Твоя фотография.

Небо сегодня чистое и светлое. Я не особо помню, какой была прошлая весна, но уверен, что эта совсем другая. В ней есть нечто особенное. Я смотрю на твое фото. Ты на нем такой серьезный, словно это фото на паспорт. Я видел твою фотку в паспорте, ты там как раз таки улыбаешься. Ты улыбаешься на всех фотографиях, но эта стала исключением. Не знаю почему. Ты всегда был для всех вторым солнцем. Блондинистые волосы больше походили на желтые, практически незаметные веснушки под глазами и на переносице. Которую тебе кстати не раз ломали. Из за этого твой курносый нос был кривым. Но этого особо не было видно, почти никто не знал об этом. Чтобы заметить это, надо было хорошо всмотреться. У тебя почти белые ресницы. Длинные и пушистые, словно у девчонки. Ты всегда хитро щурился, поднимая уголки губ вверх. Одного из передних зубов у тебя не хватало. Я не помню, как ты его потерял, но помню, что ситуация была довольно тупой и ржачной. Я тебе частенько ее припоминал, а потом вдруг забыл. И до сих пор не могу вспомнить. У тебя был кривой не только нос, но и пальцы. Это было заметно всем. Изогнутые в разные стороны фаланги, длинные и худые. Всегда сгрызанные до мяса ногти, заусенцы. Такое ощущение, словно ты ел свои пальцы, когда уж слишком оголодаешь. А может, так и было, кто тебя знает? И с тонкими губами ты поступал точно так же, кусая их до крови. Твоя кожа всегда была нездорового цвета. Она словно была.. какой то зеленой что ли? А ярко выраженные синяки под глазами просто идеально дополняли всю эту картину. Ты словно вечно чем то болел. Хотя, может так и было... Ну, по крайней мере Картман не упускал возможности подколоть тебя, говоря что ты болеешь каким нибудь сифилисом. Ну, или зачастую просто кричал, что не хочет подхватить от тебя бедность. Над этим, естественно, никто не ржал. Шутка настолько тупая, что никому кроме жиртреста она не заходила. Я смотрю на экран мобильного. Время близится к восьми, уже темнеет. Под белыми цифрами всплывает пара уведомлений о пропущенных звонках и смс-ках от Твика. Я обычно никогда не включаю звук на телефоне. Эту привычку я перенял у тебя. За нее меня скоро убьют все мои друзья и родственники. Твик в смс-ке просит не забыть купить корм для Страйпи, я стараюсь это запомнить и кладу телефон обратно в карман. Еще раз смотрю на тебя. В твои пустые глаза. Они всегда были такими же чистыми и светлыми, как и небо сегодня. Чувствую ком в горле, который неприятно царапается изнутри. Бросаю две ромашки на твою могильную плиту, разворачиваюсь на пятках и покидаю кладбище. Не оглядываясь, потому что мне все еще больно смотреть на твое черно белое фото и понимать, что тебя больше нет.