок перерывая документы и накладные. — Что за черт заполнил эту хуйню не понятным почерком? — Я вижу тебе ты никак не успокоишься, да? — смеётся Джун, делая глоток колы из баночки. — Он никогда не успокоиться, истеричка долбанная, — закатывает глаза, пьющий далеко не колу со стеклянной бутылки, Юнги. — Сам ты истеричка. Ты видел, что эти долбоебы тут понаписывали? — психует Чон, желая сжечь эту макулатуру к хуям. — Давай помогу, — подходит ближе к барной стойке Ким, рассматривая текст на бумажках. — Буду очень благодарен, — отвечает Хо Джуну и поднимает взгляд на Пака, который теперь работает барменом в клубе Хосока. Хосок планирует и Тэхена сюда забрать работать. Будет помогать с документами. Он с этими бумажками на ты, и щёлкает как семки. Жаль поступить он так и не смог. Точнее не захотел. Тратить деньги на свою учёбу не хотелось, потому все вкладывал в учение сестры, которая уже начала работать психологом. Имеет свой личный кабинет, снимая в аренду помещение. Она ведь не обычный психолог, а детский. Потому помогает деткам подняться на ноги и радоваться каждой мелочи этой, такой непростой жизни. — Чимин, сообрази виски по бырому, — говорит и вновь утыкается в гребные накладные, пока Пак, кивнув, приступил к делу. — Со льдом? — улыбается Чим, получая положительный кивок и такую же улыбку. Поднять настроение Хосоку легко, просто улыбнуться. И вот, Чон уже светится как солнышко, освещая мрачный клуб. Днем тут тихо, как в гробу, а ночью кишит тараканами, которые пьют, трахаются, развлекаются плохими веществами, а потом на улице возле чёрного хода оставляют не очень приятные последствия. Хотя и по углам бывает. Чону иногда хочется повесить огромкую табличку-указатель «Рыгать туда». Но Намджун остановил от такого необычного решения, сказав, что не все могут оценить этот креатив. Хотя выглядит ржачно в воображении Хосока. — Че, скучали? — раздаётся низкий, слегка хриплый голос сзади и все оборачиваются, замечая двоих парней вместе. — Извините за вопрос, вы трахались? — в недоумении спрашивает Пак, прищурившись. — Ты идиот? Он ребёнок ещё, — отвечает Хьюго и жмёт руки каждому по очереди. — Я не ребёнок, псих, — хмурится Чонгук и пинает его в бок. — Привет, ребята, — обращается уже к остальным и так же жмёт их протянутые руки. — Чонгук-и, что у тебя с лицом? Почему у тебя фонарь под глазом? Светит ярче солнца, — спрашивает Пак, протирая салфеткой стакан. — А это, — опускает взгляд в пол и слегка хмурится. Он и так шокирован словами Кима, так ещё и теперь надо оправдаться перед отцом, папой и остальными. — Упал и ударился. — Не ври, — строго выдаёт Намджун, поднимаясь со стула. — Бро, не трогай его. Он правда упал, когда со мной был. Сорян, не уберег малого, — понимает руки, невинно глядя на друга. — А руки почему опять в ранах? С кем-то дрался? Или опять психовал из-за оценки? — скрещивает руки на груди, уже не веря в сказки сына. — Отец, все хорошо. Ни с кем я не дрался, — вздыхает ангелочек и подходит ближе к дивану, на котором улегся Юнги и уже дремлет. — Хуле вы орете, идиоты? — ругается Мин, которого потревожили, но увидев Чона, сразу же обнимает и тянет к себе как мягкую игрушку. — Я тебя тоже очень рад видеть, папа, — смеётся Гук и прикрывает глаза, расслабляясь в объятиях Мина. — Ребят, мне завтра нужно к родителям на хату, а после к вам в клуб. Мы с Дахен вместе будем, — начинает Ким, делая глоток янтарной жидкости из стакана, который ему сразу поставил Чимин. Все разговаривают о своём, шутя и смеясь, уже забив на документы возле Хосока. Та и сам Чон, уже сложил их в стопку, и сверху положил огромный хер. Завтра продолжит, а может уже и сам Хьюго, если согласится работать здесь. — Где Гук? — спросил Юнги, который успел уснуть, а потом снова проснуться из-за этих криков. — В смысле? Он же с тобой был. — спрашивает Пак, упираясь локтями в стол. Хосок встаёт и идет к туалету, а Намджун на чёрный ход, с целью найти его там. Но нигде его не обнаружили. Все стали бить тревогу, а Намджун вовсе стал названивать сыну. — Блять, — шипит Ким и поднимается со своего стула, направляясь на выход из клуба. Все остальные переглянулись. Походу только Тэхену известно куда и почему сбежал Чонгук.