Чёрные ушки

Вова не понимал, когда это началось. На его столе уже пару часов стояла злополучная коробка в пёстрой ярко-зелёной обёртке с чёртовыми чёрными лентами по периметру. На самой коробке, прямо на крышке, каллиграфическим почерком было выведено «Приглашение», и парень, если честно, и предположить не мог, кому это могло предназначаться. Да, он заглядывал внутрь. За последний час он раза три проходился по комнате, зарывался руками в волосы, затем открывал «подарок», смотрел на содержимое, мысленно вздыхал «о-о-ой бля-я-я-ять» и снова её закрывал. Для тихих студенческих лет его жизнь пестрила ой какими яркими красками. Чего только стоил последний привоз в полицию, когда парень был вусмерть пьян — к слову сказать, было это всего пару дней назад. Тогда, кое как отвертевшись, заговорив полицейским зубы, Вова собой гордился: не каждый на такое способен, находясь в стрессовой ситуации под литром дешёвой водки из пятёрочки. Кстати, отпустили его тогда только потому, что «в предверии нового года должны случаться чудеса». Вот оно, чудо, блять. Случилось нахуй. Вова в очередной раз открыл крышку, смотря в собственное отражение на явно дорогой стеклянной (Вова не проверял, но был уверен, что она стеклянная) маске. Чёртовой маске с кроличьими ушами. Прикоснувшись к блестящему от освещения уху, парень тяжело вздохнул. С одной стороны, терять ему было нечего, а новогодние дни провести хотелось с шумом, с размахом: не каждый же день выдаётся возможность побывать на какой-то-там сверхсекретной вечеринке, куда можно пройти только по приглашению, оформленному за пару месяцев. Парень повертел в руках ламинированный листочек, на котором было напечатано время, место и подробная инструкция с координированием на местности. Вообще, в инструкции обещали полную анонимность данного мероприятия, однако, тот, кто рассылал людям костюмы, точно будет знать, кто же находится под маской. Ну, или же все придут в костюмах кроликов. Усмехнувшись собственным мыслям, Вова потянулся к шару предсказаний, лежащему на полке рядом. Нет, он не был настолько суеверным, в судьбу тоже верил не особо, но что-то подсказывало ему — надо спросить. — Ита-а-ак, — протянул он, прикрывая глаза и начиная потряхивать чёрный глянцевый шар. — Скажи-ка, шарик, стоит ли мне идти на это странное мероприятие? Развалившись в кресле и неторопливо помешивая содержимое шара, парень резко остановился и посмотрел на табло. Чёткое и бесповоротное «нет» высветилось внутри и Вова нахмурился. Говорят, если не можешь понять, что же выбрать и спрашиваешь у человека его мнения, то ответ, который тебя не устроил, говорит лишь о том, что внутри себя ты уже пометил лучший вариант. Так произошло и сейчас — ответ «нет» никогда бы Вову не устроил. Кто вообще пропустит столько веселья? Поэтому, он раз десять перетряс несчастный китайский ширпотреб, пока на заветном табле не отобразилось «да», и, полностью довольный решением шара, принялся собираться, ведь, помимо странной кроличьей белой маски, внутри лежал ещё и строгий костюм. Наверное, единственным отличием от стандартного классического костюма было то, что на рукавах пиджака белыми нитками был вышит заяц как на журнале плейбой. Не теряя больше ни секунды, парень схватил коробку и помчался в соседнюю комнату переодеваться.

***

Снаружи было холодно. Вова, в своей любимой чёрно-зелёной куртке выглядел слишком нелепо. Ох, чёрт, надо было видеть выражение лица той старушки, которая ехала напротив него в автобусе. О-о-о, то ещё было зрелище. Особенно тот момент, когда парень захотел примерить маску посреди общественного транспорта. Вова же не виноват в халатности почтовиков? Не виноват в том, что интерес всегда берёт над ним верх? Да ничерта он не виноват. А парень которому посылка не дошла, очевидно, — лох. Остановившись возле тёмных ворот, парень в очередной раз посмотрел на ламинированное приглашение, затем нацепил маску, которая держалась на резиночках, и трижды постучал в дверь. Незамедлительная реакция сторожа заставила парня вздрогнуть, но сохранить «лицо». — Пароль? — Новогоднее чудо. Внутри пахло чем-то очень вкусным. Быстро сняв с себя куртку, он прошёл в большой зал и с наслаждением втянул в себя аромат поистине праздничного ужина. На столе стояла целая куча закусок, горячих блюд, бокалов с шампанским и так далее. Вороватая душа студента уже подсознательно начала прикидывать, как бы спиздить со стола кусочек повкуснее и забрать его с собой, в серую общажную комнату, куда парень обязательно вернётся после новогодних каникул. — Не стесняйся, всё это без проблем можно попробовать, всю еду готовили отменные французские повара, — рядом с парнем оказалась высокая фигура в сером костюме и маске волка. Видимо, приняв Вовино выражение видимой части лица за отвращение или же смущение, незнакомец тут же поспешил уведомить его, что вся предоставленная тут еда — нормальная. Знал бы он, что в животе парня уже давно скрутился тяжёлый узел от шикарного аромата, заполняющего все лёгкие, да и не только, а в голове все мысли пропускались через призму «спиздитьспиздитьспиздить» — Я… я и не стесняюсь. Просто, немного удивился, вот и всё. Взяв со стола бокал и, с грустью проводив взглядом огромную жирную индейку, лежащую в центре, он развернулся к незнакомцу. Парень выглядел как типичный богатенький мальчик, которых в стенах вуза сразу бы окрестили «папенькин сынок», «мажор» или же просто «зажравшийся». Всё по классике. Что Вова забыл среди всех этих людей? — Ты здесь впервые? — Губы парня вытянулись в полуулыбке-полуухмылке. — Вроде того, да. А ты? — стараясь выглядеть непринуждённым, а-ля, я прихожу на подобные мероприятия раз в месяц, ты меня не удивишь, Вова покручивал в пальцах бокал с шампанским. — А я организатор этого веселья. Вова неловко откашлялся, сделав глоток. Почему-то, именно в этот момент в его голове проснулся стыд. Надо же, влез в чужое мероприятие, пьёт чужой алкоголь, за который не платил, пользуется несвоей одеждой. Так ещё и еду украсть хотел. Пиздец, а не человек, одним словом. — Боже, я чувствую твоё напряжение. Ты слишком громко думаешь, — Организатор засмеялся, прикрывая ладонью рот. — Пойдём, покурим? Я знаю отличное место. Вова кивнул, оставляя стекляшку на столе и не задумываясь топая вслед за парнем. Организатор провёл его через весь зал, позволяя рассмотреть каждую лису, пуму, льва, и вообще, многих хищных зверей. Уже понимаясь по лестнице вверх, студент наконец вышел из небольшого транса, хмурясь. — Чё-то я не вижу тут ни одного миролюбивого животного. Ну, там… коровку какую-нибудь, овечку… черепаху, в конце концов. — Зато я, вот, вижу, — парень остановился, открывая дверь на крышу и невольно оборачиваясь на Вову. — Передо мной стоит, кстати. Такое лицо забавное у него, не поверишь, — он снова рассмеялся, пропуская парня вперёд. Вова фыркнул, невольно подавая организатору больше ассоциаций для сравнений нового знакомого с кроликом. Тот не смог сдержать улыбки. На крыше было ветрено. Вова только сейчас понял, что куртка его находится внизу, в гардеробе, а не здесь. Сейчас бы даже простецкий шарф лишним не был. Однако, стойко игнорируя мороз, парень достал сигарету и поджёг кончик. Что-что, а такие важные вещи Вова в незнакомой гардеробной никогда не оставит. Вдруг ещё украдут? — Меня зовут Алексей, — внезапно улыбнулся организатор, поправляя маску на лице. — Я очень долго тебя искал… Он подошёл ближе, легонько проведя пальцем по чёрному стеклянному уху. Вова нахмурился, попятился назад, но лопатки упёрлись в стенку. Лёша, определённо, чувствовал превосходство. В глазах мелькали огоньки жадной власти, будто Вова превратился в ту самую зажаренную индейку, которую хотят разорвать на куски. — Что ты… имеешь в виду? — парень поднял настороженный взгляд на хозяина мероприятия, стараясь имитировать те самые властные огни. — Мой посыльный сказал, что я сразу тебя узнаю, — тот как будто не слышал предыдущих слов Вовы. — И ты сам же дал мне подсказку. Здесь, — он медленно наклонился к лицу парня, — Все, — сократил расстояние, облизываясь и жадно смотря на губы. — Хищники. Вова оторопел. Ладони вспотели от напряжённого момента. Почему-то в мыслях внезапно всплыло то, что никогда не должно было всплывать в подобных ситуациях. В голове бегущей зацикленной строкой была строчка из мема «удар в очко от Вiталия Клiчко». Первые пару секунд парень стойко пытался сдержать вырывающиеся смешки. Секунд через десять сдался и не выдержал: тишину балкона разрезал тихий мелодичный смех. Лёша с недоумением посмотрел на свою «жертву». Такого он, конечно, не мог ожидать: какая нормальная жертва будет смеяться в лицо нападавшему? — Прости, просто… — Вову накрыло второй волной смеха, потому что он вспомнил сопутствующую картинку, которая всегда прикреплялась к этому мему. Тем более, бегущую строку в его голове внезапно начал проговаривать голос Соловьёва (ну, того самого дядьки, которого некоторые бабушки смотрят). Договорить фразу Вова так и не смог, потому что хохот согнул его пополам. Лёша, обескураженный ещё больше, невольно улыбнулся. Что-то в чужом смехе было такое, что заставляло улыбаться вместе со смеющимся парнем. Даже больше, хотелось смеяться. А парень обычно над милыми «зайчиками» не смеялся. Отсмеявшись, Вова пару раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, а потом принял серьёзное выражение лица и подошёл к Лёше вплотную: тот успел отойти на пару шагов, потому что не понимал, что нужно делать дальше. Организатор, вновь приняв растерянное выражение, хотел было что-то сказать, но Вова, внезапно, привстал на цыпочки и дотянулся до чужих губ, оставляя на них короткий поцелуй. Лёше хотелось смеяться и плакать от беспомощности. Только что наглый парень, который должен был стать то ли его развлечением на ночь, то ли жданным ужином в прямом смысле слова, полез целоваться, а перед этим долго смеялся, будто всё происходящее — не более чем выдумка! Подумать только, это поколение потеряно. — Мне казалось, ты хотел меня поцеловать, — Вова улыбался, доставая из пачки новую сигарету и закуривая. Ступор нового знакомого явно его смешил. — Я… Что… Я?.. Я?! — Лёша вышел из ступора, смотря на парня с нескрываемым недовольством. — Да я, может, голову тебе откусить хотел! А ты целоваться полез. — Голову? Ну, что-то ты на самку богомола не очень похож, приятель. — Вова наслаждался каждым мгновением. Лицо организатора медленно начало краснеть от злости. — Не закипай, сигарету будешь? Алексей глубоко вдохнул, сосчитал до десяти, а после выдохнул и окончательно успокоился, принимая сигарету. Этот рождественско-новогодный слёт был уже пятисотым или пятьсот первым в его жизни. Все они начинались и заканчивались по-разному, но мотив всегда был один: есть жертва, есть охотники. Жертва всегда страдает. Вова улыбнулся шире, опираясь на перилла. Уже, почему-то, было не так ветрено и не так холодно. Единственное что его волновало — нос очень чесался, а в маске почесать его было крайне проблематично. Стянув с себя маску, он как ни в чём не бывало почесал нос и надел её обратно. Лёша потерянно хлопал глазами. Такого сюра в его жизни ещё не происходило, чесслово. — А нахуя, извини, маска, если ты уже показал своё лицо? — стараясь сделать как можно менее ахуевший тон, спросил парень. Вова пожал плечами, затем подумал, снова пожал плечами и снял с лица чёрную стеклянную маску с ушками кролика. Лёша вдохнул, покусывая губы и рассматривая парня. Получалось так, что Вова знал только имя Алексея, а Лёша знал только внешность «зайчика». На этом их обширные познания друг друга заканчивались. Лёша примостился рядом, делая тягу и прикрывая глаза. Он словно смирился со своей ситуацией, принимая всю сюрреалистичность происходящего за сон. — Скажи, зайка, ты правила присутствия на мероприятии-то читал?.. — А че, там и такое было? Лёша ударил себя по лбу. Сложившаяся ситуация начала не на шутку смешить обоих. Лёша нервно захихикал и прикрыл глаза. Вова широко улыбался. Бегущая строчка барахлила, то исчезая, то появляясь, но всё же надолго парня одного не оставляла. Знаете, этот мем скорее из тех, которые говоришь в слух и они становятся ещё смешнее. — Почему ты смеёшься? — Организатор с интересом посмотрел на зайчика, позволяя себе придвинуться ближе и потрепать парня по голове. От Вовы не веяло вайбом жертвы. От Вовы веяло свободой, беспечностью, какой-то детской наивностью. Это было… интересно. — Я мем вспомнил, — Вова снова засмеялся, но уже тише. — Сейчас мне кажется что он глупый, поэтому озвучивать не буду. А то подумаешь ещё, что я ебанутый. — Да я уже… Вова возмущённо уставился на Лёшу. Тот, с нескрываемой улыбкой наслаждения пялился в ответ, без стеснения рассматривая каждый миллиметр лица и шеи. Глаза бегали по коже от родинки к родинке, задерживались на тёмно серых радужках, опускались к немного припухлым губам. Лёша изучал. Что-то ему подсказывало, что он никогда бы не съел этого милого зайца. Скорее, выбрал бы более интересное времяпрепровождение. — Что значит «я уже»? — щёки парня возмущённо порозовели, а уголки бровей свелись к переносице. — Ничего, заяц, не думай об этом. Организатор снова приблизился к Вове вплотную, не давая докурить сигарету или допустить мысль о побеге. Поймав чужой настороженный взгляд, Лёша медленно снял маску. Как Вова и думал, под ней скрывалось идеально красивое лицо парня чуть старше чем он сам. «Алексей» оказался просто очаровательным. Уложенные волосы, кристально чистые голубые глаза, бледная благородная кожа, тонкие губы. Вова сглотнул, чуть краснея: уже не от злости, а от смущения. Лёша с Вовой определённо были из разных вселенных. Первый — красивый, харизматичный, богатый. А второй десять минут назад хотел спиздить рождественскую курицу со стола. Р — Разница. Облизнувшись, Лёша вернул Вове невесомый поцелуй, словно прощупывая почву. Тот с удовольствием ответил. Мем в белобрысой голове больше не всплывал, зато появилось множество вопросов. Вова целовался раньше по пьяне, целовался по приколу, по рофлу, целовался на спор. Но никто никогда не был инициатором. Вова всегда был первым. Руки студента обвили чужую шею, организатор хмыкнул, обвивая талию и крепко прижимая парня к себе. Сразу стало тепло и спокойно, как будто так и нужно. Пошёл медленный снег. Всё вокруг словно замерло, остановилось. Два парня продолжали стоять в обнимку на крыше, а неподалёку лежала чёрная маска с заячьими ушками. Та самая стеклянная маска, которая привела к этому.