Желание.

Он не смог перейти на сторону света. Его смысл уже найден он всегда был рядом и привлекал внимание ярким рыжим пламенем. Глава исполнительного комитета просто не мог покинуть своего подчинённого. Не сказать, что такой благородный поступок вызвал радость у самого подчинённого, но ему было приятно быть не одному в этой огромной организации. Только вот всё эти нескончаемые подколы было невозможно терпеть. Осаму каждый раз напрашивался на очередной подзатыльник, и Чуя не стеснялся встать посреди совещания и дать Дадзаю заслуженное. Определённо, было удивительно, как во время интимных обсуждений Осаму не получал подзатыльника, а вместо этого Чуя щёлкал того по носу. Стоит признать, что до Дадзая и правда долго доходило. Он всё не мог взять в голову то, что его любят. И ведь любят и правда его, а не одну из масок. Как благородно брать на себя роль крысы, что добьётся доверия, а после заберёт всё внутренности организации с собой, выгрызая их с кровью и оттаскивая в свою нору, после выдавая местоположение жалких шкурок, чтобы цепной пёс смог всё почистить. И последнее их задание подходило именно под это описание. Иначе это просто невозможно описать. 6 человек, которые доставляют наркотики прямо через нос портовой мафии и даже словом не обмолвились о том, что собираются использовать их пути для такого унизительного дела. Таких особей нужно наказывать, таких особей монстр ночи поглощает и с удовольствием сжирает. Сегодня тот самый день, когда работа Осаму закончена и самое время позвать рыжего цепного пёсика. Дадзай всегда хотел обнародовать их тонкую связь перед кем-то. Затянуть в поцелуй в торговом центре, переспать в кабине колёса обозрения над всем городом. Перед этими смертниками он и сможет осуществить свою шалость. Кто ему помешает отсосать Чуе прямо перед ними, пока тот дрожащими руками направляет дуло на этих животных. Сколько граммов он успел внести в свой организм, пока ждал это пламя? Известно только богу. Единственное, что можно сказать с уверенностью, это то, что его интерес к игре в бильярд, зеленый ковёр которого заполнен белым порошком, сразу же пропадает, когда в помещение входит Накахара, открывая дверь ногой. О боги, каким же горячим он был в этот момент. По Осаму сразу видно, что он решил побаловаться веществами и явно не только кокаином. Галстук развязан и просто висит на шее, плащ лежит на одном из диванчиков, а ремень и вовсе где-то на полу. Эти глаза, застеленные дурманом, смотрят прямо на Накахару, будто пожирая того. Этот несчастный суицидник явно что-то задумал, раз еще и облизывается. И правда. Осаму встаёт, опираясь о бильярдный стол, и подходит к Накахаре, чуть не упав на того. — Ты опоздал… — Снова Дадзай мурлычет прямо на ухо, заставляя тело рыжего покрыться мурашками. Эти губы с привкусом чего-то сладкого и этот запах дыма. Теперь Накахара понял, что чувствует Осаму, когда целует его после очередной сигареты. Прохладные руки сразу же пробираются под одежду, трогая позвоночник и вынуждая шикнуть в поцелуй. Эти животные явно удивлены, а кто-то даже осмеливается над ними посмеяться и назвать главу исполнительного комитета «шлюхой» раз он так ластиться к рыжему. За что мгновенно получает пулю в лоб. Дадзай отстраняется и тянет на себя за портупею, после отпуская и усаживаясь на этот зеленый стол, отодвигая шарики. Теперь его штаны явно измазаны наркотиком, но, видимо, тот долго сидеть в них не собирается. Его длинные ноги аккуратно взлетают на опору, а проворные руки расстегивают ширинку и пуговицу. Наверное, Осаму сейчас что-то промычал, но, несмотря на упадок сил, он всё-таки приподнялся и стянул эти чёрные брюки. О, эта белоснежная кожа с его засосами, о, эти аккуратные длинные ноги, что так учтиво ни раз раздвигались перед ним. Грязные руки одного из присутствующих тянутся к этой гладкой коже, которая по определению принадлежит лишь Накахаре. Осаму лишь лениво глядит на эту попытку, а после прикрывает глаза, когда слышит очередной выстрел. Плащ мафиози летит на диван и укладывается с одним из дилером, который тут же вскакивает в попытке сбежать. Глупо. Он мог бы прожить ещё немного, но сам укоротил свою жизнь. Накахара отвернулся от Осаму лишь на 2 минуты, а тот уже сидит без своего нижнего белья, с расстегнутой рубашкой и жалобно постанывает. Как же сексуально он выглядит в таком виде, и как же хочется его поскорее взять. Глухой звук удара и за ним ещё один, более тихий. Ещё один зритель решил укоротить свою жизнь. Вот они, двое выживших и перед ними два на первый взгляд безоружных мафиози, что собираются потрахаться прямо у них на глазах. Может, они просто потеряют бдительность, и дилеры смогут уйти незамеченными? Накахара подходит ближе и затягивает в поцелуй, закидывая чужую ногу себе на плечо, а другую уложил на край стола. Пальцы быстро оказываются в чужом теплом плену, а с губ Осаму срывается чересчур громкий стон. Аккуратные пальцы тут же начинают расходиться в разные стороны, задевая чувствительный комочек нервов, вызывая дрожь в чужом теле. Руки хватаются за чёрные верёвочки на теле Накахары и пытаются их стянуть, но вместо этого тело издаёт лишь тихий стон и утыкается носом в плечо рыжего. Эти взгляды начинали раздражать, и именно поэтому Накахара стреляет в голову ещё одному, пока Осаму тихо стонет на его плече, наслаждаясь пальцами внутри себя. — Хватит… Чуя знает, что не хватит, но расстегивает свой ремень и приспускает штаны. Сколько раз он клялся носить с собой презервативы? Точно больше сотни. Видимо, сегодня будет сто первый. Он двигает Осаму на себя, хватая того за бёдра и сжимая их до синяков. На бледной коже всё последствия совместных ночей выглядели идеально. И не только Накахара пользовался таким Дадзай так же не стеснялся расцарапывать чужую спину, а Накахара специально просил Арахабаки не трогать эти царапины. Рыжий тихо стонет в чужое ухо. Чего нельзя сказать об Осаму, кажется, что тот даже вскрикнул, прижимаясь к Чуе ещё сильнее, так, чтобы между ними не осталось ни миллиметра. Ну вот, Осаму снова его сжал так, что остаётся лишь смириться и медленно поглаживать чужие бока, пробираясь под белую ткань на плечах мафиози. Эта тряпочка выглядела настолько изящно, что даже снимать её не хотелось. — Блять… Они трахаются прямо здесь?.. — Заговорил, значит. — А на что ещё это, по-твоему похоже? Интересный диалог между двумя лидерами этой подпольной поставки, жалко, конечно, что его быстро прерывают убийством одного. Наверное, ему было приятно умереть под очередной громкий стон ведь Осаму начал медленно расслабляться, а времени терять Накахара не собирается. — Чуя… Как же ласкает слух собственное имя из этих губ, которое тянется долгим протяжным стоном, смешиваясь с выстрелом. Они убили всех их. Цепной пёс поглотил всё шкурки и спокойно забавляется с крысой. Огнестрельное падает на пол, а рука подхватывает чужую ногу, раздвигая длинные конечности ещё больше. Теперь он входит глубже и намного сильнее. Твою мать, кажется, эти стоны слышны на всё здание. Чувствительнее Осаму лишь Осаму под кайфом. Теперь эту истину рыжий уяснит надолго. Он и так часто заканчивал лишь от проникновения, так что сейчас такой исход совсем не удивляет. Чуя кончает от этого блядского сжатия, к которому уже привык за множество проведённых ночей. Мысль о том, чтобы выйти и кончить тому на живот, а не внутрь, конечно, проскочила в голове, но вот возможности такой просто не представляется. Осаму всегда его сжимал, будто хотел выдать всё до последней капли. Накахара всё ещё не выходит и укладывает голову на плечо в попытке отдышаться. Интересно, как он будет увозить это что уже тихо посапывает на его плече домой ведь приехал он на красном мотоцикле.