Sea

Каждый переживает разрыв по-своему. Кто-то закидывается зефиром в шоколаде под дораму, в которой обязательно есть близнецы, разлученные в детстве, кто-то начинает топить себя в алкоголе, кто-то — в беспутстве. Лухан сделал по-другому. Он выскреб все деньги, что они с Сехуном откладывали на машину, бахнул волосы в блонд и уехал на море. А уж там — стал закидываться сладостями. Правда, под ужастик с бензопилой, но это мелочи. Хань даже позволил себе хороший отель вместо того, чтобы как всегда снимать домик у какой-нибудь аджуммы и слушать ее охи-ахи о том, что он обязательно должен познакомиться с ее дочкой/внучкой/племянницей, которая и собой хороша, и хозяйственная, и одинокая. Последняя его «хозяйка» даже пошла дальше — она попробовала захомутать мальчишку, который был почти вдвое ее младше, сама. После чего Лу пообещал себе лучше жить на хлебе и воде, но там, где можно повесить на дверь табличку «Не беспокоить» и быть уверенным, что в твою комнату войдут, только если ты уже начнешь разлагаться. Да и то...не сразу. Отель, где уже почти неделю жил Лухан располагался в нескольких сотнях метров от моря. Там, конечно, был и свой бассейн, так что ленивые постояльцы могли вообще никуда не выходить, но Лу предпочитал «живую» воду. Каждое утро он спускался в кафе, позволял себе плотно позавтракать и заказывал еду навынос. Ему не было смысла ходить на экскурсии — он уже приезжал сюда когда-то со своей семьей, еще в детстве, а потому он просто брал книгу и «паек» и отправлялся на пляж. Но не на тот, где прохлаждалась большая часть городка, а на дикое местечко вдалеке. Там было чище, из людей встречались от силы человек десять, разбросанные по всему пляжу, да и то это были в основном парочки и пожилые люди, которым хотелось провести время вдвоем, а не слушать пьяный ор играющей в волейбол молодежи. Лухан расстилал покрывало, впихивал в песок арендованный зонт и уютно устраивался под ним, наслаждаясь очередным историческим романом или жестким детективом любимого шведского писателя, лениво опустошая пакет с едой и иногда засыпая. Он мало боялся за свою жизнь или ценности — последние он с собой тупо не брал, а первое его уже давно мало заботило. В свой последний день отпуска Лухан решил не нарушать традиции, а потому, скрестив ноги по-турецки и жуя сэндвич с курицей, он вчитывался в приключения девушки-хакера с очень приятным именем, которая раскрывала заговор советского правительства и попутно боролась за себя. К середине дня от приятного морского бриза, белого песка, щекочущего ноги, и лениво пробивающихся сквозь зонт солнечных лучей юношу стало клонить в сон. Он улегся на спину, подложив под шею свернутую кофту и накрыв лицо книгой. Из головы медленно, одна за другой уходили мысли об измене Сехуна, о завале на работе, о том, что у его отдела должен появиться новый начальник — какой-то выскочка из богатой семьи, который, видите ли, учился за границей. Лу погружался в сон, который был для него лучшим лекарством от всей той задницы, что царила в его обыденном мирке. Из мира грез юношу вывело противное ощущение, что спина затекла. Он перевернулся на бок и застонал, потирая поясницу и тихо хрипя от того, что невозможно было согнуться. Лухан поднялся с покрывала, потягиваясь до хруста. На пляже уже никого кроме него не осталось. Предзакатное солнце расписывало алым небо, а вдали он заметил парня-серфингиста — единственного своего «соратника» в этот вечер. Лу лениво раскрыл книгу, пытаясь найти место, на котором он остановился. Но взгляд его то и дело обращался к тому незнакомцу. К его телу, обтянутому специальным костюмом, к тому, как тот уверенно держался на волнах. И, в конце концов, отбросив бесполезные попытки сосредоточиться, Лухан накинул на плечи кофту и стал просто наблюдать за тем, как парень борется со стихией. Сколько так продолжалось — Хань не знал, но это было очень захватывающе. Он никогда особенно не приглядывался к серфингистам, предпочитая занимать глаза буквами, а не людьми, и теперь он даже немного об этом жалел. Сверившись с часами, Лухан поднялся, собрал вещи в сумку, сложил зонт и поплелся по пляжу к дороге. - Эй! - внезапно окликнули его и Лу обернулся, удивленно приподнимая бровь. Из воды выходил тот самый парень и махал Ханю, чтобы тот не торопился. Лу скользил взглядом по его сильному, но не перекаченному телу, по короткому ежику волос, по слегка оттопыренным ушам и дико очаровательной улыбке. Но взгляд поневоле опускался вниз. Где все было ого-го как обтянуто плавками... - Вам чем-то помочь? - слегка наклонил голову к плечу юноша, когда незнакомец подошел к нему и воткнул доску в песок. Он в умоляющем жесте сложил ладони. - Пожалуйста, не бросайте меня тут одного! Меня друзья привели, а сами сбежали. Я за вами наблюдал, чтобы потом о помощи попросить. Юноша закатил глаза. - То есть вас...черт, давай на «ты», а то неудобно, надо вывести с пляжа? Но куда? - К ближайшему отелю, мы там остановились. - О, как и я, - незнамо чему обрадовался Лухан, и, глядя в щенячьи глаза этой дылды, не смог устоять, - Ладно-ладно... - А я за это угощу тебя чем-нибудь на вечеринке! - Какой вечеринке? - потер переносицу юноша, не понимая. - Йа! По всему отелю висят объявления, что сегодня у бассейна пройдет такая неслабая пати. Вон там и угощу. - Я не особый фанат таких развлечений, - задумчиво протянул китаец, - но не оставлять же тебя в должниках. - Мудрая мысль, сенсей! - Меня зовут Лухан. - Чанель, - широко улыбнулся представитель улыбки сказочного чуть сумасшедшего кота. Вечеринка была бурной, шумной и невероятно зажигательной. Даже Лу, не сторонника ночной жизни, проняло. Проводив своего нового знакомого до гостиницы и узнав, что тот старше его на год, и что он приехал из другой страны, где жил уже несколько лет, Лу оставил его на некоторое время, чтобы сходить переодеться. Он спустился вниз в белой свободной рубашке и белых же джинсовых шортах, с улыбкой наблюдая на себе заинтересованные взгляды. Отвыкший от внимания кого-либо, кроме Сехуна, Лу подумал, что даже сможет получить удовольствие от этой ночи. Ведь завтра его ждал самолет. Чанель нашелся почти сразу — благодаря росту и ушам. Он слегка сглотнул, увидев Лу, но тут же улыбнулся и протянул ему обещанный коктейль: - За мое спасение для храброго рыцаря. - От невинной и прекрасной принцессы? - засмеялся Лу, обхватывая губами соломинку и слегка покачиваясь под веселую музыку. - Ах, вы разбиваете мне сердце, мой лорд! - присоединился к нему Чанель, опрокидывая в себя рюмку текилы и лукаво улыбаясь, - Устроим дуэль? - На тему? - «фыркнул» трубочкой Лухан и отставил бокал в сторону, улыбаясь от приятного тепла в животе, - Кто кого перепьет? - Неее, так мы закончим этот вечер без сознания, - хохотнул старший, - Дуэль на звание самого развратного алкоголика! - Омо, у тебя свои тараканы, хен, - ошарашенно пробормотал Лу, усаживаясь на высокий барный стул прямо напротив брюнета, - А в чем заключается задание? - Хм... Нужно выпить свой напиток наиболее эротично. Слабо? - Не слабо! - хлопнул в ладоши Лухан и подозвал бармена, - Повтори нам! - Но имей в виду, я в таком участвовал не раз! - довольно хмыкнул Чанель, наблюдая за тем, как младший заволновался от его слов. Но уже ничего изменить было нельзя. - Х..хорошо. Все равно играем! - натянуто улыбнулся Лухан, пряча дьяволят во взгляде под пушистыми ресницами и светлой челкой. Чанель подмигнул бармену и тот, уже не сомневаясь в победе парня, принес ему нарезанный лайм и соль. Брюнет спрыгнул со стула и подошел к Лу вплотную. Тот слегка напрягся, особенно когда Чанель наклонился, медленно и тягуче проводя языком по шее Лухана, а затем скользнул по его влажной коже пальцами с солью. Лу сдавленно выдохнул, когда парень подхватил со стойки рюмку с текилой: - Твое здоровье... - он резко опрокинул в себя напиток и, притянув юношу за талию, наклонился, медленно собирая соленые кристаллы кончиком языка. Лухан тихо застонал, упираясь в грудь Чанелю, но тот лишь ухмыльнулся, и, сжав зубами лайм, приблизился к губам Лу. Тот сглотнул, но приоткрыл рот, впуская в него кислый сок вместе с ласками горячего языка и пахнущих алкоголем губ. Старший избавился от мешающих «деталей» и поцеловал Ханя уже по-настоящему, глубоко и чувственно, встав у него между ног, посасывая мягкие губы и слегка царапая поясницу юноши. Но внезапно тот отстранился, облизываясь, и толкнул Чанеля обратно на его место. - Моя очередь... Чанель лишь хмыкнул, но когда Лу обхватил пальчиками бокал — тут же пожалел о том, что был так самоуверен. Лу медленно коснулся языком соломинки, а потом сомкнул на ней губы, слегка посасывая. Он также слез со стула, подходя ближе к старшему. Избавившись от также «мешающих деталей», Лу сделал глоток коктейля прямо из бокала, как бы ненароком не замечая того, одна капля скользнула по молочной коже шеи, исчезая где-то в воротнике рубашки. Чанель завороженно наблюдал за действиями юноши, чувствуя, как от его небольшого «представления» становится тесно в штанах. Но Лу на этом не остановился. Он поставил стакан на стойку и ухмыльнулся, демонстрируя зажатый между зубов кусочек льда. - Что ты... - выдохнул Чанель и застонал, когда Лу наклонился к его шее, проводя льдом по нежной коже, оставляя влажные дорожки и слегка поглаживая пальцами напряженные бедра брюнета. Он охнул и вцепился в барную стойку, когда ледяные губы сомкнулись на мочке, дразня. - Ты...выиграл... - прорычал он. А Лу лишь улыбнулся: - Я знаю, - обняв парня за шею, он прижался губами к его губам. Они посасывали оставшийся лед, сплетаясь языками, целуясь столь влажно и развратно, что на них засматривались... Но внезапно Лу отстранился, неловко улыбаясь. Он с явной неохотой отпустил Чанеля и отошел на пару шагов, вздохнув. А потом улыбнулся: - Уже поздно, а у меня завтра утром самолет... Ты свой долг отдал. Так что мы квиты, - и, махнув рукой на прощание, он исчез в толпе прежде, чем Чанель успел хоть что-то сказать. Лу метался по комнате, чуть не сбивая собранный чемодан и пытаясь успокоиться. Он ужасно жалел, что сбежал от Чанеля, его буквально ломало. Их поцелуи до сих пор заставляли губы гореть, в низу живота было тяжело и даже руки дрожали. Лу порывался вернуться обратно, притянуть его к себе и сказать, что тот придурок, что объявился в его жизни лишь сегодня... Но совесть упрямо твердила, что он поступил правильно, ведь нет смысла заводить какие-то отношения перед самым отъездом. Но вскоре Лу не выдержал. Проиграв сражение со здравым смыслом, Лухан распахнул дверь и охнул, столкнувшись нос к носу с запыхавшимся Чанелем. Тот резко подался вперед, захлопывая за собой дверь и обнимая лицо Лу ладонями. - Мне мало. Жестко прижавшись к губам юноши, он прикусил нижнюю и зарычал, когда руки Ханя вцепились в его плечи, а губы приоткрылись, впуская настойчивый язык. Лухан застонал, когда сильные руки усадили его на бедра к старшему, сжимая и поглаживая затянутые в короткие шорты ягодицы, а сам парень потерся о него своим возбужденным членом и хрипло зарычал в поцелуй. Они целовались жадно, будто голодные. Влажно, пошло и горячо. Кусаясь до крови. - На... кровать... - просипел Лу, тут же ощущая, как Чанель опускает его на матрас, почти разрывая застежку на шортах и стягивая их вниз. Лу хотел было снять и рубашку, но брюнет его остановил. - Нет. Оставь ее. Он расстегнул ремень и слегка приспустил свои джинсы, тут же закидывая ноги Ханя себе на талию и смачивая и без того влажный от смазки член собственной слюной. Жестко введя два пальца в тугую задницу младшего, он восхищенно застонал, представляя, как она будет сжиматься и пульсировать на его члене. Лу сжал руками решетку кровати и жалобно заскулил — внутри было горячо, страшно хотелось ощутить в себе Чанеля, чтобы тот брал его, не жалея. - Скорее... - Лу охнул, когда парень вытащил из него пальцы, и сам подался на головку, со стоном принимая в себя член старшего. Медленно... Очень медленно. Ощущая каждую венку. Каждый сантиметр его плоти. Наслаждаясь безумным рычанием: - Мать твою... Ссука... Какой же ты узкий... - Аргггх, - Лухан с хрипом изогнулся, тут же притягивая любовника к себе и бормоча ему в губы, - Трахни меня.. Ну же... Брюнет резко дернул бедрами, срывая с уст Ханя крик и стал быстро вбиваться в его тугую задницу, которая, как он и думал, сжимала его так сладко, что хотело иметь ее всю оставшуюся жизнь. Он кусал сосочки юноши, играл с ними языком и заставлял всхлипывать от боли, смешанной с удовольствием. Лухан ныл, насаживаясь на его член, просил драть его сильнее, глубже... И Чанель слушался, растрахивая этого ненасытного мальчишку, толкаясь по простате и с рычанием слушая шлепки влажных тел друг о друга. - Где же... Ты раньше... Был... - простонал Лу, сжимая сильные плечи и с криком изгибаясь в оргазме, чувствуя, как удовольствие бьет по нервам и пускает по позвоночнику кровожадных мурашек. Пак захрипел, чувствуя, что его накрывает. Он быстро вышел из мальчишки, почти сев к нему на грудь, и, проведя по члену пальцами пару раз, задрожал. Сперма попала Лухану на лицо, на губы, в приоткрытый рот. Чанель блаженно усмехнулся, размазывая головкой свое семя по мягким губам: - И правда... Где же я раньше был... - Хан! Тебя вызывает новый босс, - треснула юношу по голове папкой секретарша и тот застонал, в два глотка допивая остывший кофе, и без особого желания пошел в кабинет к главному. С той сумасшедшей ночи с развратным серфингистом прошла уже неделя, но Лу никак не мог выкинуть его из головы. Он с тоской вспоминал, как пришлось покинуть его утром, не разбудив, дабы не было искушения остаться рядом с ним в теплых уютных объятиях. Хань даже первое время хотел найти его, каждый раз открывал различные сайты и социальные сети...но постоянно останавливал себя. Как бы ни было это грустно признавать, но то, что случилось с ними — было всего лишь курортным романом, который останется просто приятным воспоминанием. - Господин, вы меня вызывали? - Хань вошел в кабинет и замер, с судорожным вздохом прижимаясь спиной к стене. Короткий ежик черных волос. Слегка оттопыренные уши. И самая очаровательная на свете улыбка. - Именно так, вызывал, - парень подошел к Лухану, притягивая его к себе и наклоняясь к самым его губам, о которых так и не смог забыть, как не старался, - Я думаю, нам предстоит о-о-очень многое обсудить.