werwas: legend of the heart

      — Ты открывала мою дверь минут 10, успела запутаться в поворотах входной ручки, судя по скрежету, чуть не сломала мне замок, как ты думаешь, я могу на тебя чуточку подуться?       Девушка у порога довольно запрокинула голову и зашлась в хохоте.       — Солнце, я такой механизм вскрывала один раз, как-то слабовато помню, как это делать, признай, что ты в любом случае очень рада меня видеть, даже если копам пришлось бы выносить твою дверь. И, прошу, тебя, не загинай так яростно пальцы, к старости суставы заболят. Я припёрла красное вино, — сделала спокойный шаг внутрь квартиры, — и ещё кое-что, о чём пока не говорю, но, будь уверена, ты поймёшь, что это. Красиво у тебя здесь, мрамором отделано. Слушай, как ты получила такую хату? Зарезала какого-нибудь богатого старичка?       И вправду, в прихожей было на что посмотреть. У зашедшей девушки заработали шестерёнки: «В ней до сих пор играет кровь Моллов, чёрт возьми, она отхватила, пожалуй, самую лучшую и неудобно красивую квартиру в Вервасе! Вот зачем выбирать лепные потолки и мраморную плитку на полу, если через несколько дней ей отсюда сваливать? Я не удивлюсь, если она ещё и какую-нибудь фамильную реликвию ненароком спёрла…ах да, не сопрёт. А если в ней играет её кровь, значит, она тоскует. Полли, Полли, бедная девушка… Включу липучку, постараюсь её отвлечь.»       Русая статная девушка у зеркала, больше напоминавшая уменьшенную копию леди Димитреску, откинула волосы, усевшись на край массивной тумбы, забитой косметикой. Какой-то крем пошатнулся, но она за полсекунды поймала его: тренировки не прошли зря. На лице проскользнула довольная улыбка, которую она безрезультатно попыталась скрыть. Секунды с три продолжалось молчание, которое прервалось ярким смехом:       — Вот с тобой, сучка, мы не виделись три месяца, а ты всё ещё такая же темнющая, — довольно загнула палец, — мелкая…ростом, зараза, не надо лезть на меня!.. и несносная! Поверь мне, Инре, этот дурачина только на мою грудь и лупился, его вокруг пальца обвести было… очень легко. Эта прелестная квартирка досталась мне буквально за бесценок (она не стала говорить, что старый приятель её некогда влиятельного отца не узнал её, и, падкий на грудастых девушек, не стал брать совсем ничего), поэтому сейчас я шикую в большой уютной двухкомнатной, как ты скажешь, хатке! — её голос совсем немного дрогнул.       — Давай говорить прямо: тебе его развести было как два пальца обоссать. («Неужели опять эти старики, эти вульгарные недомолодцы? Наверняка она что-то скрыла от меня…» — подумала Инре, но виду не подала.)       — Может быть, и так.       — Твоё добро всегда было оружием массового поражения, признай! И кстати, ты до сих пор не матюкаешься, малышка Полли. — без тени стеснения Инре, которая секунду назад пыталась изобразить возмущение, пробралась в комнату. Полли, которая никогда не могла устоять перед несносной маленькой девицей, осталось только тяжело вздохнуть.       — Слушай, ну кто у нас тут благородных кровей (она заметно побледнела, произнося это), а? Ты хоть и вывела меня в настоящую жизнь, без этих бредовых встреч, где нужно блюсть себя, как белые кеды в первую прогулку, но всё равно, сильно не загоняйся тут…да шучу, господи, ты реально думаешь, что я начну тебе затирать про своё происхождение? Расскажи лучше про себя. Что ты должна сделать?       Тёмная маленькая Инре плюхнулась на огромный бордовый бархатный диван.       — Вообще, главная Ищейка — ты. Но мне поручили собрать нас всех в кучу. По идее, я должна первой найти тебя, потом Хранительниц…       — Погоди, почему? — с удивлением спросила Полли. — Почему мне казалось, что это буду не я…       — Дорогая, ты определённо рада первенству, признай — оборвала монолог Инре, — я по-честному пыталась выяснить, почему главная ты, а ищу всех я, но единственное, что мне сказали — что мы действуем согласно старой легенде, которой полностью нам никому, как обычно, не рассказывают. Так вот, что мы имеем: в наше время нам будет найти всех намного легче, чем раньше, конечно, немножко тяжести могут доставить только Механик с его женой и (она сильно занервничала, когда говорила это) наш любезный товарищ Алхимик, который, по идее, бродит по лесам…       Полли присела рядом. С секунду смотрела на Инре, и очень тихо спросила:       — Ты скучаешь по брату?       Темноволосая отчаянно мотнула головой:       — Понимаешь, после нашего прощания я не слышала о нём буквально ничего. Мы все обучались в одном месте, но я ни разу не видела его, не получила ни одной весточки! Безусловно, он не мог погибнуть; хоть мы и не кровные, и, по идее, вообще не родственники, я бы почувствовала его смерть. Знаешь, я бы скорее умерла сама, если бы знала, что ему грозит опасность. Я не представляю, вот смотри: я прихожу в какую-нибудь деревню, нахожу Механика, его милую жёнушку, а потом в каком-нибудь кабаке сидит парень и я понимаю, что вот он, и он не Алхимик! Не мой Алхимик, а какой-то другой, может, нахалистый мужлан, сын местного старосты? Значит, его в живых уже точно нет! Ведь сбежать он не мог…       — Так, а теперь давай по порядку: кого искать, что, зачем… У меня, кажется, разорвётся голова от обилия информации — деловито проговорила Полли, встав наконец с дивана и включив чайник в розетку.       — Вот смотри. Наш славный Вервас и окрестности, которые ему принадлежат, имеют правителей. Но все эти палаты, общины, общества подчиняются небольшой группе людей, которую символично называют Сердцем. В него входит очень ограниченное число людей, но как минимум две Ищейки, то бишь мы с тобой, главная, первая, людей судит, вторая ищет. Собственно, почему мне и доверили вас найти.       — Так мы же чисто физически не сможем наблюдать за всеми! — нахмурилась Полли.       — Насколько я поняла, Сердце для всего народа — нечто призрачное. То есть, на наших плечах будет заведование учебными заведениями, напрямую, но нас никто вживую видеть не будет, и — очень изредка — опасные товарищи, нарушающие порядок, восстания, к примеру. К слову, такой последний раз был…очень давно, слава Механизму.       — Всё ещё имеешь старые привычки? — криво усмехнулась девушка.       — Как и ты, дорогуша. Ты думаешь, я не заметила изысканности в твоей квартире? У кого отняла?       Полли нахмурилась.       — Да и ни у кого не отнимала. Это тот самый мужик, за которого меня по бесчестью — Инре закатила глаза — хотели выдать замуж. Этот дурак не узнал меня, он, наверное, уже мочится под себя, о чём можно говорить. Отец чуть не продал меня ему, а точнее, как ты говоришь, моё оружие массового поражения, за …а, будет нам вспоминать старое. Ты сразу догадалась?       Инре была в смятении, но ответила мгновенно:       — Честно тебе сказать? Да. Как и то, что ты сейчас невъебически сильно скучаешь о отцу. Зная тебя, ты бы ничего не спёрла из его дома, но ты не ты, если бы не проверила, как он живёт. Так что задам тебе закономерный вопрос…что там с твоим родовым гнездом?       Полли молча встала, взяла со стола штопор. Инре отдала ей бутылку, и, всё так же в молчании, бывшая аристократка аккуратно вытащила пробку. Она разлила вино по красивейшим хрустальным бокалам, отдала один Инре. Отпробовала вино и через минуту заговорила:       — У тебя неплохой вкус и достаточно денег, подружка. Совсем то вино, как в тот вечер. Мне очень нравится. Не улыбайся, дальше хуже: я бегала к отцу. Всё настолько плохо, что меня облаяли дворовые собаки. Мой щеночек — её голос дрогнул — вымахал в здоровенную псину, а Тинни…умерла…       — Погоди, но почему же? Отчего ты так решила?       — Потому что её бантик был на другой мелкой противной собачке. Дом наш, кажется, внешне нетронут, но потускнел: кажется, отец либо взял себе какую-то сиротку, либо я не знаю, отчего там всё так грустно. А ещё окна в моей комнате забиты. К слову, в нашем роду есть такая традиция, забивать окна тех домочадцев, кого отрекли от семьи. То есть, для них я уже не Аполле Молл, а чёртова девица, которая отреклась от богатейшего господина, хотевшего спасти её опороченную честь, ради какой-то дурацкой идеи… Может быть, они думают, что я умерла, а в моей комнате склад отходов, не могу сказать.       — Твою мать, на дворе какой век? Какая опороченная честь, отчего? Из-за пары дураков, которые даже не коснулись тебя? Солнышко, я знаю эту историю, меня она задевает каждый раз, как ты начинаешь её рассказывать!       Полли допила махом стакан, налила себе ещё один.       — Я не знаю. Давай лучше вернёмся к теме: примерно до меня дошло, далее у нас кто?       — Далее ты пойдёшь со мной, уже нам с тобой надо будет найти двух реальных кровных сестёр-Хранительниц, старшая вроде как охраняет неродившихся, а младшая — родившихся детей. Вот будет интересно, если они обе относятся к ним отвратительно…потом на пути Тренер, ох, какой же человек будет, наверно! Она или он будет отвечать за армию, подготовку, физическую силу в принципе…       — Я вот всё не понимаю, как это, отвечать…мы что, как мифические божки? — нахмурилась старшая Ищейка.       — Нет, мы физически вполне осязаемы! Но люди да, будут воспринимать именно так. Тебя что, никогда Алхимиком не пугали, мол, еду отравит?       — Нет, никогда. Выходит, народ знает эту легенду?       — Нет, только молится Хранительницам, Алхимику и Химере…       — Кто это?       — Чуть позже… Собственно, после тренера у нас будут три Врача. У врачей будет изумительная история, но единственное, что мне дозволили сказать — они в бегах, сейчас где-то осели. Про них, я думаю, понятно… Следующая — Хозяйка, ох, тоже девушка с историей. На ней все семейные взаимоотношения и брошенные дети. Немного она нам помогала, конечно, но что поделаешь… После Хозяйки — Химера, главная магичка. Про неё мне тоже не шибко много известно, только то, что Хозяйка, Тренер и Химера держатся вместе. А потом и наши товарищи дорогие, Механик, Алхимик и Судья. Судья важный очень, сам придёт.       — Как же будет судить наш товарищ?       — Не ревнуй, он будет смотреть полностью за страной и скорее наши действия будет осуждать.       — Важный…       — Ну, скажи это!!!       — Нет!       —Скажи!       —…хуй бумажный…       — Ура, она сказала что-то более неприличное, чем дурак!       Обе девушки наконец-то искренне рассмеялись.       — Инре, дорогая, как ты собираешься искать их всех по всему свету?       Младшая ищейка хитро улыбнулась:       — Смотри, это же ланшет! Что-то вроде навигатора, а с виду просто на планшет похож. Я могу посмотреть на лицо нужного человека для поиска. Пока мне настроили так, чтобы я могла сделать это только три раза, если всё пройдёт успешно, я смогу пользоваться им, как телефоном.       Ищейка включила маленькую кнопку. Программа мгновенно определила, что первый пункт плана выполнен, на одном-единственном окошке высветилась задача: найти Хранительниц. Внезапно всё завибрировало, и на экране проявились лица. Девушка постарше, зеленоглазая и светло-русая, в зелёном платье, что-то искала в позолоченном шкафу, помладше, голубоглазая блондинка, листала ленту новостей. Когда видение исчезло, Инре улыбнулась. Чуйка уже подсказывала ей, куда надо идти, она уже поднялась с дивана, как вдруг увидела отвлечённый взгляд Полли.       — Солнышко, что с тобой? — мгновенно подлетела к ней девушка.       — Всё хорошо. Я просто очень хорошо знала этих девушек в прошлой жизни. — последнюю реплику она подчеркнула с ноткой холода и грусти. — Нам надо быть поосторожней. А ещё ты говорила про одну странную вещь.