Soul of Seoul.

Минхо вспоминал о Чонгуке без теплоты, несмотря на то, что свои школьные годы считал самыми счастливыми в его жизни. И несмотря на то, что знал Чонгука с первого класса. И когда-то называл братом. Когда-то, они клялись в верности друг другу. Первый поход в клуб, первое похмелье, первая сигарета, разделенная на двоих… Первый сексуальный опыт. Они делились друг с другом всем, и, может, это было ошибкой, подпускать человека так близко к себе… Но Минхо был слишком честным, и всех судил по себе. Он не мог поверить в то, что однажды лучший друг его предаст. Но после этого случая, просто вычеркнул из жизни навсегда, когда увидел свою бывшую девушку с ним. Сердце разбилось вдребезги, на маленькие кусочки. Возможно, сейчас, годы спустя, Минхо поступил бы иначе, но тогда он был очень юным, и слишком эмоциональным. Он подошёл к ним, и, развернув Чонгука к себе, ударил с кулака в челюсть, а после впечатал в стену. Девушка попыталась заступиться, испугавшись, что Минхо убьёт своего друга, но когда Минхо обернулся, прочитала в его глазах боль и ненависть, смешавшуюся воедино. «Просто ответь, почему именно он?! Почему ты выбрала именно моего лучшего друга?! Вы решили добить меня?! Решили окончательно растоптать веру в добро?! Именно в этот момент?! Именно когда заболела моя младшая сестра?! Никогда больше не попадайся мне на глаза. Я не хочу видеть ни тебя, ни его. Всё кончено. " — Сказал Минхо, уходя. Его руки горели огнём. В последствии Чонгук перевёл ему деньги на счёт, когда узнал, что Чанми заболела, но Минхо перевёл их обратно. Он не хотел брать из его рук ничего. И, конечно, Минхо был слишком гордым что бы рассказать Хаджин, что на самом деле произошло между ними. Он не хотел жалости к себе, не хотел признаваться в том, что бывшая предпочла молодому и перспективному студенту полицейской академии неблагополучного бэд-боя, вечно ищущего приключения на пятую точку. Может, Минхо был для неё слишком правильным и ей стало скучно. Во всяком случае, об этом не знал никто. Просто в один прекрасный день Минхо вычеркнул из жизни Чонгука, оборвав всё, что их связывало, и перестал общаться. Будто он ничего не значил, будто Чонгука никогда не было в жизни Минхо. Он долго был один после этого случая, не подпуская к себе никого. Избегая долгосрочных отношений. Отдавая всего себя учёбе и заботе о семье, забывал о личной жизни, лишь иногда выбираясь в клуб. И в один из таких дней, когда, всё же, отправился в клуб с друзьями, когда вечеринка была в самом разгаре и они все были выпившими и было весело, заметил девушку, которая спорила с каким-то парнем. Молодая кореянка с V-образным лицом, двойным веком, высокая и худенькая, симпатичная. Её волосы имели насыщенный, каштановый оттенок, а кожа была светлой, и девушка показалась Минхо очень красивой. Но вряд ли бы он обратил на неё своё внимание, если бы не услышал, как она плачет. «Когда ты уже оставишь меня в покое?! Так и будешь преследовать меня?! Неужели ты не понимаешь, что я не хочу быть с тобой?!» — Плача, спросила она и собиралась уйти, но тот парень схватил её за запястье. «Не так быстро, Хосук». — Ответил парень пьяным голосом. «Мы еще не поговорили. Хотя ты не стоишь того, что бы с тобой говорили. Но ты выслушаешь меня сейчас. " «Оставь меня в покое! Пожалуйста! И отпусти, ты делаешь мне больно! Пожалуйста, отпусти меня!» Решать проблемы других людей и спасать их было, своего рода, тоже побочным явлением профессии Минхо. Отец старался воспитать его справедливым, отзывчивым, хорошим человеком, а академия и служба в полиции лишь закалили его, сделав чутким к чужому горю. Подвыпивший Минхо подошёл к паре. — Какие-то проблемы? — Хлопнв парня по плечу, спросил он. — Не лезь, это не твои проблемы. — Хмыкнул незнакомец. — Она моя девушка, и мы разберёмся без тебя. — Я не твоя девушка! Мы расстались! — Плача, сказала Хосук. Парень усилил хватку. — Давай просто выйдем и поговорим. — Ты не понял, парень. — Пробормотал Минхо, испепеляя взглядом его. — Это мы с тобой сейчас выйдем и поговорим, если ты не оставишь девушку в покое. Отпусти её. — Ты кто такой вообще?! Чё ты лезешь?! Спокойно не живётся?! — Всё же, выпуская её руку, ответил он. — Полиция Сеула. — Достав из кармана удостоверение, произнёс Минхо. — Если ты сейчас же не уйдёшь, с тобой будут говорить в отделении уже более доступным языком. — Поверь, она этого не стоит. Ты еще вспомнишь мои слова. — Хмыкнув, произнёс парень, удаляясь. Минхо подошёл к девушке ближе. — Всё в порядке? Он не сделал больно тебе? — Обеспокоенно спросил он. — Нет, всё хорошо. Спасибо вам. — Не за что. Я могу отвезти тебя домой, если хочешь. — Правда? — Без проблем. — Минхо улыбнулся. — Только не плачь, ладно? — А ты правда полицейский? — Оценивая его взглядом, спросила она. — Да. Что, разве полицейские не люди и не могут позволить себе хоть иногда отдохнуть? — Я просто впервые вижу такого доброго и милого полицейского. — Улыбнувшись, ответила девушка. — Как зовут моего спасителя? — Минхо. А тебя? — Хосук. — Красивое имя. Так началась их дружба, быстро переросшая в любовь. Минхо уже через неделю пригласил её на свидание, а через полтора месяца познакомил с семьёй. Родителям очень понравилась новая девушка их сына и они были счастливы, что он, наконец, не один. Минхо заслуживал отношений и поддержки как никто другой. И он старался сделать всё, что бы Хосук была счастлива рядом с ним. Пусть и их встречи становились всё реже, а работы было всё больше. Минхо помнил в малейших деталях их первый поцелуй, первую ночь, первое «я люблю тебя» и был счастлив, как никогда вместе с ней. Они встречались уже полтора года и строили планы на дальнейшую жизнь. Хосук училась в медицинском университете, а он работал. Минхо собирался жениться после окончания её учёбы, когда немного насобирает денег и когда Чанми станет хоть капельку лучше. Но всё это будет в будущем, а пока Минхо работал как проклятый и редко мог выбраться куда-то. *** Тем временем в доме семьи Цхай завтракали. Нари разливала гостям чай, с умилением глядя на племянницу и её подругу. Всё-таки, быстро растут чужие дети… Казалось, еще совсем недавно Хаджин была крошкой. А теперь, уже была взрослой девушкой, которая строила свою жизнь. Хаджин выросла настоящей красавицей, и вернулась в Корею, да не одна, а с подругой. Всё же, хорошо, что у Хаджин были такие друзья. Но было боязно отпускать девочек во взрослый путь. — Может, вы еще у нас останетесь? — Обеспокоенно спросила женщина. — Места хватит. Зачем вам снимать квартиру, еще непонятно, что там за условия? Здесь у вас всегда будет уют и тёплая еда, а еще, у Минхо есть машина, он сможет вас отвозить на работу и на курсы. — Тётя, мы ведь уже не дети. Не стоит так переживать. И наше жильё не так уж далеко. Будем приходить в гости и пить чай. — Пыталась успокоить тётю Хаджин. Дядя улыбнулся жене. — Я бы на их месте тоже ушёл, они молодые, им хочется свободы. Я их понимаю. Но радует одно, они всё еще будут в Сеуле. Девочки, если что, вы можете звонить в любое время и заходить к нам. Мы вам всегда рады. — Я буду скучать. — Призналась Хаджин. — Спасибо Вам за гостеприимство. — Лара улыбнулась. — Вы прекрасные люди. Я очень надеюсь, что мы не слишком смутили вас своим присутствием. — Обижаешь, нам это только в радость. — Нари улыбнулась. — И Минхо был рад помочь. — Правда? — Лара улыбнулась. Господин Гюнгсун слегка улыбнулся в ответ. Он был пожилым и очень милым мужчиной, в узких, угольных глазах которого отпечаталась боль. — Минхо очень ждал вашего приезда. Мальчик света белого не видит, одна работа на уме. Не забывайте его, хоть иногда берите с собой. Когда-то я тоже был таким. Молодым, целеустремлённым. Казалось, что море по колено. — Мужчина вздохнул. — Я служил в армии, и защищал границы Кореи. Даже на день рождения сына, я не смог прийти домой. Меня срочно вызвали. Дороги были скользкие и была зима. Я ехал на машине, очень спешил, был уставший, закрывались глаза… Попал в аварию. И пришлось учиться всё делать заново. Я восстанавливался несколько лет. Вернуться в армию уже не смог. Я к тому, что Минхо должен себя беречь. Он сейчас единственный кормилец в семье. Пообещайте, что хоть иногда будете проводить время с ним и вытаскивать куда-то. — Обещаю. — Решила Лара. — Если, конечно, согласится. Он очень упрямый. — Это семейное. — Сказал господин Гюнгсун, усмехнувшись. — Что значит «семейное»?! — Возмутилась хозяйка дома. — Поговори так. И будешь ужинать рамёном, а не мясом. Гюнгсун рассмеялся, а девушки улыбнулись. Минхо вошёл незаметно, разувшись. Он выглядел уставшим после ночной смены. Хаджин была рада его видеть. Да, Минхо был порой невыносимым, но, стоит отдать должное, ради семьи был готов на всё. Он ни слова не сказал родителям о том, что девушки ночью сбежали из дома, и Хаджин была ему благодарна. «Один за всех, и все за одного» — Однажды сказал он ей, когда она застала его с сигаретой в руках. Хаджин ничего не сказала его отцу. Тогда, Минхо переживал не лучшие времена, расстался с девушкой, поссорился с Чонгуком и заболела его сестра. Он работал почти круглосуточно, что бы оплачивать квартиру и лечение Чанми, что бы хватало на еду. И, кто знает? Если бы она тогда растрепала это, вероятно, господин Гюнгсун закатил бы скандал и несовершеннолетнему Минхо досталось бы сполна, и это всё только бы усугубило, но она промолчала, и Минхо с тех пор поступал так же, прикрывая её. А курить, он бросил еще давно. Когда познакомился с Хосук. Он не хотел что бы она видела его с сигаретой в руках. Не хотел дымить на неё и целовать, пропахши табаком. — Доброе утро. — По-английски поздоровался он. Лара улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, заставив её смутиться. — Садись, сынок. Поешь с нами. — Произнесла Нари. — Я не голоден. Позавтракал на работе. Но от кофе не откажусь. Девушки, вы готовы? — Всегда готовы. — Хаджин усмехнулась. — Правда, Лара? Лара?! — А?! — Засмотревшись на корейца, она не расслышала вопрос. Хаджин толкнула её ногой. — Прости, плохо выспалась. — Наконец, отведя взгляд, сказала она смущённо. Заварив себе эспрессо, Минхо сел за стол. Он предпочитал чёрный кофе без сахара. Лара пила молочный кофе с пенкой и корицей. Впрочем, всякий раз, когда она смотрела на него, отмечала его спортивное телосложение про себя. Минхо всегда держал себя в форме. Может, дело было в генетике? Лара не знала. Но его мускулистые, сильные руки, сводили с ума как и широкие плечи. Хотелось, что бы он обнял её. Хоть раз, крепко. Хоть раз бы попробовать его губы на вкус. Заметив внимательный взгляд девушки на себе, Минхо поднял глаза. Русские, говорят, одни из самых красивых. Если все русские девушки хоть немного похожи на Лару это, несомненно, так. Она казалась ему невероятно красивой, хорошенькой, милой. Ему нравились эти веснушки и выразительные, круглые светло-карие глаза. Но больше всего нравились огненные волосы. Нравилось смотреть на неё. Просто наблюдать, ничего большего он не хотел. Может, и хотел бы, если бы не Хосук, вытащившая из ямы, спасшая от одиночества. Так поступить с любимой Минхо не мог. Но ведь просто еще немного понаблюдать за девушкой, пересечься с ней взглядами, не преступление? За это не посадят за решётку, об этом никто не узнает. И он будет верным Хосук до конца. — Минхо, отвезёшь нас в новую квартиру? — Спросила Хаджин, и ей совсем не нравилось то, как Минхо смотрит на Лару. — Да. — Встав, произнёс он и начал выносить вещи. — Было очень приятно с вами познакомиться. — Улыбнувшись, сказала Лара. — Еще раз спасибо. У вас прекрасная семья. — Иди уже. — По-русски пробормотала Хаджин. — И хватит на него так пялиться. — Да-да, у него есть девушка, я помню. — Лара усмехнулась. — Больно нужен он мне. — Солгала, что бы успокоить. — Минхо — прекрасный человек, переживший много плохого. И я не позволю тебе рушить его и так нелёгкую жизнь. — Успокойся. Я не собираюсь его уводить. — У тебя бы всё равно не получилось. — Хмыкнула Хаджин. — У него есть своя кореянка. И у них всё более, чем серьёзно. Ты, конечно, моя подруга и я тебя уважаю и люблю, но брата люблю больше! Имей в виду. — Мне нет до него дела. — Сквозь обиду произнесла Лара. — Мне вообще нравится Чонгук. — Он — та еще скотина, но допустим. — Решила Хаджин, садясь в машину. Минхо, услышав лишь последние фразы, помрачнел. Чонгук. Этот урод снова врывается в его жизнь. И, самое ужасное, что Минхо оставалось лишь молча наблюдать, надеясь, что никому больше этот подонок не причинит боли. — Мой номер. — Когда они уже приехали на место и Хаджин поднималась наверх с вещами, протянув в руки Ларе бумажку, произнёс он без улыбки. — Если возникнут какие-то проблемы, можешь звонить. — И с тебя еще обед, помнишь? — Лара усмехнулась, заглянув в его глаза. — На выходных заеду за тобой. — Будет лучше, если Хаджин об этом не узнает. — Я ей не скажу. Не переживай. — Спасибо тебе, Минхо. — Произнесла Лара, и, встав на носочки, от чего-то крепко обняла. Несколько секунд Минхо стоял, прежде чем его руки сомкнулись на её талии. Прежде, чем невольно вдохнул запах её, мягких, ванильных духов с цветочными нотками. Прежде, чем обнял её в ответ, потому что не хотел поставить в неловкое положение, а еще потому, что захотелось прикоснуться. Ведь нет ничего плохого в дружеских объятиях? Ведь девушка не знает корейского менталитета и ей чужда сдержанность. Ведь она иностранка. Лара прижалась к нему крепче, ощутив, как быстро бьётся сердце. И, прежде чем он успел что-либо понять, попрощалась, забегая в дом. Минхо проводил взглядом, оборачиваясь вслед. И его форма, казалось, еще пахла этими, женскими, духами, которые так шли Ларе.