Клан Дракона

36 часов спустя. Драконий Камень. Рейнис тихо прошла в безмолвный медицинский кабинет. Рейнира, невыразимо хрупкая, на слишком большой для неё кровати, все так же была без сознания. Деймон застыл у окна, наблюдая за внешним миром, хотя Рейнис дает руку на отсечение, его глаза все равно ничего не видят. Женщина беспокоилась о здравомыслии кузена. Всем была хорошо известна одержимость Деймона племянницей, тот буквально заявил о своих претензиях на девушку, еще лет пять назад. На своем четырнадцатилетии юная Таргариен имела неосторожность выразить свое недовольство наличием у Деймона жены, что было не удивительно. Рея Ройс не вписалась в семью, отсутствие детей в десятилетнем браке, только усугубляло пренебрежение супругов друг к другу. Что не было секретом, и судя по всему, очередная ссора произошла накануне. Деймон был мрачнее тучи. Только она и Корлис слышали, как Рейнира заявила дяде, что она бы с удовольствием заняла место его жены, ведь «я бы наверняка сделала тебя счастливым». Рейнис была рада, что больше никто не был свидетелем этих слов. Ведь не прошло и недели, как Деймон стал вдовцом, Рея Ройс чудесным образом свалилась с второго этажа, ломая шею. Хоть семья девушки и имела вполне обоснованые подозрения, доказать никто ничего не мог. Рейнис же была уверенна, Деймон лично избавился от жены, не в его понятиях было поручать кому-то грязную работу. Вскоре начали поступать предложения о новом браке, ведь не смотря на подозрения, Деймон все еще оставался очень лакомым кусочком, многие хотели заполучить больше влияния, благодаря зятю-Таргариену. Однако Деймон быстро пресек любые попытки вновь его женить, заявляя, что уже выбрал себе невесту, и в ближайшие четыре года, жениться не намерен. Хоть имя и не было названо, никто не сомневался кого он намерен заполучить в жены. Дело было решенным, Таргарионы следовали своим вековим традициям, заключая браки внутри семьи. Женщина могла только гадать, за какие заслуги Таргариены могли заполучить исключительное право на подобные браки, но благословение церкви было и никто не мог с этим спорить. Несмотря на все ожидания завистников, Таргариены процветали в подобных союзах, никогда не было никаких признаков вырождения семьи, никаких патологий или уродств. Едиственное, что могло приходить на ум - у женщин её семьи были проблемы с деторождением. Но Рейнис считала это скорее совокупностью осложнений, разной в каждом отдельном случае, а не расплатой за кровосмесительные браки. Они были Таргариенами, по легендам выходцами с Древней Валирии, древней цивилизации, что процветала с технологиями сильно опережающими весь мир, хоть доказательств этому осталось крайне мало. Древний язык, что не забывался в их семье; несколько десятков изделий из валирийской стали, сплав которой, до сих пор остается загадкой; да легенды, что занимали обширную часть семейной библиотеки. Деймон всегда был ярым последователем семейного наследия, Рейниру приучал к тому же. Несмотря на их шестнадцатилетнюю разницу в возрасте, они были наиболее схожи характерами, казалось, в любом возрасте Деймон находил племянницу интереснишей компанией, предпочитая её остальным. Рейнис видела, что других это беспокоило, сама же женщина без колебаний принимала Деймона таким, каким он был. Иногда, казалось, больше него самого. Но чем старше становился молодой человек, тем легче понимал свою буйную натуру, принимая все свои пороки, научился нести их как достоинства. Что не могло не притягивать к нему людей. Все пошло наперекосяк три года назад. Визерис женился второй раз, на шлюхе Хайтауэр, дочери его доверенного человека. Деймон, вместе с Рейнис и её семьей, отбыл на другой конец страны, решая проблемы с постоянными набегами на их территорию. В результате тупой случайности, Деймона поймали на убийстве с поличным. Несмотря на все их влияние, Таргариена осудили на пять лет тюрьмы. Хоть в итоге отсидел только два, получив досрочное освобождение, Рейнис видела — это повлияло на Деймона, не в лучшую сторону. Он впал в бешенство, когда узнал, что Рейнира выходит замуж за младшего брата своей мачехи. Сама Рейнис отстранилась от Визериса, после заключения Деймона, ведь тот бросил брата на произвол судьбы, ничего не желая слышать. Что было вопиющим лицемерием с его стороны, ведь, во многом благодаря Деймону, что держал всех в узде, Визерис не потерял свое положение. Сам он никогда не тянул на роль главы дома, что уже на протежении веков возглавляла преступный мир чуть ли не половины США. Во время отсутствия Деймона и Рейнис, Хайтауэр как никогда влез во все дела Таргариенов, что не могло быть хорошо. И если с Визерисом уже все было понятно, как Рейнира оказалась под их каблуком, оставалось загадкой. Предстоящая свадьба скрывалась до последнего момента, явно опасаясь саботажа со стороны родствеников невесты. Рейнис жалела, что не поддерживала связь с Рейнирой, ведь она не могла представить, чтобы та действовала добровольно, и надо признать подержки ей попросить было не у кого. Положение в котором она оказалась сейчас, как нельзя лучше демонстрировало это. Чего Рейнис не могла понять, так это как Рейнира умудрилась зачать своих детей от Деймона. А в том, что это его дети не было и малейших сомнений. Маличик, Эйгон, был и вправду как две капли воды похож на Деймона, Рейнис еще помнит, как тот выглядел в младенчистве, да и все детство кузен протаскался следом за старшей сестрой. Девочка, Висенья, хоть и имела цвет глаз Рейниры, светлую сирень, была очень похожей на мать Деймона, Алиссу. Дети, казалось, не взяли от Рейниры практически никаких внешних черт. Но это будет видно со временем. А пока, детишки купались в обожании родственников, не имея должного внимания от родителей. Рейнис не могла позволить этому продолжаться. — Знаешь, у тебя есть двое детей, нуждающихся в родительской заботе. Так как, очевидно, их мать пока не может им дать необходимое, это твоя работа сейчас. Твое нахождение здесь абсолютно бесполезно. Ты слышал мейстера, Деймон, она проснется когда будет готова, ей нужно восстановить свои силы, последние дни Рейнире пришлось тяжело, — положив руку на плечо мужчины, твердо сказала Рейнис. — И чья это вина? — горько отозвался он. — Деймон… Я не совсем понимаю, как это вышло. Я думала ты не виделся с Рейнирой после того как вышел. Видно, что тебя что-то гложет, и не только события последних двух суток. Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать, я никогда не осуждала тебя. Плечи мужчины напряглись под её взглядом, Деймон заговорил, так и не оборачиваясь. — Я был там. В день её свадьбы. А потом ночью. В первую брачную ночь я был с ней, Рейнис, и это не тот поступок которым я горжусь. Я не был… не сделал это правильно, слишком зол, слишком не в себе. — Ты взял Рейниру силой? — насторожено спросила женщина. Это не тот поступок, что она могла ожидать от любого мужчины своей семьи. — Нет, но полагаю, можно сказать, что я был не далеко от этого. Я позволил своим эмоциям управлять мной, а ты знаешь каким я могу быть в таком состоянии. Я уверен, что не единожды сделал ей больно. — А Рейнира? — И слова мне не сказала против, все смотрела на меня своим бешеным взглядом. Блять, Рейнис, та ночь была чистой воды сумашедствием. Когда уходил, пообещал ей вернуться за ней, сказал, что не оставлю другому. — И почему ты нарушил слово? Смешок вырвался из горла Деймона, прежде чем он ответил. — Вскоре стало известно о её беремености, я знал, что ребенок не может быть мой, а это значило только, что она позволила себя коснуться, более того позволила этому ублюдку вложить в себя его ребенка. Осознавать это, понимая, что я никогда не смог бы дать ей того же, убивало меня. Но все же я хотел убедиться, что это не было сделано против её желания. Я сказал Харвину поставить прослушку в комнату Рейниры. Знаешь, меня хватило на несколько минут. Она разговаривала со своим ребенком, что был меньше кулака, на тот момент. Говорила как любит его, как рада, что сможет ощасливить его отца, что папочка обязательно полюбит его. Пытки не были для меня такими болезненными. — Стоило дослушать до конца, непроходимая ты тупица, тогда бы услышал своё имя. Всегда доводи дело до конца, этому ты меня учил, — послышался хриплый голос за их спинами, заставляя их обернуться в изумлении. Рейнис сразу подскочила к племяннице, помогая той немного приподняться. Гримаса боли исказила юное лицо. Деймон остался на прежнем месте. — Где мои дети, тётя Рейнис? — В безопасности, с ними Лейнор и Лейна, полагаю опять не спускают их с рук. Они очаровательные, Рейнира, ты подарила радость нашей семье. Нежная улыбка появилась на лице молодой мамы. — Пожалуйста, принесите их мне. Я не смогла даже как следует вдохнуть их запах, хочу увидеть своих детей. — Конечно, детка. Уверенна, они тоже скучают по тебе. Сейчас вернусь. Стоило женщине покинуть комнату, как взгляд Рейниры обратился на Деймона, жадно исследуя взглядом. — Ты так и будешь там стоять? Или все-таки поприветствуешь женщину, что подарила тебе двоих детей, — обиженные нотки в её голосе, как и всегда, заставили Деймона ухмыльнуться. — А я могу, Принцесса? — Засунь свое чувство вины на потом, я еще успею на нем отыграться. Иди сюда, Деймон, я скучала. Деймон всегда исполнял волю своей племянницы.