Время

POV Малфой

Грейнджер ушла, оставляя меня в полном одиночестве в неизвестном для меня времени. Хотя бы уж год сказала, чтоб я хоть как-то сориентировался. Поднявшись наверх и по памяти найдя гостиную, я зашел со Слизеринцами и стал думать, что же все-таки делать, куда идти. В поместье отца идти было бесполезно, мне никто не поверит, да и примут за сумасшедшего, так что вариантов немного. Почти сразу за мной в гостиную вошел не кто иной, как Альбус Дамблдор. Видеть его живым было довольно странно… хотя нет, даже жутко. Снегг убил его на моих глазах. — Мистер Малфой, — он, как и всегда, жизнерадостным тоном говорил со мной, хотя именно я в будущем и должен буду убить его. В целом за эти… за это время он никак не изменился, все та же борода, морщины… Только всего меньше, да и борода немного темнее. — Добрый вечер, вы живете с Северусом Снеггом в дальней комнате. Ваши учебники и форма лежат на кровати. Я просто кивнул ему. Разговаривать совсем не хотелось. Северус Снегг? То есть мы перенеслись во время, когда он учился. Это сколько, лет сорок? Я выдохнул и медленно, пошаркивая ногами по полу, направился в комнату. Зайдя внутрь, увидел странного, неотесанного профессора Снегга, только молодого. Волосы его сейчас были даже длиннее, чем на моей памяти. Я увидел пустую кровать… Он все время жил один? Комната была довольно странная, такая же странная, как и сам Снегг в этом времени. Всюду лежали котлы, какие-то рукописные бумажки, колбочки с разными странными зельями. Книги лежали одна на другой, и я уверен, что, пока меня не было, все эти вещи лежали и на моей кровати. Гостиная Слизерина, как и комнаты, почти не изменилась. Все тот же зеленый цвет, все та же тематика змей, все те же диваны и кровати, однако что-то все-таки изменилось, но я не мог понять, что именно. Из-за двери послышался слишком знакомый смех. Я выглянул и увидел красивую белокурую девушку. Все ее движения были будто бы отрепетированы, без какого-либо изъяна. По бархатному голосу я сразу же мог понять, что это была моя матушка. Я тихо охнул, но, кажется, незамеченным остаться мне не удалось. Нарцисса обернулась на меня, и я даже увидел тень улыбки на ее лице. Неужели узнала? — Белла, — из соседней комнаты вихрем пронеслось черное пятно, которое будто бы заполняло все пространство, — Ты как всегда прекрасна. Я наблюдал за их общением. Было видно, как Нарцисса относится к Беллатрисе. Та в свою очередь относилась к ней с не меньшей… любовью? Странно было видеть их вместе. Я всегда знал, что Белла является мне тетей, однако никогда не ощущал каких-либо семейных уз. Между матерью и тетей тоже не наблюдалось крепкой семейной связи, однако сейчас они… дружат? — Чего уставился?! — Беллатриса повернулась на меня и направила свою палочку. Черты сумасшествия, видимо, проявлялись уже сейчас. Я извинился и зашел внутрь, дабы не наживать себе врагов в виде своих же родственников. Снегг сидел все также неподвижно, уткнувшись в книгу. На столе у него я заметил фотографию. Там было изображено два ребенка. Один — похожий на него самого, а другой — какая-то неизвестная мне рыжая девушка… Только глаза почему-то были знакомыми.

***

Утро выдалось тяжелым. Я слишком долго отсутствовал в Хогвартсе, чтобы вставать так рано. Однако голод победил, и я, нацепив форму, направился вместе со всеми в Большой зал, где уже сидели Гриффиндорцы и Грейнджер. Она как-то слишком быстро влилась… Сидела с какими-то девушками, даже смеялась. Неужели она уже забыла про своих дорогих друзей? Я сел на место рядом с уже оживившимся Снеггом. Отчего он оживился, конечно, непонятно. То ли от девушки, на которую так смотрел, то ли оттого, что был в компании, комфортной для себя. Я снова услышал знакомый смех и повернулся, чтобы увидеть ее. Было интересно, какой она была до моего рождения, когда сама была в моем возрасте. Никогда об этом не думал… Она всегда казалась мне неприступной крепостью, которую волновала только моя жизнь. Их отношения с отцом тоже всегда были для меня загадкой. Он был самым холодным человеком, которого я знал. Единственное, что я точно знал, — он ненавидел Поттера, кажется, даже больше, чем Темный Лорд. Однако я до конца так и не разобрался в причинах. В этот момент я почувствовал, как кто-то схватил меня за руку и вытянул из-за стола. Выйдя из ступора, я увидел Грейнджер. Все за моим столом вытянули лица и смотрели как-то даже с неприязнью. Хотелось скинуть ее руку и сесть на место, но любопытство пересилило меня. — И что ты делаешь?! — я зашипел и уже почти потянулся за палочкой. Этот момент был будто бы последней каплей. — Я унижен маггловским именем, попал непонятно в какое время, да еще и с тобой! Поганая Гряз… Договорить я не успел, Грейнджер разозлилась и схватила палочку, приставляя к моей шее так, чтобы я пятился назад, пока не уперся в стенку. Она посильнее приставила палочку к моей шее и громко выдохнула. Я мог бы взять палочку и обдать ее каким-нибудь заклинанием, но она быстрее. — Не называй меня так, — в ее глазах горела ярость, — ты и приспешники Темного Лорда безжалостно убивали моих друзей, — я почти не мог дышать, поэтому слушать было тяжело, если вообще возможно. Она говорила что-то про убийства и войну, Азкабан и Дамблдора. Можно было сложить два плюс два и понять, к чему она ведет. Грейнджер выжидающе смотрела, а воздуха было критически мало, так что мне пришлось кивнуть. Как оказалось, мне нужно было подружиться с Регулусом Блэком, который был кузеном моей матери, по совместительству моим двоюродным дядей, однако он этого, конечно, не знал. И если уж он такой же, как и его семейство, подружиться с ним будет сложно. Я один раз видел Вальбургу Блэк еще в детстве… ненормальная женщина, помешанная на чистоте крови, а если уж она и сына также воспитала… — И еще, — я стоял, потирая шею, — нам нужно притворяться, что мы дружим. Надеюсь, справишься. Она махнула волосами и быстро ретировалась. Хотелось именно в этот момент достать палочку и ударить ее в спину, однако только она может мне помочь вернуться. Хотя негодование пропитывало меня от волос до кончиков пальцев, приходилось держаться. Дружить с этой поганой Грязнокровкой. Отец бы услышал — убил бы и ее, и меня. Я выдохнул и направился на уроки. Как оказалось, программу я уже знаю, так что можно было и не слушать. Уроки были довольно скучными, так что я часто зевал. Преподаватели хвалили Грейнджер, говорили, что у нее талант. Вроде переместились на двадцать лет в прошлое, а ничего не поменялось.

***

После уроков я направился в комнату. Не знаю, что я планировал там делать, но даже просто полежать мне не дали. Почувствовав мешок на голове, я закричал, однако это было напрасно, он был зачарован на непроницаемость звуков. Через какое-то время мешок все же сняли, и передо мной оказались мальчишки моего возраста. В дальнем углу стояло еще двое — Снегг и… парень со светлыми длинными волосами, которые были ниже его плеч. Точеные черты лица и серые холодные глаза, которые даже со временем не поменялись. Отец… — Итак, новичок. — Я перевел взгляд на говорящего. Это был худощавый парень с какими-то пустыми, нервно подергивающимися глазами. — Ты, наверное, не знаешь, что водить дружбу с Грязнокровкой у нас не в почете, — я повернулся на Северуса, который скривился незаметно ото всех. — Особенно, если она еще и с Гриффиндора, — другой парень, похожий на него, нашептал ему что-то на ухо. — Так ты еще и сам Грязнокровка. Оба ехидно засмеялись и, отойдя от меня, достали палочки. Страх будто бы заполонил всю комнату, дышать стало довольно-таки тяжело. Какие конкретно заклинания они на мне использовали, я не знал, но был уверен, что сейчас лучше уйти в себя, как я делал, когда отец был в ярости. По крайней мере, хуже, чем мне было тогда, они не сделают. — Люциус, постой, прошу! — мама кричала, пытаясь успокоить мужа, но все было напрасно. Гарри Поттер освободил домашнего эльфа Добби. Отец звучным тяжелым шагом направлялся ко мне, пока я сжимался в углу комнаты. В такие моменты я уже знал, что мне нужно делать: закрыть лицо (на нем синяки видно лучше всего) и не издавать ни звука, пока он не закончит избивать меня, так он быстрее успокаивался и не входил во вкус. Мама же своим поведением все лишь усугубляла. Одна из черт отца — природная жестокость, которую подкрепляла гордыня и воспитание в чистокровной семье. Больше всего он любил отрываться на мне, когда Гарри в очередной раз что-то вытворит, и именно в такие моменты я ненавидел его больше всего. Со временем, конечно, приходило понимание, что он не виноват, но ненависть к нему была уже больше на уровне инстинкта. Не знаю, сколько времени я провел в своих мыслях, но из них меня вывел звучный голос из темноты. — Рабастан! — я открыл глаза и увидел юношу, рядом с которым мне сказала крутиться Грейнджер. — Гриффиндорцев так задирать кишка тонка? — Он вынул палочку и опустил меня на землю, снимая парализующие чары. — Он водится с Грязнокровкой, Блэк. Еще и сам ей является, — парень, который выполнял основную работу, поднял голову и сложил руки на груди. Все его движения были какими-то странными, даже пугающими, однако виду подавать было нельзя. — Зато он на Слизерине! Снегг тоже не чистокровный маг, — от этого профессор… мой сосед поежился и кивнул. Было странно видеть его каким-то замученным. В наши годы он вселял страх даже в Слизеринцев, хотя нас он всегда защищал, несмотря ни на что. — И с Эванс он тоже часто крутится, так что не вижу никакой разницы. Лучше бы заботились о своей чистоте крови и положении. А отец стоял неподвижно, облокотившись на стену. На самом деле я уже и забыл о том, что он стоит здесь и смотрит, как его сына избивают, однако мне не привыкать. Они обменялись репликами, и мои мучители ушли, остался лишь Регулус Блэк. Для чего он нужен Гермионе, я, конечно же, не знал, но был уверен, что это вернет меня домой. Парень подал мне руку, которую мне нехотя пришлось принять, все-таки это мой обратный билет домой, да и спас он меня только что от моего же отца. — Я не видел тебя раньше на Слизерине, — начал Блэк, помогая мне подняться, — и подружку твою тоже не встречал, вы откуда? От слова «подружка» мне стало плохо и меня чуть было не стошнило. Хотя, возможно, это от заклинаний, которые наложил на меня приспешник Снегга и моего отца. Через пару минут я понял, что так и не дал ему ответа, слишком глубоко зарывшись в своих же мыслях. Несмотря на довольно-таки строгий вид и характерные пугающие черты Блэков, он выглядел довольно-таки дружелюбно и вызывал доверие. — Мы из одного города, живем относительно далеко… — я не мог вспомнить ни одного названия городов, так как мы жили в Уилтшире, а округой интересоваться как-то не пришлось. — Из-за моего происхождения старался быть более незаметным, однако долго продержаться не смог. Мы шли в молчании до самой гостиной Слизерина, там он меня и оставил, уходя куда-то в сторону, кинув на прощание что-то вроде «Увидимся». Почему-то я улыбнулся этому и вошел в свою комнату, где сидел Снегг за каким-то учебником. Он старался не смотреть на меня, что было даже к лучшему, все-таки чувствовал я себя все еще не очень, так что к перепалкам был совершенно не готов. Через полчаса в дверь постучали, в комнату вошла моя ма… Нарцисса. Она оглянулась, сначала посмотрела на Снегга, потом перевела взгляд на меня и добродушно улыбнулась. Кажется, во времена учебы она не была такой уж неприступной крепостью. Нарцисса кивнула мне в знак приветствия, и в то же время в комнату будто бы залетела какая-то огромная муха, по крайней мере голос ее был похож на странное жужжание. Беллатрису не узнать было тяжело, сейчас она была совсем рядом, так что я мог ее рассмотреть. Молодая она выглядела вполне сносно, однако это безумие в глазах никуда не делось. Она подошла к Снеггу и шепнула что-то ему на ухо, отчего тот тут же переметнул взгляд на меня, показывая, что она не вовремя. Она только всплеснула руками и палочкой указала на место, куда Темный Лорд ставил метку. У меня она тоже была, несмотря на то, что мы переместились на… сколько-то лет назад. Не думаю, что он почувствовал перемены в численности, но подстраховаться и сообщить об этом Грейнджер все-таки надо было. Я выдохнул и под пристальным взглядом Лестрейндж… точнее Блэк и Снегга вышел из комнаты, направляясь в подвал, где мы договорились встретиться с моей «подругой». Когда я был уже совсем близко к месту назначения, услышал какие-то звуки… Если это будет Филч, клянусь Мерлином, ему не поздоровится. Настроения и так не было, а тут еще его наставления…

Конец POV

— И куда это ты ползешь? — четыре палочки были направлены на парня, который вжался в стену. Лиц он не видел, так как те применили заклинание Lumos, а освещенность в подвале была отвратительная. Глаза слепило, так что Малфою оставалось лишь сощуриться и ждать очередного избиения за сегодня. Что за наглость! — Сохатый, не хочешь проучить его? Вдруг все четверо резко упали, роняя свои палочки. Свет погас, и Драко смог отлипнуть от стены. Какого черта его сегодня целый день кто-то спасает? Он же не героиня маггловских рыцарских романов. Свечи тут же зажглись, и перед ними стояла Гермиона, сложив руки на груди, постукивая ногой по полу. Вид, честно сказать, у нее был довольно враждебный. И, как ни странно, враждебность эта была направлена не на Малфоя, который, хоть и плевался от одного ее вида раньше, сейчас был благодарен. Только сейчас он смог рассмотреть обидчиков, это была та самая четверка, что вела их тогда к Дамблдору. У троих из них было ошарашенное выражение лица, у четвертого лицо было скорее довольным. — Я, по-моему, четко выразилась по поводу ваших идиотских шуток, мальчики, — последнее слово девушка будто бы выплюнула, отчего не по себе стало даже Малфою. — Привет, Ремус, — взгляд ее на секунду подобрел, а парень со шрамами, который и выглядел, скорее, довольным, кивнул ей в ответ. Он встал с пола и пошел к выходу, все остальные, перебросившись ругательствами с Гермионой, также направились за ним. Наконец, девушка выдохнула и подошла к Малфою, кладя руку ему на предплечье, но тут же одергивая, понимая, кто все-таки стоит перед ней. — Надеюсь, ты в порядке, — она дождалась его кивка. — Слышала, ты сегодня был с Регулусом, есть успехи? — С ним не особо, — Драко решил не рассказывать Гермионе о его стычке с отцом и Снеггом, как минимум это было унизительно. — У меня новости другого характера, — Малфой задрал рукав, показывая метку. Гермиона лишь охнула. Настолько близко видеть метку ей не приходилось. — Я не знаю, как долго смогу скрывать ее от своего соседа… Северуса. Девушка лишь выдохнула, накладывая чары сокрытия, которые работали лишь какое-то время. — Мы можем лишь временно скрывать ее, тебе нужно быть осторожным. — Девушка опустила палочку и вздохнула, отворачиваясь от него. Из-за своего факультета Гермиона вписалась довольно быстро, чего нельзя было сказать о Драко. Однако постоянный стресс, думы по поводу времени, а именно его изменений… Одним своим присутствием она уже что-то да поменяла. Одно она знала точно: ей нужно сделать так, чтобы у Гарри была семья, пусть и ценой своей жизни.