Грустные ночные совы

Все эти моменты будут потеряны во времени…

как слезы под дождем

Северус Снейп вздохнул, поняв, что анисовый настой снова прогорк, уже в третий раз за последние два месяца. Он быстро очистил котел с помощью Скорритмии, но едкий запах все еще витал в воздухе. Он надеялся, что другие зелья, спокойно кипящие в соседних котлах, не пострадают. Еще одна неделя работы была потрачена впустую. Северус вернулся в дом и пошел по извилистой гравийной дорожке, которая вела от лаборатории к входной двери. Звук камней под ногами на мгновение отвлек его от неудачного эксперимента. Дом был погружен в темноту, и Северус видел нераспечатанные письма, сложенные на столе, и комментарии рецензента к его последней статье в журнале по зельям, обвиняюще смотрящие на него. Обед, который он оставил на кухне, начал портиться, и скоро его придется выбросить. Чашка крепкого кофе помогла ему прояснить мысли, но это мало улучшило его настроение. С мыслями о завтрашней встрече с Люциусом Малфоем Северус отправился спать. Сон был неуловим, поскольку он все время думал о недостающем ингредиенте в формуле своего неудачного зелья, но его уставший разум никак не мог найти ответ. Ночь прошла быстро, и ровно в восемь утра портключ от Малфой-мэнора отправился в путь. Северуса окутало облако защитных заклинаний, когда он подошел к кованым воротам, что явно свидетельствовало о желании Малфоев произвести впечатление даже в изгнании. У Северуса возникло искушение прервать проверку заклинаний и представиться на воротах как министр Шеклболт, просто чтобы посмотреть, как отреагирует магия семьи Малфой. Он быстро отбросил эту мысль как неуместную, хотя на мгновение представил, как острые копья ворот пригвоздят его к каменной ограде, прежде чем он успеет сделать шаг. Люциус Малфой стоял у входа и выглядел необычайно бодрым для столь раннего часа. Несмотря на отсутствие былого лоска, он был все так же красив и энергичен, как и прежде. Северусу этот новый Люциус нравился даже больше прежнего, словно его жизнерадостность была молчаливым подтверждением того, что они оба страдали одинаково. Во Франции, на берегу моря, где раннее утреннее солнце палило все на своем пути, а жизнь текла более лениво, было легко забыть о прошлом. "Люциус, твоя паранойя неизлечима", - сказал Северус. "Тебе есть о чем поговорить, Северус", - ответил Люциус с улыбкой. "Как Нарцисса?" спросил Северус. "Она в доме своей троюродной сестры, помогает готовиться к очередной свадьбе. Невеста на девятом месяце беременности, и жених в панике, как бы успеть разослать все 200 приглашений и не забыть никого важного из Министерства." "Это звучит как невыполнимая задача", - заметил Северус. "Ни слова, Северус", - сказал Люциус, подмигнув. "А Нарцисса?" снова спросил Северус. "Нарцисса лично следит за пошивом свадебного платья и вычеркивает из списка гостей всяких мелких министерских ублюдков, которые придут только ради бесплатного алкоголя", - с усмешкой сказал Люциус. "Держу пари, французские аристократы с удовольствием пьют за чужой счет", - с усмешкой сказал Северус. "Самое интересное, Северус, что английские министерские подонки тоже в этом списке. Я предсказываю, что это закончится дракой, и светская хроника "Пророка" будет