Сесилия

****** В Сесилии редко выдаются такие деньки, когда можно честно сказать самому себе, что доволен своей жизнью. Здесь не бывает слишком дурно, но и слишком хорошо бывает редко. Просёлочные дороги залиты оранжевым светом рассвета, но почему-то совсем не тёплым. А в лесных дебрях уже десятилетиями не было дождя. Странно, но что-то не даёт мху покрывать старые каминные изваяния. Древние руины того, что когда-то было городом, центром плясок, жизни и смерти - будто отгоняли всё новое, что должно взойти на места старого, но и к старому, то есть самому себе, относились от чего-то с брезгливой снисходительностью. Ведь былого величия не было в том, что могло стать пугающими утёсами скал или обрубленным каменным лесом. Время будто бы остановилось. Сесилия была будто бы телом, для каждой души, что находилась в ней. Всей флоры и фауны. Она была до боли маленькой и тесной, почти для всех. Но удивительно то, что никто не знал, где она кончается, и кончается ли вообще. Сесилия, похоже, всей душой любила своих маленьких поселенцев. Поселенцы не знали, когда именно они очутились в Сесилии. Кто был первым из них? Что было до них? В чём их предназначение? Знали они лишь то, что когда-то давным давно, много эпох назад, Сесилия заговорила с ними, она сказала: живите. Похоже, это было большим ударом для них, ведь родившись сразу мудрыми и вдумчивыми, они успели разочароваться в тщетности бытия, и чуть было не утопились. Но сейчас поселенцы, эти худенькие существа, с большими глазами, маленьким носиками, заострёнными ушками и болезненной наружностью - не знали, что им делать, и как жить. В их центре хранятся великие труды, которые они сотворили с помощью знаний и не дурной фантазии. Но трудов этих, как ни странно, не очень много. Странно другое: чем они занимались все эти эпохи ? Маленькие поселенцы парой даже рождаются, удрученными и насытившимися. Необычно, что столько времени ничего не меняется. Время действительно остановилось. И посему, смертью это было назвать сложно. С каждым рождением маленького поселенца Сесилии, исчезал другой поселенец. Численность не менялась, популяция не снижалась, а уровень жизни был настолько же туманным, насколько и всё остальное загадочным. Что касается самой Сесилии, то эта глупышка с авантюрными затеями всегда была в своём репертуаре. Она из тех особ, которым непременно нужно владеть чем-либо в непосредственной близостью рядом с собой, чтобы иметь возможность наблюдать, и ПОМНИТЬ. Этот сгусток энергии мог расправить плечи и разрастись такими гранями, что ни конца ни края ей не было бы. Но маленькие галактики с их малюсенькими планетками были такими крошечными, что ей захотелось и самой уменьшиться, чтобы понаблюдать. Не знаю даже, что именно заставило Сесилию вдруг воззвать к своей чести и решиться на столь отчаянный поступок, но она решила играть в честную игру, и сама стала своего рода планетой, чтобы иметь ограниченные возможности по отношению к существам, которых в последствии заведёт. Она могущественна, и у неё это получилось. Хотя сложно сказать, именно этого ли она ожидала, и пытаюсь ли вообще прогнозировать свои действия, но случилось следующее: все созданные галактики, все созданные миры, на которые у неё не было времени, все звёзды с их светом и вся тьма, всё это сжалось в ядро планеты. А на поверхности, в сущности, не было ничего примечательного. Кроме маленьких существ, которые изрядно устали, стали циничными, и честно говоря, скучными. Но Сесилию всё более чем устраивало. О, она гордилась собой пуще прежнего. Самодовольству не было конца и края. И в конечном итоге она подобно коту, с характерным мурлыканием просто уснула. Погрузилась в свои нескончаемые грёзы, которые поддерживали ядро и сохраняли конструкцию, но увы, оболочки это не почти не касалось. Нарциссичный разум, не желающий выпускать из поля зрения живых существ, пусть и собственноручно созданных, конечно, не мог обращать внимания на личный регресс. Та ужасающая плотность, которая появилась из-за тщеславных амбиций Сесилии, поразила бы любой соседний разум, и ввергла бы в непомерный страх, но, увы, доселе не было было известно, имелись ли вообще такие ещё. Наверное, было бы проще жить, надеясь, что у столь могущественного существа как Сесилия, должна была быть ответственность перед самой собой, перед существами, которые родившись, имели и внезапное и неотъемлемое право умирать. Но разве может желание созидать и контролировать, быть под руку с состраданием и совестью? Не знаю даже, когда вообще такие понятия появились, и стали иметь место "быть" в нашем мире. Должно быть, сложись всё сперва иначе, то ярлыки вешались бы совсем иные. Всё было бы не чёрным, или белым, а например бескрайним и осязаемым. Но мир, в котором сам этот мир, не ответил ни себе, ни подопечным, на столь огромное количество вопросов, просто не мог не стать таким плоским и печальным. Руководствуясь лишь собственным я - и его пониманием, все остальные тоже, становятся либо просто такими же, либо не такими же. Подходящими нам, и нашему уму, либо не подходящими. Быть умными - значит знать. А поселенцы, как мы уже и говорили, знали всё. Но теперь, вы наверное уже и сами догадались, что знать здесь было мало чего. Несправедливо и наивно было бы ждать от них объяснений тому, почему всё замкнулось в ядре и поверхности. Сесилия была сейчас, и, уже давно, лишь этим. Её знания сводились к её возможностям. А возможности, давно были заперты в рамках размеров. Жизнь "за" была невозможна, пока невозможно было желание. А желания не было, и больше, увы, быть не сможет никогда. Растущие грани пустот были, по сути своей, лишь иллюзией. Поселенцы же, иллюзий не любили. Умирающий поселенец имел колоссально значимую для всего мира возможность - исчезнуть. Его последний триумф не вызывал бы ничего нового для других. Ни взрыва, ни света, ни тьмы. Но даже на это никто другой уже не был способен. Даже угасающая Сесилия. Её исчезновение имело бы значение миллиарды лет тому назад. Но сейчас, создав свои собственные правила игры, например время и силу, она лишь вернётся в то, что можно было бы назвать "началом". Другой разум, не похожий на Сесилию, и одновременно похожий на на неё, мог бы создать иные правила. Но возможность была упущена уже в тот момент, как появилось само имя - Сесилия. Сдавленное чувство обречённости и тщетности, именно так, должно быть, всё это выглядело. Круговорот того, что могло бы стать пространством, стал временем. Нет больше даже граний и сил, есть начало, есть настоящее, и вновь начало. Так и было бы до самых пор, пока одному из поселенцев, не стала отведена лишь минута поверхностного времени. Удручённые и пресытившиеся, все работают и создают с разной скоростью. Разница лишь в месте появления и осязаемых видах. Данный же поселенец, очутился невесть почему в ядре. Оглушительный, чудовищный взрыв - именно так бы сейчас мы это назвали. Но это лишь было началом. А затем - сейчас.