— Wednesday, I..I can’t dance!

      До бала остаётся не так уж и много времени. Кому-то его критически мало, нетерпеливым — критически много. Плавно повисает предвкушение и нетерпеливость среди учеников, а также учениц школы для изгоев «Невермор». Синклер и Аддамс всё ещё в своей половинчатой комнате неспешно собираются на бал, когда половина уже пробует особый коктейль из зала. — Уэнс, помоги платье застегнуть. Ага, вот эта застёжка. Спасибо, — на Энид убивающий ранее Аддамс розовый цвет, от которого она была готова кидаться в окно и прятаться в шкафу. Со временем видеть этот приторный девчачий цвет становилось легче, и выкалывать глаза не так уж и хотелось. Энид приобрела платье за неделю до бала, Уэнсдей — немного раньше. Черноволосая видела её платье, а соседка её — нет. Уэнсдей на балу — загадка для многих. Часть учеников ставят ставки на то, что она либо придёт с кем-то совершенно неожиданным для пары с собой, либо придёт одна, либо просто отмазывается несуществующим кавалером и совсем на бал не явится. О партнёре Уэнсдей никто не знает. Кроме её личного дневника.

За день до бала.

«Намеренно буду стараться заснуть сегодня ночью. Обычно получается как-то само. Никаких кудрявых овец, никаких историй, никаких планов. Пускаю сон на самотёк, и он сам приплывает. На этот раз не выйдет. Вещь уже успел подколоть меня и не один раз на тему , что я наконец чувствую волнение. Мы еще немного порепетировали с Энид медленный танец , за эти несколько раз она привыкла, перестала смущаться, но вот со мной - совсем наоборот. Я выжидала это бал , как спасательный круг, а в итоге я и с ним на дно пойду. Рано или поздно буду выть не на луну, а в подушку от сложности гребаной человеческой жизни. И мне нравится улыбка Энид, черт его дери.» продолжения дня бала — тебе идет. - проговаривает Уэнсдей , когда Синклер разворачивается к ней лицом. - хорошенькие платья подходят хорошеньким девочкам. - уже тише добавляет та , сама не замечая флирта в своих словах и начинает копошится в ящике тумбочки в поисках заветной невидимки , которой не хватало, чтобы доделать себе прическу. Наконец это не всем известные косы, а красивый пучок. * * * В зале громко играет музыка, толпа всячески развлекается и всем своим видом приветствует новых гостей. Дресс-код на бал - белое платье или белый костюм. Что на счет подруг? Слово «подруга» в произношении Энид по отношению к Уэнсдей второй стало казаться каким то странным и неправильно употребленным. В черно-белом кино радуга не появляется, а у нее появилась, добавляя в фильм красок. Единственное «но» в этой прекрасной картине - у телевизора плохо ловит антенна и кино периодически пропадает. Уэнсдей впервые за долгое время боится, страшно боится принимать свои чувства, свою ориентацию. Так что же на счет них? Верно, они выделяются в двойном размере. Во-первых потому, что не соответствуют дресс-коду и выглядят ярче всех по ясной причине, а во-вторых - девушка с девушкой в паре - не принято. Энид робко заходит за Уэнсдей, когда вторая в глубине души волнуется, а на вид ее все происходящее будто совсем не тревожит. — все также продолжишь пялится на Уэнздей, а меня будешь игнорировать? - Бьянка и Ксавье сидят за круглым столом со светло голубой скатертью, на котором стоит дымящийся голубой коктейль в широком бокале и две зажженные свечи, которые пахнут ванилью. Бьянка явно недовольна рядом сидящим парнем и его вечно прикованным взглядом к Аддамс. Хоть они уже расстались, внимания хотя бы из вежливости хочется. Вскоре терпение сирены заканчивается, она оставляет Ксавье одного. Теперь его кинули уже две девушки. Хотелось недовольно взвыть, но это он оставил в желаниях. Уэнсдей чересчур часто для своей мимики и проявления эмоций улыбается, что ошеломляет рядом танцующих или сидящих за людей. В общем всех, кто мог за ними наблюдать.       Ксавье особенно . В ушах бушевало активное сердцебиение, которое перекрывает музыку. Взглядом хотелось прожечь стенку дотла или нарисовать ножики на каких нибудь салфетках и оживив их, воткнуть себе в оба глаза . Ревность возникает весьма ожидаемо. Перед Уэнсдей у Ксавье шансов нет, что он прекрасно осознает. Чувства все же мучают, являясь в кошмарах, вперемешку с Хайдом. В своей галерее в гараже под ненужными тряпками прячутся нарисованные взмахами кистей, которые обычно полны отчаянья портреты, главной героине которых их никогда не увидеть . Где то в горле леденеет, холод перекрывает доступ к дыханию , слишком замедляет его и почти останавливает, заставляя бесшумно пытаться захватывать понемногу из того радостного и греющего душу , который движется по залу. Легче не становится, разве что ожидаемо завидно. Ксавье остается лишь порхать в фантазиях, надеясь на то, что хотя бы там он сможет уберечь себя , найдя безопасный уголок . Медленный танец. Уэнсдей хочется отравится коктейлем , а Энид желает укутаться скатертью с какого то пустого стола, просидеть в таком «одеяле» под этим же столом весь танец. Многие поедают взглядом красную розочку на платье Энид, другие - улыбку ее партнерши, от красоты которой можно залечь в гроб. Блондинка тихо подпевает своим милым голосом, пока персона в черном платье старательно ведет танец, всеми силами пытаясь не сбиться со счета. Синклер под контролем Уэнс в танце - фарфоровая куколка и самая красивая драгоценность. Холодные бледные руки едва сжимают ладонь Энид, бережно прижимают немного к себе за талию , иногда уголки темноватых губ приподнимаются и образуют теплую сосредоточенную улыбку, пока напарнице остается блуждать в ее черных туманных глазах , которые стирают грань между реальностью и фантазией. Они так близко только на репетициях и в танце. Уэнсдей хочется передать на своем лице что то большее, чем элементарную улыбку. Но и улыбка ей давалась с трудом, как и все эмоции. Толчок сзади, за которым слышатся встревоженные извинения. Блондинка падает своими губами четко на ледяные губы Уэнсдей. На Энид блеск для губ с запахом черники и немного блесток на щеках, Уэнсдей без макияжа, но все равно привлекательная. Хватка за руку стала грубее, благодаря этому обе , как домино на пол не упали. Энид быстро отстраняется, оставляя за собой вкусную дорожку яблочного шампуня, который в последнее время сводит черноглазую с ума. Уэнсдей впервые в замешательстве. Подруга (гх, какое паршивое слово) отворачивается, прячась в розово-голубо-светлых прядях волос. Аддамс старательно пытается осознать то, что она сейчас испытывает и то, что какой то ученик Невермора сделал то, что так часто снилось Уэнсдей в одно мгновение. Родной запах черного шоколада будто начал плавится и дымится, кипя в мыслях. Никем не замеченное лицо «купидона» скрывается среди множества других . Синклер поворачивается обратно и сама подается вперед, заставляя еще раз неопытно соприкоснуться их губам. Аддамс не умеет целоваться. Энид - умеет, но не особо. Уэнс кладет по прежнему холодную руку на багряную щеку соседки, как в сопливых мелодрамах, которые ей когда то пришлось посмотреть . Именно. Чертов. Отрывок. На . Поцелуе. Эту историю знает только виновник создания этого воспоминания и сама девушка. Тело само подается вперед и слабо отвечает на поцелуй. В голове картофельное пюре, разум отключен, зрачки немного расширены у обеих. Сквозь музыку стал слышаться не шибко приятный шепот других людей, который колол уши. Сплетни поползут очень скоро. — теперь у тебя точно нет шансов, лошок - к одинокому и скрыто разбитому Ксавье подходит Бьянка , наклоняясь ближе, хитро улыбаясь и не скрывая свою личную победу над тем, что от Уэнсдей он взаимности не добьется — отвали, а . - язвит поникший парень и придвигает стул ближе к столу. Его убитый вид украшали три царапины , выглядывающие из-за воротника и немного заметные синяки под глазами (надо было ночью спать, а не рисовать свой объект подражания в разбавку с Хайдом) . Каков вкус губ Энид? А каков Уэнс? Чем теперь пропитано черствое ( уже наверняка нет) сердце девушки? Это интересует по большей части саму Энид, так как вторую интересует только чувства первой и в целом она, Энид . уже немного меньше Хайд. Когда они танцевали танец, на них смотрела добрая половина сидящих за столами учеников , которым было либо не с кем прийти, либо просто не было желания или умения танцевать. Уэнсдей понимает, что ей ответили сладкой взаимностью, которая достается немногим. Происходящий сейчас бал больше не кажется настолько бессмысленным. Теперь Уэнс молча признались в любви. Дело с монстром осталось нераскрытым, но стоит ли продолжать, когда уже есть хотя бы одно из того, к чему так долго стремился? Фортуна не всегда на твоей стороне.. * * * — Уэнси, все хорошо? Выглядишь бледнее, чем обычно. - обеспокоенно спрашивает Энид, пока Вещь служит ей группой поддержки . – все хор.. нет, отнюдь не хорошо ! - она слабо хлопает по столу – происходит убийство за убийством, я с этим ничего не могу сделать. Никаких зацепок. Видения почти не происходят. Ты служишь мне спасательным кругом, пока я тяну тебя на дно моря, пытаясь доплыть до берега. Я дорожу тобой и мне правда жаль, что никак не могу тебе этого доказать. - человечность Уэнсдей просыпается постепенно, а сейчас , видимо, в самом расцвете сил. Энид тянет Уэнсдей к себе и мажет губами по ее лбу, на что в ответ получает кривоватую, но искреннюю улыбку и прилетевший неожиданно поцелуйчик внизу шеи , за которым остался слабый след от черной помады, подаренной Энид Уэнсдей.