fate or circumstances

В течении этих 3х дней, они ни на секунду не расставались… Наверное все таки здорово судьба подшутила над ними, заселив в квартиры друг напротив друга. Каждый день был испытанием, что для Тины, что для Дана. Он немного смог усмирить свой пыл, ей удалось немного расслабиться и отдаться под его контроль, даже если он иногда выкидывает что-то «в стиле его характера». Им пошли на пользу эти 3 свободных дня, они смогли начать разбираться в себе и друг друге. Естественно это не стало максимальным прогрессом, но начало положено и медленно, но уверено они делают победные шаги…

***

— Доброе утро. — спускаясь со спальни говорит Тина. Дан с самого утра уже стоит у плиты. — Не могу ответить тем же. — Значит день у нас сегодня веселый намечается… — подходя ближе к нему произносит. — По сообразительности твердая 5. Она обнимает его. От него холод. Отстраняется и идет в душ, оставляя его одного наедине со своим настроением. Стоя под напором прохладной воды, ее грызут мысли, говорит сама себе: — Может я все таки спешу? Или нет. Это просто очередное «веселое» утро в его стиле. Предыдущие дни тоже имели свои грубые краски и ничего. Вытирается полотенцем. Стоит возле умывальника смотрит в зеркало: — Соберись. Выходит. На всю квартиру уже пахнет только что заваренный кофе и поджаренные тосты. — Садись завтракать, нам скоро ехать на работу. Тина молча садится напротив Дана и принимается за еду. Она не решается заговорить, но он уже опередил её: — Мне кажется мы спешим. Будто прочитав ее мысли произносит, что Тина давится куском тоста. — Если у тебя плохое настроение мы можем молча поесть. — сухо отвечает она. — Не выводи меня. — максимально сдержано выдыхает. — Мы спешим. — Чего там тебе черти на ушко нашептали, что ты пришел к такому выводу? Срывается. Резко встаёт со стула и выходит на балкон, захлопывая за собой дверь с огромным грохотом. Тина в недоумении продолжила молча доедать завтрак, после чего просто ушла к себе. Она собралась и поехала на работу, сама, её машина уже давно была готова, но предыдущие дни она в ней не нуждалась. Рабочий день уже начался, а Дан так и не приехал, что заставляет Тину злиться и нервничать. Его помощник не так идеально справляется с работой Дана, что злит её еще больше. Она закипает, но ничего не решается исправить. Не будет она за ним бегать. Не в её стиле. *Звонок* — Добрый день, чем могу… — Сейчас же жду на улице. *Гудки* Голос его трудно не узнать, даже если не смотришь на чей звонок отвечаешь… — Вы не явились на рабочее место, как будете обьясняться, Балан? — выходя из здания, недовольно, произносит Тина. — Задержался. Вот причина. — протягивает ей в руки книгу. Твердый переплёт. Обложка полностью черного цвета, без каких либо опознавательных знаков, страницы так же черные. Не сильно толстая, примерно на 150-200 страниц. Тина берет в руки, но не открывает, разглядывает снаружи. — Пока домой не приедешь не открывай. — он сказал на последок и поспешил начать свою работу. Она еще молча постояла на улице держа книгу в руках. Интерес так и хотел завоевать разум, но Тина сдержалась и не открыла книгу.

***

Домой она не спешила, но интерес к книге был довольно сильным. Подождав пока Дан первый уедет домой, чтобы не пересечься с ним, она вышла и последовала к своей машине. Всю дорогу она ехала молча, не желая нарушать поток мыслей очередной песней на радио. Дома она не спешила открывать книгу, обманывая саму себя что ей это неинтересно. Только удобно умостившись на кровати, ближе к 12ти ночи, она все же открыла книгу: «Словарь Дана Балана. Или тысяча попыток начать…» Первая страница встречает названием, напечатаным не по центру, как обычно в книгах, а в нижнем правом углу. И больше ничего лишнего. Она переворачивает страницу. Все напечатано белыми буквами. Вчитывается в текст: « Яд — вещество, вызывающее отравление или смерть при попадании в организм. Ненависть — острое чувство неприязни по отношению к кому-либо. Вспыльчивость — способность легко приходить в раздражение. Агрессия — открытая неприязнь. Грубость — нарушение норм межличностного общения. Одиночество — состояние опустошённости. Сигареты — попытка убежать от проблем. Азарт — сильное возбуждение, вызванное страстной увлечённостью. Эгоизм — постановка личных интересов выше других. Корыстность — выгода. ……… Искренность — проявление реальных эмоций. "Вместе" — решение дел с Тиной Кароль. "Наше" — что-либо общее с Тиной Кароль. Доверие — новое ощущение, описывающее «не контроль». Нежность — спонтанное желание обнять или поцеловать. Чувства — эмоциональный процесс. (к Тине?) Симпатия? Влюбленность? Любовь? «МЫ»….

»

Переворачивает страницу. « Мне пришла эта идея в голову в очередную бессонную ночь. Я лежал, уставившись в свой черный, казалось бездонный, потолок, в полной тишине, темноте и одиночестве. Это последствия начàла твоей игры, как мне показалось. Ты дотронулась до чего то очень глубокого внутри меня. И это были только отрицательные эмоции, после чего, я записывал каждое слово, отмечая их жирным шрифтом. Они не заканчивались, а только пополнялись с каждой новой встречей с тобой… Мой путь длинною в жизнь очень тернистый и одинокий, весь черный, как эта книга. Черный цвет, мой любимый, он наиболее точно способен охарактеризовать меня. Я и не замечал как он въедался в каждую клетку моего тела, закрашивая навсегда меня изнутри. Я жил, живу и буду жить этим. Мне это нравится. Я привык к этому. И никакие краски не видны на черном, он затмит любую. Любую. Кроме белой… » Тина читает каждую страницу, не отрываясь ни на секунду. Вся история жизни, описанная во всех оттенках черного. Сколько боли и горечи в словах, написанных как можно более литературно, пытаясь скрасить всю темноту. Долгая история, длинный путь. Переворачивает страницы одну за другой. Слова вызывають бурю запутанных эмоций. Даже слёзы. Глаза начинают бегать по страницам все быстрее и быстрее. Ускоряется, не может оторваться. Острые слова, грубые фразы, но как умело он их слепил воедино. Что-то очень личное, очень сокровенное. Там все о нём, все что он не может сказать вслух, он предпочёл перенести это все в красивые белые строки. Насколько в деталях он может описать всю свою ненависть и яд, которым он пропитан, и насколько не в силах описать что-то более светлое, не привычное для него. Она потеряла счёт времени, читая ,то о нем, то о его мыслях, то даже о ней. До мельчайших деталей он описывал всю неприязнь и раздражение, которое испытывает испытывал к Тине. Слёзы скатываются по щекам, иногда попадая на белые буквы. Боль с каждым новым словом, но она не прекращает читать. Сколько она прочла его эмоций, но ни одного плохого слова о ней он не написал... Только его ощущения. Его воспоминания. Все его мысли. Правдивые. Глаза бегают. Листы переворачиваются с необычайной скоростью. Как вдруг, дойдя лишь до середины книги, остается только одна дописанная страница, и та не до конца. Дальше черные. Пустые. Читает ёё: « Все, описанное в деталях, на предыдущих страницах — моя жизнь. Вся моя правда. Вся моя искренность. Вся моя душа. Всё что у меня внутри. Все мои слова что я никогда не произнесу в слух. И признаюсь, боюсь произносить. Пока что. А ведь ты заметила, что на протяжении всей книги я обращаюсь к тебе, Тина. Это для тебя. Это тебе. Весь я, какой есть. Для того чтобы ты знала на что сама себя подписала. На что идешь. Как видишь дальше страницы пусты… Временно. Они заполнятся красивым продолжением истории, и новыми словами, которые я выучу с тобой…

»

Она закрывает книгу, кладет её на прикроватную тумбу. Встаёт и не глядя на время идёт к нему. Стучит. Тишина. Она дёргает ручку. Открыто. — Случайность? — подумала. Тихонечко поднимается в спальню. Он спит, повернутый к ней спиной. Тина не долго думая, ложится рядом, бережно укрывая их двоих одеялом. Только примостив голову на подушку, Дан тут же разворачивается к ней лицом. Смотрит прямо в глаза все тем же невыносимым взглядом. Резко целует. Коротко и страстно. — Я ждал тебя. — томно шепчет. Тина расплылась в улыбке, но продолжила молчать. Её слёзы еще не успели высохнуть. А буря эмоций не утихла. Дан приложил свою руку к её лицу, почувствовав эти, еще свежие, следы горечи. — Я хотел чтобы ты плакала. Бережно вытирает оставшиеся воспоминания о грусти. Целует в лоб. И, совмещая свою грубость и , насколько это возможно, нежность, обнимает её прижимая ближе к себе. — Ты выиграла, Тина…