Две стороны трона

Говорят, что Таргариены ближе к богам, чем к людям. Говорят также, что когда рождается Таргариен, боги подбрасывают монету, чтобы посмотреть, какой стороной она упадет. Но фокус с монетами в том, что у них две стороны. Кажется несправедливым, что есть только два варианта — безумие или величие. Должно быть, поэтому боги иногда уравновешивают чашу весов и оставляют монету стоять на ребре, заставляя её вращаться в неизвестности. Для некоторых Таргариенов монета никогда не падает одной стороной, в них всегда живут обе. Так было с Висеньей Таргариен, Королевой-Завоевательницей. Она никогда не славилась добрым сердцем, в отличие от сестры. Однако она была известна тем, что оберегала Эйгона и заботилась о процветании королевства, не говоря уже о её деяниях на полях сражений. То же самое можно было сказать и об этой паре. Неукротимые Таргариены, которые брали то, что принадлежало им, и принимали решения наперекор воле своего короля. Деймон и Висенья были неудержимы — и каждый в Семи Королевствах знал это. Колокола зазвонили, возвещая о смерти короля. Когда пришла весть, Висенья рухнула в объятия мужа, а он безмолвно плакал, уткнувшись в её шею. Смерть монарха, казалось, застала всех врасплох, хотя о его слабом здоровье знали все. Король Визерис I, Мирный, как его называли. Правление тишины и безопасности, без бурь войны или завоеваний. Вся семья собралась в Тронном зале. Рейнира должна была быть коронована, но всё оказалось не так просто. За время изгнания и с момента возвращения Деймон и Висенья позаботились о том, чтобы о них не забыли. Да, они совершали добрые поступки по зову сердца, но они знали, что это принесет им популярность. Деймон был мстителен; он был готов на всё, чтобы сокрушить Рейниру и усадить свою жену на Железный трон. У Висеньи же была та самая кроткая улыбка, заставлявшая мужчин преклонять колени, когда она проходила мимо. Они были заодно. И они знали, что победят. На их стороне были «Зеленые», как называла их Рейнира, поддержка Пентоса, любовь простого народа и многих лордов. А еще у них было то, чего у неё никогда не будет — истинные наследники Таргариенов. — Ваше Величество, — начал гвардеец, — мы кое-что нашли, возможно, вам стоит на это взглянуть. Мужчина протянул ей свиток пергамента. Алисента развернула его, и то, что она прочла, повергло её в шок. — Что там, мама? — спросил Эйгон, стоявший подле неё, пока остальные члены семьи внимательно наблюдали за её реакцией. — Перенесем это в зал Малого совета. Только семья, — распорядилась королева Алисента и направилась к дверям, сложив пергамент так, чтобы скрыть написанное. Висенья и её муж заняли места за столом, их дети встали рядом. Рейнира и Лейнор сели напротив них, а Алисента — во главе стола, с Эйгоном по праву руку. — Что в этом письме? — спросил Деймон, в то время как Эймма сидела у него на коленях, опечаленная смертью дедушки. — Это письмо было найдено подле Короля. Оно датировано вчерашним числом и подписано им лично. В нем он пишет о своих сожалениях и... — Читай, — потребовала Рейнира. — Хорошо.

«Моя дорогая семья,

В моей жизни было много поводов для раскаяния — в том, как я поступал с каждым из вас.

Я хотел бы всё изменить, но время ушло, а я так и не сделал этого.

Мне невыносимо больно видеть раскол между моими детьми. Я понимаю, что вина за это лежит на мне, так позвольте мне всё исправить.

Я, Визерис из дома Таргариенов, первый этого имени, Король андалов, ройнаров и Первых Людей, Лорд Семи Королевств и Протектор Королевства, настоящим изменяю порядок престолонаследия.

Принимая во внимание события последних лет, моя перворожденная дочь не годна для того, чтобы восседать на Железном троне. Безумие овладело её душой, она угрожала собственной крови и причиняла ей вред.

Посему я избираю свою вторую дочь, принцессу Висенью из дома Таргариенов, следующей в очереди на Железный трон, дабы она продолжила славное имя Таргариенов. Её сын Бейлон будет править после неё.

Я понимаю, что это может стать потрясением, но моё последнее желание — объединить королевство, а Висенью любят все. Она — Обещанный Принц.

Что касается моих младших детей, я надеюсь на ваше прощение за недостаток моего внимания и верю, что ваша сестра предоставит вам достойное место при дворе, как вы того пожелаете.

Я очень сильно люблю вас всех.

Ваш муж, брат, отец, дед и Король,

Визерис Таргариен».

В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Рейнира медленно поднялась, её лицо побелело от ярости, а взгляд был устремлен на Висенью. В комнате воцарилась тяжелая тишина. Эйгон выглядел облегченным, как и его мать — в конце концов, этот поворот событий был им на руку. Висенья была ошеломлена: отец никогда прежде не выбирал её вместо сестры. Что же касается Рейниры, она была в ярости. — Это нелепо. Мой отец не изменил бы решения. Только не ради неё, — она смерила младшую сестру косым взглядом. — Письмо написано и подписано. Это его почерк, Рейнира. — По-моему, всё предельно ясно. Отец хочет, чтобы это была Висенья, — Эйгон заступился за сестру. — Мой отец выбрал меня! — выкрикнула Рейнира, вскакивая с места. — Он не только твой отец, — наконец подала голос Висенья. — Тебе это наверняка безумно нравится. — Я видела вещи и похуже, — Висенья усмехнулась старшей сестре. В этот момент было объявлено о прибытии Малого совета. Лорды вошли в зал, и им зачитали содержание письма. Принцесса Висенья с тревогой ждала их реакции: поверят ли они последней воле отца или продолжат поддерживать Рейниру? — Ну и? — вмешалась Рейнира. — Мы можем начать планировать мою коронацию? — Она попыталась улыбнуться, но все видели, что это лишь фарс. — Видите ли… — лорд Ланнистер огляделся, словно спрашивая разрешения говорить и опасаясь присутствия драконов в комнате. — Теперь у нас есть новые сведения. Король передумал, принцесса. — Вы преклонили предо мной колено! — Не все из нас, принцесса. Это делали наши отцы. Кроме того, мы должны чтить волю покойного Короля. — Вы коронуете её вместо меня? — в гневе закричала Рейнира. — Она была в изгнании и только недавно вернулась! — Что ж, у принцессы Висеньи более сильные права. — С чего бы это? — Её дети, — ответил он, опустив взгляд, — и, конечно же, последняя воля короля. — Я велю отрубить тебе голову! — Она бросилась к лорду, но муж удержал её. — Рейнира! Это бессмысленно. — Она пытается украсть мой трон! Трон Джакериса! — Возможно, ему будет лучше без этого трона. Эта одержимость губит тебя. Она выбежала из зала. Она была в бешенстве и собиралась доказать всем, что она — Королева. В зале Малого совета никто больше не шевельнулся. — Кто поддержит права моей жены? — наконец произнес Деймон, обводя взглядом членов совета. Он знал, что на его стороне бывшая королева-консорт и её дети, но ему требовалось большинство в совете. — Принцесса Рейнира явно лишилась рассудка, — ответил Порочному Принцу лорд Тайленд. — Я не присягал ей и никогда не стану. Я поддерживаю права принцессы Висеньи. — Как и я, — согласился лорд Уайлд, что было странно, учитывая его убеждение, что мужчины должны иметь приоритет перед женщинами. — Король, похоже, действительно передумал, однако мы все клялись принцессе Рейнире. Это может быть расценено как измена, — вставил лорд Бисбери. Великий мейстер подошел к столу: — Мы не можем игнорировать жизненно важный факт. Принцесса Рейнира проявляет признаки безумия. И это длится уже давно. Король… — он замялся, поймав на себе взгляды присутствующих, — король просил нас внимательно следить за детьми. Она срывалась и кричала на них всё чаще и чаще. Не говоря уже о случаях, когда нам приходилось удерживать принцессу, чтобы она не навредила самой себе. — Все было настолько плохо? — спросила Висенья, чувствуя в глубине души искру жалости к старшей сестре. — Именно так, принцесса. Нас просили хранить это в тайне — только мейстеры и служанки знали правду. Но поскольку сейчас это вопрос государственной важности... — Вы очень молчаливы, лорд Корлис, — заметил Деймон, и Висенья перевела взгляд на Морского Змея. Тот помедлил с ответом. Его внуки были в очереди на престол, и мало кто верил, что он примет сторону Висеньи. Всем было известно, что когда-то он хотел видеть на троне свою жену, а позже женил Лейнора на Рейнире, чтобы его кровь воцарилась в Королевской Гавани. — Я разрываем противоречиями, Деймон. С одной стороны — мой сын и внуки. С другой — благополучие королевства и то, что Висенья мне как дочь. Ты должен меня понять. Много лет назад ты хотел видеть на троне брата, но всё же признавал, что Рейнис была бы доброй королевой. — Речь не о моей кузине. — Но речь о твоей жене. — Речь о государстве! — Тебе плевать на государство. Тебя заботит род Таргариенов и твоя семья, — парировал Корлис. — Каков ваш ответ, лорд Корлис? — вмешалась Висенья, пока Деймон не вспылил. Лорд посмотрел на сына, и Лейнор кивнул ему. После недолгих раздумий Корлис произнес: — Обычно я не принимаю таких решений, не посоветовавшись с женой. Но мы на вашей стороне, принцесса Висенья. Я клянусь защищать вас и ваших наследников, — он преклонил колено. — Благодарю. Присядьте, мой друг. — У меня есть одно условие, — подал голос Лейнор. — Какое? — Мои дети. Я хочу быть уверен, что они в безопасности и не будут изгнаны. — Никто не причинит им вреда, Лейнор. Они всего лишь дети. — Раз уж мы занимаемся делами, возможно, пришло время сообщить совету и семье о принятом нами решении, — начала Алисента. — Мы решили обручить Бейлона и Хелейну, когда они достигнут совершеннолетия. — Мы поговорили с ними, и они согласны. Если Бейлон унаследует трон после меня, Хелейна станет его королевой, — улыбнулась Висенья. Бейлон тепло посмотрел на тетю; они успели стать добрыми друзьями, и он был рад, что его супругой станет столь чистая сердцем девушка. — Я хотела бы предложить еще кое-что, — добавила Висенья. — Мы с Деймоном обсуждали это. Мы думаем предложить помолвку между Люцерисом и одной из наших дочерей. — Серьезно? Вы бы этого хотели? — удивился Лейнор. — Независимо от сегодняшнего исхода, это хорошая идея. Люцерис должен унаследовать Дрифтмарк, а наши девочки — принцессы Таргариен. Деймон посмотрел на дочерей; Алисса выглядела недовольной. — Что вы об этом думаете? — спросил он их. Алисса заговорила первой: — Вы пытаетесь свергнуть принцессу Рейниру, почему одна из нас должна выходить за её сына? — Люцерис унаследует Дрифтмарк после сира Лейнора. Та, что выйдет за него, станет леди Дрифтмарка. Люк — славный мальчик. Это лучше, чем если лорды со всего света будут пытаться забрать тебя силой. — Вы останетесь с нами так долго, как сами того пожелаете, — шепнул Деймон дочерям на ухо, — но это очень поможет вашей матери. — Я не против, — отозвалась Эймма. Она знала, что сестра хочет быть воительницей, а не женой. — Мне нравится Люцерис. Но не думаю, что Рейнира это позволит. — Я позволю, — твердо сказал Лейнор. — Это прекрасный союз для наших домов. Лорд Корлис выглядел довольным: брак между его любимым внуком и доброй дочерью Висеньи, которую он любил как родную, казался ему идеальным завершением распри. В городе прогремел оглушительный взрыв. Его эхо докатилось даже до залов совета. Висенья и Деймон бросились к ближайшему окну, не веря собственным глазам.— Ваше Величество! — в комнату ворвался стражник, задыхаясь от быстрого бега. — Принцесса Рейнира... она... — он перевел дух, глядя на Королеву. — Она оседлала своего дракона и направилась к Городу... и... — Она жжет людей, — закончила за него Висенья, чье лицо стало белее мела. — Что нам делать?! — Алисента в панике обернулась к сиру Харрольду, лорду-командующему Королевской гвардией. — Я полечу туда, — отрезал Деймон, оглядывая присутствующих. — Я знаю Рейниру. Я заставлю её вернуться. — Я лечу с тобой, — добавила Висенья, крепко сжимая руку мужа. — Это слишком опасно! — воскликнул Эйгон. — Мы обязаны её остановить. Она убивает невинных, она окончательно лишилась рассудка, — бросила Висенья брату и подошла к Рони. — Охраняй моих детей. Воин кивнул и заслонил собой принцев и принцесс. Деймон и его жена поспешили наружу, к своим драконам. Это зашло слишком далеко...