Мёртвая душа

— Доброго времени суток, дорогие американцы! Я, Эрика Сайтер, рада приветствовать всех на этом прямом эфире и записывать его с места событий именно для вас, — оживлённо вещала улыбчивая женщина на фоне охваченной всеобщим приподнятым настроением толпы. — Сегодня, четвёртого июля две тысячи двадцать третьего года, наша страна в очередной раз отмечает свою независимость, а прямо за моей спиной находятся тысячи — нет — миллионы неравнодушных граждан, что присоединились к славному параду вместе со мной! Масштабы празднования в Вашингтоне впечатляют, погода радует не меньше, сегодня явно наш день! Молодaя ведущая была настроена крайне позитивно и продолжала безостановочно рассказывать о проходящем празднике с искренним энтузиазмом, зазывая всех зрителей, что до сих пор не вышли на улицу, сделать это и стать свидетелями захватывающего парада, который, между прочим, случается всего раз в году и пропускать такое — не уважать свою страну! Эрика Сайтер смотрела в камеру и не обращала никакого внимания на то, что происходило вокруг, ведь, в первую очередь, она выполняла работу, а делать это надо было качественно, но, когда то самое происходящее вмешалось в её эфир, игнорировать окружающих больше не представлялось возможным. Кто-то очень громко закричал. Нет, тут, конечно, были странные личности, но до подобного поведения ещё не доходило. Сайтер бросила короткий обеспокоенный взгляд на незнакомца, оценивая его вид и возможные причины столь невоспитанных действий в обществе. Получивший всё внимание окружающих мужчина прижимал дрожащую руку к шее. Сквозь его окровавленные пальцы, прижатые к коже, едва виднелась искромсанная плоть. Раненый человек с последним болезненным криком свалился на землю, чуть не повалив при этом находящуюся поблизости компанию людей. Его тут же окружили десятки зевак, желающих выяснить, что же произошло. Кажется, никто из них даже не потянулся к телефону, дабы набрать скорую помощь. Эрика ахнула и без раздумий ринулась сквозь толпу прямиком к пострадавшему. Плевать на эфир… Тут человек умирает! Женщина, пробравшись к, как уже успела отметить по беглому контролю пульса, бездыханному телу, моментально пожалела о внезапно проснувшемся желании творить добро: доселе пребывавший в бессознательном состоянии мужчина накинулся на неё с кулаками, пыхтя и рыча что-то абсолютно неразборчивое, клацая зубами в нелепых попытках атаковать ведущую новостей и отхаркивая собственную кровь. Ужасающее зрелище. Паники не миновать. Сайтер завопила, требуя отвязаться от неё и умоляя других о помощи, ведь сама вырваться из сильной мужской хватки, несмотря на все старания, не могла, но всё безуспешно: люди стояли как вкопанные, будто их ноги попросту прибили молотком к земле. На счету была каждая секунда. Она не сможет долго сопротивляться. Эрика теряла силы. Физические показатели нападающего находились на несколько уровней выше, что не могло не приводить к тревожным мыслям. Всё закончится здесь и… прямо сейчас. Одичавший мужчина сжал запястья бедной Сайтер чуть ли не до посинения, подался вперёд и сделал то, что шокировало абсолютно всех, кто успел заметить непорядок и присоединиться к сборищу зевак. Он ухватился зубами за пальцы женщины, смачно облизал их, чем вызвал ещё большую волну отчаяния у Эрики, и наконец откусил указательный и средний, стал возбуждённо жевать их, наслаждаясь вкусом каждого, неприлично громко чавкая и не до конца закрывая рот, из-за чего по его подбородку начали скатываться бордовые капли, затем скривился и выплюнул один длинный, покрытый ярким лаком ноготь, а остальное — проглотил. Сайтер истерически завизжала от увиденного, наконец отходя от шока и ощущая нестерпимую боль и дискомфорт при виде своей же покалеченной руки, превратившейся в кровавое месиво, а также отвратительной картины оказавшегося на земле куска её ногтя и того, что осталось от некогда указательного пальца. Или среднего? Съёмка прервалась.