И даже смерть не разлучит нас.(Цикл "Второй шанс на счастье" книга 1)

Глава 1. Новая жизнь. Солнечные лучи отражались в ярко-зелёных озорных глазах, рыжие, цвета осенней листвы, волосы, даже армейским ёжиком казались непослушными. Дима его любил. Впервые он поцеловал свое солнечное чудо на сборах, Дима поднял поток по учебной тревоге, а этот мелкий умудрился навернуться с вышки. Да тогда стоял вопрос о его карьере, но кто же знал что быстрый поцелуй выльется во что-то большее. Это был просто способ привести парня в чувства. - Леша стой!- рявкнул Дмитрий и попытался схватить парня за куртку. - Дим, я мелкий, пролезу, меня не заметят даже. Они затаились в ущелье, залегли за камнями отрезанные от своих снайпером который засел где-то сверху, уставшие, злые, нужно было просто дождаться подкрепления с другой стороны и можно отправляться на базу на заслуженный отдых после тяжелой операции. Метрах в десяти прямо по дороге шахиды организовали завал, под который его отряд не попал чудом, так бы смяло в лепешку. А под этим завалом между камнями скулил пес, их отрядный, Байкала было жалко, но рисковать людьми ради собаки Дмитрий не собирался. Они его даже видели, и Лешка видел, скользнул ужом из-за укрытия, дополз прижимаясь к камням до небольшой расщелины и сунул туда руку. Дима кажется не дышал глядя на происходящее. Он разогнулся всего на мгновение, чертова собака укусила наверное с перепуга. Алёшка… он разогнулся и улыбнулся сверкнув своими нереальными зелёными глазами. - Леша!!!! Это был не выстрел, это было нечто, что повалило с ног, вот он в солнечных лучах улыбается и… падает. На Диму навалилось трое, правда удержать не смогли. - Леша, Алёшка, ну как так? Леша… Лешааа! Дима гладил рыжие волосы, размазывал кровь по веснушчатым вискам и звал его, знал, понимал что не ответит, но продолжал звать. А потом наступила темнота, после очередного хлопка выстрела. Утро наступило не сразу, сперва под боком завозился… некто. Хотя нет, не некто, это блондинистое нечто называлось мужем. Его мужем. - Снова кошмары? Дами, ты во сне опять знал какого-то Льешу, - сонно протянул он и прижался плотнее. В тот день Дима открыл глаза на широкой постели, в окружении врачей и совершенно не узнавая ничего. Рядом рыдал этот парень, заметив что Дима очнулся бросился покрывать его лицо солеными поцелуями и звать, от чего-то, чужим именем. Широкая кровать с балдахином, стены обтянутые тканью, массивная резная мебель и приторно-травяной запах. Он отстранил от себя незнакомца. - Где я? - это был первый и самый главный вопрос, ведь нужно вернуться к своим, там парни остались, хотя если его вытащили значит подмога все-таки пришла. - Дами… что ты? Ты дома, - удивился он и зарыдал еще сильнее. Дима никогда не любил чужие слезы, просто не знал что с ними делать, да и вообще происходящее казалось если не полным бредом, то чем-то что в голове никак не хотело укладываться. - Ваше высочество, вы меня помните? - мужчина лет пятидесяти склонился над ним проверяя пульс и первичные реакции. - Нет, - честно ответил Дима, как можно помнить того кого впервые в жизни видишь? - Понятно, такое бывает, вы упали с лошади и сильно ударились головой, два дня не приходили в себя, не переживайте память восстановится со временем. - он мягко улыбался, той самой врачебной улыбкой призванной подбодрить пациента когда шансов на выздоровление почти нет чтобы он не волновался Амнезия после падения с лошади. С лошади… осознание что что-то не так пришло почти сразу, хотя что может быть так если ты вот в ущелье с автоматом, а в другое мгновение в шикарной постели в замке? В самом настоящем, с лепниной по потолку, балдахином и заплаканным блондином рядом. Дима шатался в растерянности несколько дней за которые успел выяснить: что он принц, блондин его муж, и порядочностью в браке Дима не отличался. Хотя не так, Дима как раз и отличался порядочностью,даже со своими временными любовниками, ему было проще не сходить на лево, а закончить отношения только после этого переходя к новому увлечению, хотя какие в его случае отношения, так в городе на несколько месяцев или, если повезет, в части, когда туда заносило таких же ненормальных срочников. А вот Дамиан, тот чье место он сейчас занимал, был ещё тот ходок. Вообще Дима его мужа не понимал, если откровенное пренебрежение и блядство сменилось холодной вежливостью и явно наигранным радушием, чему тут радоваться? Но мальчишка сиял от счастья и его было откровенно жалко, не красавец, бледный, не красивой аристократичной бледностью, а откровенно блеклый, с почти бесцветными голубыми глазами, длинными, что особенно не нравилось Диме, белыми, чуть в желтизну, волосами и такой же кожей, он даже на простынях откровенно терялся! Но в принципе за эти 4 года Дима миром в который его занесло, - он все про себя шутил, что загробном, - проникся, стоило только вспомнить сколько у него, кадрового военного, было проблем из-за своих предпочтений! Старший лейтенант! 35 лет, опыт в первой Чеченской… да он уже майора ждать должен был, но слухи, откровенное презрение сослуживцев, нет не его боевых, когда спину командиру доверяешь становится как-то всё равно с кем он постель делит. С кадровыми. Они презирали, но армия как-то так затянула что уйти он просто не мог. Это началось ещё со срочной, с первого парня которого отбил от дедов, Дима понимал, что кроме него, никто этих мальчишек больше защищать не будет и он оставался, год за годом. А тут красота, другого выбора просто нет, есть мужики что рожают, есть что не рожают, выбирай противоположность и никто слова не скажет. Ему выбирать не пришлось, все вводные уже были прописаны и поданы, хотя Ален ничего кроме жалости откровенно не вызывал, да и Алёшка… - Просто страшный сон, спи, я уже не усну сейчас, - выбрался Дамиан из постели и набросив халат привычно пошел прогуляться по саду, его успокаивали такие прогулки, мирное небо, чуть увядшие в начале осени кусты.