"Tale of Rune". Или же моя совместная жизнь с принцессой из тёмного мира

«Всех и каждого тут перемелет в порошок,

Хочешь без умолку молись,

Хочешь прими без лишних слов,

Если повезёт! Рассыплет между звезд,

У следующих зевак над головой

Что осталось мне?

Что осталось мне?...»

      У вас бывало такое, когда вы весь день мечтаете о теплой постели и спокойном сне, но как только вы получаете желаемое, ваш телефон начинает разрываться от бесконечных звонков? Если у вас такого не было, то либо у вас нет друзей, либо вам повезло. А вот мне нет.       «Твою мать… да кто там названивает?...» – это было единственное, что пронеслось в моей голове в тот миг.       Кое как подняв трубку, я уже хотел ответить, но голос на той стороне даже не стал дожидаться моего приветствия.       – Крис, это полный провал… – донеслось из динамика моего телефона.       Я без каких либо сомнений смог определить звонящего по его голосу. Спустя секунду на подумать перед ответом, я протяжно вздохнул, а после все же спросил:       – Бердли… ты о чем?... Ты время вообще видел?! – раздражённо выпалил я.       Время и в правду было позднее, мы с Рози почти заснули, но наш сладкий сон очень быстро прервался бесконечной мелодией моего рингтона. К слову о Рози, этот неожиданный звонок тоже её разбудил. Пока я отвечал, девушка тем временем кое-как, без очков, протирая свои глаза, дотянулась до стоящей на тумбочке лампы. Включив её, она тут же повернулась в мою сторону и, абсолютно не осознавая происходящего, спросила:       – Крис… что происходит?... Кто звонит?...       – Да Бердли, блин! – тут же ответил ей я, а после, вернувшись в разговор с ним, снова спросил: – Что произошло? Неужели это не может подождать до завтра?       Бердли на секунду замешкался, будто раздумывая над ответом, но все, что он смог проронить, так это:       – Наш альбом… – еле слышно начал он.       – Ну? Что не так то?       – …мы не сможем закончить его вовремя…       Я на миг замолк, пытаясь переварить услышанное. Но взглянув на изрядно замученную Рози понял, что лучше все же оставить её в покое.       – Бердли, я через минуту перезвоню, хорошо?       – Нет… Ты сможешь выйти на улицу? Я скоро подъеду к вашему дому, нам лучше поговорить лично.       Весьма удивившись, я понял, что мне ничего не осталось, кроме как согласиться. Повесив трубку, я тут же сказал Рози, чтобы она не беспокоилась и легла спать. Но ведь она же у меня не глупая…       – Что-то случилось?       – Не совсем, но не волнуйся, никто не умер! – выдавив из себя улыбку, ответил я.       На что девушка устало улыбнулась в ответ, а после, выключив свет лампы, спросила:       – Обещаешь, что расскажешь об этом завтра утром?       – Конечно… – сказал я, потянувшись к её щеке. А после мимолетно проронил: – Спокойной ночи, люблю тебя.       Промычав еле как «угу», я оставил Рози витать в царстве Морфея, ну а сам принялся собираться на неожиданную встречу. Быстро одевшись, я вышел на улицу, где меня уже поджидал знакомый фургон. Сев на переднее сиденье, я увидел весьма уставшего, и при этом расстроенного Бердли. Его веки подрагивали, глаза были на мокром месте, а крылья крепко вцепились в руль. Взглянув буквально мне в душу, он неловко проронил:       – Извини что так поздно потревожил… завтра можешь выйти на работу чуть позже.       Меня еще сильнее удивили его слова, ведь Бердли никогда не был столь щедр на подобную смену рабочего графика. Пытаясь отвлечься от рабочей этики, я решил сменить тему.       – А что, Чару не будем будить?       Бердли не стал долго таить и, неловко выдохнув, проронил:       – Я до неё не дозвонился. Слишком крепко спит. Ну да ладно, это уже и не так важно… Может прокатимся?       – Ну, раз уж разбудил…       Этих слов было достаточно, чтобы Бердли снял ручник и вдарил газ в пол. Некоторое время мы ехали молча, пока я все же не спросил о произошедшем. На что помятый Бердли ответил:       – Крис… полная запись альбома нам не только не по карману на данный момент, но мы банально не успеем написать еще четыре песни до предстоящего гига.       Так вот в чем дело… Если честно, это и в правду было довольно печально, ведь нам оставалось меньше половины до полного завершения всей истории. Я тоже чувствовал себя виноватым в этой ситуации, ведь не мог так быстро придумать текста и свои партии, а уж про то, чтобы выучить их, так вообще молчу. Пытаясь мыслить рационально, я спросил:       – Что мы можем сделать в данной ситуации?       Но Бердли похоже не так сильно разделял мой энтузиазм, поэтому честно ответил все, как есть.       – Я не знаю. У нас готово только пять песен из десяти. Для двух только текст и пару демок, ну и для еще одной лишь огрызки текста. И то, если мы сможем за неделю дописать те две песни, я не думаю, что они не будут сделаны на отъебись.       Это было довольно грубо слышать, но за то честно. Наш лидер был прав. Пытаясь что-то придумать, я смотрел в окно на пейзажи мимо пролетающего ночного города, пока наш автомобиль пролетал улицу за улицей. Его яркие огни напоминали мне о старом и добром кибермире. И о кое-ком ещё…       Но взглянув в один момент на своё отражение в оконном стекле машины, я обратил внимание на свое уставшее, уже давно не бритое лицо. Еще пару лет назад, я бы побрезговал называть свое отражение собой, но сейчас…

«Я каждый день сквозь бледное стекло

Смотрю, и кто-то, кто-то сквозь него

Смотрит на меня в ответ,

Печалью стирая следы прошлых лет…»

      Я уже давно принял себя таким… Я – это я. Но с каждым днём, с каждым прожитым годом, вся моя жизнь кажется бесконечным сном, а я сам являюсь ничем иным, как путником без пути…       – А под окном, как звезды, мерцали фонари…       – М? Ты о чем? – непонимающие спросил Бердли.       На что я, попытавшись улыбнуться, ответил:       – Да так, в очередной раз пытаюсь погрузить себя в прошлое ради очередной строчки для песни.       – А, ну тогда думай, надеюсь не отвлекаю! – с еле проступившей на лице ухмылкой произнес он.       «Да нет, думаю, я пришел в тупик…» – подумал я.       И все же, куда меня и Рози приведет такой путь? Если я о нашем будущем даже никогда не думал. Я все хотел найти способ вернуться домой, к маме и папе, ну а теперь эта цель у меня далеко не главная. Может… мы и не вернёмся никогда?...

«Куда наш путь…

Гнет жизни колея?!»

      И в тот миг во мне словно что-то щёлкнуло. Ведь все это время, глубоко внутри я отчётливо осознавал, что у нас этого не выйдет. Мы в прямом смысле упали с небес на землю! Неужели, все эти разговоры о музыке, о семье и дружбе были лишь сплошным отвлечением от главной цели? Да. Это правда. Пора признаться себе и Рози, что мы уже не сможем попасть назад. Я ничего не могу поделать…       – Крис?... ты как? Ты будто сейчас расплачешься! Ну ладно я расстроился, но ты-то! Я… я сейчас тоже заплачу… – слегка зашмыгав клювом, сказал Бердли.       И он не врал. Взглянув в его лицо, полное печали, я прекрасно понимал, что он чувствует.       – Включи музыку погромче… и давай договоримся: никто об этом не узнает. Хорошо?       Молча кивнув мне, Бердли тут же сделал музыку громче. И в очередной раз на моей душе появилась небольшая ранка, которая прекрасно дополняла еще сотню таких же. Мы оба должны были выплакаться в тот миг, ведь сил уже совсем не оставалось.       Дальнейшие события я уже и не вспомню, эмоциональный всплеск затмил мой разум слишком сильно. Пришел я в сознание только в тот момент, когда Бердли подъезжал к моему дому. Когда мы неловко попрощались между собой, он вполголоса проронил короткое спасибо, на что я кратко кивнул головой и поспешил домой. Сейчас я прекрасно осознаю, что должен был хоть как-то поддержать его, но мне просто было нечего сказать.       Кое-как открыв дверь в дом и переодевшись, я тут же лег пластом в кровать, ведь сил на что-то другое не было.       Взглянув на следующее утро в свой телефон во вкладку "заметки", я наткнулся на фрагменты нового текста песни, который был лаконично назван мною «Колея». А после мне предстоял очень тяжелый разговор с Рози, к которому я совершенно не был готов. Благо хоть повод нашелся очень быстро…       – Крис! КРИС!!! ВСТАВАЙ! ТЫ НА РАБОТУ ОПОЗДАЛ!!!       Естественно, Рози не знала о том, что Бердли дал мне небольшой отгул. С трудом открыв глаза, я рассказал все, как есть.       – Бердли вчера ночью потащил меня кататься по городу… Чтобы это компенсировать, он дал мне отоспаться…       – Неужели он просто так потащил тебя кататься в два часа ночи?! – разъярённо спросила она.       Мне снова было нечего сказать. Девушка отчаянно продолжала меня тормошить в надежде на ответ, но, все же поняв, что тут что-то не так, она коротко спросила:       – Крис, у тебя все в порядке?...       – Нет. – честно признался я.       Я совсем не хотел рассказывать Рози всю свою «скромную» правду, но я должен был это сделать.       – Я должен рассказать тебе кое-что… – уж было начал я.       Но принцесса тут же остановила меня. Она прекрасно знала, что когда я говорю подобного рода предложения, то лучше к этому соответственно подготовиться.       – Стой. Давай я лучше пойду, и сделаю тебе кофе…       – Звучит неплохо. – неловко промямлил я.       – …Я буду ждать тебя внизу. – с тоской дополнила она.       И Рози ушла, а я остался один. Сонный, уставший, но все еще живой. Еле как поднявшись с кровати и дошагав до ванной комнаты, я принялся к ежедневной рутине. И снова в зеркале я смотрю в него, а кто-то сквозь него… Сначала лицо, потом зубы… Все как всегда. Но как бы мне этого не хотелось, пора побриться.       Уделять особое внимание этому процессу мне совсем не хочется. Признаюсь честно, на удивление для самого себя этот момент мне кажется очень интимным. Я пытался сделать это настолько аккуратно, насколько это возможно. Да, как вы можете понять, я всеми силами пытался растянуть время любыми способами… В тот миг я все думал, как мне правильно подобрать слова, но…       – Крис? Ты там как? Твой кофе уже готов. – неожиданно послышалось за дверью.       – Я почти закончил.       Умывшись в последний раз и взглянув на «новое» отражение в зеркале, я наконец вышел из ванны. Там меня уже поджидала Рози, которая по выражению мордашки была весьма удивлена моей сменой имиджа, ведь я сбрил абсолютно все, что было похоже на усы и бороду.       – О, ты побрился. – спокойно, но при этом улыбаясь, проронила она.       – Тебе нравится?       На что принцесса потянулась своей лапкой к месту, где некогда были мои усы. Проведя пальцами по гладкой коже, она с улыбкой ответила:       – Теперь и не скажешь, что тебе уже за двадцать!       Это отлично смогло сгладить напряжение перед предстоящим серьёзным разговором, да так, что даже я смог наконец улыбнуться вместе с ней.       Но когда мы шли на кухню, я краем уха услышал:       – И все же… с усами и щетиной мне больше нравилось…       – Ничего, отрастет. – неожиданно ответил я.       Совсем не ожидая от меня ответа, Рози даже вздрогнула, от чего мне стало только смешнее.       Кухня в тот момент пустовала, да и во всем доме было такое ощущение, словно никого кроме нас в нем нет. Казалось бы, романтично! Но я точно знал, что в это время Азриель все еще храпит и видит десятый сон.       Переключив свое внимание сначала на кружку приятно пахнувшего кофе, а после на Рози, я сел за стол. Девушка последовала аналогично. Отпив из кружки, я почувствовал в кое-то веки не горечь, а приятный вкус, что не просто давал прилив бодрости, но даже и удовольствие. Да и молоко… его вкус был другим, словно оно было не коровьим. Я уж было хотел спросить в чем секрет, но взглянув на Рози, которая смущенно отвернулась в сторону после моего взгляда, я резко понял, в какой щекотливой ситуации оказался. Но в отличии от неё, меня это никак не смутило, ведь это было действительно вкусно.       Разговор все никак не клеился, поэтому девушка попробовала уловить нить диалога с помощью вкуса кофе.       – Н-ну как тебе?... – с неловкой улыбкой спросила Рози.       Казалось бы, ответ напрашивался сам собой, ведь по моему довольному лицу и так все было ясно. Но я все же решил слегка пошутить и заодно проверить мою теорию об этом кофе.       – Каждый день бы пил такое… – с ухмылкой, зато честно признался я.       Естественно, от такого прямого ответа лицо принцессы окрасилось в красный, а из огромных ушей словно бы пошел пар.       – Я… я постараюсь, но ничего не обещаю… – послышалось в ответ.       Ситуация была настолько спорной, что я решил прервать это неловкое воркование серьёзным разговором.       – Ладно. Давай лучше поговорим о кое-чем другом… – уж было начал я.       От этих слов лицо Рози тут же изменилось с красного на привычное белое.       – Итак, Бердли вчера ночью позвонил мне с целью сказать, что наш альбом, так скажем, откладывается… М-да…       – А что случилось?! – тут же послышалось в ответ.       – Проблема в трех вещах: в отсутствии материала, в отсутствии времени, ну и самое подлое, в отсутствии денег.       – И что теперь делать?... – расстроенно спросила она.       – Вот и у меня такой же вопрос. – честно ответил я.       – Значит, Бердли позвал тебя прокатиться, чтобы обсудить то, что вы будете делать дальше?       Говорю же, она у меня не глупая… все прекрасно понимает. Глубоко вздохнув, а затем выдохнув, я мысленно приготовился ко второй части плохих новостей.       – Да… именно так. Но я должен сказать тебе кое-что ещё… Когда я ехал в машине, я все думал о том, что будет дальше. Раньше я думал о том, что мы сможем вернуться назад домой, но… Прости. Пора признать то, что это теперь наш новый дом, и похоже, на всю оставшуюся жизнь.       Закончив свою тираду, я снова опустил свой взгляд. Благо мне хватило мужества рассказать правду самому дорогому человеку в лицо и не заплакать. На кухне повисло молчание, пока я не услышал, как Рози еле слышно всхлипывает и выдыхает. Ей тоже было очень тяжело это слышать. Но спустя еще пару мгновений девушка встала со своего стула и села рядом со мной. Рози крепко взяла меня за руку и, все еще молча, положила свою голову мне на плечо. И знаете, в тот момент я чувствовал, что даже несмотря на всю ту боль, что мы переживали вместе, я знал, что все в порядке.       Да, было проще соврать и не рассказывать правду. Еще проще сбежать от ответственности, чем идти к ней на встречу. Проще разрушить мосты, чем строить жизнь дальше. Ну и конечно…       – Проще сдаться, чем продолжить борьбу. Но я обещаю тебе, что пока мы есть друг у друга, я буду каждый день бороться. Этого хотели бы Ноэлль и Сьюзи, мама и папа, твои подданные и близкие, ну и потому, что этого хочу я. Как бы они не были далеко, они все еще с нами, внутри нас… Я… люблю тебя.       После этих слов у меня во рту появился сильно заметный привкус горечи, а с лица покатились соленые слезинки. В такие моменты всегда хочется тепла, и как хорошо, что мы были друг у друга. Теперь уже Рози плакала на моем плече, а не я на её, но нам обоим это было так нужно. Крепко обнимая друг друга, мы спустя несколько минут смогли успокоиться. И первое, что я услышал от неё, было…       – Знаешь, а я смогла придумать название для своей сказки…       – Ты это о той, которую ты так от меня прячешь, чтобы я не смог прочитать даже страницу?       Рози даже улыбнулась от такого ответа.       – Я обязательно тебе её прочитаю! Ну а пока хочешь узнать, как я её назову?...       – Конечно.       – Сказ о руне…       Меня сильно удивил такой выбор названия, и девушка это сразу заметила.       – Неужели не нравится?...       – Ну, нет. Просто мне интересно, кто из нас тогда руна?       И опять, прямо в яблочко! Рози снова посмеялась.       – Ну, а кто из нас был вечно нем как могила? – подшучивая, произнесла она.       – Можешь не продолжать…       И все же, как по мне, странное название. Но и пусть, лишь бы Рози была счастлива, и вместо печали на её мордашке красовался все тот же румянец и улыбка, а глаза, которыми она меня в себя влюбила, горели изумрудами.       – И все же, кофе у тебя шикарный… – с улыбкой допивая свою кружку, невольно проронил я.       На что взгляд моей принцессы мигом сменился со спокойного на несколько иной.       – Так… в чем же секрет?... – уже напрямую спросил я.       – Я… я… Меня Эмбер научила… – кое-как промямлила Рози.       Да ну, серьёзно? И что тут такого смущающего!?       – И все?       – В каком смысле и все?! – взбешенно спросила уже она.       – Ну… а к чему все эти ужимки и неловкости? А молоко? Оно же точно не коровье!       И тут, у Рози в голове словно что-то щелкнуло. Она была все так же смущена, но её мордашка приняла сверхсерьезный вид.       – Дриимурр… Если ты будешь задавать вопросы, то такого вкусного кофе больше в жизни не увидишь.       – Все, намек понят. – коротко ответил я.       Но даже в таком состоянии она все равно выглядела очень милой и властной, я уж молчу о… кхм. Все же лучше промолчу…       Тем не менее, я решил не испытывать доброжелательность Бердли, поэтому поспешил на работу.       – Ну ладно, я думаю, что мне пора. – тихо пробубнил я.       – Да, мне тоже нужно идти.       – Удачного дня! – кратко улыбнувшись, ответил я.       Рози тут же улыбнулась мне и пожелала того же, напоследок не забыв сказать:       – ...Крис, не переживай, все будет хорошо!       И знаете, несмотря ни на что, я все еще в это верю.       Накинув на себя куртку и надев осеннюю обувь, я вышел на улицу. Ранняя осень была на удивление холодной, особенно по сравнению с августом. Еще далеко не все листья окрасились в свою яркую желтизну. Лишь легкий ветерок сопровождал меня к моей остановке, на которой я практически каждый день езжу на работу.       «В прошлом году погода была намного приятнее…» – думал про себя я.       А ведь через пару дней у нас с Рози годовщина… Ровно год, как мы попали сюда. Хоть мы и признали это место домом, думать об этом совсем не хотелось. Лучше мне отвлечься и немного послушать музыку.       Спустя примерно пол часа, я был уже на месте. Мне было довольно страшно заходить, ведь я совсем не знал, как после вчерашнего чувствует себя Бердли. Но на удивление, в этот день он был свеж и весел.       – О! Крис! Добрый день, надеюсь, ты сегодня смог отоспаться, потому что…       – Нет к сожалению. Рози разбудила меня, боясь, что я просплю.       Бердли все продолжал улыбаться, как будто вчерашних потрясений и слез попросту не существовало.       – Ну, ты же мог хотя бы записку с просьбой не будить оставить?       К сожалению, мне в тот момент было далеко не до этого, поэтому я даже и не подумал о таком варианте. Хорошо что хоть Бердли понял все без слов.       – Ладно, я тебя понял. Клади гитару в подсобку, и пошли работать…       Я уж хотел спросить его по поводу наших дальнейших действий, как музыкальный коллектив, но, скукурузив ехидную ухмылочку, он ответил:       – Не-а, давай для начала дождемся Чару, а то она даже не в курсе о происходящем.       Спорить с этим я не стал, поэтому, молча кивнув, мы приступили к работе.       Возможно, в некоторых из вас все еще тлеет интерес по поводу моей работы. И я бы с радостью вам об этом поведал, если бы на ней происходило хоть что-то интересное. Разглядывать и щупать все возможные гитары мне наскучило уже спустя месяц после трудоустройства. Да и времени на это у меня совсем не было, так как Бердли предпочитал обучать меня высекать из гитары что-то дельное.       – Это для меня вызов! Я ведь сделаю из тебя гитариста! Чем сильнее твои задатки, тем интереснее задача! – раз за разом повторял он.       Ну а я же, скрипя зубами и мозгами, становился все лучше и лучше, хоть и до Хендрикса мне было еще далеко…       Что насчёт покупателей? Ну, в основном, с ними работал Бердли, но иногда, то ли шутки ради, или же для развития моих социальных навыков, он заставлял меня помогать с выбором того или иного инструмента. Ну а так, если очень сильно обобщать, то я был мальчиком на побегушках. Сходи, подай, иди учись играть и не мешай! Но я все равно был доволен такой работой, порой скучной, но иногда очень познавательной и интересной. Могу лишь сказать огромное спасибо отцу Бердли, который решил меня взять. К слову, я видел его лишь пару раз, но о нем я, возможно, расскажу как-нибудь в будущем.       Если возвращаться к тому, что действительно хоть как-то подогревало во мне интерес, это были всевозможные гитарные педали и усилители, которые могли бы сделать наш звук намного интереснее. Но было еще кое-что, что смогло меня сильно заинтересовать, а именно, одна определенная гитара, на которую я очень часто глазел и при любой возможности брал для игры. Это была единственная в нашем магазине гитара "SG" черного цвета. Я, конечно, очень люблю свой телекастер, но можно сказать, что он не совсем подходит для более тяжелого и тягучего звучания.       – Опять ты на неё свои глаза вытаращил?! Достал уже! – неизменно повторял Бердли.       Но я все продолжал и продолжал заворожённо смотреть на неё, мысленно говоря самому себе:       «Она будет моей.»       К сожалению, ради такой гитары мне бы снова пришлось отстегивать со своей зарплаты деньги, только уже больше, чем за телекастер. Я отдавал почти пол года за ту гитару, а вот на "SG" мне даже страшно представить, сколько пришлось бы батрачить, еще с учётом, что я сейчас активно коплю на свой собственный педалборд.       И вот примерно так и шли мои трудовые будни, и сегодня они практически ничем не отличались от остальных. Время постепенно шло к полудню, а это значило, что Чара скоро должна была прибыть на место.       Так и случилось. Спустя примерно пол часа Чара уже была тут как тут.       – Привет работягам! – громко произнесла она.       Мы поприветствовали её кивками, даже не сказав и слова. Но я должен отметить, что сегодня Чара была навеселе. Правда я не был уверен, насколько быстро этот настрой мог смениться на противоположный.       – Ну так что, расскажете что у вас случилось? А то я уж испугалась, когда увидела утром несколько пропущенных от Бердли.       В тот миг я думал, что Бердли начнет разговор издалека, постепенно готовя Чару к печальной вести. Но нет, наш лидер совсем не парился по этому поводу, он лишь ухмыльнулся, а после, пожимая плечами, сказал:       – Так уж вышло, что мы не успеваем выпустить альбом. Сорян, я вас всех подвел.       Даже я был удивлён такому равнодушию, а уж про Чару я и вовсе молчу.       – Чего?! Да как так вышло?!       Немного отойдя от ответа Бердли, я попробовал объяснить Чаре, в чем дело, ведь и сам считал себя виноватым в произошедшем.       – Дело в том, что у нас на данный момент нет ни должного количества материала на целый альбом, ни денег для того, чтобы все записать на студии…       – А почему я узнаю об этом самой последней???       По недовольному взгляду Чары я понял, что этот вопрос предназначался вовсе не мне.       – Ну уж прости! Я пытался дозвониться до тебя, но ты в это время уже спала без задних ног! – слегка повысив свой голос, ответил Бердли.       Окончательно выслушав нас, Чара не придумала ничего лучше, кроме как недовольно скрестить руки на груди. Но все же…       – Мы можем что-то сделать?... – с надеждой в голосе спросила она.       Бердли тут же с ухмылкой начал поправлять свои очки, а после уверенно произнес:       – Есть одна идея, но я не уверен, что она вам понравится!       – Да говори уже! Фаршированный индюк! – не выдерживая, крикнула Чара.       – Про фаршированного индюка было конечно обидно… но… Ладно! Я предлагаю поделить птицы на две части!       И на мгновение в магазине "меодия" наступила тишина. Мы с Чарой молча переглядывались, хлопая ресницами от непонимания.       – Да ладно вам… вы серьёзно ничего не поняли?...       – Не совсем, просто я не понимаю, как мы сможем поделить цельную историю на две части. – честно ответил я.       – Да ты шутишь! Неужели ты сам не заметил, что метафорически, твоя история делится на падение и взлет? Вот я и подумал, что мы сможем выпустить уже практически готовую первую часть с падением, чтобы уже потом, через пару месяцев выпустить вторую. Ну, как вам идея?       Теперь понятно, почему его тоска так быстро ушла, он уже смог перевернуть ситуацию в свою пользу! И вот с ним, я вчера ревел в машине под Deftones?! Мне почему-то резко захотелось его ударить, но я все же сдержался.       – Что такое Крис? Неужели тебе не нравится план?... – будто издеваясь, спросил он.       – Лучше заткнись… – со скрипом в зубах ответил я.       На том мы и решили. Да, печально конечно, что вся эта ситуация решилась слишком быстро, и моих слез она совсем не стоила, но да ладно. Только вот… Чара была недовольна по другой причине…       – А что с обложкой? Если мы её оставим на первой части альбома, то что тогда будет на второй?       Вопрос был хороший, но вот Бердли было как-то побоку на это.       – Ну давай тогда в первой части мы покажем лишь одну часть фотографии, а на второй остальную.       Такой вариант был слишком прост для Чары, поэтомуот неё тут же последовал отказ.       – Нет! Так не пойдет, я против! – со серьезным лицом ответила она.       – Тогда что ты предлагаешь?!       Чара в тот момент еще совсем не знала, что ответить, но немного подумав и при этом странно посмотрев на меня, ответила:       – Первая часть же про падение, верно?... А что если, на обложке первой части мы изобразим главного героя истории в негативных и синих цветах?...       – Хорошая идея, Чара! Я знал, что ты не подведешь! – хлопая крыльями, ответил Бердли.       А для меня теперь все резко встало на свои места. Проще говоря, Чара хотела сделать похожую на Рози фотографию, но уже со мной. Вспоминая свой горький опыт в качестве фотомодели, я почувствовал страх. Но мне ничего не осталось, кроме как выдавить из себя:       – Дайте угадаю, у меня выбора и в этот раз нет?...       На что вместо ответа я получил лишь ехидные рожи Чары и Бердли, и это многозначительное молчание с лихвой давало ответ на мой вопрос.       – Твою мать… – подводя черту, произнес я.       И вот, мы снова вернулись к тому месту, где еще полтора месяца назад мы выступали и резвились. Ощущения были, мягко говоря, странными, уж до боли похожим выглядит в этом мире осенний лес.       – Чего мину скривил? Мы даже еще не начали! – с издевкой произнесла Чара.       Но не только погода была моей причиной для меланхолии в тот вечер, ведь Чара каким-то образом смогла найти на меня офисный пиджак и брюки.       – Этот костюм… ты уверена, что мне он в самый раз?...       – Да не хнычь! Если тебя это успокоит, то сейчас тебя очень легко спутать с Фриском!       И ведь правда, обычно, Фриск такое и носит. Одни рубашки да брюки, у него вообще есть что-то еще?... Хотя, кто бы говорил…       – Это типа комплимент?... – слегка улыбнувшись, спросил я       – Ну типа! – с улыбкой ответила та, а после дополнила: – И да, голубка нашего поправь, а то криво смотрится…       А я ведь совсем забыл рассказать о нем. Чара посчитала, что мне нужно было что-то наподобие колечка с птичками, дабы дополнить пустующую композицию. И она смогла где-то достать то ли макет, то ли чучело белого голубя – символ мира и семейных уз.       – Еще кое-что, можешь выдавить из себя очень грустную улыбку, примерно такую, какая была у тебя, когда ты чуть не убил Рози в дуэли, а после уходил устраивать…       – ЛАДНО ЛАДНО! Я ТЕБЯ ПОНЯЛ!!! – не выдержав, выпалил я.       Даже не верится, что Чара и в правду слушала все то, что я им рассказывал…       – Такая подойдёт?...       – Да! Супер! Готовься – сейчас вылетит птичка!       Вспышка раз… вспышка два…       – Все! Готово! – победоносно произнесла Чара.       – Отлично… теперь можно домой…       Но Чара, естественно, была другого мнения…       – Эй! Куда?! Нам еще надо пару фотографий на местности сделать! Пошли давай!       Мне даже кажется, что она так Рози не гоняла, как меня в тот день… И её можно понять, обложка полностью должна отображать содержимое, а также являться дополнением для пластинки. Я уверен, что когда мы будем выпускать полный альбом, эти два фото станут единым целым, и выглядеть это будет чудесно! А, ну еще я забыл, что все эти фотографии пойдут в портфолио Чары, в качестве примера её работ, так что… это в её же интересах сделать все на высшем уровне.       Как только очередная эпопея с обложкой была закончена, нам пришлось объяснять всю ситуацию в своих сот сетях. Мнение фанатов разделилось. Кто-то называл нас халтурщиками, а кто-то пытался вникнуть в суть проблемы и даже предлагал денежную помощь. Конечно, быть попрошайками совсем не хотелось, но Бердли даже наоборот был рад, что нам готовы помогать финансово. Но чтобы хоть как-то успокоить фанатов, мы пообещали им ответить практически на все вопросы в прямом эфире после выхода первой части птиц. И естественно, тот, кто мог бы нам с этим помочь, стал Азриель, что и так изо всех сил продвигал нашу музыку среди своих подписчиков. Выслушав нашу просьбу, он даже бровью не повел, сказав:       – У меня есть идея намного лучше: давайте все полученные деньги с этой трансляции пойдут на создание мерча и записи второй части альбома!       Лично я был смущён такому жесту доброй воли, но препятствовать не стал.       – Отлично! Как только мы сможем выпустить футболки, Чара сразу передаст самую первую тебе! – радостно воскликнул Бердли.       – По рукам!       И это, конечно, все прекрасно и здорово, но… нам ведь все же нужно записать еще две песни на студии... Хоть они и были уже готовы и активно репетировались, но вот до записи дело так и не дошло из-за отсутствия денежных средств. Но сейчас, когда нам предложили хоть и небольшую, но финансовую помощь, было принято решение потратить их на запись. Количество сессий было урезанно, поэтому нам ничего не оставалось, как, затянув пояса, начать работу.       Первым, во всех смыслах, был наш гимн, и я даже не преувеличиваю. Еще тогда, когда я показывал ребятам свои наработки, Бердли зацепился за небольшой стих, который был написан мной в электричке за день до моего двадцатилетия. Уже тогда у этого стиха было свое название, а именно «На память». И, черт возьми, это одна из самых лучших песен, что мы писали! И именно с неё начнется наш альбом.       Текст для этой песни был неким откровением для меня, чем-то новым. В этот раз я не размышлял над своими поступками, а уже смотрел на них через призму времени. Я очень много вспоминал те дни, когда я был дома, и где я чувствовал себя живым. Но в то же время, эта песня смогла как никогда лучше передать мои ощущения от этого мира. Это взгляд уже взрослого, отчаянного, согрешившего, но все еще мечтающего человека. Этот мир слишком взрослый и серый, в отличие от моего, вечно цветущего, маленького городка. Эта песня была моим гимном отчаяния, в который вложил свою душу не только я , но и каждый из нас.       Сама песня начинается с детского смеха и мощного, наполненного светлой печалью соло, как и мои воспоминания. И эта меланхолия тут же с треском ломается, сменяясь быстрыми и хаотичными бластбитами Чары под аккомпанемент моих не менее быстрых и резких партий. Мой голос становится чуть ли не воплем, от простых вопросов, которые я задавал и раньше, и совсем недавно, перед своим двадцатилетием.

«Что же оставит мне мой век?

Серые дома?!

В них холод, нищета!

И на балконах садовые цветы,

В них опиум в прокуренных обоях,

В них друг мой жил…»

      Ну и припев, с которого я и начал придумывать эту песню. Он звучал именно так, как и должны звучать запоминающиеся и врезающиеся в память строки. И я уверен, что на концертах, это найдет свой отклик.

«Здесь среди могильных стен,

Был потерян человек!

Он на память о себе,

Нам оставил прошлый век!»

      И кто бы что не говорил, у нас получилось сделать прекрасную открывашку к альбому, что запомнится нашим слушателем надолго.       Со следующей новой песней особых проблем не возникло, ей стала «Дотла». Честно, она для меня воспринимается довольно просто, за счёт своих партий. Но даже так, я очень старался написать хороший текст. С одной стороны, она стала посланием для Рози, ведь в ней я очередной раз пытался сказать ей «не смотри назад, иди вперед, что сделано – то сделано». Но с другой… "Дотла" шла предпоследней, после отрока и перед птицами, а это значит, что я уже совершил свой грех, и все эти слова могли описывать мои попытки абстрагироваться от той ситуации. Но даже так, не смотря на это…

«В сердце сияет дыра,

Эта чёрная рана без дна.

Её не зашить!

Её рвёт пустота изнутри,

Изнутри!»

      И я прекрасно знал, что в конце пути…

«Что собрал я здесь,

Что собрал я –

Сгорит дотла!»

      Но давайте не будем об этом. Главное, что мы смогли записать эти песни за такой ужатый срок. Последовали долгие и, я бы даже сказал, мучительные дни сведения материала. Мы с Чарой были как на иголках, так как боялись, что Бердли сможет их как-то запороть своим сведением. И… наши опасения были не совсем ложными... Нет, запись звучала хорошо! Спору нет! Но вот… единственная проблема была в том, что она не совсем смогла передать того напора, который был в открывающей песне… Я боялся, что теперь она не сможет звучать как гимн, но Бердли быстро попытался меня успокоить, сказав:       – Не переживай, когда мы будем выпускать полный альбом, я это подкорректирую. Ну а пока будем надеяться, что и такая версия понравится людям.       Но, как вы поняли, это не сильно меня успокоило… На что Бердли опять попытался меня поддержать, на этот раз произнеся:       – А ты представь, как наши слушатели удивятся, услышав наш и свой хор в самой первой песне! Это будет шикарно!       А вот это уже смогло меня хоть как-то порадовать. Но вот, на замену одним тревогам пришли другие. Теперь уже вся группа была как на иголках из-за предстоящего выхода первой части альбома в сеть. Мы боялись схватить по шапке за такую халтуру в лице только двух новых песен и новой обложки. Я уже видел комментарии недовольных, что спрашивали:       «А где же первоначальная обложка с девушкой монстром?!»       И я бы честно рассказал людям, что она появится на второй части, но мне было строго-настрого запрещено об этом рассказывать, по крайней мере, до полномасштабного интервью, которого я боялся даже больше, чем выхода альбома в сеть.       Мы готовились к нему достаточно долго, и он наконец настал. В вечер пятницы «Птицы. Сторона А» вышла в сеть. Отзывы касались только новых двух песен, и как я предполагал, им зашла «На память». А вот насчёт Дотла мнение, наоборот, разделилось, но в контексте альбома она идеально вписывалась. Многие отмечали мои текста, чему я был очень сильно польщён, а также инструментальную часть, которую мы планировали выпустить с полным выходом альбома в сеть.       Но это еще было не все. Ведь наших фанатов ожидало два события. Первое – это, естественно, прямая трансляция на канале Азриеля, которую все очень ждали. Ну и второе – концерт с презентацией первой части птиц. Да, конечно, не только мы будем выступать, просто я совершенно ничего не знал о тех, с кем мы будем делить сцену на следующей неделе. Если Бердли к этому времени еще умудрится выпустить партию мерча, так вообще все будет замечательно. По крайней мере, я так думал на тот момент.       Ну а теперь, давайте резко переместимся из огня, да сразу в полымя! А именно, в день проведения стрима, а если еще точнее…        До трансляции оставались считанные минуты, а я был словно на острие ножа. Я очень сильно волновался, что что-то пойдет не так, и похоже… я накаркал… точнее Бердли.       – Ну и где этот пернатый?...       Я вышел из комнаты и уже хотел набрать ему, пока он сам мне не позвонил. Выдохнув, я спокойно взял трубку, но как только я услышал:       – Крис, дружище!...       Было ясно, что ситуация будет патовой.       – Бердли блин! Ты где?! Трансляция начнётся через десять минут!!!       – Тут такое дело… я не смогу приехать…       Я уж было хотел громко возмутиться на весь дом, но этот гений начал резко оправдываться и пытаться хоть как-то спустить ситуацию на тормоза.       – Но не волнуйся! Я… я… я буду присутствовать в чате и отвечать на вопросы там! Да! Я буду на Трансляции, обещаю!       И вот что мне с ним делать?... Вместо ответа, я молча положил трубку. Я начал думать как объяснить ситуацию Чаре, но услышав заветное «ТЫ ЧТО БЛЯТЬ?!...» я понял, что и ей Бердли благополучно все сообщил. На миг я даже отчаялся, пока к нам на второй этаж не поднялась Рози. Она смотрела на меня испуганными глазами, видимо, услышала неожиданный крик Чары. Да, девушка была в курсе о происходящем, и она собиралась посмотреть трансляцию на первом этаже вместе с Фриском, но похоже, эта неожиданная вспышка гнева Чары не дала ей покоя.       – Не беспокойся, это просто Чара нервничает… – пытаясь её успокоить сказал я.       – Ох, ну тогда ладно!... Тебе, наверное, уже пора, не так ли?       – Да, мне уже пора.       И я уже хотел закрыть перед ней дверь, как вдруг она меня резко одернула.       – Стой, Крис, подожди!       Остановившись на миг, Рози провела своими пальцами по моим волосам, а после сказала:       – Они будут мешать тебе… Давай я заплету в их в косу?       Вместо внятного ответа я лишь кивнул. И я уж хотел спросить, чем именно она заплетет мне волосы, как Рози тут же начала развязывать свою белую ленту с уха.       – Ты чего?... Ты в этом уверена?... – растерянно пробормотал я.       На что девушка просто кокетливо улыбнулась, и ответила:       – Это так, на удачу.       Наконец закончив развязывать ленту, Рози тут же начала нежно водить своими лапами по моим патлам. Было даже немного стыдно, что они не такие мягкие, как её мех. Но, смирившись с этим чувством, я принялся ждать. Спустя примерно тридцать секунд все было готово. Пощупав хвост, я понял, что и здесь Рози завязала мои волосы не абы как, а бантом.       – Спасибо, это очень мило. – слегка смущенно улыбаясь, ответил я.       – Это еще не все!       И последовал звучный, словно добивающий поцелуй в щеку.       – Ну, удачи! Ни пуха – ни пера! – сказала она, перед тем как окончательно спуститься со второго этажа.       Ну а я, как завороженный, стоял и держался рукой за место поцелуя, попутно еле слышно проронив в никуда:       – К черту…       Но на нежности времени совсем не было, до начала оставались считанные минуты. А у нас, тем временем, все уже было готово. Места для гостей подготовлены, ну а моя петличка лежала на столе, ожидая меня. К слову, первая гостья тоже уже была на месте, и ерзала, как егоза, на стуле.       – Волнуешься? – спросил её я.       Пытаясь быть увереннее, Чара попробовала огрызнуться в ответ, но, заметив мою новую прическу, лишь усмехнулась.       – Пхп… сам завязал?       – Нет, Рози постаралась. Это её лента.       – Знаешь, я даже не удивлена. К слову, а где же наш ведущий, не хватало еще его потерять! Ты его не видел?       – Кто-то сказал… ВЕДУЩИЙ?! – распахнув дверь в свою же комнату, крикнул Азриель.       В тот момент он был одет в нашу футболку, которую ему за трансляцию пообещал Бердли. Это была не просто наша самая первая футболка, но и самый первый мерч, что мы сделали. Надеюсь, к ближайшему концерту мы постараемся выпустить парочку таких. Могу отметить, что она очень хорошо смотрелась на Азриеле, может, именно поэтому он так и сверкал от радости.       – Ты чего?... Совсем перевозбудился?... – недовольно спросила Чара.       – Неважно! Так, Крис, давай я помогу тебе одеть петличку, и мы начнем! И да… тебе идут завязанные волосы.       – Спасибо.       Взяв маленький микрофон в руку, я тут же передал его Азриелю. Он немного поколдовал над воротом моей кофты, и петличка оказалась на мне.       – Так… теперь все по местам!       Долго ждать ему не пришлось, я буквально сел на стул по его команде и принялся ждать. Но все же, Азриеля смутило кое-что…       – Стоп… А где Бердли?...       – Он не приедет, сказал, что будет отвечать на вопросы в комментариях. – сухо ответила Чара.       – Ай, чёрт с ним! Стрим начнётся через три… два… один… пуск!       Начало было положено… Я и в правду надеялся, что отвечать на вопросы мы будем всей группой, но, как назло, Бердли не пришел. Да, он и в правду был в чате, пока мы с Чарой сидели в комнате Азриеля.       Немного посидев и подождав зрителей, обсудив что угодно, но не музыку, мы подкопили неплохое количество донатов с вопросами для нас, а это означало, что вопрос-ответ начался только сейчас.       – Итак, тут пару донатов, за что спасибо! И три вопроса от пользователя… «Соток Познания»… Готовы отвечать?       – Конечно! – не долго думая, ответила Чара.       Ну а я вместо ответа лишь молча кивнул.       – Вопрос первый: Что означает название «Руно», и откуда оно появилось?       Первой ответила Чара.       – Забавный вопрос! В одну из наших репетиций мы с Бердли долго ломали голову над названием, а тут пришёл Крис, показал набросок своего текста где и было это слово, и что вы думаете? Оно ему понравилось! Ну а вообще, руно – это материал, овечья шкура.       – Что ж, думаю, это уже многое говорит! Второй вопрос такой: Что для вас означает ваше творчество, и зачем или почему вы играете в группе?       Взгляды Азриеля и Чары были молча направленны на меня. Похоже… мой черед отвечать. Немного поразмыслив над ответом и принудительно прокашлявшись, я ответил:       – Наше творчество – это способ поделиться накопленными нами эмоциями и историями. Порой радостных и веселых, а иногда до боли грустных и личных. Почему мы играем?... Мы не хотим жить с этим всю жизнь… вот и высвобождаем все, что внутри, созидая нечто близкое для всех нас.       Взглянув одним глазом на комментарии под трансляцией, я увидел, что многих удивил мой ответ. И я могу понять, почему.       – Довольно... кхм… сильный ответ. Ну и последний вопрос: Что предпочтительнее, студия или сцена?       – Сцена, конечно!!! – мигом ответила Чара.       На что Азриель и зрители посмеялись, был отчётливо виден энтузиазм Чары, и это было заразительным.       – Ладно, нам пришел донат от пользователя «Azzerot»! Спасибо! У него два вопроса, первый такой: «Как пришла идея создать группу?»       – О! Я помню этого чувака! Именно с его помощью мы и смогли записать первую часть Птиц! Чат, выпишите ему кучу респекта!       – А ответ-то какой?       – Ой, ну это… До «Руно» нас с Бердли было пару проектов, где мы играли всякое разное, например, мейдкор или драм-н-бейс, но чем-то серьёзным решили заняться только с подачи Криса.       «Серьёзно?... А почему я-то этого даже не знал?...» – думал в тот момент я.       – Ясно, а второй вопрос звучит так: «откуда черпалось вдохновение?»       Тут даже и гадать не надо, что отвечать пришлось мне.       – Если в инструментальном плане, то на нас повлияло звучание Alexsonfire и подобных пост-хардкор групп. А вот в текстовом плане… Вся история основана на реальных событиях. Оттуда и вдохновение.       В комментариях резко начали шутить про то, что везде, где пишут «ОСНОВАНО НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ», на самом деле не является правдой. Меня, если честно, это позабавило, ведь они не знают всей правды.       И, спустя час трансляции, что я могу отметить прямо сейчас? Ну, это то, что Чара из всех сил пыталась быть милой и приветливой для аудитории. Она даже не распускала руки и не пыталась накостылять своему брату по той или иной причине. Ну а я же… просто пытался лишний раз не отсвечивать и отвечать только тогда, когда вопрос зададут именно мне. Проще говоря, если вопрос касался группы в целом, то отвечала Чара, либо Бердли отвечал в комментариях, ну а если дело касалось текста песен, гитарных и вокальных партий – отвечал уже я.       Так, собственно, и проходило наше интервью. Вопросы были разные, от мала до велика. Но произошло именно то, чего я и боялся…       – У нас новый донат и новый вопрос, спасибо Аноним! И… ой… кхм… вопрос такой: «Ребят, первая часть птиц пушка! Мне понравилось! Но есть вопрос про первую версию обложки, что вы тизерили у себя в соцсетях. Мне одному кажется, что эта девушка очень похожа на нашего Аззи? Неужели, это его сестра, а может, даже девушка! Мне правда очень интересно, кто это! Надеюсь на ваш ответ!»       И, как назло, в чате начался неудержимый поток из теорий и догадок. Выключив на мгновение все микрофоны, Азриель сказал мне:       – Бро, если ты не хочешь раскрывать, кто такая Рози, то я просто отшучусь, ладно?       Но что-то во мне в тот миг щелкнуло. Почему я должен скрывать свою вторую половину, когда большинство моих песен посвящены именно ей? Нет. Так не пойдет. Чара же тем временем молча ожидала моего ответа, пока зрители в чате возмущались отсутствию звука.       – Все нормально Аззи, я расскажу все, как есть.       Я уж хотел было сказать, что всех удивило данное решение, но нет. Чара и Азриель лишь улыбнулись мне, а после кивнув в ответ, последний наконец вернул звук.       – Извините, ребят, мы долго думали насчёт того, рассказывать вам или нет, но…       – Та девушка монстр – моя возлюбленная. – коротко ответил я.       В тот момент, я чувствовал себя уверенно как никогда до этого. Но на этом я не закончил.       – Её зовут Рози, и я очень сильно люблю её. Мы помолвлены. Если вам нравится изначальная версия обложки, то я вас прекрасно понимаю, но ради того, чтобы поведать вам историю о падении и вознесении, мы должны были сделать две обложки. А это значит, что в ближайшем будущем вы сможете увидеть обложку, где изображена Рози, и даже большее. Прошу прощения за задержку.       Вот так, одно пожертвование с простым вопросом смогло вызвать самый настоящий резонанс. Но я не видел всего этого, я лишь смущённо опустил свой взгляд. Мне было все равно, что подумают другие насчёт нашей любви, но вот то, что скажет сама девушка, мне очень важно… Надеюсь, она не обидится на меня из-за этого…       Так как главная новость дня была раскрыта, стрим сам сходил на нет. Спустя еще час ответов на вопросы трансляция была завершена. Я не знаю, было ли это провалом или наоборот успехом, но Азриель изо всех сил пытался абстрагироваться от произошедшего. Спустя пару минут в тишине он также абсолютно молча начал копаться в своем шкафу.       Порывшись в нем, Азриель достал довольно массивную коробку, а после, чуть ли не тыча ей прямо в наши лица, произнес:       – У меня тут днд-шка завалялась… Может, сыграем все вместе в честь стрима?!       По его лицу было понятно, что трансляция прошла замечательно.       – Настолки? Я с вами! – тут же ответил стоящий за дверью Фриск.       Я даже испугался, когда его услышал…       Заметив боевой дух Фриска, Чара со вздохом согласилась.       – Опять задротская муть?... Ладно, я не против. Но только сегодня!       – А можно с вами? Только… если вы расскажите как играть… – спросила уже Рози.       Ну и раз она хочет, то и мне придётся… И нет, вы не подумайте, я люблю настольные игры, но вот днд… Это реально слишком для меня. И пока я размышлял об этом, Азриель проронил:       – Нам бы еще народа… может… позовем Бердли и Генри?       – Хорошая идея! Уверен, этому петуху такое понравится! – с ухмылкой ответил я.       Не, ну а что такого? Он кинул нас на трансляции, заставил меня отдуваться, так еще и на вечеринку не придет!? Ну уж нет!       – Тогда позвони им и скажи, что мы их ждем! – с энтузиазмом ответил Азриель.       Недолго думая, я набрал его номер и принялся ждать ответа. Спустя примерно минуту, Бердли наконец ответил:       – Алло? Крис, ну ты, конечно, сказанул! Я даже...       Но я его совсем не слушал, вместо этого я коротко и по делу сказал:       – Вечеринка. У нас дома. Приезжай.       Но не успел он даже ответить, как Азриель крикнул мне:       – И передай ему, чтобы он в магазин заехал, купил напитки! Мы пиццу будем заказывать!       Благо, Бердли все это слышал.       – ВЕЧЕРИНКА?! Я С ВАМИ!!! СКОРО БУДУ!!! – а после тут же кинул трубку.       – Я же сказал, что он приедет. – с ухмылкой произнес я.       Теперь был черед за Генри, и тут уже было не так все однозначно. Не буду таить, он не смог. Работа на почте его точно рано или поздно доконает. Я был сильно расстроен, и Генри все прекрасно понимал. Поэтому он сказал:       – Не переживай, чувак, я обязательно приду на презентацию вашего альбома! Там и поболтаем, и выпьем. Договорились?       – Ага, удачного дня…       И после этих слов немного расстроенный, я закончил разговор.       – Генри не придёт. Он работает.       Даже Азриель был слегка подавлен этим фактом, но мы ничего не могли поделать. Развеселить нас в тот момент неожиданно решила Чара, спросив:       – Ну, раз уж Генри не пришел, то может Эмбер сможет поднять тебе настроение?       Азриеля от этих слов будто током ударили. Он тут же замахал головой и руками в стороны, отчаянно повторяя:       – Нет! И еще раз нет! У нас и так на этой неделе будет свидание, и я не хочу её в очередной раз… напрягать…       – Ты хотел сказать, что не хочешь в очередной раз её видеть?... – слегка улыбнувшись, спросил я.       – Крис, брат, ну ты-то куда?! – расстроенно вопросил он.       Ну а мы же дружно над этим посмеялись и продолжили ожидать нашего пернатого друга. Благо, он и добрался до нас раньше, чем пицца.       – Всем добрый вечер! Чем займемся? – не церемонясь, выпалил Бердли.       – Ты ничего не хочешь рассказать?... – скрестив руки на груди и при этом смотря на Бердли исподлобья, спросила Чара.       – Эм… ну… Эй, Крис! А я тебе говорил, что тебе идут эти уложенные волосы?       – Нет, но спасибо. Так где ты был?       Мне и самому было интересно это узнать. Но как назло, рядом проходил Азриель. Заметив Бердли, он тут же обратил свое внимание на весело бренчавший пакет, в которых должны были быть напитки.       – Эй, Бердли! Наконец приехал. Что привез нам попить?       Для него это было спасением. Бердли тут же кинулся к Азриелю и, отдав пакет, не обращая на нас внимания, начал диалог.       – О, Азриель! Как тебе наш мерч? По размеру подошло?       – Да, спасибо! Футболка прекрасная! Мы там в днд собрались, ты с нами?       – С вами?... Конечно! Чур я мастер подземелий!       И как вы уже поняли, мы так и не узнали причины отсутствия Бердли на стриме…       Ну а для того, чтобы начать играть, нам нужно было решить, за какую расу играть, и определиться с классом. И все выбрали себе классы под стать. Например Чара стала ловким вором, а Фриск друидом-лекарем. А вот Рози с этим было довольно тяжко. Но все же, спустя примерно пару минут колебаний, она показала пальцем на картинку, а затем крикнула:       – Вот! Вот этот, думаю, мне подойдёт!       Взглянув на карточку, все были в легком шоке, даже Бердли не выдержал и вскрикнул:       – Серьёзно?! Монах?! Ты же прекрасно владеешь магией! Зачем тебе рукопашный бой!?       Рози смущенно отвела взгляд, ну а я не только не удивился такому выбору, но и усмехнулся. Даже давно зажившие синяки неприятно побаливали от воспоминаний о том, как моя принцесса может вдарить, если потребуется.       – Тогда... я выберу подкласс лекаря! – немного подумав, ответила она.       – Уже есть такой. – кратко парировал Бердли.       – Эх... сложно...       – Ну, выбери магию элементов! Ты же огнем владеешь, ведь так?       Рози кратко кивнула вместо ответа.       – Тогда на этом вопрос, наконец, закрыт!       И на этом действительно все и закончилось. Разве что нам оставалось выслушать краткий экскурс и сюжет, на котором строилась наша партия. Но, к счастью, здесь не возникло никаких вопросов, и игра наконец началась.       И играли мы не долго, так как в самый разгар вечеринки, когда абсолютно все были в сборе, я услышал неожиданный звонок. Я совсем не мог предположить, кто это был, ведь все друзья были рядом в тот момент. Отойдя чуть подальше от шума, я мигом прошелся взглядом по номеру. И я полностью потерялся в догадках, ведь номер был мне неизвестен. С опаской подняв трубку, я проронил:       – …Але?...       – Але! Крис, мой мальчик! Это я – Азгор!       Я застыл на пару секунд от удивления… откуда?... Откуда у него мой номер?... Неужели Фриск или Азриель постарались?       – Крис? Але?! Ты меня слышишь?       – Д-да… привет… эм… а откуда у тебя мой номер?... – неловко проронил я.       – Так это, Чара мне его дала. Все уши прожужжала про то, что у вас выйдет альбом, вот и дала его мне послушать…       Если бы вы знали, насколько я в тот миг был удивлён, то вы бы не поверили, что это был я.       – Хорошую музыку делаете! Мне понравилось! Очень громко, правда, но это ничего! Гитара звучит прекрасно! А стихи-то какие, они просто замечательные!       Удивление резко сменилось странной смесью из шока, смущения и неожиданной радости. Папе… понравилась моя музыка?...       – Тебе правда понравилось?... – с трудом промямлил я.       – Конечно! Я рад… нет… я горд, что мои дети такие талантливые! Один – любимец публики, другой – превосходный лидер, третья – хорошая художница и барабанщица, и ты!       Мне… мне нечего было сказать. Меня снова в очередной раз обласкали со всех сторон. Я прямо чувствовал, как от моего телефона исходило тепло, а меня как в детстве накрывают пусть и колючим, но таким теплым пледом. И словно добивая меня, папа сказал:       – Знаешь, я думаю, что как-нибудь загляну вам, на чай, я тебе позже еще позвоню! Запиши куда-нибудь мой номер, хорошо?       – Да, конечно… до скорого…       – Угу, тебе кстати, привет от мамы!       И я даже не успел попросить передать ей привет, так как разговор оборвался. Я молча облокотился об стену, находясь в размышлениях, а после сам не заметил, как начал постепенно спускаться, пока полностью не сел на пол. Провертев несколько раз в голове этот разговор, я совсем не знал, как мне относиться к этому. Вроде и хорошо, а сердце все еще ноет от осознания, что я – новая часть этого мира, и что этот Азгор – мой отец.       – Крис, кто звонил? – спросил подоспевший Фриск.       – Папа… – коротко ответил я.       По взгляду Фриска было ясно, что он был не в меньшем удивлении, чем я сам. Ну а после он улыбнулся, и ответил:       – Так это же хорошо! Небось, на чай к себе звал?       – Да нет, сам собирался прийти. Но про чай ты верно подметил.       – Это верно… он у нас тот еще чаехлеб…       Последовало неловкое молчание, которое прекратилось только после того, как Фриск молча присел рядом со мной и не проронил:       – А мне вот он давно не звонил…       Надеюсь, Фриск не чувствует себя забытым, или что-то на подобии этого. Наверное, сейчас он даже мне завидует, так что лучше будет, если я поддержу его.       – Даже если и не звонит, но он все равно гордится тобой.       Фриск тут же повернулся в мою сторону и,без удивления, но со скептизом взглянул мне в глаза, а после спросил:       – С чего ты так решил? Неужели обо мне говорили?       – Да нет, он просто сказал, что гордится нами. Вот и все.       – Вот оно как… – слегка виновато проронил Фриск.       И тут я вспомнил кое-то… Фриск никогда мне до этого не рассказывал про свою жизнь до подземелья. Он упал с горы Эббот, а после стал частью семьи Дримурров. Прошлое Чары мне уже известно, и оно было далеко не сахар, но что такого случилось у Фриска?... Любопытство резко взяло вверх надо мной, поэтому слегка боязливо я поинтересовался.       – Слушай… а ты помнишь свою настоящую семью?...       – Нет. Я сирота. Я был воспитанником приюта. – совершенно спокойно ответил он.       От такого ответа мне даже стало немного не по себе… Такой безэмоциональный ответ…       – Прости. – виновато проронил я.       – Да ладно, чего уж там. Вот знал бы ты,что там у Чары происходило! Ты, возможно, не знаешь, но…       – Я знаю. Она мне уже рассказывала. Это мрак и тихий ужас. – тут же перебив, ответил я.       – Хех… И то верно…       После этих слов парень молча встал с пола, а после, отряхнувшись, с искренней улыбкой взглянул на меня сверху вниз, а после, протянув мне руку, произнес:       – Но знаешь, именно такие истории меня и мотивируют делать мир между людьми и монстрами лучше. И я верю, что ваша музыка – это огромный вклад в этот мир.       Я улыбнулся в ответ. И все же, чужое счастье для него и в правду дороже своего. Фриск настоящий лидер, несмотря на свой возраст. Из сироты в политического лидера… а что, звучит как хорошая история! Молча взяв его за руку, я снова поднялся и уже был готов возвращаться к ребятам, как вдруг я снова услышал доносившийся из моего кармана рингтон телефона. Фриск снова навострил свой взгляд, а я лишь попробовал отвертеться.       – Ты иди, это, наверное, папа забыл что-то сказать или спросить…       Молча пожав плечами, Фриск ушел обратно к остальным, а я снова начал вглядываться в неизвестный номер… это был не папа. Два звонка подряд, первый папа, а второй?... Может мама?...       – Але?...       – АЛЛО АЛЛО!!! Я МОГУ УСЛЫШАТЬ НЕКОГО КРИСТОФЕРА ДРИМУРРА???       В этот раз голос мне был совершенно неизвестен. Он был словно… не человеческий, а даже я бы сказал… роботический… да и такой громкий, аж по ушам бьёт.       – А вы собственно кто? – с опаской спросил я.       – АХ! НУ КАК ЖЕ ТАК!!! ДОРОГУША, НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ УЗНАТЬ МОЙ ЧУДЕСНЫЙ ГОЛОС???       Этот «чудесный» голос мне уже начал надоедать…       – Нет, простите, я вас не знаю…       – НУ КАК ЖЕ ТАК!? МЕНЯ ВЕДЬ ВСЕ ЗНАЮТ!!!       – Извините конечно, но если вы сейчас не представитесь, то я буду вынужден повесить трубку.       – ГОСПОДИ, НУ КАКАЯ ЖЕ ЭТА СЕМЕЙКА СТРАННАЯ!... ЧТО ЖЕ, ЛАДНО! МОЕ ИМЯ – МЕТТА. НО ВСЕМ Я ИЗВЕСТЕН ПОД ДРУГИМ ИМЕНЕМ – МЕТТАТОН!!!       Опа… этот день меня пугает, столько событий… Ну а если серьёзно, то только сейчас я в полной мере смог осознать, с кем мне выпала честь говорить. Да, я слышал про Меттатона и даже видел, как Азриель и Чара смотрят его шоу. Но он известен не только благодаря своим телепередачам, он так же является музыкантом. Такой голос было бы практически невозможно подделать, так что пришлось поверить на слово.       – Ой… извините, не признал. Только опять же, откуда у вас мой номер? И по какому вопросу вы мне звоните?       – ИЗВИНЕНИЯ ПРИНЯТЫ, ДОРОГУША! А НАСЧЁТ СВОЕГО НОМЕРА НЕ УДИВЛЯЙСЯ, С МОИМИ СВЯЗЯМИ Я ЗНАЮ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ ОБО ВСЕХ, ДАЖЕ О ТЕБЕ. НУ И ТАКЖЕ Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ – ГИТАРИСТ ГРУППЫ «РУНО!».       – Это все равно не даёт ответа, почему вы мне звоните.       – ВСЕ ПРОСТО, МОЙ ЮНЫЙ ДРУГ. СОВСЕМ НЕДАВНО Я, И МОЯ КОМАНДА СОЗДАЛА АГЕНТСТВО, КОТОРОЕ ЗАНИМАЕТСЯ ПРОДЮСИРОВАНИЕМ, БУКИНГОМ, И ВСЕМ ТАКИМ. НУ И КАК ТЫ УЖЕ ПОНЯЛ, Я БЫ ХОТЕЛ ПОРАБОТАТЬ С ВАШИМ КОЛЛЕКТИВОМ!       События развиваются чересчур быстро!!! Меня это пугает… Немного подумав над ответом, я ответил:       – Я благодарен вам, что вы смогли оценить наше творчество, мистер Метта, но… я не являюсь лидером группы, я пусть и пишу текст, пою и играю на гитаре, но лидером по праву остаётся наш басист Бердли. Вы можете обратиться к нему по этому поводу.       Последовало молчание, похоже, Меттатон в тот момент раздумывал над ответом. Но после тут же последовал небольшой смешок, что перешёл в…       – …А ТЫ ХОРОШИЙ ЮНОША, КРИСТОФЕР… НА САМОМ ТО ДЕЛЕ, Я ЗВОНЮ ИМЕННО ТЕБЕ НЕ ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО ТЫ ЧАСТЬ ГРУППЫ «РУНО!», НО И ПОТОМУ, ЧТО ТЫ – БРАТЕЦ ЧАРЫ, И МОЕГО ХОРОШЕГО ДРУГА ФРИСКА!       У этого парня прям такие связи?... Фриск никогда не говорил, что он знаком с титанами шоу бизнеса… Собственно, так я Метте и сказал, на что он лишь посмеялся, а после ответил:       – ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ ЕГО, ОН У НАС СКРОМНЯГА!       – И то верно, – с улыбкой ответил уже я.       – НУ, ДУМАЮ, С ВАШИМ ЛИДЕРОМ В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ СВЯЖЕТСЯ МОЙ АГЕНТ, НАДЕЮСЬ, МЫ ВСЕ ЖЕ СМОЖЕМ С ВАМИ ПОРАБОТАТЬ, ВЫ ВСЕ – ОЧЕНЬ ТАЛАНТЛИВЫЕ МОЛОДЦЫ, ЭТО УЖ ТОЧНО!       – Спасибо вам за столь добрые слова. – смущённо ответил я.       – И ДА… КРИСТОФЕР, НАДЕЮСЬ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЭТОТ РАЗГОВОР КОНДЕФИЦИАЛЬНЫЙ, И О НЕМ ЛУЧШЕ НИКОМУ НЕ РАССКАЗЫВАТЬ?...       – Я вас понял.       – ВОТ И ОТЛИЧНО!! ДОБРЕЙШЕГО ДЕНЕЧКА, ДОРОГУША!!!       Повесив трубку, я уже собирался вернуться в беззаботное времяпровождение с моей семьёй. Но как оказалось, меня даже успели потерять. Особенно Рози.       – Крис, ты с кем так долго разговаривал?!       Раз уж я пообещал никому не рассказывать об этом звонке, то пришлось нелепо выкручиваться.       – Да так, не бери в голову. Неужели я так долго разговаривал?       – Ну, ты тут уже пол часа сидишь! Чара вся изнервничалась, мол, только тебя одного ждем.       – А что, уже пицца приехала?       – Да, но… если честно… уж лучше бы мы все вместе сами приготовили её… – сложив руки на груди, ответила она.       Я улыбнулся и легонько потрепал её по голове.       – Расслабься, хозяйка – сегодня на нашей улице праздник! Отставить готовку и айда веселиться!       На этом, казалось бы, разговор был окончен. Я уже собирался выйти на люди, как вдруг Рози резко схватила меня за руку, а после неловко проронила:       – Подожди… Я хотела… сказать тебе кое-что…       Ни капли не удивившись, я со всё той же улыбкой развернулся к своей даме сердца.       – Что такое, моя принц…       Но не успел я даже пошутить, как расстояние между нами резко снизилось до пары миллиметров. Весь мой весёлый напор резко сменился на противоположный, а неловкое молчание только подчеркивало весь сюр данной ситуации. Но первой все же заговорила она.       – То… что ты сказал на трансляции правда?...       – Эм… Конечно! Разве ты сама так не считаешь?...       От моих слов Рози покраснела, словно помидор. Из её рта вырывалось слишком много милых звуков, которые я так люблю.       – Нет… Эм! То есть… Да! Я люблю тебя, я твоя возлюбленная, и я счастлива, что ты не скрываешь наши чувства перед толпой, но… мы правда помолвлены?...       Ой-ей… то есть, прикрываться кольцом с совершенно невозмутимой мордой, когда рядом с твоим парнем крутятся девушки, это нормально, а вот когда сам возлюбленный констатирует этот факт, то все, мы красные, словно помидор. Но все же, мне надо было что-то ей сказать… только вот что?...       – Рози… я правда должен это сказать?...       Вместо ответа, девушка лишь молча кивнула.       – Эх… тогда, давай выйдем перед всеми. Мне нужно кое что сказать.       Взяв свою принцессу за руку, я молча повел её в зал, где собралась практически вся наша семья. Фриск в тот момент улыбался вместе с Чарой, Азриель шутил и смеялся с Бердли, который чуть ли не каркал, крепко держась своим крылом за банку пива. Да, не хватало Генри и папы с мамой, но в особенности… не хватало Сьюзи и Ноэлль… Но даже теперь я должен был это сделать.       – Кхм-кхм! – уж начал я.       Ребята резко замолкли, смотря на то, как я, опустив взгляд, неловко держусь за руку Рози. Как только все внимание было сосредоточено на нас двоих, я уж было хотел начать заново свою речь, но понял, что я должен был сделать кое-что…       – Ты помнишь… как в феврале мы играли в снежки, и ты экспромтом выдала стишок…       Вместо ответа Рози лишь несколько раз кивнула головой, прикрывая свои грубы рукой.       – Ну тогда…       Когда я упал на одно колено, все резко поняли, что происходит. Поэтому, недолго думая, Чара достала телефон и начала снимать сие действие. От этого по моим рукам пошли мурашки, а с головы стекал пот. Рози же находилась в подобном шоке еще в тот миг, как мы вышли на люди. В голове проносились все наши памятные события, от нашего знакомства до сегодняшнего дня. Пытаясь быть увереннее, я начал свою речь.       – Мы в вечность шагнули, однажды родившись…       Свой дом потеряли – сожгли все мосты.       Мы две одинокие вольные птицы…       Судьбой обвенчавшись, друг друга нашли…       Отбрось все сомнения и отпусти страх,       Чтоб вместе начать с пустого листа.       Я буду с тобой! Готовый на всё!       Шагнуть вперёд без оглядки, без слов!       Всю вечность прождать, а может и дольше!       Лишь бы услышать топот маленьких ножек,       Смотреть как взрослеет, идёт в первый класс,       И видеть в глазах отражение нас…       Этот стих должен стать финалом альбома Птицы. Я вложил в него не только стишки своей принцессы, но и всю свою надежду. Услышав одобрительные хлопки семьи и друзей я понял, что не облажался. Но главной наградой стало удивление, соединившееся с счастьем в глазах Рози, но это было далеко не все… Набрав в очередной раз воздуха в грудь я продолжил:       – Розмари Дриимурр… Я люблю тебя. И я хочу прожить с тобой в горе и в радости всю нашу жизнь. Ты изменила меня, спасла меня и показала мне счастье. И даже, несмотря на прошлое, я счастлив и смотрю только в будущее. Но я его не вижу… не вижу без тебя! И теперь… твой черед стать счастливой! Рози, ты выйдешь за меня?...       И даже сейчас… в, казалось бы, в самый главный момент в жизни мужчины может предательски скатиться слеза. И я далеко не исключение. А что насчёт девушек, так я вообще молчу… Рози ревела как маленькая, но я был уверен, что она в тот миг была самой счастливой девушкой на свете.       – Крис…       Хнык…       – Ну когда же ты наконец поймёшь…       Хнык…       – Только благодаря тебе я стала счастливой!… Да! Я выйду за тебя! В горе и в радости?... Вместе навсегда?... – протянув мне свой мизинец, спросила она.       На что я тут же её обнял, утвердительно ответив:       – В горе и в радости… Вместе навсегда…       И под финальный аккорд в лице нашего поцелуя разразился гул. В нем было все. Страсть, искренность, похоть и любовь. Самый сладкий нектар, что я смог попробовать. И похоже, это показательное выступление смогло растрогать не только нас, но и всех собравшихся. С уст начали вылетать самые искреннее слова поздравления, что я только мог услышать. Ну а мы с Рози молча принимали все сказанное, и даже больше. Сил сиять уже не было, поэтому мы, словно как нашкодившие школьники, опустив головы, слушали, что нам говорят другие, но даже не смотря на это, мы продолжали крепко держаться за руки, и я уверен, что в тот миг ничего не смогло бы нас разлучить. И к слову… в тот день мы так и не смогли доиграть в днд…       Но даже после всего произошедшего подготовку к концерту никто не отменял. У нас была ровно неделя на оттачивание мастерства в исполнении всей первой части альбома. Всю неделю мы были как на иголках, думать о чем-либо еще было просто невозможно. Ну… тут я, конечно, утрирую, ведь у меня была Рози, а у Чары был Фриск, но вот у Бердли… мне его искреннее жаль.       – Так народ! Давайте еще разок отыграем этот кусок!       – Но мы и так его несколько раз уже сыграли… – возмущался я.       На что Бердли пригрозил мне, а после сказал:       – Не хнычь! Играть будем ровно до того момента, пока ты не сможешь без особого напряжения, а главное, свободно отыграть этот момент! На концерте будет куча народу, и нам нужно показать не только себя, но и свою энергетику – наш дух!       И он был чертовски прав.       Если говорить про место проведения, то это была уже концертная площадка, а не бар или же паб. Она был гораздо больше того, в котором мы играли нашу акустику в прошлый раз. Там даже была вип-ложа, находящаяся на втором этаже! Но так как мы – просто кучка сброда, она будет для нас и наших слушателей закрыта. Предстоящее мероприятие в масштабах площадки было не сильно прибыльным, ведь зал умещал в себе примерно пять сотен человек или монстров, а придет всего триста или чуть больше. Но даже так, это для нас был удачный шанс показать себя на максимум.       Что еще для нас было в новинку – так это возможность вписывать наших друзей в список гостей, то есть, им не нужно будет платить за вход. Но места, естественно, были ограниченные, так что мы бы не смогли позвать абсолютно всех наших друзей, хоть их и так не было много. Хотя я не думаю, что в этом был хоть какой-то смысл, ведь билеты были достаточно дешевыми. И даже так, из всех наших друзей не смогла прийти только Эмбер. Это было довольно странно, ведь в прошлый раз ей понравилась наша музыка, и с нами был её любимый Азриель. Хотя… может, это даже и к лучшему… Проходки на концерт соответственно получили: Азриель, Фриск, Генри, ну, и, конечно, Рози.       А что касается наших коллег по сцене… я о них совершенно ничего не знал. Это были две группы, что играли похожую музыку, но они были старше и популярнее нас. Был даже некий страх, что как только они выступят, большая часть народа уйдет, а нас останутся слушать примерно человек пятьдесят. Но отбросив все страхи, мы уверенно продолжали отрабатывать наш материал, пока не наступил день икс.       В этот раз мы приехали на саундчек вовремя, но пока только втроём. На входе охранник наклеил нам специальные бумажные браслеты, которые нельзя снимать, так как они показывали, что мы артисты. Недолгое время спустя к нам присоединятся Азриель и Генри. А уже после того, как откроют двери для посетителей, придут Рози и Фриск. Но насчет самого саундчека мне нечего рассказывать. Никто нам на этот раз не помогал, только слава богу, что Генри разрешили воспользоваться оборудованием для отстройки нашего звука. Почему Генри теперь отвечает за наш звук? Ну, Бердли в прошлый раз так понравилось, как он отстроил для нас звук, что теперь он не просто часть группы, а наш звукорежиссер. Но нас с Чарой все еще смущала одна деталь…       – Генри, а что это за коробки?...       Как только к нам в абсолютно пустой зал вошёл Генри, он поставил возле стола с мерчем выступающих с нами групп две непримечательные коробки, а уже только после подошёл к нам.       – А это… так это же ваш мерч! Бердли попросил забрать перед концертом. Мне было не сложно.       Так все же, Бердли успел позаботиться и заказать футболки к концерту… Услышав наш диалог, он тут же сказал:       – Ну, раз уж вы все знаете, то решайте, кто из вас двоих будет продавать футболки и наклейки!       – Почему ты нам даже об этом не рассказывал!? – справедливо возмутилась Чара.       – Это был сюрприз! Если что, я именно из-за этих футболок и наклеек не пришел на стрим! Мне нужно было…       – Ладно ладно! Только не начинай душнить! – резко перебив, сказала Чара.       – И все же, решать вам, кто будет стоять у прилавка.       Я слышал, что Чара очень хочет послушать сегодняшние группы, поэтому лучше будет пойти ей на встречу. Но неожиданно, она первая высказалась:       – Давайте я Азриеля позову! Он же популярный, вот пусть и впаривает футболки, да автографы раздает!       – Хорошая идея, звони! – мигом ответил Бердли.       Долго дозваниваться не пришлось, а разговор был еще короче. Выслушав его, Чара повесила трубку, а после ответила.       – Он сможет, но только до начала концерта… То есть, когда начнет играть музыка, он пойдет пить в бар.       – Ну давайте я сяду, мне не сложно. – принимая эстафету, сказал я.       – Проявляешь инициативу? Ай молодца! – взъерошив мне голову, сказала Чара.       – Должна будешь. – с ухмылкой ответил уже я.       На том и решили. Как только закончили с аппаратурой, мы начали мучиться, развешивая футболки и выкладывая наклейки. А завершилось все тем, что пришел Азриель, и мы сделали парочку рекламных фотографий с ним для наших сот сетей.       – Думаю, их все разберут! – оптимистично произнес Бердли.       – Не благодарите! – добавил Азриель.       Даже стало как-то стыдно, что мы так нагло используем Аззи для продвижения группы. Но вроде как сам Азриель не против, хотя, он может просто об этом не говорит, учитывая его мягкий характер, и такое возможно.       Ну а тем временем оставалось примерно двадцать минут до открытия дверей. Чара и Бердли пытались не сойти с ума и оттачивали свои навыки игры, ну а я метался из стороны в сторону в попытках отвлечься. Почему-то… мне было не по себе от этого места… Будто что-то наблюдает за мной, из темных углов этого зала. Словно я снова вижу эти розово-желтые глаза с огромной улыбкой в тени... Может, я просто боюсь открытых пространств? Все может быть. Ну а в попытках отвлечься от этого гнетущего чувства, я пошел на отчаянный шаг, а именно, к барной стойке. Нет, я не хотел выпить, я просто хотел побыть в более живом месте.       И я не прогадал, в баре действительно было живее, чем там. Самих барменов было двое, девушка, что в тот момент куда-то отошла, и рыжий мужчина в очках с не менее рыжей бородой. Таких вроде называют хипстерами. Он вытирал стойку перед приходом посетителей, так как все должно было быть на высшем уровне. Посмотрев на меня с жалостью, бармен спросил:       – Вау, чувак, выглядишь сильно напряжённым, налить чего-нибудь?       На вид он был значительно старше меня, лет так на шесть, может семь.       – Да, можно воды?        Бармен сделал удивлённый взгляд, а после опять спросил:       – Может чего-то покрепче? Я делаю превосходные коктейли!       – Тогда давай… что-нибудь безалкогольное. – я решил показать себя с хорошей стороны, да и как вы знаете, пить я не любил, особенно перед важными выступлениями…       На это парень слегка удивился, а после с усмешкой ответил:       – Отлично! Как насчёт безалкогольного мохито?       – Звучит неплохо, сколько с меня?       – Не волнуйся дружище, это – за счёт заведения!       Ну, раз уж угощают…        – Спасибо. – кратко ответил я.       На что он мне кивнул, а после добавил:       – Ты только это… второй не говори об этом… хорошо?       – Хорошо. – с ухмылкой ответил я.       Ну а пока мой напиток делался, вернулась и та самая вторая. В отличии от бороды (так я его для себя назвал), она не сильно была разговорчивая, девушка-бармен просто расставляла бутылки с пивом и водой по холодильнику. Закончив с напитком, бармен красиво подал его мне, а после торжественно заявил:       – Наслаждайтесь!       Когда я немного отпил из трубочки, по горлу пошёл освежающий, лимонно-лаймовый напиток. Это в корне отличается от покупного мохито!       – Ну, как? – спросил борода.       Выпив его буквально залпом, я осмотрелся по сторонам. Вроде бы, то самое неприятное чувство пропало.       – Вкусно! – честно ответил я.       От такого ответа он улыбнулся. Ну а после ко мне подошла барменша, и резко перед моим лицом поставила пак бутылок с водой. Недолго думая она сказала:       – Это, если что, вам. Унеси их себе в гримерку, потом перед выступлением на сцену поставите. Сейчас будут посетителей впускать, так что лучше тебе бы поторопиться.       – Спасибо. – сказал я, а после, взяв бутылки, ушёл обратно к ребятам.       Но как только двери были открыты, я тут же пошел на поиски своей Рози. Встретившись с ней перед началом, мы просто обменялись любезностями. Мне было жутко стыдно, что я не могу провести с ней побольше времени, но в тот день с ней что-то было не так. Рози все так же была красива, но… будто очень сильно уставшая.       – Что-то случилось? – волнуясь спросил я.       – Крис, ты же знаешь, что мне не по себе от такого огромного количества народа…       И ведь правда… я совсем об этом забыл. Когда я извинился перед ней, Рози улыбнулась, а после сказала:       – Ничего страшного! Давай лучше… отойдем отсюда.       Она показывала на диван у стены, где не было особо много народу, и где мы бы могли уединиться.       А ведь если так подумать… то все же что-то изменилось после официальной помолвки. Я думал, что все будет как раньше, но… Нужно заработать на свадебные кольца, продумать саму свадьбу, рассказать матери и отцу эту новость… Господи… столько всего! Ну а Рози то и дело начинала болтать о всяком. Я лишь поддакивал в нужных местах, не особо вникая в то, что она говорит. Да ей это было и не нужно. Но даже так, я отчётливо знал, что ради неё я смогу вынести все эти преграды, ведь так я смогу сделать её еще счастливее.       Постепенно время приближалось к выступлению первой группы, а это значило, что Азриель покинул свой пост на продажах нашего мерча, и мне нужно было его заменить.       – Рози, тут такое дело… Сейчас будет выступать первая группа, а мне нужно будет сидеть в том углу и продавать наши футболки…       Услышав это девушка удивилась.       – А вы выпускаете футболки?!       – Ну да, это называется мерч, если говорить простым языком, то это одежда с символикой исполнителей и подобным.       – Понятно… Ты можешь идти. Удачи!       А вот теперь был удивлён уже я.       – Ты разве не хочешь со мной посидеть?...       – Прости, но я правда не очень хорошо чувствую… будто… на меня кто-то смотрит… здесь очень неуютно. Я лучше тут останусь.       А ведь точно такое же чувство наблюдалось и у меня… От этого мне стало даже немного страшновато, а по коже прошлись мурашки. Заметив это, Рози спросила:       – Крис, что-то не так?       – Д… да нет! Все в порядке! Я… я, пожалуй, пойду…       И после этих слов я ушел, а выступление только началось. Но я не мог насладиться музыкой из-за своих внутренних переживаний по поводу и без. Да и к тому же, футболки и наклейки довольно хорошо брали, поэтому времени на размышлений особо не было. Разве что со мной рядом сидел Фриск, который пытался поддержать со мной диалог.       – О чем волнуешься?       – Пытаюсь вслушаться в текст. – соврал я.       – Да ладно тебе! Они сейчас играют песню без слов, ты даже совсем не слушаешь! – смеясь, ответил он.       Делать было нечего, пришлось рассказывать…       – Вот знаешь, у меня и Рози здесь возникает неприятное ощущение, будто на меня кто-то пристально смотрит, а по телу идет неприятный холодок. У тебя было такое?       Парень на мгновение задумался, а после ответил:       – Помню, было такое. Но это было уже давно, точно не вспомню. Я же тогда маленьким был и по глупости спросил одного веселого лодочника насчёт этого, а он резко из веселого стал мрачным!... Он развернулся ко мне, а после сказал то, что я на всю жизнь запомнил из-за кошмаров!       Фриск резко замолк, будто создавая интригу, и черт возьми, у него это вышло.       – Ну так, а что он тебе сказал то? – не выдержав спросил я.       И лучше бы, я этого не спрашивал… По моему телу прокатилась огромная волна мурашек, а руки резко задрожали…       – Он сказал… «Берегись того, кто говорит руками…».       Я не мог что-либо сказать, будто моё тело снова было заковано в цепи. Кукловод. Он при нашей встрече в лимбо поначалу использовал язык жестов, а после, поняв, что это не нужно, начал общаться телепатией.       Выступления первой группы постепенно подходило к концу, а я сидел как на иголках, боясь шелохнуться, но больше всего я боялся за Рози. Практически каждые пару минут мою голову посещал лишь один вопрос: «Как там Рози?»       «Наверное, ей тут просто не по себе…» – пытался успокаивать себя сам.       Но у неё возникло точно такое же чувство, что и у меня. Это очень плохой знак, надо её срочно найти. И эти мысли настолько меня беспокоили, что тут же начал глазами выискивать знакомую фигуру, но ничего не вышло.       Я уж хотел пойти сам её искать, да вот только… нельзя оставлять весь мерч без присмотра. Особенно учитывая, что его хорошо покупали. Но к моему счастью, ко мне подошла Чара.       – Ну как успехи? Много продали?       – Неплохо. Я думал желающих купить без Азриеля будет меньше.       – Отлично! Можешь идти отдохнуть, а я за тебя подежурю.       – Спасибо! Мне нужно найти Рози, ты её не видела?       – Не-а, могу пожелать только удачи в поисках.       После этих слов, я двинулся на поиски. И я спрашивал то у Генри, то у Бердли, но её никто с начала выступления не видел. Я уже начал переживать, но все же, у меня оставался еще один способ её найти…       – Вы не видели девушку монстра, с белой шерстью и с зелёными глазами в очках?       Двое барменов переглянулись между собой, а после борода ответил:       – Да, видел. Она наблюдает за концертом на вип-этаже.       Это было на удивление быстро… Все же, хорошо, что здесь бар находится немного дальше от сцены.       – Спасибо! Стоп… А разве он сегодня не закрыт?       На такой вопрос он лишь ухмыльнулся, а после ответил:       – Верно подмечено! Я просто заметил, что девушке не очень нравятся громкие звуки, вот и предложил понаблюдать за шоу со второго этажа.       – Огромное спасибо... Я пойду.       И недолго думая, я устремился по лестнице вверх. Поднявшись я увидел абсолютно темную и пустую площадку, среди которой, опираясь на перила, стояла одна одинешенька моя Рози. Я был рад, что с ней ничего не случилось. На удивление, тут действительно было тише, чем перед сценой, но даже так, все было прекрасно слышно. Заметив меня, девушка лишь молча взглянула на меня, после продолжила наблюдать. Подойдя к ней поближе, мы стояли и молча смотрели на концерт, но некоторое время спустя Рози неожиданно проронила:       – Знаешь... Порой я так сильно выгораю...       – Выгораешь?... – удивленно вопросил я.       – Да. Именно. Знаешь, в конце рабочего дня мне просто хочется прийти домой и... Ничего не делать. Я просто мечтаю в последнее время посидеть с тобой на диване поздно вечером... В твоих объятиях...       Сначала, я подумал что она покраснела, но на самом деле... Рози и в правду просто очень сильно устала, и из-за этого скрывать свои чувства или же эмоции банально не могла. Поэтому тут же добавила:       – ...Уже при одной мысли об этом моё сердце так бешено стучит... – еле тихо пробубнила она.       Пытаясь её чуть-чуть успокоить я спросил:       – Может, тогда молча постоишь в моих объятьях?       Рози на мгновение задумалась, хоть по её милой мордашке и так все было ясно.       – Ладно, иди сюда...       Тесно придвинувшись ко мне, Рози мигом оказалась в моих объятьях, и мы абсолютно молча смотрели на происходящее со второго этажа. Но неожиданно она ласково укусила меня за ухо и прильнула ещё плотнее. Я слегка дёрнулся, когда её рука скользнула по синякам, но постарался не подать виду.       – Ты так мило краснеешь… – проронила она.       Рози разрумянилась, её пальцы начали подрагивать, к дыхание стало неровным.       – Ты тоже! – запоздало ответил я.       Упругие, но небольшие холмики её грудей упирались в меня, заставляя сердце учащенно биться. И тут началось нечто для меня несвойственное. Такое могло произойти только в самом пьяном и похабном разуме. Невольно, я начал дотрагиваться до тела Рози там, где мне до свадьбы не стоило. Её тело такое мягкое и нежное… А грудь хоть и небольшая, но она хорошо помещается у меня в руке. Упругая и мягкая… Словно шарик с водой. Все почти вышло из контроля как только мои руки потянулись ниже, к её мягким и приятным бедрам.       – К… Крис?... – тем временем попискивала Рози.       Ну а я лишь молча продолжал одаривать её своим вниманием, то в щеку, то в шею. Попутно нагло облапывая объект своего обожания.       «Она женщина. Моя женщина. Будущая супруга.» – эта мысль была далеко не единственной в моей голове, их было много, и одна краше другой.       – Ты… ты хочешь сделать это?... Если да, то…       И только одной этой фразы хватило, чтобы привести меня в чувства. Я был в тот миг даже не человеком, а зверем. Но окончательно остановился я только тогда, когда обратил внимание на Рози, что пыталась расстегнуть пуговицы на своей рубашке. Я резко отвел свой взгляд, и сказал:       – Нет… Я не могу.       Девушка удивилась, а после спросила:       – Н… ну ты же… Я… я совсем не против этого! Ты же… мы же… Да ты бы только знал, как я давно этого ждала!       Её удивление резко сменилось на злость, ну а я же окончательно растерялся в моменте.       – Я… я не понимаю о чем ты.       – Крис! Почему ты в упор не хочешь видеть во мне женщину?!       – Нет! Это не правда! Но тебе же только девятнадцать…       – А я об этом задумывалась и мечтала еще с семнадцати!       От этого разговора мне становилось только хуже. Может… мне сделать это прямо здесь и сейчас?... Тут так тихо и уединенно… Две души сливаются в едином любовном танце… Но все же… Почему она мне раньше об этом не говорила?       – Ты действительно этого хочешь? – громко и четко произнес я.       – Да! – не раздумывая, но смущенно ответила она.       Из-за такого ответа я даже на миг смутился, а после постарался отвертеться. Нет, я и в правду считаю Рози привлекательной, да чего уж греха таить, сексуальной, но… я словно держал себя на поводке, ведь если меня так опьяняет её поцелуи и запах, то что произойдёт, если мы займемся этим?...       – Хорошо. Но не здесь, и не сейчас. Просто… пойми же! Мне тоже все это не легко! Ты могла просто попросить меня об этом!       Все это постепенно перерастало в ругань и истерику.       – Я тебе намекала на это! Но ты… ты… Ты болван!       Повисла неловкая пауза, на которую я совсем не мог что-либо ответить. Но если она на это намекала… то я действительно болван.       – Ты обещаешь, что сделаешь это?... – спокойно проронила девушка.       – Как вам будет угодно, ваше величество! – с ухмылкой ответил я.       На что в ответ улыбнулась уже принцесса. Но даже несмотря на такой добрый финал диалога я чувствовал, что со мной что-то не так. Мне будто не давали дышать, а совместив еще и дурную голову, тут можно ожидать чего угодно. Мне нужно было уйти.       – Пойду развеюсь, а то мне тошнехонько…       – Может мне с тобой пойти?... – беспокоясь, спросила она.       На что я тут же попытался отвертеться, по этому с улыбкой ответил:       – Не стоит, лучше наслаждайся шоу! К нашему выходу я вернусь.       С улыбкой кивнув, Рози продолжила смотреть на выступление, словно еще пять минут назад я не покушался на её девственную плеву. Ну а я же, спокойным шагом спустился со второго этажа и начал искать выход.       «Тут точно должен быть служебный выход, где работники выкидывают мусор и курят…» – думал про себя я.       Подойдя к зоне бара, я в очередной раз обратился к бармену с таким вопросом, но только уже к девушке.       – Где тут у вас выход для персонала?... – кое-как обратившись к работнице, спросил я.       Слава богу, она заметила мою ленточку артиста на руке, поэтому без вопросов ответила:       – Тебе покурить? Если да, то выход там. – показав на правую дверь, ответила она.       Я уж не стал говорить, что не курю, но все же ответил ей коротким «спасибо».       Выйдя на улицу, я тут же начал ловить свежий воздух своими легкими. Хотя казалось бы, грязная и темная подворотня большого города, но тут хотя бы свежо и тихо… слишком тихо. Мне нужно было хоть как-то развеяться и отвлечься, но я даже не представлял как. Благо, думать долго не пришлось, так как я услышал недалекий свист, тут же перешедший на ругательства.       – Эй ты! Придурок!       Этот голос показался мне довольно знакомым, по этому я машинально повернулся в сторону голоса.       Взглянув на своего «собеседника» я заметил не только его, но и две довольно крупные фигуры.       – Кай… – подвел итоги я.       Сложив руки на груди, он, надменно улыбнувшись, ответил:       – Я же сказал, что вернусь!       – И тебе на это понадобился всего год? Я удивлён. – с издевкой ответил уже я.       От такого ответа лицо парня сменилось на недовольное. Ситуацию принялся разбавлять рядом стоящий бугай.       – Слышь, пацан, может автограф дашь? – разминая костяшки спросил он.       На что я лишь слегка улыбнулся. Я прекрасно знал, зачем они сюда пришли, поэтому, недолго думая ответил:       – Извините, у меня нет бумаги чтобы дать вам автограф… Но если так хотите, то могу разукрасить лицо.       На такой ответ кампания лишь удивлённо переглянулась, они не ожидали от меня такой наглости.       Недовольно выдохнув, я понял, что мне ничего не осталось как встать в подобие стойки, а после сказать:       – Давайте быстрее, у меня через двадцать минут концерт… – подначивая на провокацию, при этом так же разминаясь, сказал я.       От этих слов Кай взбесился ещё сильнее.       – Да как ты, сука, смеешь стоять на том месте, где должен был стоять я?!?       Но в этот раз я ответил его же фразой, которую отчётливо запомнил.       – А тебя ебет? – с довольной ухмылкой произнес я.       – Да ты совсем ахуевший!!!       Глаза Кая начали бегать из стороны в сторону, он был не просто в гневе, он был в животной ярости. Ведь какой-то выскочка смог так просто его заменить и с легкостью победить. Но теперь… Он был не один. Древняя мудрость гласит, что толпой можно забить даже льва… Ну что же… сейчас мы это и выясним…       Уверенными шагами двое подручных начали сокращать между нами дистанцию. Подворотня была слишком тесной, поэтому разгуляться мне негде. Меч призывать я тоже не стал, так как мои противники не были вооружены, да и они, мягко говоря, того не стоили.       Первый удар был направлен прямо на моё лицо, на что последовала простая цепочка из уклонения и после контрудара по подбородку. Лицо бугая было большим, так что попасть именно туда было не сложно. Лицо мигом приняло болезненный и, даже я бы сказал, «неприятный» вид. Я хотел закончить бой быстро и эффективно, поэтому следующий удар был нацелен в область печени. Не успел противник переварить первый удар, как в него полетел еще один.       Но… не все так было гладко. Второй тем временем не стоял в стороне, он выжидал момента для того, чтобы набросится на меня, что, собственно, он и сделал. Последовал неожиданный хлесткий удар по моей ноге, что заставил меня потерять свое равновесие. И уже весьма разъярённый первый полетел своей тушей прямо на меня. Было очень больно. Я упал возле сзади стоящей мусорки. Последовали сильный удары ногами и куча матов с оскорблениями в мой адрес, но я почему-то даже не прикрывал свое лицо. Я вообще не понимал, на что в тот момент рассчитывал.       И вот, когда удары закончились, первым, что я услышал был громкий смех. В тот миг, ОНО смеялось как гиена… Кай и его упыри были полностью уверены в своей победе. Пока его шестерки били меня, я лишь думал о том, а достойны ли такие «Люди» как они называться таковыми? Чем монстр отличается от человека? Своей внешностью? Или внутренностями? Возможно… но вот поступками мы все одинаковые.       – Только сильно его не касайтесь, а то я слышал, что его девушка-монстр… Вот уебище… Не мог себе нормальную бабу найти.       Лишь только услышав это… столь мерзкие слова о ней… я непонятно почему перестал чувствовать боль… нет… я почувствовал уже нечто, так давно мною забытое. Рот сам, по старой привычке скривился в подобие улыбки, а опущенные метафорично руки снова превратились в кулаки. Я резко вспомнил всё то, чему меня учила Сьюзи.       – нет… это не люди… а значит, можно не церемониться… – кое как проронил я.       – Че ты там бубни…       Но не успев даже договорить, я резко вскочил на ноги. В наглую харю первого громилы полетел резкий кулак, а после прямой удар по ноге. Я хотел её сломать. И как только я услышал буквальный волчий визг, я понял, что у меня это удалось. Второй же на мгновение остановился, в его глаза было не только удивление, но и страх. Никто даже и не думал, что я хоть как-то продолжу сопротивляться. В его морду полетел уже локоть, что разбил ему нос. Как только он начал отводить лицо в сторону, по путно мыча, я схватился пальцами за его морду, а после окрасил его слезами с соплями и кровью недалеко стоящую стену. Закончив с ними, я чуть ли не полетел на Кая. В том переулке было очень темно, и я уверен, единственное что он смог разглядеть в тогда, были мои яркие, красные глаза. Но я же смог в ответ заметить резкий серебряный шлейф. Кай за долю секунды успел достать перочинный ножик из кармана. Я был уверен, что это получилось у него случайно, ведь его кишка была чересчур тонка для убийства. Но для меня было уже поздно. В порыве ярости я не смог взять контроль над собой, поэтому случайно напоролся на него… Но Кай этого не заметил, так как адресат получил свою посылку. Резким хуком я наконец смог уложить его на холодный бетон.       Пока налетчики собирали себя по кускам, а после со всех ног бежали из злосчастного переулка, я все продолжал стоять на своих ногах, даже не держась за свою рану. Но после того, как их след простыл, я совсем не смог совладать с болью, по этому снова упал...       Но неожиданно, пока я лежал облокотившись об стену, откуда-то, ко мне подошёл маленький серый монстренок…       – Малыш… Ты бы не мог мне помочь… Мне тут немного не по себе…       На что он лишь странно посмотрел на меня. Только тогда я смог рассмотреть его глаза… Это были белые, безжизненные глаза. Я даже невольно подумал, что ко мне пришла сама смерть, в детском обличии. Пока я смотрел на него, он все молчал. Но все же, монстренок решил прервать обед молчания.       – Кристофер Дриимурр?...       Я не знал, откуда он меня знает, но все же, неуверенно ответил.       – Д… Да?...       – Мой господин хотел поговорить с вами… Соединение через.. три… два… один…       Монстренок замолк, спустя миг улыбнулся, а после послышался голос… Он был знаком для меня, даже слишком… Я запомнил этот высокомерный голос на всю свою жизнь…       – Ну здравствуй… Седьмой…       Слегка улыбнувшись, а после прокашляв, я ответил:       – Всё же реально смерть пришла…       Я встретил его, как старого друга, хоть и ненавидел Кукловода до глубины души.       – Значит, Арес решил стать Орфеем?       На что я с долей юмора ответил:       – Значит, кукловод сменил себе куклу?       – Эта… Как ты называешь… «Кукла» была ещё раньше тебя. И служит уже давно верой и правдой.       – А я-то думал, что бы случилось, если бы присоединился к тебе… Жалкое зрелище… Хотя, те ребята были вполне неплохими…       На этот ответ Кукловод снова посмеялся, а с ним посмеялся и я. Мы словно были старыми друзьями, но если бы у нас двоих была бы даже мизерная возможность, то мы бы точно поубивали друг друга.       – Скажи мне, Седьмой, какого это, сидеть и гнить, в надежде, что кто-то придёт тебе на помощь?       – Не знаю. Спросил бы ты Спамтона, он бы тебе ответил.       Я знал, как ему достойно ответить, было бы у меня больше сил, я бы припомнил ему всех… Всех кукол, что он создал, и тех, кого он обратил в своих последователей… На это, Кукловод печально вздохнул, и сказал:       – Эх… Снова ты о них…       Я с ненавистью, но в то же время спокойно смотрел на очередную куклу Кукловода. Поняв, что разговор зашёл в тупик, он наконец произнес:       – Запомни, мой юный друг, скоро мы встретимся, и тогда, я дам тебе то, чего ты так желаешь…       – Ответы? Спасибо, они мне не нужны.       Кукловод посмеялся, а после ответил:       – Нет. Намного лучше, я сражусь с тобой!       Я был сильно удивлён этому. Особенно учитывая то искрометное поражение несколько лет назад, что жгло меня до сих пор.       – Но, у меня есть одно маленькое условие. Ты должен показать мне лучшую форму себя. А то… ты даже трех человек осилить толком не смог… Покажи мне… Почему я тебя прозвал палачом.       Подняв руку прямо к лицу монстренка, я показал этому напыщенному индюку средний палец, а после улыбаясь сказал:       – Договорились, мудила.       Кукловод был ой как рад это услышать.       – Перед тем как уйти, я скажу когда это будет… А именно тогда, когда ты не ожидаешь… Ты заметишь странную дверь… Она и будет проводником к твоей последней битве.       После того, как монстренок пришёл в себя от контроля Кукловода, он, вежливо попрощавшись, начал уходить от меня. Это означало, что разговор был закончен. Но, все же, на последок, я решил напомнить ему о кое чем…       – Эй…       Монстренок повернулся ко мне, и кивнул головой.       – …Передай своему хозяину вот что… Меня зовут не седьмой, и не «Палач», а Крис. Кристофер Дриимурр…       Молча кивнув, монстренок покинул меня и ушёл из этой подворотни. Ну а я продолжил ждать помощи…       И все же я её дождался. Кто бы мог подумать, но в очередной раз моим богом из машины оказалась Рози. Хотя, понять, почему она была здесь, не так уж и сложно. Девушка отчаянно кричала мое имя, дабы найти меня, и у неё это вышло. И вот он я, лежу возле стенки и истекаю кровью. Заметив меня, она с визгом подбежала ко мне чуть ближе.       – Крис!!! Ты как? Живой?!       – Ну а как ты думаешь?...       – Господи… что же мне делать?! Тебе же сейчас нужно будет выходить на сцену!!!       Почему-то в тот момент я был спокойнее неё в несколько раз.       – Так, ладно, успокойся. Ты сможешь поставить меня на ноги магией лечения?       Девушка недолго подумала, а после неуверенно ответила положительно.       – Тогда действуй. – сказал я, обнажив перед ней свою рану в боку.       С дрожащими руками она потянулась к месту удара. Хоть рана и так была горячей, в тот миг я чувствовал, будто своими руками Рози буквально сжигала меня дотла.       – Лучше?... – боязливо спросила она.       – Да. – коротко ответил я.       – Тебе нужно срочно в больницу! Рана хоть и не глубокая, но она в любой момент может раскрыться снова!       – А у тебя есть медицинский диплом, чтобы так утверждать?... – грубо ответил я.       – Н-нет! Но я в этом уверена! Нужно срочно рассказать об этом…       Не став её дослушивать, я тут же произнес:       – Не нужно. Я чувствую себя хоть и слегка паршиво, но выступить я смогу. Просто принеси в гримерку бинт и обезболивающее… ну и что-нибудь перекусить с водой. Поняла?       От услышанного Рози пришла в ужас. Но все же, она в очередной раз попробовала меня переубедить.       – Н-н-но если с тобой что-то случится, я просто… я просто не переживу!…       Дабы попробовать хоть как-то её успокоить, я улыбнулся Рози и крепко обнял насколько сильно, насколько мог в тот момент.       – Крис… ты же знаешь, что я тебя очень сильно люблю… – чуть ли не плача, проронила она.       – Конечно. И я тебя тоже…       – Я не хочу, чтобы ты погиб… – шмыгая носом, продолжила она.       – Ничего страшного, ты же прекрасно знаешь, что мне не в первой так рисковать. Да и я просто не могу подвести своих друзей. Не волнуйся, я обязательно после этого обращусь в больницу, просто поверь мне.       Девушка молча обдумывала все сказанное мной. Ей было очень сложно принимать такого рода решения.       – Крис…       – Да?...       – Пообещай мне, что ты не умрешь на сцене.       Уж слишком много обещаний за один день. Но спорить не буду.       – Обещаю. – ни секунды не раздумывая, ответил я.       После этого мы незаметно двинулись в сторону гримерки. Буквально упав на кресло, я принялся ожидать возвращения Рози. Рана слегка побаливала, но, слава богу, никакие органы не были задеты. И все же, Рози в очередной раз спасает мою жизнь. И как только у неё это выходит?... Ну а тем временем, она все же вернулась, да не с пустыми руками.       – Так… выпей вот это, – сказала она, подав мне бутылку воды и две таблетки обезбола. – и сними с себя кофту с футболкой, я перебинтую рану.       Я покорно выпил таблетки и снял с себя одежду.       – Ты ничего поесть не принесла?... – с надеждой спросил я.       На что Рози лишь вздохнула и сказала, что есть только лапша быстрого приготовления.       – Давай её сюда.       Девушка была в недоумении. Она даже на миг остановилась, когда обвязывала мое тело бинтом. Недолго думая, Рози все же спросила:       – Ну не будешь же ты есть лапшу всухую?...       – Не волнуйся, я её запью водой.       Поразившись моей логикой, Рози отдала мне брикет лапши в руки. Открыв пакет, я тут же начал откусывать раз за разом содержимое. Я отчётливо чувствовал, как мой голод становился меньше, а моё самочувствие только лучше.       – Ну как?... неужели вкусно?...       – Если честно, то даже лучше, чем в приготовленном виде.       Девушка снова замолкла, но после проронила:       – Все… готово. Тебе уже пора на сцену… Надеюсь ты помнишь, что пообещал?       Вместо моего ответа последовал поцелуй, которого Рози совсем не ожидала. Но она даже не смутилась, она лишь грустно улыбнулась, а я ответил:       – Не бойся, после того, как все это закончится, мы сделаем это.       Но это было лишним… Рози резко нахмурила брови, а после выпалила:       – Кристофер, ты – болван!       И даже так, перед тем как уйти, она пожелала нам удачи, а после ушла, громко закрыв за собой дверь.       Спустя одно мгновение я наконец смог воссоединится с Чарой и Бердли, и они были очень недовольны моей пропажей…       – ТЫ ГДЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, БЫЛ?! – громко возмущалась Чара.       – Мы тебя потеряли! Почему ты не отвечаешь на звонки?! – добавил Бердли.       – Так телефон у меня в гримерке остался… простите, что заставил вас волноваться…       Настроение Бердли резко переменилось после этих слов на противоположное.       – Что с тобой?... Ты какой-то усталый и покоцанный весь… Что-то случилось?...       Неужели это слишком очевидно?...       – Не переживайте, все нормально. Вы готовы? – улыбаясь, спросил я, протягивая свой кулачек.       На что ребята тут же улыбнулась, и протянув свои кулаки не колеблясь ответили:       – КОНЕЧНО!       Мы вышли под рев толпы, собравшейся возле сцены. Было немного не по себе от такого количества народу… но натянув улыбки и крепко взявшись за свои инструменты, можно было сказать, что шоу уже началось…       Несколько секунд я слушал ритм, ну а затем лишь кивнул. Подхватив свою гитару, мои пальцы пробежались по струнам, и инструмент отозвался начальным соло. Но после… в череду моих партий стали вплетаться более хаотичные, но такие живые барабаны Чары. Настало время размытых, перегруженных риффов моей электрогитары.

– Что же оставит мне мой век?

СЕРЫЕ ДОМА?!

В НИХ ХОЛОД, НИ-ЩЕ-ТА-А-А!!!

И на бал-ко-на-а-ах… садовые цветы-ы-ы…

В них опиум в прокуренных обо-о-оях,

В них друг мой жи-и-ил!…

      Мои крики, как и звуки инструментов заполняли помещение зала… И я довольно-таки хорошо попадал в ритм баса и ударных, даже несмотря на мою рану в боку. Ну а тем временем шел черед веселого куплета, в котором я вспоминал своего непутевого общажного соседа, и то прекрасное, беззаботное лето в родном краю, что мы с Рози вспоминаем с улыбкой до сих пор.

– В подъезде ему вышибли мо-озги-и-и…

Я лето то запомнил, по алым предрассветным облакам…

И жадно я глотал, холодный дух сво-бо-ды!

Что в юности беспечной так иска-а-ал!

      И как я уже говорил… как только наступил припев, толпа чуть ли не громче меня рвало свое горло, пока я пел заветные строки… Теперь эта песня действительно стала гимном. В тот момент я словно слышал каждого из них, хотя и понимал, что это невозможно. И лишь на мгновение повернувшись к Бердли, я увидел на его лице лишь удивление, совмещённую с детской радостью, даже он не ожидал такого. Я рвал свое горло, точно так же, как и наши слушатели.

– ЗДЕ-Е-ЕСЬ СРЕДИ МО-ГИ-ЛЬНЫХ СТЕ-Е-ЕН!!!

БЫЛ ПОТЕ-Е-ЕРЯ-Я-ЯН ЧЕ-ЛО-ВЕ-Е-ЕК!!!

ОН НА ПАМЯТЬ О СЕ-Е-ЕБЕ-Е-Е,

НАМ ОСТА-ВИЛ ПРО-ШЛЫЙ ВЕ-Е-ЕК!!!

      Настал черед нового куплета, что переносил меня в самые первые дни в этом новом мире, где все казалось одновременно чуждым, и родным. Темп песни резко ускорился, как и темп нашей жизни.

– А время не жалеет нас,

Я каждый день смотрю на небо,

КАК В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ!!!

Так жизнь вся пролетит,

По чёрным,

БУДТО БЕСКОНЕЧНЫМ ПРОВОДАМ!!!

Куда ведут меня?...

      Но однажды, ты откроешь глаза и поймешь, кто ты. Только будет поздно, ведь ты пленник бесконечного бега. И единственное, что тебя ждет, так это неизбежная тоска, собственно, как и меня…

– Я через десять лет открыл гла-за-а-а…

Меня несёт всё тот же поезд,

Скорей бы уже станция мо-оя-я…

      И даже в казалось бы, в моменте грусти и печали, я отчётливо слышал, как мой отчаянный гимн раздавался в людях и монстрах еще сильнее, чем до этого!

– ЗДЕ-Е-ЕСЬ СРЕДИ МО-ГИ-ЛЬНЫХ СТЕ-Е-ЕН!!!

БЫЛ ПОТЕ-Е-ЕРЯ-Я-ЯН ЧЕ-ЛО-ВЕ-Е-ЕК!!!

ОН НА ПАМЯТЬ О СЕ-Е-ЕБЕ-Е-Е,

НАМ ОСТА-ВИЛ ПРО-ШЛЫЙ ВЕ-Е-ЕК!!!

      Последний куплет, перед мощным завершением нашего гимна, где я открыто думаю о том, что же меня ждет.

– Ещё десяток я смахну,

Как жёлтую осеннюю ли-и-иству-у-у…

Я вспомню всё! Как страшный сон!

Я потерял себя или на-а-ашё-ё-ёл?!...

Упав на дно-о-о?...

      Шел черед небольшой передышки, который под убойное барабанное соло становился гранд финалом!

– ЗДЕ-Е-ЕСЬ СРЕДИ МО-ГИ-ЛЬНЫХ СТЕ-Е-ЕН!!!

БЫЛ ПОТЕ-Е-ЕРЯ-Я-ЯН ЧЕ-ЛО-ВЕ-Е-ЕК!!!

ОН НА ПАМЯТЬ О СЕ-Е-ЕБЕ-Е-Е,

НАМ ОСТА-ВИЛ ПРО-ШЛЫЙ ВЕ-Е-ЕК!!!

      И этот припев был пропет еще раз. Последние аккорды первой, вступительной песни повисли в воздухе, собственно, как и крик, доносившийся из толпы! Оваций особо не было, но вместо этого нам громко, и с улыбкой на лицах кричали и одобрительно гудели. И слушая все эти голоса, я переполнялся эмоциями. Я крепко сдерживал свою гитару… этот телекастер… он передаёт любые чувства, какие я захочу! Спасибо за эту гитару… Бердли.       – Всем добра и позитива! Мы – группа Руно!!! – в тот момент кричал он.       Смотря на него, я невольно улыбался, даже не смотря на то, что я был не в самом лучшем состоянии. Заметив мою улыбку, Бердли тут же обратился ко мне:       – Крис, напомни всем, какая следующая песня???       – Из колодца… видно звезды… – пытаясь быть увереннее, произнес я.       Толпа продолжала реветь, ведь "из колодца" была для многих любимой песней на тот момент. Но это совсем неважно, ведь эта песня… Была основана на моих собственных рифах и отыгранная вплоть до совершенства Чарой и Бердли. Это самая известная песня, что у нас есть сейчас. Но перед самым началом я решился на отчаянный шаг.       – Перед тем как начать, я хочу сказать вам кое-что… Эту песню я посвящаю своей невесте! Чара, начинай отчёт!       Толпа от такого снова начала аплодировать и кричать, чему я был заметно удивлён. Я уверен, они знают о том, что я встречаюсь с представителем иного вида, но… они действительно рады за нас… Это придало мне уверенности в том, что я делаю все правильно, и что наша любовь не грешна.       Ну а Чара же покорно приступила к отсчёту, а моё внимание было сосредоточено на том, чтобы не сбиться и не перепутать лады. Ноги хоть и слегка подрагивали, но я компенсировал это своими какими-никакими движениями, дабы не стоять, как бревно. Хорошо, хоть руки слушались безукоризненно. Конечно, пару раз я всё же накосячил, все мы не без греха, но для такой музыки это не очень то уж и заметно.       Но тут, прямо перед самым припевом, Бердли крикнул в толпу:       – А ТЕПЕРЬ ВСЕ ДРУЖНО ПОБЕЖАЛИ ПО КРУГУ!!! В КРУЖОК КРУЖОК!!!       И все тут же по его указке начали бежать, образуя в середине зала небольшой водоворот.       Люди и монстры вместе отдавали все свои силы на танцы и на слем с мошпитом. (Для справки, это когда люди прыгают на других людей, а те перекидывают их дальше). Фанаты выделывают такое, показывая, насколько они прониклись музыкой. Это похоже на танец, которого мы наконец удостоились. Я даже не мог представить, что это именно наша музыка делает с ними это.       И это было… Потрясно! Это чувство неукротимости! Оно не имеет никакого отношения ни к большой, ни к маленькой аудитории! Я… Я наконец смог сотворить настоящую магию… Только дело не в технике, а в том, что мы верны себе… Это наш дух.       Тем временем «Из колодца» и «Отрок» пролетели как в тумане. Одну за другой мы отыгрывали наши песни. Я тряс гривой во все стороны, рвал струны медиатором, бегал пальцами по грифу с невероятной скоростью, и напоследок… Соло. Попутно я не забывал носиться по сцене, как-никак подпрыгивать.       И даже не смотря на столь печальную концовку первой части нашего альбома мы пели хором до изнеможения, прыгали со сцены отчаянно, обнимались с незнакомцами, как с лучшими друзьями. Кажется, именно так должны проходить лучшие концерты! В тот момент я уже был на издыхании, похоже… рана, как и говорила Рози, дала брешь. Практически подхватив меня, вся группа дружно поклонилась публике. Взяв свои инструменты, я, опираясь на плечо Бердли, с трудом прошел за сцену и упал, снова облокотившись за стену.       – Фух… это было… невероятно! – не тая восторга, произнесла Чара.       – Это еще не все… слышите? Они зовут нас на бис!       И в правду, даже за сценой отчётливо было слышно, как толпа скандировала название нашей группы. Ну а я же чувствовал себя еще хуже, боль не унималась ни в какую, похоже, началось осложнение. Но я прекрасно понимал, что мы были обязаны дать им еще одну, последнюю песню. И в противовес моим мыслям Чара и Бердли странно на меня смотрели, будто уже о всем догадались даже без моих слов.       – Похоже, на сегодня хватит. – подводя итог, проронил Бердли.       Чара же тем временем молча согласилась со словами лидера, хоть по её лицу было отчётливо видно, что она хотела продолжить. Я не мог просто так сдаться. Еле как поднявшись, я произнёс:       – Плевать. Если наши слушатели хотят еще, то будет им шоу!       – Крис! Ты еле живой стоишь! С тебя на сегодня хватит! – не выдержав, вскрикнула Чара.       – Что ты вообще планируешь играть? У нас кроме акустики ничего не осталось!... хотя… нет… только не говори, что ты хочешь…       Я невольно улыбнулся, Бердли ясно понял, что я собирался сыграть на бис.       – Вы о чем вообще?! Я одна ничего не понимаю!       – The Chariot… City. – коротко ответил я.       Помимо написания материала к альбому мы так же разучивали чужие песни без видимых на то причин. И все же, эта песня подошла бы как нельзя лучше в качестве завершения шоу. Ну а ребята тем временем молчали, только шум не унимающейся толпы жужжал на фоне, напрягая нас все сильнее и сильнее. Первой сдалась Чара, поднявшись с места, она лишь переспросила меня:       – Ты точно уверен, что сможешь вывести?       – Да. Обещаю. Это будет самым мощным завершением вечера.       – …This is a revolution… – процитировал строку Бердли, а после встал, подтянув к себе свою гитару, – Но только в этот раз, говорить будешь ты. – произнес он напоследок.       – Хорошо.       Наш выход на сцену в очередной раз приветствовался всеми возможными овациями. Подойдя ближе к микрофону, я экспромтом попробовал сказать от себя пару слов, но вместо этого…       – Если честно… мне нечего сказать. Только спасибо. Спасибо за то, что сегодня пришли и кричали вместе с нами! За нас все скажет наша музыка. Чара… начинай отчет.       – Раз!... Раз!... Раз! Два! Три!!!       Говорят, что группа является "химической реакцией". Гитара и бас... барабанные... ну и, наконец, голос! Эти элементы реагируют и трансформируются... рождая тем музыку! А ведь правильно говорят… в маленьких клубах слова действительно звучат громко…

– THIS IS ONLY THE START!!!

YOU'RE ONLY OPENING THE BOOK!!!

YOU'RE ONLY ON THE FIRST LINE OF WHAT'S GOING TO TAKE A LITTLE WHILE!!!

I HOPE YOU DON'T HOLD YOUR BREATH BECAUSE THEY REVOLT LIKE A CHOIR,

THEY SAY THE LANGUAGE IS DEAD, WELL, THEN WHY DO WE SPEAK!!!

I HOPE YOU UNDERSTAND THAT MY BRAIN IS FIXED!!!

      Эти люди, монстры… именно они часть всего этого. И это непросто хаос – это музыка. Музыка, что отражает меня, и мою свободу.       – Into the next town,       This is only a revolt!!! – кричал Бердли.       Да, плевать что не идеально, плевать что рвано и неровно, ведь мы всего лишь обычные ребята, что играют музыку. Мы не идеальны, и этим прекрасны.

– ENOUGH IS ENOUGH BECAUSE WE CANNOT BE LATE!!!

BASICALLY, YOU'VE BEEN DEFINED AS "UNWORTHY OF LOVE"

AND I CONFESS, I HAD PLACED IN MY HEART THE SAME ADDRESS BUT I PAINT WITH MY WORDS,

"YOU'RE FREE, DON'T FEAR, THIS IS JUST A REVOLT"

– Into the next town,

THIS IS ONLY A REVOLT!!!

      Перед лучшей частью шла огромная речь. Я её выкрикивал из последних сил, но я должен был!... Должен…

– CALM ROSE: VIOLENT WIND!!!

THE ONLY "SURRENDER" TONIGHT, SHALL NOT BE OUR OWN!

THEY CANNOT ESCAPE, ONE IF BY LAND, TWO IF BY SEA!!!

I SAVED MY MONEY, BUT IT CAN'T SAVE ME!!!

AND MAYBE THERE IS BLOOD FROM THE PAST, BUT THAT IS NOT FROM ME,

THEY CAN TAKE AWAY ONE MAN, AND THEY CAN TAKE AWAY HIS MIC,

BUT THEY CANNOT TAKE US ALL!

NO, THEY CAN'T DIG A HOLE THE RIGHT SIZE TO FIT ALL OF OUR DREAMS!

THEY CAN'T BURY ME, THEY CAN'T BURY ME!!!

WE CAN'T HOPE THAT SOMEBODY ELSE TAKE OUR PLACE…

NO, WE CAN'T HOPE THAT SOMEBODY ELSE TAKE OUR PLACE…

      И видя мое изнеможенное состояние, на сцену начали пробираться наши слушатели. Они кричали слова этой песни, словно знали её лучше, чем я. Но никто из нас не был против. Это помогло мне опустить некоторые слова и сосредоточиться на игре.

– May the history book read of all of our names,

Be it blood, be it ink, but at least we were free!

This is only but a fraction of what I've got to say,

It must be said, it must be said!

If I leave this earth tonight may it be said that I spoke my peace!

      Но все же… последнее четверостишье я смог прокричать.

– I SPOKE WITH THE WRATH OF HIS GRACE,

CALM ROSE: COME VIOLENT WIND!

OH WE STAND HAND IN HAND AND WE WALK WITHOUT FEAR,

THIS IS… A REVOLUTION!!!

      И под отчаянные крики о революции и свободе я наконец понял:       «Вот оно… полное уединение с залом…»       Все голоса, вся эта сотня голосов звучит как один. Монстры… люди… все подпевают в мой микрофон. В один момент я даже не выдержал, и протянул его в казалось бы голодную толпу. Сколько стоит моя свобода? Вот и ответ. Моя свобода стоит сотни и одного голоса, что могут слышать меня, и подпевать мне. Так пойте же со мной, мои друзья! Пусть он услышит наши отчаянные крики, что призваны не сдаваться, и не отпускать руки, ведь эта песня создана не только для меня, она всегда была, и останется вашей!… Интересно… гордился бы сам Джош мной?...       Однажды, я услышал как Бердли отзывался обо мне… я тогда был очень польщён его словам, и даже принял их за лесть, но сейчас… я почему-то сам чувствую это…       «…Я знаю, что некоторые люди и монстры здесь чувствуют то… Что Крис – вокалист, чьи песни идут прямо из его сердца…»       Ну а тем временем барабаны стучали бойко, и в то же время уверенно, что создавало в столь хаотичной композиции цельную, мелодичную структуру.       Сейчас это чувство свободы, страсть, дух единства и всего остального делает меня по настоящему непобедимым. Мне даже кажется, что если среди толпы был бы реальный Кукловод, то от него бы и мокрого места не осталось. Я был готов на всё… Даже…       – ЭТО ВАШ МИКРОФОН!!! ЭТО ВАША СЦЕНА!!! – продолжал скандировать я.       Мне хотелось, чтобы этот момент был вечен. Но из последних сил, я упал прямо в толпу. Я мог в любой момент отключиться, а может даже и умереть, но в тот момент я думал лишь о своем. Прости, Рози… мне правда хочется верить в то, что я смогу сберечь свое обещание, но… я в этом не уверен. Люди и монстры тем временем несли меня словно по волнам, подпевая целому гимну. Гимну чего? Нашему гимну свободы и революции. К слову о ней, я на миг смог заметить её улыбку, которой она одаривала меня все наше выступление со второго этажа. Мне было очень стыдно оставлять её вот так…       Сложно быть свободным... Это легко сказать, но чтобы освободиться по-настоящему, нужна храбрость и готовность идти до конца. Но при этом, я верю, что музыка способна изменить людей во всем мире. Ведь только невероятные усилия заставляет группу двигаться вперёд.       И все же… мы смогли это сделать... В этом мире всякому приходится тяжело. И по этому мы хотели облегчить чужую боль, и дать волю всей этой тяжести через наши песни, на которые отзывались бы сотни, и даже тысячи голосов. В будущем может случится все, что угодно. Но прямо сейчас... несмотря ни на что, и даже на огромный шанс погибнуть на руках своих слушателей... я чувствую себя абсолютно счастливым.

«…Что осталось нам с тобой?

Петь пока не сдохну!

Взлетать пока не грохнусь вниз!

Пить, пока не вырубит!

Сиять, пока сияешь ты!

Петь, пока не сдохну!

Взлетать пока не грохнусь вниз!

Пить, пока не выключит!

Сиять, пока сияешь ты!

Пока сияешь ты…

Пока сияешь ты…

Пока сияешь ты!…»