Лучшая ночёвка в моей жизни!

Мы лежали на двухспальной кровати Ника в обнимку. Там всегда тепло и комфортно. Его пастель пахла духами, со вкусом вина и сладкой клубники. — Как я обожаю твои волосы Чар… В них хочется зарыться и утонуть. Ник поглаживал Чарли по голове, одновременно вдыхая запах тела брюнета. Его мальчик пах сладко. Блондин не мог объяснить чем, но точно знал, что это сладко. — Я тебя люблю! — А я тебя больше. — Нет, я больше! В порыве эмоций и дурачества Нельсон оказался на мне. Ощущалось все это странно. К моему лицу прибила кровь, а тело переставало слушаться. Ник стал нежно целовать шею Чарли. Облизывал его ключицы, и проводил мокрую дорожку от плеча до щеки. — Мне как-то стыдно говорить, но у меня встал. Несколько минут мы пошло тёрлись друг о друга, начиная раздеваться. Боже мой! На его нижнем белье выступили капли смазки. Углубляясь в поцелуй, я не заметил, как мой парень залез мне в боксеры. Он стал поглаживать член и головку. — О, боже. Ник! Ммх~ — Я хочу тебя. Тебя, тебя, и только тебя. Мы полностью разделись. У Ника был больше, но при этом, наши пенисы смотрелись гармонично вместе. Мне это нравилось. Парень с крупным телосложением и блондинистыми волосами сел, и облокотился на спинку кровати. Чарли устроился между ног парня, и взял в рот его пенис. Брюнет начал посасывать, играя с яйцами. По всей комнате разносились чертовы причмокивания в перемешку со стонами Ника. — Я хочу кончить в тебя. — Да... Кудрявый лег на кровать, блондин же навис над ним. В перемешку с жаркими поцелуями, старший подложил небольшую под попу Спрингу. — О, нет! У меня нет презервативов. Только смазка. — Я взял с собой, возьми из рюкзака. Парень достал два презерватива. Один бросил рядом, другой открыл и надел на палец. Смазав обильно смазкой этот палец, Ник посмотрел на Чарли, спрашивая разрешения. В ответ получив кивок, приставил палец к аналу. Первые две минуты блондин растягивал одним пальцем, потом приставил второй. Одновременно с этим, Нельсон играл с сосками. Сначало полизывая, а потом пощупывая маленькие розовые горошины. Чарли извивался под юношей, стонал и пытался потеряться сильным возбуждением о тело любимого. Спустя пять минут в барабанщика входило спокойно три пальца.