В полу шаге Рождество

Если нет Рождества в твоем сердце - ты не найдешь его и под елкой. ©Рой Смит

Я без минуты колебания могу заверить, что всех своих родственников вижу только раз в год, на Рождество. Бабушку по маминой линии, родного дядю с его женой по папиной линии. Они на каждое Рождество приезжали так, словно виделись с нашей семьей каждый день. Сам факт их приезда не ужасен, нет. Просто они могли найти повод приехать в гости вне одного значимого дня в году. По крайней мере, атмосфера никогда не была плохой в такой особенный день. Все мило общались, ели рождественские блюда в виде свиных рёбер, запеченных с ананасами. Салат вальдорф и карамелизированный картофель, с популярным рождественским пивом. Оно безалкогольное, так что мне не раз удавалось его попробовать. Это было похоже на смесь кваса и фанты. Каждое Рождество не особо отличалось от предыдущего, по крайней мере в нашей семье. — Изабель, убирай свою книгу, уже ведь все сели за стол. Не доведут до добра твои выдуманные истории. Сказала мама, свирепо глянув на меня, поставив передо мной тарелку. — Почему сразу выдумки? Ты каждый раз так говоришь, но ничего не меняется. И ведь не одна я верю во всякие чудеса. Мы вот в классе устраивали рождественскую вечеринку в стиле волшебниц, и никто из нас не отрицал их существование. Не согласилась я, но всё равно убрала книгу от греха подальше. — Дорогая, истории и картинки не являются подтверждением существования Санты, эльфов и волшебниц. Никто их никогда не видел, нет никаких доказательств. Это всё создано для таких впечатлительных девочек как ты. Поддерживала мысль бабушка, что было не удивительно. — Но ведь Бога тоже никто как такового не видел... Произнесла я, на что все сидящие за столом уставились на меня, словно я сказала что-то за гранью их понимания. — Не сравнивай религию со своей чепухой, это совершенно разные вещи. Заверил отец, накладывая маме порцию салата. Я решила, что продолжать диалог бессмысленно, так как он ни к чему не приведет. Поэтому я просто вздохнула и тоже приступила к трапезе, за которой все и забыли о ранее поднятой теме. После ужина, мы по традиции открывали подарки. В этом году меня под ёлкой ждал световой планшет для рисования и пижама с моими любимыми персонажами из мультфильма. Этот подарок скорее всего был от родного дяди и его жены, они немного больше поощеряли мои вкусы. Но и световой планшет я тоже хотела, спасибо родителям. Как жаль, что это всё подарил не Санта... К 22-м часам мы потеплее оделись и пошли на прогулку, после которой отправились на Рождественское служение в Лютеранский собор в Рейкьявике. По пути можно было не менее воодушевится атмосферой праздника, деревья, витрины магазинов и ресторанов были украшены гирляндами, венками и различными композициями. Вифлеемская звезда красиво поблескивала на еловом венке, висящем на входе в собор. А сам он был украшен гирляндой в виде свечей, которые висели вокруг всей крыши. В Рейкьявике был один из лучших соборских хоров, хоть я и слышала их не так уж и много. Но не смотря на всю их красоту пения, служение вызывало у меня сонливость. И дело не в уважении или скуке, просто меня правда каждый раз клонило в сон. Наверное, мою маму это очень злило. На перерыве мои родители активно поздравляли знакомых, которые тоже пришли на служение. Мне, как ребенку семьи, также пожелали приятностей и здоровья, увидев, что я прячу очередной фантик от шоколадной конфеты в карман, сказали быть аккуратнее со сладостями, ведь впереди ещё Новый год. И они в принципе были правы, ведь самое большое количество съеденных сладостей выпадало именно на зимние праздники. Когда началась вторая часть служения, я обратила внимание, что местных тут не так уж и много. В основном одни туристы, которые здесь явно первый и последний раз. Я не против церкви, но ярмарка неподалёку была не менее интересной. Там вкусно пахло и можно было найти невероятное количество интересных вещей. Хотя не удивительно, что Лютеранский собор пользовался популярностью у туристов, ведь он расположен в самом центре исландской столицы. Меня снова начало клонить в сон и казалось, что это уже какая-то моя автоматическая функция. Я повернула голову в сторону окна и увидела, что снова пустился снег. Собственно, ничего необычного, зима ведь. Я уже хотела отвернуться, но увидела как на снегу поблескивает что-то красное. Мне пришлось немного прищурится, дабы понять что это. Оказалось новогодняя игрушка. Как только я это осознала, рядом появилась ещё одна. То есть, просто из ниоткуда очутилась рядом. Затем ещё одна и ещё, меняя при этом свой окрас. Я несколько раз сморгнула, но они не пропали, продолжая появляться в виде тропинки. Во мне с неимоверной силой разожглось любопытство. Захотелось узнать, розыгрыш ли это, или может я вижу что-то по настоящему мистическое! Я отдернула маму за край её кофейного платья и сказала, что отойду в туалет. Та лишь сказала привычное «Хорошо, никуда далеко не уходи», после чего я стремительно направилась к выходу, накидывая куртку. Как только я вышла за порог собора, то сразу осмотрелась на наличие людей, которые могли бы каким-то образом незаметно класть игрушки на снег, но таких рядом не оказалось. Поэтому, я подошла к тому самому месту, видя, как игрушки вновь увеличивали своё количество. Они не падали с неба, не прорастали из земли, а просто появлялись с характерным звуком, словно пластик ударялся об пластик. Я, шмыгнув носом от холода, последовала за мистической тропинкой, которая образовывалась передо мной из различных цветастых игрушек, начиная от круглых шариков, заканчивая звездами и различными зверушками. Пока в один момент игрушки не перестали появляться. Просто замерли в том количестве, что уже были, обрывая тем самым тропинку. Я непонимающе остановилась, обернувшись по сторонам и всё ещё пытаясь найти ответы на свои вопросы. Единственное, что мне пришло в голову, так это наклонится и поднять одну из игрушек со снегу. Но как только фарфоровая лисичка оказалась у меня в руке, я почувствовала как снег под моими ногами начинает провалится. Это было определено не то, чего я ожидала, в следствии чего попятилась назад, но подо мной словно образовалась огромная яма, падая в которую, я даже толком не успела закричать. Это было настолько резко и быстро, что возможно со стороны даже никто и не заметил. Падение в неизвестность тоже было мгновенным, словно кто-то выключил мне свет. Но когда свет включился, а точнее я открыла глаза, то осознала, что уже точно не в Рейкьявике... Дул очень холодный ветер, а рядом было ни души, не говоря о присутствии каких либо жилых домов. Это было нечто иное, как горы. Похоже, мне удалось оказаться ещё и не на самой высокой, ибо в далеке виднелись более высокие и заснеженные высоты природы. Меня охватила тревога, ведь я примерно знала, как далеко от моего города к ближайшей горной системе. Может, я всё таки пошла в туалет и случайно уснула? А это всё мне просто снится? Но пока я об этом размышляла, сзади меня послышался хруст снега, словно кто-то шел в мою сторону. Я обернулась на звук, увидев довольно высокую женщину средних лет, закутанную в чёрный платок, с под которого выглядывали пряди серебристых волос, чьи пряди неуклюже развивал ветер. Одета она была в довольно плотную черную куртку, которую мне удавалось видеть всего один раз в жизни на фотографиях моей прабабушки. Её ноги покрывала длинная юбка болотного цвета, под которой были теплые валенки. Но это всё полнейшая чепуха, ведь сзади у неё было целых пятнадцать лисьих хвостов! — Что ты, сыночек мой, здесь совсем один? Пошли скорей домой, а то ужин съедим без тебя. Произнесла приятным, но с небольшой хрипотцой голосом незнакомка. Меня это ещё больше завело в тупик. Я её сыночек? Что за абсурд! По мне же явно видно, что я девочка! — Простите?... Только и смогла выдавить из себя я. — Что-то не так мой Йольский мальчик? Ты разве не голоден? Продолжала ворковать женщина, подходя ближе. И теперь я могла увидеть её глаза, которые были почти белесые, покрывая пеленой еле заметную радужку. Когда я увидела в её широкой улыбке ряд острых зубов и услышала слово «Йольский мальчик», то была уверена, что передо мной никто иная как Грила. Злобное существо которым пугают детей в младших классах, дабы они хорошо учились и слушали родителей. Но разве она не выдумка?... Я не смогла ничего ответить, ощущая как тело помимо холодного ветра начинает пронизывать страх. Передо мной настоящая Грила? Это плохой сон? Разве я плохо себя вела в этом году? Но она ведь называет меня своим сыном... — Ты что меня не слышишь? Думаешь, мать тебя голодом заморит!? А ну, быстро марш домой! Начала повышать голос пятнадцатихвостая, от чего её брови злобно сошлись на переносице. Страх умереть здесь и сейчас встряхнул меня приливом адреналина, поэтому я решила подыграть. — Прости мам, сегодня Рождество ведь, устал я. Голос мой был немного понижен, словно я и вправду отыгрывала мальчика, так, наверное, должно было быть правдоподобней. — Ох, конечно-конечно. Тогда пошли скорее со мной домой, мой тринадцатый Йольский мальчик. Снова подобрела Грила, от чего на вид становилась словно моложе. Она развернулась и направилась по тем же следам, какими сюда и пришла. Мне не оставалось другого выбора как пойти за ней, ведь бежать и звать на помощь здесь было некого. Женщина что-то помурлыкивала себе под нос, пока её пышные хвосты покачивались со стороны в сторону. Я шла сзади совсем тихо, ступая по протоптанным следам, дабы хруст снега был чуть тише, словно боясь спугнуть лишним звуком странную иллюзию, где я являюсь её сыном. Дорога к чужому дому лежала через лес, где казалось, деревья следят за каждым твоим шагом. И только когда ветер покачивал заснеженные ели, такое наводящее ощущение становилось слабее. Приподняв немного голову, я увидела, что мы приближаемся к старому деревянному дому. Он выглядел совсем небольшим, но когда мы зашли внутрь, казалось что своеобразная избушка вмещала в себе ещё пять таких же. Это было не менее паронормальнее, чем факт существования Грилы. — Папа Леппалуди уже давно растопил печь. Удивительно, что он может что-то сделать только тогда, когда невероятно голоден! Произнесла пятнадцатихвостая, снимая свой чёрный платок и открывая вид на свои серебристо кинжальные волосы. Скорее всего она имела ввиду распространенный факт в легенде о том, что её муж был невероятно ленивым созданием, или если точнее, олицетворением лени. — Ну чего ты стоишь? Пошли скорее к твоим братьям! Поторопила меня Грила, похлопав меня по спине, от чего я непроизвольно дернулась и на еле несущих меня ногах последовала за ней. В доме стоял отвратительный запах гнилого и тушеного мяса. Было очень жарко и складывалось ощущение, что печь была в каждой комнате. Деревянные полы скрипели от каждого шага, пробирая своим звуком до мурашек. Но это было не самым страшным, что я могла ожидать. Ведь когда меня привели в обеденный зал, кровь в моих жилах похолодела. Посреди огромной комнаты стоял длинный каменный стол, за которым сидели двенадцать мальчиков, чем-то напоминающих полу троллей, невероятно похожих между собой. На столе было чье-то тело, а точнее тело какого-то ребенка. И они... Они с аппетитом разбирали его по кусочкам, словно рождественскую куропатку. От ужаса мои глаза налились слезами, а ноги попятилась назад. У меня начала кружится голова от вида происходящего и ударившого в нос запаха. Запаха, сырого мяса. — Садись скорей к своим братьям! Через время я принесу жаркое, прям как мы с вами любим! Чуть ли не лилось счастье с уст Грилы, которая похоже не замечая моего сопротивления буквально усадила насильно меня за стол, а сама скрылась за дверью. Картина прям таки и захлопнулась, я заменяла тринадцатого Йольского мальчика. Прям как число моего возраста. Я сидела зажмурив глаза и тихо плакала, чавканье моих так называемых собратьев вызывало неистовый приступ тошноты, который приходилось с огромными усилиями сдерживать. Они едят бедного ребенка, пусть наверное и очень непослушного, но это не отменяет того факта, как же это ужасно и неправильно. Мне так хотелось проснутся от этого худшего кошмара в моей жизни, хотелось снова оказаться в уже привычном мне соборе и крепко обнять маму с папой, никуда от них не отходя. Впервые в жизни захотелось искренне помолиться, лишь бы найти спасение с этого дьявольского места. Я не заметила как в зал зашел огромный чёрный кот. Йоулакёттюр, как и в рассказах был размером с быка. Его золотистые глаза осмотрели комнату так, словно он был совершенно не глупым животным. Йольские мальчики вовсе не обращали на него внимания, продолжая свою мерзкую трапезу. Огромный кот сделал круг вокруг стола и остановился возле моего места. Мои слезы хлынули с новой силой, ведь он буквально был передо мной, глядя своими слишком жуткими зрачками. Но он просто обнюхал мои шерстяные рукавички и зашагал прочь, скрываясь где-то в тени. — Я наелся, я наелся! Закричал скорее всего Стеккьярстёйр, ибо он сидел за столом первым по счету. Все сразу же обратили на него внимание и стали как болванчики повторять за ним. На шум конечно же пришла Грила. — Мои мальчики так скоро наелись? Вы уверены? До следующего Рождества целый год. Сказала женщина, помахивая своими хвостами. — Да мам, но почему наш тринадцатый брат ничего не съел? Задал вопрос скорее всего Гильягёйр, ибо сидел вторым. На вопрос обо мне я издала какой-то хнычущий звук, стараясь совсем не впасть в истерику. — И вправду, твоя тарелка совсем чистая. Почему ты ничего не ел? Спросила Грила, а я лишь несколько раз шмыгнула носом. — Я-я не голоден... Попытавшись хоть как-то ответить, я поняла, что это звучало на уровне скуления. - Что!? Зачем ты врешь матери! Недовольно повысила голос пятнадцатихвостая, подойдя к столу. Я лишь сильнее зажалась, не имея понятия, что ей отвечать. — Я с тобой разговариваю! Немедленно ешь! Злобно, на уровне с шипением сказала женщина. На её пальцах появились страшные когти, а сама она постарела лет так на двадцать, покрываясь морщинами, а волосы её стали запутанными и седыми. - Я... Я п-просто... Мне почти больно было говорить, в горле пересохло и даже покалывало от страха. Казалось, что это была моя последняя рождественская ночь. Но неожиданно мою голову посетила мимолетная мысль. Я приподняла дрожащую руку и уверенно произнесла в своей голове: " Изабель, тебе нужно домой ". После этого ухватившись за тарелку стоящую передо мной, я ударила Грилу по лицу. Та мерзко завыла от впившихся ей осколков в лицо, а я в ту же секунду кинулась бежать. Самое страшное — это было потеряться в этом жутко большом доме, где коридоры были словно лабиринт. Как только мне удалось завидеть дверь, в которую мы вошли ранее, я навалилась на неё всем телом, выбегая из дома, побежав куда глаза глядят. Наверное, я ещё никогда не бежала так быстро. Мои ноги сами несли меня, а холодный ветер обжигал шею и лицо. Я не знаю как долго мне и как далеко мне удалось убежать, но в один момент, силы словно иссякли и моё тело свалилось на снег. Не успев перевести дыхание, меня всё же стошнило. Казалось, что я задыхаюсь и сейчас попросту умру. Вдох было сделать больно, а теперь ещё и горло жгло от желудочного сока. Я начала просто громко плакать и звать на помощь. — Девочка-девочка, чего ты плачешь? Ты здесь совсем одна? Послышался очень ласковый голос, который даже на секунду показался мне галлюцинацией. Я с трудом подняла уже покрасневшие глаза, не переставая удивляться увиденному за сегодня. Передо мной был мальчик лет семи, похожий на маленького эльфа со светлыми волосами и белоснежными ангельскими крыльями за спиной. — К-кто ты? Заикаясь спросила я, ведь не знала, с какой легенды это создание. — Это секрет. Улыбнулся ангельский мальчишка, помогая мне подняться на ноги. Он посмотрел в сторону откуда шли мои следы. — Ты сбежала от Грила? Сама? Ты такая смелая! Улыбался он, и казалось, что его улыбка была теплее солнца. — Д-да, я так хочу домой. Ты знаешь как выбраться отсюда? Спросила я, думая, что на плохого персонажа он не похож, хоть и внешность бывает обманчива. — Ой! Конечно-конечно! Пошли, я отведу тебя домой. Все дети на Рождество должны быть счастливы и со своей семьей. Сказал он, и потянул меня за руку, поэтому я не сопротивляясь последовала за ним. Почему-то он не вселял страха, возле него было очень спокойно, казалось, что все опасности в мире на мгновение исчезли. — Ты ведь тоже из какой-то легенды или поверья? Поинтересовалась я, ибо никак не могла вспомнить какую либо историю связанную с этим мальчиком. — Может быть, может быть. Хихикнул он. — Ты наверное очень замерзла, пока мы идём, предлагаю согреться горячим шоколадом. В Рейкьявике ведь пьют шоколад? Я в удалении раскрыла рот, собираясь спросить, откуда он знает, в каком городе я живу. Но мое удивление сменилось на новое, когда в его руках появилась чашка с горячим шоколадом. — Пей, я не причиню тебе вреда. Сказал ангельский мальчик, на чьих светлых волосах очень мило таяли снежинки. Я сделала глоток горячего напитка и это был лучший шоколад, который я пила в своей жизни! Мне стало намного лучше, хоть всё ещё в теле было ощущение слабости и вымотаности. Мы шли в неизвестном направлении, но похоже мой новый друг был уверен в том пути, по котором мы шли. — Погоди! Раз мы встретились, то я не могу оставить тебя без подарка. Уверенно сказал мальчик, остановившись. — Не нужно, я просто хочу к маме и папе. Ответила я, думая явно не о подарках. — Тогда держи эту еловую веточку. Подержи её над свечей и положи на ночь под подушку в Рождество, а утром взгляни на неё. Если иголки осыпятся — будет болезнь и невзгоды, а если останутся на месте, то тебя ждёт здоровье и счастье. Произнес неизвестный мне герой, и протянул свежую еловую веточку. — Спасибо... Сонно ответила я, ибо меня неожиданно стало клонить в сон. — Приятно было с тобой повидаться, Изабель, будь такой же хорошей девочкой. Сказал он перед тем, как мои веки слишком сильно потяжелели. Последнее, что я услышала, это был слабый звук колокольчиков. Когда я открыла глаза, то надо мной было множество встревоженных лиц, из которых я увидела мамино. Она чуть ли не плача крепко обняла меня, целуя. Огни скорой и мельтешение людей являло в моей голове множество вопросов. Но, как мне стало известно позже, я потеряла сознание, когда вышла из собора на задний двор и меня увидела одна девочка поющая в хоре, которая собиралась уже уходить домой, но вместо этого побежала звать на помощь. У меня было легкое переохлаждение и небольшая проблема с речью, но это быстро прошло, по крайней мере, я активно старалась идти на поправку. Всё это можно было назвать загадочным Рождественским сном, но в кармане моей куртки лежала свежая еловая веточка...