Ты обернись — я буду с зонтом

Горо знал, что не имеет права на чувства к Фуми. Знал, потому что судьба распорядилась иначе. Девушка пришла в дом Акацуки — не его. Ухаживала за ним, его жилищем, заботилась, чтобы дурак не умер с голоду. И всё это за чужими дверями. Девушка дарила светлые улыбки угрюмому комку аскетичности и с радостью принимала те хлебные крошки, которые он бросал в ответ. Иногда она улыбалась в присутствии редактора. И тогда мужчина чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Ведь не может простой смертный устоять перед безоруживающей радостью, которую излучала старшеклассница. А Горо был как раз из простых смертных. Прошло время. Он смирился со своей участью "помощника в делах любовных, что на ответную любовь не должен надеяться". Сердце прелестной девушки было отдано другому, и кто он такой, чтобы разлучать возлюбленных? Но вдруг Вселенная оказала милость. Не без телесных жертв со стороны Канэиши, однако, как и за всё в мире, за радости любви приходится платить. Впрочем, сломанная рука — цена не слишком высокая. Ему откровенно повезло, что Акацуки пришлось уехать по работе. Значит, девушка осталась сама. В пустом, но чистом доме, без дорогого человека под боком. Какое-то время мужчина пытался справляться одной рукой. Готовка еды, стирка и прочие обыденные занятия стали сущим Адом на Земле. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Беглая мысль о том, чтобы обратиться к девушке за помощью разбилась о банальный факт: у него не было её номера телефона. Зато Акацуки хранил домашний телефон. Канэиши быстро воспользовался ситуацией. Не прошло и получаса, как Фуми примчала на выручку без долгих раздумий. Он был готов задушить её в объятиях с самого порога, но наглеть не стал. Девушка увидела квартирные завалы и поспешила успокоить мужчину. В первое время её работы у писателя ситуация была в разы хуже, потому она отнеслась с пониманием. Аккуратно сложила одежду, вытерла пыль. Провела с Горо добрых пару-тройку часов. А он и забыл, каково это, когда другой человек хозяйничает в доме. За работу надо платить, но просто деньги — слишком откровенно и заурядно. Редактор действовал с должным изяществом: пригласил на ужин в знак благодарности. Девушка отказывать не стала. Они пришли в хорошее заведение, заказали еды и наслаждались честным отдыхом. В индийском ресторане играла весёлая музыка, что отражалась, кажется, в самой душе. А двое посетителей, которые сидели друг напротив друга и наслаждались вкусной едой, чувствовали эту самую музыку, как будто прикасаясь к ней кончиками пальцев. Канэиши не мог с уверенностью сказать, чувствовала ли Фуми тоже, что и он, но продолжал верить. Верить, что музыка играла в мыслях также красочно, а еда на вкус такая же пряная. Возможно, причиной тому стала спутница? Он не стал отрицать. Глупо было спорить с тем, что компания девушки оказывала влияние на мужчину. А Горо не был глупым. Наивным, добродушным, внимательным — да. Глупым — никогда. Весь ужин они провели за приятной беседой, подкреплённой отличными блюдами. Канэиши поймал себя на мысли, что с радостью задержал бы ненадолго момент их общения. Общения наедине, без Кибикино. Однако, приятные моменты на то и приятные, чтобы оставаться яркими вспышками в памяти. Не баловать сознание, не питать надежды. После ужина следовала дорога домой. Долгая, а потому печально-радостная. Для Горо так точно. Он знал, что не имеет права на то, чтобы даже коснуться её с целью убрать ресничку. Знал, и всё же не смог устоять перед соблазном. Своей перебинтованной рукой тронул холодную кожу, почувствовал чужое дыхание напротив. Так близко. Недостаточно близко... Опустил голову чуть ниже, сокращая расстояние. Вот теперь близость правда стала опасной. — Го-Горо-сан? — прелестно заикнулась девушка в изумлении. Смахнул ресницу, при том едва сдержался, чтобы не загадать желание. "Пусть Фуми останется со мной" — слова замерли на подкорке сознания. Невинное лицо покрыл румянец. Канэиши не знал, вызвал его холод или стеснение, но с уверенностью мог сказать, что розовые щёки Оно Фуми — одна из самых прекрасных вещей во всём мире. Возможно, он бы даже позволил себе чуть больше. Рука в бинте снова потянулась к нежной коже. Едва тронула, вобрала в себя тихий вздох напротив. Тёмные ресницы дрогнули, собирая несколько снежинок. Мужчина наклонился ниже — непозволительно близко. А девушка, как будто в дозволении, приоткрыла рот. Нет! Ты всё себе придумал. Просто застал ученицу врасплох. Глянул в широко распахнутые глаза — в них отразилось невыразимое ожидание дальнейших действий. Фуми не отталкивала, но и не приближалась. Выбор пришлось делать самому. Горо глубоко выдохнул, коснулся игривой прядки чужих волос, будто прощаясь, и выровнялся в полный рост. Сегодня ты не предашь своего друга. Не предашь чувства этой девочки. Не имеешь права, Горо. Пальцы бережно раскрыли зонтик. — Идём домой? — спросил с улыбкой. До того печальной, что сам себе не поверил бы. Фуми недолго молчала, но затем встрепенулась, подошла к Канэиши. — Д-да, Горо-сан. Он всю дорогу придерживал зонт над девушкой, а сам надеялся, что тонкие пальчики обхватят его руку.