То, как бы мне хотелось.

Не смотря ни на что, первая неделя в Хогвартсе прошла довольно спокойно. Даже если брать в расчет то, что и директор, и Снейп пытались проникнуть ко мне в голову при любой возможности. Но так как мои ментальные блоки очень сильные, голова Снейпа уже не раз успела подружиться со стеной или полом, в зависимости от того, где он на меня «нападал». А директор, в свою очередь, перестал кушать лимонные дольки... Тяжело есть любимые сладости, если их из твоего горла варварским методом вытаскивают, когда ты, пытаясь заглянуть какой-то девчонке в голову, давишься как последний маггл. Ну это его проблемы. Уже в первый вечер у меня появилось трое "друзей": Милисента Булстроуд, Теодор Нотт и Блейз Забини. Последние двое вошли в эту группу, потому что "спасли" меня от грифов, когда Грейнджер захотела мне отомстить за тот случай в поезде, наслав на меня Летучемышечный сглаз. Но Тео и Блейзи были рядом и "спасли бедную беззащитную девушку". Кроме проделки Гермионы, проблем у меня не было больше. Ни с учителями, ни с учениками. Хотя Малфой, кажется, поставил перед собой цель: довести меня до белого каления. И ведь довел... *** Субботний вечер был просто превосходным для всех моих сокурсников. Что, кстати, довольно сильно подпортило мне настроение, которое было уже хуже некуда!.. Но Малфой, похоже, так не считал, решив его окончательно добить, на свою белобрысую башку. Вскоре мне надоело выслушивать гадости, которые он говорил обо мне своим охранникам, довольно громким шепотом, ясное дело – чтоб все в гостиной слышали, какой он остроумный. Мне это надоело, и я сказала: - Эй, белобрысик! - он вздрогнул, а я усмехнулась. - Ты чего это шепчешься у меня за спиной, а? Причем весь вечер! Ты, случаем, в меня не влюбился? - спросила я взволнованным голосом, хлопая глазками. Со стороны казалось, что я, пусть и неумело, но флиртую, не мои глаза: в них горел огонек с трудом сдерживаемой ярости, которая была направлена строго на него. На Малфоя было жалко смотреть: глаза в пол-лица, красное, то ли от гнева, то ли от смущения, лицо, а беззвучно открывающийся рот, безусловно, довершил картину. От Тео послышались смешки, но я их просто проигнорировала. - Что?! - от волнения у Драко голос на несколько октав поднялся. - Влюбился? В тебя? - его голос стал тверже. - Да я не уверен даже в чистоте твоей крови! Вдруг ты грязнокровка? - теперь его лицо стало презрительным и выжидающим. Этих слов я вынести уже не могла. Медленно встав из кресла, на котором сидела, я повернулась к Драко. Мой взгляд, так же как и лицо, выражал холод и ярость. Подойдя к блондинке(да, именно так!), я сказала: - Не смей называть меня грязнокровкой! Не говори то, чего не знаешь, а то я как-то сомневаюсь уже в чистоте твоей крови, - последние слова я прошипела не хуже змеи и, презрительно скривив губы, влепила ему пощечину... Слишком много было свидетелей, чтоб самолично ножичком сдирать с белобрысой шавки шкуру. Его лицо вновь преобразилось, исказилось гневом. - Дуэль! Сейчас же! - бросил он и достал палочку. Я повторила его действия и торжествующе улыбнулась. Ну наконец-то! Хоть какая-то драка! Жаль, конечно, что придется себя сдерживать и не бить во всю силу, свидетели – чтоб их! Мы встали в позицию, и тут понеслось. Движения били резкими, а заклинания или, скорее, проклятия были темными. Малыш летал по гостиной практически после каждого заклинания. Пока не догадался вместо Протего использовать Протего Максима. Но до этого он все же словил Orlando и до конца поединка дрался в облике, которым я его наградила: курчавые розовые волосы, эльфийские ушки, а самое главное – атрибут каждой истерички - две небольшие грудки. И если волосы и ушки сойдут сойдут через пару деньков, то после того закрепляющего, которое я кинула вдогонку – с грудью ему ходить, как минимум, недели две. Завершила я этот поединок слабеньким Секо, слегка поранив его нежную ручку... Господи, он как девчонка с кремами носится!.. Я победно ухмыльнулась и слегка поклонилась ошарашенным зрителям. Белобрысик, а теперь и "мистер Розовые Кудри", что-то рыкнул своим охранникам и скрылся в спальне. Я опять ухмыльнулась и посмотрела ему вслед. Резко втянув воздух носом, я почувствовала отголоски запаха крови и твердо решила, что он потеряет ее в еще больших количествах. Ведь он должен думать о том, что говорит и кому. А у меня в последние дни терпения очень и очень мало. Хотя, у меня его нет никогда, пару раз и на Ричарде срывалась. Тяжело вздохнув и довольно улыбнувшись я пошла в спальню. А то опять не высплюсь и буду ходить злая, как мантикора. _________________________________ Все! Эта глава закончена! Конечно не без помощи соавтора. Дорогуша, спасибо, что ты есть! Ждем ваших комментариев, тапок или помидоров, а может и цветов!