Рождественское чудо

Норман поудобнее устроился в кресле, кое-как дрожащими пальцами включил компьютер и стал растирать заледеневшие ладони. Сегодня на улице было чертовски холодно, и от морозного ветра не спасали даже плотные варежки, а потому его руки сильно замёрзли, пока он шёл на работу. Пальцы настолько окоченели, что почти не слушались его, и потому сейчас он делал всё возможное, чтобы согреть их. Он активно тёр ладони друг об друга, периодически даже дул на них тёплым воздухом. Пока он отогревался, часто поглядывал на загружающийся компьютер. Ему уже не терпелось приступить к работе. Хотелось как можно скорее увидеть её, узнать, как у неё дела, подготовилась ли она к грядущему Рождеству. Иногда он даже ёрзал на кресле от нетерпения: настолько сильно он по ней соскучился. Однако компьютер, как назло, загружался чересчур медленно, и это уже начинало несколько раздражать. Норман обычно был довольно спокойным и терпеливым, однако сейчас не мог долго ждать, ведь дело касалось её. Но как-то повлиять на включение компьютера он не мог, а потому ему приходилось только сидеть в томительном ожидании. А эти проклятые секунды до окончания загрузки, будь они неладны, тянулись будто целую вечность. Ему даже уже начинало казаться, что они не закончатся никогда. «Чёрт, ну почему так долго… — мысленно выругался Норман, откинувшись на спинку кресла и запрокинув голову назад. — Давай же, включайся уже…» Однако компьютер, будто издеваясь, лишь продолжил загружаться. Митчелл, нахмурившись, подался вперёд, уже занёс ногу, чтобы пнуть по блоку питания, однако в этот момент на экране появился рабочий стол. Заметив это, он с облегчением выдохнул и вернулся в прежнее положение. Расслабленно опустил плечи, удовлетворённо улыбнулся, прикрыл глаза. Раздражение постепенно сходило на нет, и, когда он окончательно успокоился, то принялся за работу. К тому времени, как компьютер загрузился, его руки полностью согрелись, и потому Норман мог спокойно взяться за мышку. Устроившись поудобнее в кресле и обхватив её ладонью, он навёл курсор на нужную программу. «Так, посмотрим, что тут у нас…» Некоторое время всё было как обычно. Норман просто просматривал переписки различных людей, выискивая те или иные нарушения закона, как он всегда это делал. Кого-то он отмечал, как особо подозрительного человека, кого-то брал на карандаш, а кого-то пропускал, потому что не обнаруживал никаких странностей. В общем, он просто выполнял свою работу. Однако потом очередь дошла до неё. В тот момент, когда он открывал её профиль, его сердце забилось быстрее в груди, а к щекам даже прилила кровь. В последнее время он всегда так на неё реагировал. Поначалу он не понимал, что с ним происходит, и каждый раз удивлялся, когда испытывал приятное тёплое чувство при виде неё. Однако с недавних пор он понял, что же всё-таки это такое. Он влюбился. Он, взрослый ответственный мужчина, работающий в службе безопасности Америки, влюбился в простую студентку, за которой следил в социальных сетях. Это было глупо, нелепо и странно, но ему, если честно, даже нравилось. Нравилось испытывать что-то приятное и светлое, просматривая её страничку, нравилось ощущать, как часто бьётся сердце в груди, когда он разглядывал её фотографии, нравилось просто наблюдать за ней и узнавать что-то новое. Он каждый раз наслаждался новыми эмоциями, когда очередь доходила до её профиля. Вот и сегодня тоже. Когда её страничка наконец прогрузилась, Норман глубоко вдохнул и на секунду замер, заворожённо глядя на её новую аватарку. Сегодня она поставила фотографию, где была с каким-то своим другом. На снимке она счастливо улыбалась, и, когда Норман смотрел на неё, такую радостную и довольную, ему самому становилось невероятно тепло на душе. Он мог бы ещё долго так сидеть, неотрывно глядя на неё, однако он понимал, что нужно работать, а потому наконец приступил к делу. Мотнув головой, он поудобнее перехватил мышку и стал просматривать её переписки. Поначалу он не обнаружил ничего интересного, однако потом обратил внимание на чат с её другом. Они до сих пор активно о чём-то общались сейчас, и его это заинтересовало. Кликнув по чату, он немного прокрутил вверх и стал читать переписку за сегодняшний день сначала. «Привет. Ну что, как ты там?» — написал её друг. «привет. я в порядке, только без тебя скучно совсем», — ответила она. Про себя Норман отметил, что ответ пришёл довольно быстро, буквально через пару минут после того, как она прочла сообщение. «Ну уж прости, ничего не могу поделать. Я пообещал родителям, что проведу это Рождество с ними, так что не обессудь» «хорошо тебе, ты-то проведёшь этот праздник в кругу семьи и близких людей. а мне вот не с кем его проводить», — в конце этого сообщения она поставила грустный смайлик. «Серьёзно? А как же твои родаки?» — поинтересовался друг. Его сообщение пришло очень быстро по сравнению с остальными, что Норман так же отметил про себя. «в этом году к нам вся семья придёт, не хочу опять сидеть с ними и выслушивать, какая милашка я была в детстве. так что в это рождество я буду одна», — она поставила ещё больше грустных смайликов, и Митчелла это напрягло. Мысленно он уже начал продумывать план, как можно было бы поднять ей настроение. Впрочем, долго думать ему не пришлось: отличную идею подкинул сам друг. «Жесть какая… Ну, может, мне привезти тебе что-нибудь? У нас как раз недавно открылась хорошая кондитерская недалеко от моего дома, могу купить там что-нибудь для тебя», — предложил он. «не надо. лучше купи мне шоколадный торт, когда вернёшься» «Ну хорошо, хочешь шоколадный торт — будет тебе шоколадный торт» Дальше Норман читать не стал. Он только откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза, и запрокинул голову назад. Похоже, у него появились неожиданные планы на это Рождество.

***

Сегодня Норман отпросился с работы пораньше И, когда его смена закончилась, он пулей вылетел на улицу. Как только он вышел из тёплого здания, его лицо сразу же обдало обжигающим ветром, однако его это ни капельки не волновало. Всё, о чём он думал, — это шоколадный торт, который ему необходимо было где-то раздобыть. Пока он шёл к своей машине, то размышлял о том, где могли продаваться хорошие торты. Ему хотелось, чтобы она осталась довольна его подарком, а потому он выбирал тщательно. Он перебирал в голове множество адресов различных кондитерских, вспоминал, где какие сладости делают. И, в конце концов, он всё-таки нашёл ту самую, которая идеально ему подходила. Кондитерская «Сахарный Ангел», находившаяся как раз в нескольких кварталах от её дома, славилась своими невероятно вкусными сладостями. Торты, пирожные, конфеты и шоколад — всё это у них было самого высокого качества, и о них говорили лишь хорошие вещи. Более того, один из знакомых Нормана покупал там что-то, и, по его словам, вкусности там отменные. Но самое главное то, что в «Сахарном Ангеле» делали сладости на заказ, а это именно то, что ему нужно. Поэтому, решив купить шоколадный торт именно там, Митчелл сел в машину и поехал по нужному адресу. Он знал, что кондитерская закрывалась довольно рано, а потому торопился, чтобы успеть до закрытия. К счастью, сегодня удача ему улыбнулась: когда он приехал, «Сахарный Ангел» был ещё открыт. Припарковавшись недалеко от входа, он вышел на улицу и, закрыв машину, направился внутрь. Когда он прошёл в кондитерскую, ему в нос сразу же ударил приятный запах выпечки и сладостей, а тело окутало согревающее тепло. У него в животе даже заурчало, отчего он несколько смутился. Однако он быстро взял себя в руки и, поправив немного съехавший шарф, направился к прилавку. Там стояла невысокая светловолосая девушка, по всей видимости, продавец или кассир. Заметив его, она мило улыбнулась. — Здравствуйте, — не переставая улыбаться, бодро поприветствовала его она. — Хотите что-нибудь купить? У нас много чего есть: и торты, и пирожные, и шоколад на любой вкус. Выбирайте, что вам понравится. — Добрый вечер. Нет-нет, я здесь не за этим, — Норман глубоко вдохнул и покачал головой, на что девушка удивлённо приподняла брови. Он поспешил объяснить: — Знаете, я хотел бы заказать у вас торт. Знаете, праздничный торт на Рождество для… одной моей знакомой, — он на секунду замешкался, не зная, как назвать её, но быстро выкрутился. — Праздничный торт на Рождество для знакомой, значит, — задумчиво протянула девушка. На секунду она чуть нахмурилась, будто пыталась вспомнить что-то, однако тут же на её губах расплылась прежняя милая улыбка. — Хорошо, мы можем сделать вам торт. Какой вам нужен? Бисквитный, ванильный, клубничный? Нужны ли какие-то украшения, надпись? — Шоколадный, — ответил он, а после, подумав немного, добавил: — И, если можно, сделайте, пожалуйста, небольшие фигурки в виде жирафов. — Жирафов? — удивилась девушка. — Довольно необычно. Это будет сложновато, но, думаю, мы сможем такое сделать. Это всё, чего вы хотели? — уточнила она, на что Норман утвердительно кивнул. — Хорошо. К какому сроку нужно его приготовить? — К двадцать пятому декабря. — Хорошо, всё сделаем, — она кивнула и, достав из нагрудного кармашка маленький блокнотик с ручкой, стала что-то быстро туда записывать. Закончив, она убрала блокнот с ручкой обратно, а после снова взглянула на него. — Тогда ждём вас двадцать пятого числа. За торт заплатите тогда же. — Понял, спасибо, — он глубоко вдохнул и кивнул. Когда он уже собирался уходить, то краем глаза заметил пачку воздушного зефира, и это заставило его остановиться. Его голову посетила одна мысль, и он снова повернулся к девушке-кассиру. — Хотя, знаете, я всё-таки куплю кое-что. Можно, пожалуйста, мне вон ту пачку зефира? — попросил он, указав пальцем на пачку. Девушка добродушно улыбнулась и утвердительно кивнула, а затем отошла за пачкой. Когда она принесла её ему и назвала цену, Норман оплатил покупку, а после направился обратно к машине. Первая часть его плана была успешно выполнена, оставалось ещё два этапа. И он ничуть не сомневался, что они пройдут так же гладко, как и этот.

***

Эмма закончила расставлять посуду и с тяжёлым вздохом окинула грустным взглядом стол, на котором скромно расположились пара тарелок с закусками, один бокал и бутылка недорогого шампанского. Она и сама не знала, зачем всё это приготовила, ведь в это Рождество к ней никто не придёт. Наверное, просто хотелось устроить праздник хотя бы для самой себя. В конце концов, она ведь уже привыкла, что каждый год двадцать пятого декабря её стол пестрил различными вкусностями, а каждую комнату наполняли смех и громкая музыка. Правда, сегодня в её квартире Рождественской атмосферой и не пахло, а приготовленные угощения вызывали лишь невыносимое чувство тоски. И сейчас, когда Эмма смотрела на всё это, ей становилось невероятно плохо от осознания того, что она проведёт Рождественскую ночь совершенно одна. Ей бы очень хотелось отметить такой важный праздник в кругу самых близких людей, но было просто не с кем. Друзья и одногруппники проводили его со своими вторыми половинками или родственниками, а ехать к родителям, которые весь вечер будут обсуждать её детские фотографии, она не горела желанием. Даже её самый лучший друг Рэй, с которым она дружила с самого раннего детства, уехал в другой город к семье, поэтому ей приходилось справлять Рождество одной. Хотя ей, на самом деле, очень хотелось бы, чтобы к ней пришёл хоть кто-нибудь. Неважно, кто это будет: сосед по лестничной клетке, кто-то из института или вообще бродячий кот с улицы, главное, чтобы рядом был хоть кто-то. Но также она понимала, что Рождественского чуда не произойдёт, никто не придёт к ней, и оттого на душе становилось особенно отвратительно. Снова издав тяжкий вздох, Эмма опустилась на стул и положила голову рядом с тарелкой, где лежали нарезанные фрукты. Несколько рыжих кудряшек упали ей на лицо, однако она не спешила их убирать. Напротив, лишь молча перевела взгляд на настенные часы, висящие напротив неё. Большая стрелка медленно, но верно приближалась к полуночи, и это лишь ещё больше расстроило её. Сердце защемило от тоски, в носу защипало, и она, чтобы окончательно не расплакаться, закусила нижнюю губу и крепко зажмурилась. Запустила одну руку себе в волосы, чуть сжала их. — Чё-ё-ёрт… — отчаянно простонала Эмма, легонько оттягивая непослушные кудри. — Ну вот почему мне так не везёт… Все с семьями и вторыми половинками празднуют, а я как дура буду сидеть тут одна и пить это дурацкое шампанское… Чёрт, как же жизнь несправедлива всё-таки… Она медленно опустила руку и уткнулась лицом в стол, издав очередной стон, полный горечи и отчаяния. Полежала так пару минут, ворча себе под нос что-то нечленораздельное, затем вновь подняла голову и посмотрела в окно. На улице уже никого не было, лишь пушистый снег опускался на землю белыми хлопьями. В окнах дома, находившегося напротив её собственного, она заметила счастливую семью. Мать, отец и двое детей сидели за столом, весело о чём-то общаясь, и явно готовились вскрывать подарки. Когда она увидела их, таких радостных и довольных, её сердце вновь защемило от боли. Невольно в голове всплыло воспоминание из детства о том, как они всей семьёй отмечали Рождество. Тогда Кэрол была ещё совсем маленькая, и потому не могла сидеть за столом вместе со всеми. Эмма, не желая оставлять её одну, всегда крутилась около неё и развлекала, чтобы ей не становилось скучно. Сначала они весь вечер общались, вспоминали всё, что произошло за год, а потом вместе вскрывали подарки. Те времена были самыми счастливыми в её жизни, и сейчас, когда она вспоминала об этом, то испытывала смешанные чувства. С одной стороны, на душе стало немного теплее, когда в памяти всплыли лица мамы, папы, сестрёнки Кэрол, дяди Льюиса и тёти Регулы. Но с другой, она ещё острее ощутила одиночество, такое давящее, такое пугающее. Ей вмиг захотелось оказаться как можно дальше от квартиры, там, где много-много людей, где яркие огни, где всем весело и хорошо, и с каждой секундой это желание всё нарастало. «Быть может, ещё не поздно поехать к родителям?..» — промелькнуло в голове. В то мгновение, когда Эмма подумала об этом, кто-то позвонил в звонок. Это произошло настолько неожиданно, что она даже вздрогнула и чуть не упала со стула. К счастью, она смогла удержаться. Несколько секунд она просто сидела, пытаясь осознать случившееся, а затем наконец поднялась со своего места и направилась в прихожую. Пока она шла, то мысленно перебирала варианты, кто мог бы к ней прийти. Хоть она и была рада, что кто-то решил заглянуть к ней в Рождественскую ночь, ей всё же было любопытно, кто её неожиданный визитёр. Учитывая, что все друзья были заняты и менять свои планы явно не собирались, а родители не предупреждали, что приедут. Когда же она наконец-то открыла дверь, то замерла на месте в удивлении. Она ожидала увидеть кого угодно, но явно не этого человека. На пороге стоял её одногруппник Норман, одетый в нелепый костюм Санты Клауса, и добродушно улыбался. В руках он держал коробку, обёрнутую в праздничную бумагу и завязанную нежно-голубой лентой. В его появлении Эмму удивляло всё: и этот странный наряд, и большая коробка, и сам факт того, что он пришёл именно к ней. Ведь, насколько она знала, они жили в разных концах города. Более того, ему не было никакого смысла приезжать к ней в Рождество, потому что они даже не друзья. Они просто учились вместе, так почему он здесь? — Санта Клауса на дом не заказывали? — всё так же не переставая улыбаться, спросил Норман, и его голос наконец вывел Эмму из ступора. — Норман? — ошарашенно глядя на него, прошептала она. — А ты здесь откуда? — Ну, мне тут просто птичка на ушко нашептала, что одной прекрасной девушке не с кем отметить Рождество, вот я и решил заглянуть, — неловко хихикнув, объяснил он. — Так ты меня пустишь, или я так и буду стоять на пороге с этой коробкой? — Н-ну проходи, раз уж пришёл… — растерянно пробормотала Эмма, после чего отошла в сторону, чтобы он мог пройти в квартиру. Норман поблагодарил её и вошёл, а затем она закрыла за ним дверь.

***

— Может, ты всё-таки расскажешь, кто тебе сказал, что я в этом году справляю Рождество одна? — спросила Эмма, когда они уже сидели на кухне. Она поставила чайник кипятиться и села напротив Нормана, внимательно посмотрев на него. — Ну, скажем так: у меня свои источники, которых я не разглашаю, — ответил тот, загадочно улыбнувшись. Такой ответ показался ей странным, но она не стала расспрашивать дальше. Всё-таки сегодня Рождество, и потому ей не хотелось выяснять с кем-то отношения. Да и было не так важно, кто ему сказал, её больше интересовало другое. — Ладно… Но почему ты приехал именно ко мне? — задала она тревожащий её вопрос. Всё то время, что они шли на кухню, она думала о том, что же заставило его приехать именно к ней, но так и не смогла найти причину. Хотелось узнать, почему же он решил провести Рождество с человеком, с которым даже не был толком знаком. — Просто так, — Норман только беззаботно пожал плечами. Мысленно Эмма поразилась тому, с какой лёгкостью он это сказал. — К тому же мне тоже не с кем провести Рождество, так почему бы не отметить его с прекрасной девушкой, которая тоже одинока в этот день? — он мило улыбнулся. — В-вот значит как… — пробормотала она. Его слова несколько смутили её, однако она упорно старалась этого не показывать. — Ну, на самом деле, я не против провести это Рождество с тобой. Я думаю, что ты тоже прекрасный человек, — глубоко вдохнув, сказала она и слегка улыбнулась. В какой-то степени, она даже не соврала. Она правда была рада провести Рождество с Норманом, да и он казался ей действительно хорошим человеком. Он добрый, умный, внимательный и заботливый, всегда всем помогал и заступался за слабых, так что она была совсем не против отметить праздник именно с ним. — Правда? — её слова, кажется, обрадовали его, потому как он даже засиял, а в его глазах загорелся странный огонёк. — Я так этому рад, Эмма. Я обещаю, что это Рождество будет самым лучшим для тебя, — сказал он и взял её за руки, чем ещё больше смутил. — У-угу… И он не соврал: они действительно замечательно провели время вместе. Норман оказался не только хорошим человеком, но и интересным собеседником, с которым было приятно общаться. Эмма с удовольствием слушала его рассказы о каких-то мелочах, семье и работе и лишь изредка сама поддерживала беседу. Обычно это она болтала без умолку, но сегодня ей больше хотелось слушать, чем говорить: уж больно увлекательно Норман рассказывал. А ещё, как выяснилось чуть позже, он принёс торт. Тот самый, который она просила у Рэя. Когда она открыла ту самую большую коробку и увидела его, то сильно удивилась, ведь Норман попал в самое яблочко с этим тортом. Ей даже показалось подозрительным, что он принёс ей именно его, однако она быстро пришла к выводу, что это простое совпадение. Но подарок ей определённо понравился. Особенный восторг вызвали маленькие фигурки жирафов, расположенные на верхушке торта. С ними Норман тоже, как ни странно, угадал. На вкус и они, и сам торт оказались такими же замечательными, какими были и на вид. После торта Эмма предложила ему выпить, и Норман без всяких раздумий согласился. Она разлила по бокалам дешёвое шампанское, и они начали потихоньку пить. Какое-то время они просто сидели, потягивая алкоголь и продолжая общаться. Эмма поделилась планами на следующий год, а Норман поддержал её и сказал, что у неё обязательно всё получится. А потом начался фейерверк. Когда взорвалась первая петарда, Эмма вздрогнула от неожиданности, но потом радостно улыбнулась и повернулась к окну. Он сделал то же самое, и они вместе стали наблюдать за тем, как в небе один за другим загораются яркие огоньки. Это зрелище было настолько завораживающим, что она совсем не могла отвести взгляд. Она с восхищением разглядывала каждый запущенный фейерверк, абсолютно не обращая внимание ни на что вокруг. Она была так сильно увлечена тем, что происходило на улице, что даже не сразу заметила, как Норман накрыл её ладонь своей. Она обратила на это внимание только после того, как почувствовала, что он чуть сжал её руку пальцами. Снова вздрогнув от неожиданности, она недоумённо посмотрела на него. Их взгляды встретились, и по всему её телу побежали мурашки. Отчего-то сейчас, в свете праздничных фейерверков, его лицо казалось ей особенно красивым, притягательным. Возможно, так на неё просто действовал алкоголь, но её это уже не особо волновало. Теперь всё её внимание было полностью поглощено Норманом, таким загадочным и по-ангельски волшебным. Он сам так же неотрывно смотрел ей прямо в глаза. Руку он не убирал, наоборот, только скрестил их пальцы в замок, так, чтобы они не могли рассоединиться. Она на такой его жест лишь мило улыбнулась и крепче сжала чужую ладонь. Они могли бы ещё долго сидеть вот так, заворожённо глядя друг на друга, если бы Норман в конце концов не заговорил. — Не хочешь… сходить на улицу и посмотреть на фейерверки там? — негромко спросил он. — Хочу, — без всяких раздумий ответила Эмма, вкладывая в это единственное слово более глубокий смысл. Но об этом Норман узнал уже после того, как они сходили посмотреть на фейерверки.