И даже смерть не разлучит нас.(Цикл "Второй шанс на счастье" книга 1)

Глава 31. Король умер, да здравствует…. Широкая кровать была застелена нежным, приятным бельем, Ален лежал на боку и не отрывал глаз от лица любимого мужа, он словно хотел запомнить его таким, с легкой улыбкой на губах, без извечной морщинки между бровями, в неровном лунном свете этой немного пасмурной ночи Латимер казался моложе своих лет, но для Алена он всегда был самым прекрасным на свете, не только сейчас. Мысли вяло текли в голове, перескакивая с одной на другую, он вспоминал свою жизнь, все что мог за прожитые двадцать три с небольшим года. Он был примерным ребенком, послушным, по рассказам папы не капризничал и не требовал ничего даже в детстве, хотя так это или нет он точно сказать не мог, его Крон всего за два месяца успел доказать всем в особняке что просто с этим омегой не будет. Ален же был примерным учеником на занятиях и с детства впитал что омега должен быть послушным и верным мужем, как ему объясняли: “Альфа порывист и ярок как пламя, омега - та вода которая может заглушить его и при должном старании любой альфа предпочтет тихую водную гладь, ведь в бушующем море хоть и интересно, но не долго”. Он так и жил на радость родителям, а когда на его первом балу увидел принца, его взгляд, мягкую улыбку, он просто потерял голову. Первый танец, неспешные беседы, дорогие подарки, Дамиан был идеален и Ален мечтал что эти ухаживания приведут к большему. Они и привели, он помнил ту радость которую испытал услышав от отца то они с королем договорились об их браке, он был просто на седьмом небе от счастья! В первую брачную ночь, еще совсем юношей, он волновался, боялся не справиться, хотя перед этим собрав в кулак всю свою волю решился на разговор с папой и краснея слушал такие откровения, которых не в одной книге не встретишь. Он справился, ему понравилось, и он мечтал остаться в этих покоях не на одну ночь. Его мечта сбылась, его действительно поселили в одних покоях с принцем… На целую неделю. Но он отмахнулся от этого, самому было не очень удобно, он не привык делить свои покои с кем-либо еще. А потом он впервые не позвал его на ночь, но Ален продолжал улыбаться и окружать супруга лаской и вниманием, не замечая как он принялся отмахиваться от этого, раздражаться на попытки проявить инициативу. Ален не замечал ничего, ослепленный своими первыми еще такими наивными чувствами. Впервые от застал Дамиана с другим в саду, какой-то стражник пытался остановить его, но юноша только отмахнулся от предложения вернуться во дворец по тому что уже поздно, он хотел посмотреть на звезды и найти место где организует завтра пикник для Дамиана. Они были в беседке, сын одного из придворных стонал царапая плечи ЕГО мужа и выгибаясь на его коленях, пока принц расправлялся с застежками на сюртуке омеги. Ален тогда сбежал к себе и всю ночь проплакал в подушку, но вспомнил слова что вдалбливали с детства: “Альфа - это пламя”. Он простил, каждый имеет право на ошибку, и наверное нужно больше времени уделять мужу, научить чему-нибудь новому в постели, хотя и стыдно было спрашивать своих приближенных, но они были более опытны в этом вопросе. Течку они провели вместе и Ален воспрял духом, удвоил усилия, и… начал замечать. Чужие запахи, чужие длинные волосы в его постели, он не поднимал эту тему, просто плакал, много плакал от этого, а потом рассказал папе. Он утешил, но объяснил что это реальность, что у принца могут быть и будут другие, что они аристократы и это норма, что сам проходил через такое, но со временем привык. Ален понял, услышал и снова ничего не сказал. Первый официальный фаворит у Дамиана появился сразу же как только Ален обрадовал его новостью о том что понес, он еще надеялся что это изменит отношение, ведь теперь у них будет общий ребенок. Изменило. Как же сложно было держать лицо н официальных приемах, когда рядом с Дамианом отирался еще и этот… А на него смотрели с сочувствием, даже король ничего не сделал. Ален все чаще просто один уходил в сад, в самую его дальнюю часть, садился на скамью под раскидистым деревом, оставляя с собой лишь пару самых приближенных омег, но и они жалели его, а ему просто хотелось побыть одному. Он отчаялся наладить отношения с Дамианом, донести до него как ему больно, он ждал ребенка и это давало силы, возможно позже, с возрастом, Дамиан успокоится и все наладится. - Ваше сиятельство, - знакомый голос вырвал его из раздумий и Ален вопросительно посмотрел на стражника, странно, он никогда не обращал внимания на стражу и этого мужчину не помнил, но голос кажется слышал уже неоднократно, - позвольте поговорить с вами наедине, это необходимость, как капитан дворцовой стражи я должен открыть вам секретную информацию, знать которую могут только члены королевской семьи. Это было странным, но Ален кивнул, давая знак своим спутникам отойти на расстояние, так можно было поговорить и при этом приличия были соблюдены, ведь их видели, а следующие слова капитана заставили от удивления распахнуть глаза. Он предложил вечером показать ему тайный ход из его покоев в сад, с мягкой улыбкой пояснив что прекрасно видит на сколько сильно его желание побыть в одиночестве. При этом альфа уверил, что Алену это не несет опасности и… он поверил. Может наивно, по детски, но поверил. И как ни странно не ошибся, с тех пор он полюбил гулять по саду в одиночестве. Беременность протекала хорошо и чем заметнее становилось его положение, тем злее было лицо фаворита мужа, уже третьего за эти несколько месяцев. Ален кажется и правда начал привыкать и к жалости во взглядах и к наличию любовников, хотя этот капитан сыграл тут не последнюю роль. Они встречались еще несколько раз, долго разговаривали прогуливаясь в дальних частях сада, чтобы избежать слухов, совершенно необоснованных, ведь Латимер вел себя более чем достойно, словно заботливый отец или старший брат. Это случилось на шестом месяце его беременности, малыш уже активно толкал папу в живот и, как бы глупо это не звучало, первым об этом он рассказал и показа Латимеру, а не мужу. Тот вообще только пожал плечами и прикасаться не стал, у него был новый фаворит и весь его интерес сосредоточился на нем. Ложась как обычно спать, Ален почувствовал себя плохо, но списал все на усталость или то самое, просто запоздалое, недомогание беременных. А вот среди ночи проснулся от жуткой боли в животе, он не мог даже закричать, только стонал, попытался встать, но ноги не удержали и падая он опрокинул тумбочку, что и спасло ему жизнь, ему, но не его малышу. На шум прибежал стражник, он же позвал лекаря. В себя Ален пришел только через три дня и тут же схватился за живот… за плоский живот. Его мутило, голова болела, но заботливые руки лекаря помогли немного сесть, чем-то напоили и он провалился во тьму засыпая. А на следующий день к нему пришел Латимер, бледный и осунувшийся, он темной тенью скользнул в его покои тайным ходом и присел на кровать погладив омегу по волосам. Он же и сказал, отводя взгляд, что Дамиан вчера уехал на охоту и его нет во дворце. Вчера… Ален не спрашивал, он понял что муж не приходил к нему, даже в тот момент когда они был на пороге смерти от яда который ему подсыпали за ужином. В тот вечер все изменилось, Ален не смотрел на мужа, не хотел будущего с ним, а глядя каким счастьем светятся глаза нового фаворита не расстраивался, даже на краю сознания, виновного не искали, на сколько он понял, а объяснение на его взгляд было элементарным, предыдущий фаворит постарался - не удивительно что он так злился когда Ален впервые спустился на завтрак после произошедшего. Ему было спокойно только с латимером, только с ним он еще робко улыбался чувствуя себя хоть кому-то нужным. Это был их первый поцелуй, робкий, но самый сладкий и желанный. Ален поцеловал мужчину сам, они сидели на бортике фонтана и смотрели на закат, Ален просто сбежал с бала сославшись на усталость. В саду было пусто, гости еще активно танцевали и парочки пока не разбредались по саду. Он робко потянулся и коснулся его губ своими, осторожно, несмело, почувствовал как мужчина вздрогнул, а потом, словно поняв что происходит, обнял его бережно за плечи и ответил. Уж кому они попались на глаза, Ален так и не узнал, Дамиан, пьяный и злой ворвался в его покои ближе к ночи, Ален впервые испугался его, на самом деле испугался, а когда тот ударил по щеке не помня себя рванул к тайному ходу и побежал слыша как за спиной раздаются уверенные шаги мужа. Латимер наткнулся на эту картину у конюшен, Ален хотел убежать из замка, как можно дальше, спастись. Стражник все оценил моментально, подсадил его на собственного коня и ударил того по крупу придавая ускорение послушному животному, он планировал остановить пьяного принца, но не успел, он просто взлетел в седло и рванул за мужем. Погоня была не долгой, Ален был неплохим наездником, да еще и легче Дамиана, но его попыталась остановить стража, конь взбрыкнул, а Дамиан не успел отреагировать и полетел из собственного седла головой прямо на камни того самого фонтана. Он помнил собственный шок, страх в глазах Латимера, ступор стражников. Латимер пришел в себя первым, он отдавал приказы быстро и четко, придумал легенду, что принц решил прокатиться, его пытались остановить и он не справился с лошадью, а на втором коне был он сам, а алена тут не было вообще. Как же он боялся тогда! Боялся что придя в себя Дамиан прикажет избавиться от Латимера да и от него самого, что выставит это как покушение… Как же боялся! С его пробуждением все изменилось снова. Дамиан не помнил. Король конечно же знал почти всю правда, Ален рассказал сам, как убежал от язъяренного мужа, как пытался убежать из дворца, умолчал только о причине. Он ходил как на иголках долго, а потом понял что Дамиан не вспоминает, не вспомнит. Он вообще изменился. С таким Ален и правда мог построить семью, хотя бы попытаться забыть всю свою ненависть к нему. Не было больше фаворитов, чужих запахов, Дамиан сам предложил ему перебраться в общие покои, он был добрым и заботливым, внимательным, но Ален чувствовал отстраненность, просыпался ночами от его шепота, Дамиан звал другого во сне. Но пусть так, пусть лучше так чем как раньше. Латимер судя по всему тоже замечал это и постепенно желание и тепло сменялись в его взгляде болью и обреченностью. Ален просто не мог выносить этого, он ведь и сам хотел этого тепла, метался, сомневался, кусал губы, а потом решился и впервые сбежал к нему днем пока Дамиан был на очередных занятиях. Как же они целовались, сколько страсти было в обоих, Алену впервые было настолько хорошо с альфой, пусть не в постели, у скрытого от всех возможных глаза дерева, зажимая собственный рот ладошкой чтобы не стонать, ему было хорошо. Они так и встречались, сперва несколько раз в месяц, потом каждую неделю. Дамиан был занят обучением, вникал в дела, но каждую ночь стабиль ложился в одну постель с Аленом. От него не пахло другими! Даже когда он отлучался из дворца или с друзьями или по делам на несколько дней, от него не пахло омегами и это грызло, заставляло чувствовать себя виноватым. И через 3 года Ален решился, он перестал пить настои, перестал встречаться с Латимером, он хотел подарить мужу наследника! Но Организм был с ним не особо согласен и течкаа раз за разом приходила вовремя. Лекарь говорил что после случившегося шансы небольшие, но они есть. Он старался с каждым днем тоскуя по своему стражнику все больше и больше. Это было перед первым днем зимы, Ален свалился с жаром и лекарь настоял что его стоит временно перевести в его старые покои, чтобы не распространить простуду. Латимер пришел сам, ночью, просто поинтересовался его самочувствием, а у Алена словно в голове помутилось. Он хотел быть с ним, хотел снова почувствовать это тепло и страсть, хотел услышать как его называют нежным облаком, как шепчут его имя лаская. И все началось снова. Он позволил себе эту слабость - Латимера и их близость. И вот сейчас, лежа рядом ален ласкал взглядом черты мужа и удивлялся как же непредсказуема судьба, король который даровал ему титул, муж, вышвырнувший его из дома. Даже тот его последний страх, когда Латимер через несколько дней после развода с наслаждением вдыхал его запах, шепча что уже и забыл его, ведь кажется что он изменился, и подтверждение от лекаря о пяти неделях беременности. Ален не знал чей это сын, но точно знал что не расстанется с малышом, и если латимер откажется от будущей свадьбы… Ален не знал, что бы он сделал тогда, но потерять еще одного сына просто не мог, а уж избавиться от бремени собственными руками и подавно. Не отказался, обрадовался, он не задал главного вопроса, но через несколько дней просто спросил как они назовут ИХ сына. А сейчас он спал рядом и улыбался во сне нежно обнимая свое облако одной рукой, в их общей постели где они провели ни одну полную любви ночь, он спал убаюкав ребенка и улыбался этому. Эта их последняя ночь в особняке, завтра они перебираются во дворец и от этого Алену было и грустно и радостно одновременно, от того что их план удался, что он отомстил бывшему мужу и этой рыжей выскочки, но он понимал что их тихое счастье закончится этой ночью, они перевернут эту страницу их жизни. Столица встретила будущего короля и его семью настороженно, Ален чувствовал это, поэтому крепче прижимал сына к груди, а сам старался спрятаться в руках мужа, это было не триумфальное возвращение, это было возвращение в смуту. Понадобится время чтобы все свыклись с мыслью, что в ближайшие двадцать лет, на троне будет сидеть регент, а не новый король, да и положение непризнанного бастарда ситуацию лишь усугубляло. Запоздало стало страшно, ведь кто знает во что это выльется в итоге, а если найдутся еще претенденты на престол? Что тогда будет с его крошкой? Смогут ли они защитить его? Масла в огонь подлил и вид папы этого рыжего, семейство на всех парах собиралось покидать столицу, - что логично, - только вот для убитого горем родителя потерявшего единственного сына, он был слишком спокоен. - Латимер, их точно убили? - тихо поинтересовался он у мужа. - Да, главный лекарь подтвердил, это они, да и остальные… я сам тела видел, узнать конечно сложно, но можно, - ответил он своему облачку. Это немного успокоило, но не до конца, и сразу по прибытии во дворец Ален совершил ошибку о которой жалел еще несколько недель, он потребовал увидеть тела лично, да рыжего он почти не знал, но с мужем ведь прожил на один год. Ему показали. Омега упал там же, а потом еще долго отпаивался успокоительными отварами и вскакивал по ночам от вида изуродованного тела. Слишком жестоко, да он хотел мести, хотел чтобы Дамиану было больно, но настолько? Он даже не представлял какой же сильной должна быть эта боль. *** Кристиен ходил из угла в угол по тронному залу нервно сжимая кулаки и все не мог понять как? Как черт побери их могли убить? Да никто не бессмертен, не застрахован, но Ольшен только недавно чудом избежал смерти, они оба могли постоять за себя, причем лучше чем он сам! Так как черт побери их могли убить?! Отец не трогал единственного сына, ему хватало бьющегося в истерике племянника, который, как все они, вчера узнал новость. Черт возьми, а что теперь будет с королевством? С их договорами? Наследников ведь получается не осталось, а значит смена династии. - Господи, за что? Почему сейчас? - взглянул он через окно на небо задавая вопрос на который и не ждал ответа. Только вот ответ был, он вбежал в зал посыльным который протянул срочное послание с поста на границе, Кристиен выругался ожидая очередных неприятностей, слишком их много было в последнее время, но послание открыл и тут же нахмурился, на стандартном листе лежало две пряди волос, огненно-рыжая и темная, и короткая строчка: Братишка, забери нас в каменных прудах. Он перечитал несколько раз, братишка, его никто так не называл, у него не было братьев… кроме одного… Кристиен сорвался с места не раздумывая, он верил в то что надежда не напрасна и он не ошибся, до каменных прудов тропами дня три, главное обогнать тех кто может их искать, он не мог достоверно узнать что происходит во дворце, только официальные сведения и слухи от своих осведомителей. *** Они выбрались из столицы с рассветом и тут же перешли в галоп, Ольшен даже не пикнул хотя и было страшно, владелец трактира, достаточно грузный мужчина в возрасте, он удивился стражникам явившимся с черного хода, шлемы скрывали лица, но выдавали руки, да тренированные, но это были не руки военных, слишком ухоженные, у того что мельче вообще на пальцах был скромный маникюр. - Дай нам двух лошадей пошустрее, за это хромой простит долг, - сказал Дамиан молясь всем богам чтобы мужчина понял и он действительно понял, кивнул и ушел в трактир. Дамиан с Ольшеном на автомате сжали ножи за спиной, да было опасно брать их с собой, но расстаться с любимым оружием и отправиться в путь с пустыми руками или мечами они просто не рискнули. Когда дверь скрипнула Дамиан на автомате заслонил немного мужа, но это был всего лишь владелец трактира, один, зато с двумя достаточно большими сумками. - Тут еда и самое необходимое, дней на пять хватит, лошади уже у привязи, гнедой и в яблоках, узнаете, - вручил он им сумки и уже собирался было уйти, но его остановил Ольшен. - Спасибо. - Мальчик, - усмехнулся мужчина как-то по доброму, - я долг за жизнь сына буду отдавать до последнего вздоха, мне не нужна твоя благодарность. Дамиан больше не сомневался, тут его не придадут, Родерик не ошибся с тем кому можно доверять, у него самого были подобные должники, в том, уже не родном, мире. Такие не предают, не спрашивают зачем, они просто делают и забывают об этом. Дорога казалась бесконечным смазанным пятном, хотя какая там дорога, скорее тропы, ведь они объезжали фактически любые поселения, да верхом до границы с таледой было быстрее чем на повозке, хотя Ольшен и уставал с непривычки так долго держаться верхом, но как всегда не жаловался и скакал дальше, даже кажется бояться так сильно перестал. Удивительное существо - человек, он привыкает ко всему, в том числе и к тому чего раньше боялся, если нет выхода. Но оставалась последняя проблема - застава на границе. они крутили и так и эдак, как ее пройти так чтобы никто не узнал, чтобы не было сведений о них, все-таки какая-никая а регистрация там была, был вариант пойти в обход, поискать пути, но заблудиться в горах или месяц плутать на границе очень не хотелось. Так ничего и не придумав дельного, неразлучники остановились неподалеку от последней стоянки перед заставой и решили посмотреть, может быть за некоторое вознаграждение их согласятся провести скрытно, все таки самый урожай, много кто закупался в ближайших поселениях и шло довольно много караванов. Все решил его величество случай, в общем-то стоило признать, в их жизнях он играл немалую роль всегда. Ольшен ушел к озеру, немного ополоснуться и принести воды к нехитрому ужину над которым колдовал Дамиан, они сидели тут уже третьи сутки, только вот караваны все шли местные, а там… рискованно. Нет они не заметили за это время преследования, страна гудела из-за смерти королевской семьи и, - какая неожиданность! - из-за того что на трон сядет бастард, и править будут регенты - его первый муж с супругом. Дамиан скрипел зубами, но понимал что еще не время, что сейчас нужно отступить, а Алена он убьет своими руками когда они вернутся! Вот же мразь неблагодарная! Да и ебарь его хорош! Он им жизнь устроил, сидели бы себе в своем графстве, детей растили, но нет, он даже смерть отца с папой к их рукам приписывал, ну не может так быть чтобы тк удачно совпало! Но оставалось только терпеть, злиться и ждать удобного момента, не ради власти, она ему в принципе не нужна была, даже не ради мести, найдись достойный он бы и сам престол передал, ради справедливости. Ольшен вернулся спустя минут двадцать и не один, зато широко улыбаясь, у него на руках ехал мальчик лет семи, а следом шел Таледский мужчина. Дамиан встал невольно подобравшись и заметил вполне знакомый интерес к волосам мужа со стороны ребенка. - Дамиан! Помнишь Дамира? Ты его сына под защиту взял, - довольно объявил Ольшен спуская ребенка на землю, а его спутник улыбнулся доброжелательно и протянул ему сперва руку, а потом и котелок с водой. Ужинали в небольшом кругу, Дамир рассказывал о сыне, о том как рад видеть друга по скалам, - так точно звучало определение подобных договоренностей, - он очень обрадовался когда Дамиан подтвердил что не оставит его семью в беде и попросил точно объяснить что от него будет требоваться. Может странно, но они знали только имена друг друга, ни титулов, ни регалий. Дамир был пастухом, немного охотником, но основным для него была семья. Они же без деталей объяснили что им нужно пересечь границу, что они убегают, но не от закона, а от тех кто хочет убить. Дамиан был готов поставить королевство на то что в Дамире умер актер, он выдал Ольшену и Дамиану их обычные одежды, посмотрел на омегу и добавил какую-то накидку, вполне новую, явно из только что купленного, омег среди каравана не было, поэтому такая маскировка хоть немного но скрывала одеяние на пару размеров больше и явно не соответствующее его полу. Ольшена усадили на повозку, а Дамиан шел рядом и молился всем богам известным ему. Но даже он не ожидал такого представления которое случится на заставе. Они подъехали к заставе почти в полдень, что по мнению Дамиана было крайне плохо, яркое солнце не скрывало ничего, караул еще был свеж и бодр, он не понимал о чем думает его новый союзник, паника внутри все больше и больше разрасталась. Стражник проверил документы и пошел к повозкам, вот только когда подошел к повозке в которой сидел Ольшен началось шоу. - Уйди от мужа моего брата! Даже не смотри на него! Никто не смеет смотреть на вдовца пока у него траур! - рявкнул Дамир и достал клинок, его спутники так же ощетинились клинками не давая подойти к повозке. Стражник отступил и еще минут десять уверял что ему просто нужно осмотреть повозку. Ольшена в этой накидке с повозки сняли, отвезли на уже проверенную и оставили Дамиана его охранять. Боже, это было самое эпичное, но и самое рискованное прохождение границы! Дамиан поставил себе зарубку что нужно подробнее изучить культуру соседних королевств и если что привлекать на такие заставы омег, ведь это не просто дыра, это огромные ворота в страну, так ведь можно любого провести! А ведь раз немолодой стражник поверил, значит велика вероятность что такое правило действительно существует. Граница осталась позади, а на второй заставе после всех проверок Дамиан попросил подождать и подошел к одному из стражников, да было немного рискованно, но лишнего он говорить не собирался, просто договориться, и лишний раз убедился что деньги творят чудеса, капитан отправил сокола при нем упаковав безобидное послание, правда не мог гарантировать что его доставят Кристиену, но это уже мелочи, они отдохнут и если что сами отправятся в путь. Дамир поселил их у себя, Ольшена на стороне омег, а Дамиана в одной из основных комнат дома, они были в относительной безопасности, правда уже вечером мужчина явился с нерадостными новостями, что на постоялом дворе интересуются двумя путниками, высоким брюнетом и высоким рыжим омегой, но неофициально, как-то по тихому. А это могло означать только одно - их все таки ищут. альфа зубами немного поскрипел, но Дамиана тоже переселил, глупо извиняясь за унижение, на сторону омег, объяснив что сюда посторонние не сунутся, а если посмеют то в поселении и останутся. Дамиан же объяснил как будет выглядеть тот кто придет за ними, и что если через неделю его не будет, они отправятся дальше. *** Руку тянуло, но боль была несильной и даже не отвлекала от планового разноса стражников на полигоне, после той памятной ночи Родерик занимался этим ежедневно, ему нужно было куда-то выплескивать раздражение от всего происходящего, а уж придраться он мог всегда. Капитан не знал куда сбежали неразлучники, догадывался, но уверен не был, да и добрались ли они до места назначения тоже. Они на связь не выходили, а он не искал, но тайная стража докладывала что их ищут, да и его люди тоже. За всю жизнь у Родерика появилось немало должников, он не думал что когда-нибудь вообще понадобится обращаться к ним за помощью, но вот сейчас даже радовался и было чему. Кроме военных и торговцев, среди этого списка можно было найти немало людей, так сказать, не очень чистых перед законом. Таким в большинстве своем плевать на то кто сидит на троне, у них есть свои короли, свои законы, и сейчас в этом теневом королевстве собирали для него информацию и ждали отмашки к действию. Нескольких таких он даже пристроил в дворцовую стражу, чтобы они стали его доверенными глазами и ушами, это сильно помогало. Он часто вспоминал ту ночь, даже не сам побег, то что развернулось позже, поиски, облава, удивительно но они даже нашли несколько предателей из посольства соседнего государства, случайно. На них все и повесили, но он то знал правду, а искать самого себя было забавно. Ночь была нервной, но отпустило его окончательно только к утру, когда обрабатывая ему рану, главный лекарь серьезно посмотрел в глаза мужчины и достаточно громко произнес. - Останется некрасивый шрам, почти как на ладони его сиятельства, пусть духи хранят его, такая трагедия, - Родерик лишь кивнул, да тела были похожи, но не идентичны, да и выдать бывшую шлюху с пятью детьми за нерожавшего принца он все равно не смог бы, лекарь понял подмену, но подтвердил что это были наследники, а значит ему можно доверять. Утром же во дворец буквально ворвался папа Ольшена с мужем, он требовал предъявить ему тело сына, убийц, организаторов, всех. Родерик поймал пару у ворот, объяснил что лекарь подтвердил, это именно они, и настойчиво посоветовал не оставаться на погребение, а ради безопасности младшего сына и будущего внука на время смуты уехать во второе поместье, его услышали раза с третьего, поняли намек только с пятого. - Я должен увидеть тело сына!- в приказном тоне рявкнул Морис. - Я не могу вам показать тело СЫНА, к сожалению тело ПРИНЦА слишком сильно изуродовано, - уже теряя терпение ответил Родерик не зная как еще сказать чтобы он понял. Понял Гадар, шепнул на ухо мужа что-то и кивнув поблагодарил за совет, уводя растерянного Мориса к карете. Родерик с облегчением выдохнул и пошел “сдаваться” военному совету. Ален с семьей явились через 2 дня, устроились, тактично, в гостевых покоях и вели себя совершенно примерно, Ален, памятник этому актеру, пускал скупые слезы по погибшим и рассказывал как не собирался претендовать ни на что, а вот Латимер медленно но уверенно перехватывал влияние в военном совете еще больше. Похороны состоялись на третий день после их приезда, королевство погрузилось в траур, оно словно замерло в ожидании перемен, даже военные действия прекратились, а во дворец явился посол от северного соседа, но для чего Родерик не знал, и так понимал откуда ноги у всего заговора растут, тут и дураку понятно, осталось только выловить всех крыс и как-то узнать где Ольшен с Дамианом чтобы дать им знать о готовности удара заранее. *** Ольшен сидел перед зеркалом и рассматривал свое отражение и отражение Дамиана, что он мог сказать, жуть. Они сами дали Родерику знать о своем местонахождении, нет все-таки уму капитана можно было только позавидовать, Ольшен и сам не был уверен что он догадается. Все было просто и сложно одновременно, отправить послу официальную депешу с соболезнованиями по поводу кончины принцев и неофициальную, с просьбой подарить капитану дворцовой стражи одну красную розу от омеги. Капитан, по словам посла усмехнулся и поблагодарив просил передать что обязательно свяжется с этим омегой как только сможет. У Кириена они были в гостях уже больше месяца, он поселил их в городе, в одном из неприметных домов, по тому что мелькать во дворце было не самой лучшей идеей сейчас, но скучать не приходилось, было слишком много дел, Ольшен тайно связался с семьей, как не странно через Бернарда, который продолжал нести службу на юге королевства, Дамиан передал послание родственникам в Анир, сообщив обо всем происходящем и попросив помощи со стороны моря, если все пойдет плохо. И вот пару дней назад пришла новость что коронация из-за траура, назначена сразу же после осеннего бала дебютантов. Кириен предложил план с которым согласились все, дальше ждать просто не было смысла, если коронация пройдет они уже ничего не изменят. И вот сейчас он сидел перед зеркалом и смотрел на бледного зеленоглазого омегу с черными как смоль волосами собранными в сложную косу и в традиционных одеждах которые фактически скрывали фигуру, не сказать чтобы ему не нравилось, но он действительно не был похож сам на себя. Дамиан же стоял рядом, в форме стражника, со сложно-повязанным платков и довольно длинной бородой, да уж, парочка вышла колоритная, но узнать их действительно было непросто. Но все равно ему было проще! Не бриться все это время не такая уж и проблема, а вот Ольшену пришлось хуже. Один макияж занимал почти час, а уж когда ему покрасили какой-то вонючей дрянью волосы, от которой они стали словно проволока и притащили чью-то косу до пояса, словно шиньон вплетая пряди в прическу и как-то хитро их скрепляя с его же волосами он вообще готов был взвыть. Голова болела от непривычной тяжести, кожа чесалась и постоянно хотелось протереть глаза и брови которые также выкрасили в черный цвет. Но делать нечего, слишком уж приметная у него внешность, вот он и терпел, благо с ними отправилось еще несколько слуг которые всем этим и занимались. - Прекрасно, в принципе можно отправляться, - заглянул в комнату Кириен и оценил маскировку, они оба вздохнули и направились за другом. *** Организовать осенний бал было не сложно, это было ужасно сложно! Ален уставал так, как никогда в жизни, он вообще не любил все это дело, потанцевать на балу, да, а вот списки, ранги, меню, музыка, это выматывало. Зато украшением тронного зала он занимался с удовольствием, как в общем и обдумыванием собственного наряда, ведь в этот раз они с Латимером будут открывать бал, правда ему же предстоит и первый выбор, который как оказалось тоже стоит согласовать. Привычно кольнула ревность, но Ален быстро запихнул ее куда подальше, нет Латимер не станет подбирать себе фаворита на балу, он вообще не станет этого делать, он обещал, что Ален будет единственным, и Ален верил ему. Тихонько зевнув он отложил бумаги и поднялся собираясь к ужину, уже через несколько дней они станут регентами, а их сын королем, эта мысль вызвала легкую улыбку на губах. - Спокойного вечера, отец, - улыбнулся он проходя за стол и бросив быстрый взгляд на няня который кормил сына ближе к камину, ему нравилось что отец решил сохранить эту традицию. - Спокойного, Ален, - кивнул он. - А Папа не спустится к ужину? - Он нехорошо себя чувствует, по этому ужинает в своих покоях, - спокойно ответил ему мужчина. Ален лишь пожал плечами и улыбнувшись мужу принялся за еду, ужинали они в молчании, отсутствие папы не удивило, он со вчера был какой-то бледный и вялый, а вот присутствие за ужином в малой столовой нескольких генералов, наоборот, отец редко приглашал в ближний круг кого-то со стороны, но возможно так нужно, он просто хотел их выделить? Все может быть, в дела мужа, а уж тем более отца Ален не лез. После ужина подали вино и между мужчинами завязалась непринужденная беседа, Ален бы ушел, он не понимал ничего что тут обсуждали, но это было бы неприлично, по этому он сидел стараясь не зевать и улыбался когда Латимер ободряюще сжимал под столом его руку. Все изменилось как-то внезапно, один из генералов побледнел и схватился за горло захрипев, кто-то выкрикнул “Предатель!” и схватился за меч, Латимер вскочил тоже доставая оружие и толкнул опешившего Алена в стороную няня, дважды повторять не пришлось и омега рванул к сыну. Он был так близко, всего несколько шагов, несколько мгновений, меньше минуты, за спиной звенела сталь, Ален обернулся и крик вырвался из горла сам собой. Латимер рухнул на пол с клинком в спине, а к нему уже бежал раненый отец. - Отец! - Он бросился было к альфе и замер, на его лице играла довольная улыбка. - А ты думал я позволю тебе занять трон, ничтожество, - бросил он за мгновение до того как острая сталь встретилась с горлом Алена, - На троне буду сидеть я, на троне объединенного королевства. Нянь взирал на это спокойно, с такой же легкой улыбкой на губах, укачивая младенца, только когда в малую столовую ворвалась стража этот омега качественно разыграл истерику. Родерик ворвался не первым, он пришел когда все уже было кончено и картина которую он застал впечатляла, четверо генералов верных короне лежали на полу хладными трупами, там же был Латимер и один из тех кого Родерик подозревал в предательстве, а безутешный вдовец раненым стоял над телом сына. *** Родерик сидел на мягком диванчике и пил вино, с интересом наблюдая за танцем достаточно привлекательного и очень откровенно одетого омеги, он честно задавал себе вопрос что он забыл в борделе, но ответа не было, точнее он был один: бордель - единственное место куда он в этом городе точно никогда бы не пошел. Когда его отвлекли от проверки стражи на воротах он честно сказать цветочника хотел прибить на месте. После убийства будущих регентов он в глазах всех выглядел тем еще профессионалом, но с должности на удивление не попросили, хотя он и опасался этого, но по гордости все равно било знатно. Но желание прибить испарилось когда омега протянул ему алую розу и сообщил что “его поклонник будет ждать сегодня вечером там куда Вы в этом городе никогда бы не пошли”. От кого было послание - понятно, а вот над местом встречи пришлось подумать, Родерик честно перебрал с десяток мест, вплоть до специальных омежьих магазинов, но даже туда он бы спокойно пошел при необходимости, а вот бордель - бессмыслица. Вот он и сидел сейчас наблюдая представление и решая не ошибся ли он. Мимо прошел какой-то мужчина в странном платке и с окладистой бородой, Родерик бы не обратил на него внимание, если бы не увидел в его руках еще одну розу. Отставив вино он поднялся и пошел следом. - А я говорил он поймет. В комнате на кровати вольготно расположился брюнет поедая виноград и если бы не этот насмешливый взгляд изумрудных глаз и голос Родерик ни за что не узнал бы в нем Ольшена, он перевел взгляд на своего провожатого и хмыкнул, да Дамиана тоже узнать с ходу не получилось, только если присматриваться. - А я не сомневался в том, что поцелуй ты мне еще припомнишь, - хмыкнул он в ответ присаживаясь в кресло напротив Дамиана. Они обсуждали план почти до середины ночи, Родерик докладывал что выяснили кого вычислили, они раскрутили всю цепочку, от отца Алена, который и подбросил сыну идею мести, заканчивая Королем северного соседа, с которым у того уже была договоренность о браке внука и их сына. Совершенно никого не смутило ни то что разница в возрасте у них больше двадцати лет, ни то что сам брак вступит в силу лишь через шестнадцать, они хотели объединить королевства, а на счастье детей было плевать. Власть, территории, богатство, это все что интересовало обе стороны. И Родерик, да как и Дамиан с Ольшеном, не удивились бы погибни граф Нириат почти сразу после объявления о помолвке и заключения договоренностей между королевствами. Старый идиот. А рано утром во дворец на осенний бал прибыл принц Кириен с двоюродным братом… Еще одним. Правда по факту второй его брат давно и прочно был замужем, но вряд-ли будущий регент настолько отслеживал всех его родственников. Бал начался стандартно, красивый зал, Ольшен даже отдал должное оформителю, у него явно талант, потом всех построили, на возвышение вышли графы Нириат, Фиан держал на руках младенца и был бледен, а судя по глазам совсем недавно плакал, чего не сказать о Бодгарде, который конечно и сохранял скорбное лицо, даже сказал проникновенную речь о потерях и предательстве, о продолжении жизни и том что заговор наконец-то полностью раскрыт, но убитым горем он все равно не выглядел. Они продвигались ужасно медленно, а нервы звенели натянутой струной, сейчас в городе и поместьях идет зачистка предателей, - Родерик не называл имен, но рассказал кому доверил это, что ж, свои люди нужны и в преступных кругах как выяснилось, - а Ольшена с Дамианом могли раскрыть в любой момент, попадись они на глаза тем кто их хорошо знал. А может и попались, но пока никто не спешил выдавать их инкогнито. Оказавшись перед возвышением Кириен поклонился, Дамиан же стрельнул глазами в Родерика, что стоял у входа и получив легкий кивок головы, вместо того чтобы представится ловко запрыгнул к мужчине выхватывая нож, Ольшен последовал за ним взяв на себя омегу. В зале тут же раздался шелест доставаемого оружия и вскрики особо впечатлительных. - Стража! - крикнул Бодгард, он не ожидал нападения, поэтому сейчас сидел не в силах пошевелиться и бледнел не от приставленного к горлу клинка, а от медленного узнавания лица напротив, стража не пошевелилась, так и оставалась у запертых дверей с мечами наголо. - Здравствуй, граф Нириат, - улыбнулся ему Дамиан и спокойно обошел трон вставая со спины но не опуская оружия, - Господа, прошу простить, но бала сегодня не будет, все омеги могут покинуть тронный зал и отправиться по домам, вам не станут препятствовать, присутствующие же альфы должны сложить оружие, вы останитесь во дворце для допроса. В повисшей тишине кажется было слышно как быстро бьются сердца присутствующих. - Дамиан? Дами! Ваше высочество! Наследник! - робкие выкрики переросли в общий гул голосов. Ну что ж, как говорится, жить - так по полной, умирать - так с музыкой. Кажется возвращение из мертвых им удалось на славу. *** Знакомый жар разливался по телу приятными судорогами сводя мышцы, Ольшен скинул халат забираясь в постель полностью нагим и откинул с лица короткие, наполовину черные волосы, потянувшись к тумбочке за темным пузырьком с настоем. Взгляд упал на уродливый шрам пересекающий ладонь, его память о том форте и пленении. Сколько они пережили вместе, два счастливых года учебки, полгода ужаса второй Чеченской кампании, смерть, разлуку, девять месяцев счастья. Перед глазами мелькали картинки, улыбки близких людей, мама, папа, его вторые родители, то как он яростно избивал сводного брата, как нырял в ледяную воду вытаскивая на поверхность Дамиана и задыхаясь от холода, как они смеялись в Таледе путешествую по горам, как Дамиан бережно обнимал его ночью после плена когда увозил в лагерь бьющегося в истерике Ольшена, как он стоял на коленях перед Нему, как из ослабевших пальцев выпала депеша о затонувшем корабле, казнь предателей через два дня после их возвращения, Ольшен не хотел смотреть, убить в бою это одно, а вот так, совершенно другое, но он стоял рядом с Дамианом и чувствовал тепло его руки, так же как на коронации когда им на голову опускали короны он чувствовал его тепло и поддержку. Он вернул пузырек на место и лег на постели звездочкой, шанс понести в течку 100%, он понимал это… - Дим, ты скоро там? - крикнул он в сторону гостиной где Димка задержался отдавая последние распоряжения, его не будет несколько суток, да течка еще даже не началась, но сейчас заметить на это время короля было просто некем, вот и подготовились как только начались первые признаки. *** - Родной, ты слишком жесток с мальчиком, он ведь все решил, давай я ему хотя бы напишу? - Кресандин сидел на террасе и играл с племянником, Гийом же улыбался читая депешу. - Рано, о наследнике объявят и вернемся, пусть еще на себя рассчитывает, не расслабляется, я от дел отошел, да и Родерик за ним там присмотрит, - улыбнулся Гийом мужу и отпил еще чая прикрывая глаза и подставляя лицо ласковому морскому бризу, хорошо тут все таки, спокойно, а Линер вообще душка, повезло родственнику с мужем. *** На кладбище было на удивление солнечно, хотя и достаточно морозно, зима в этом году не зверствовала, хотя и началась на удивление рано, первые морозы ударили уже к середине ноября. Невысокая, рыжая, хотя и с проседью в волосах, женщина поправила искусственные цветы и бережно провела пальцами по фото на памятнике. Она поседела сразу, когда пять лет назад к ней на прог явилось трое мужчин в военной форме и сообщили о гибели сына. Ей казалось что она умерла в тот же день на месте, упала бы там же, на пороге, но ее подхватили, провели в квартиру, дали воды. Это были сослуживцы, но не ее Алешки, а его капитана. Хоронили их вместе, рядом, она не занималась этим, была в некоторой прострации, все занимался муж Коленька и сослуживцы, которых на похороны собралось с несколько десятков человек, совершенно разных, отставных, действующих, комиссованных. Она только спросила почему рядом, ей ответили что Дмитрий Иванович Найденов сирота, а погибли они вместе. В принципе женщину ответ устроил, только на девятый день придя на могилку к сыну она наконец-то обратила внимание на фото которое поставили между двумя холмиками. Ее Алешка, счастливый, в камуфляжной форме, запрыгнул со спины и почти сбил фуражку высокого темноволосого мужчины с открытой искренней улыбкой, так улыбаются не всем, она понимала это. Напрямую спросила когда встал вопрос о памятнике, на сорок дней, Федотыч, прапорщик который служил с ними отвел глаза и это было больше чем ответ. Мария не знала что бы она сделала и как отреагировала будь Алешка жив, но сейчас поняла, что счастлива от того что сын успел полюбить и стать любимым, и ей было все равно кто стал его избранником. Памятник ставили общий, один на двоих, и было все равно на косые взгляды, она так захотела. - Мам, я все, пошли, замерзнешь, - подошел к ней высокий, еще по юношески нескладный, парень - Гош, ты главное помни я тебя всегда пойму и поддержу, чтобы не случилось, слышишь? - Ну… - он замялся и отвел глаза, чем насторожил женщину, а потом вдохнул поглубже и выпалил на одном дыхании, - Светка беременная. Они усыновили Гошу спустя год после гибели Алешки, Мария не знала почему решилась на это, может в благодарность к сироте Дмитрию, может пыталась заменить сына, но к мальчишке они с мужем прикипели как к родному, да и он к ним тоже, а сейчас эта почти восемнадцатилетняя шпала прятала глаза и краснея признавалась сразу в двух вещах, что света не просто подруга и что она ждет ребенка. - Вот и славно, значит пора свадьбу готовить, - улыбнулась ему женщина и потрепала по волосам уводя домой.

Большое спасибо что прочли "И даже смерть не разлучит нас", надеюсь что вам понравилось это произведение. Как автор хочу сказать что оно, - удивительно да? - мне нравится, хотя понимаю, что оно довольно простенькое и нужна вычитка, но ей я буду заниматься по окончании всей трилогии. Было бы приятно узнать ваше мнение о работе, положительное или нет - не важно, но раз вы дочитали досюда, надеюсь оно все таки больше положительное, чем негативное :) Жду вас во второй части трилогии "Преодолеть горизонт событий", книги между собой связаны, но не являются продолжением друг друга. "Горизонт" - это история Кристиена которая начинается через год после событий первой части. Полюбившиеся персонажи там так же будут, но уже в качестве второстепенных. ссылка на вторую часть: https://ficbook.net/readfic/12912670 Всех с наступающим новым годом! С любовью, ваша Сана.