Она курила тонкие

Элизабет обхватывает никотиновую палочку едва приоткрытыми губами, зажимая сигарету между указательным и среднем пальцем. Короткая затяжка. Выдох. Едкий запах дыма остаётся на её губах. Сзади раздаётся шорох. Через секунду рядом с блондинкой появляется брюнетка, изящно подкуривая. Появление девушки означает, что на часах ровно семь. Весна в этом году выдалась на редкость тёплая, по коже проходятся приятные мурашки от прохлады. — Как спалось? — Элизабет стряхивает пепел куда-то вниз с общажного балкона. — Хреново - ухмыляяется вторая, повторяя те же махинации с пеплом. Девушки не смотрят друг на друга, смотрят на рассвет вдалеке. Предрассветные сумерки необычайно красиво, неторопливо вступают в свои права. Утренний воздух прохладен и чист. Несмело издают свист, чириканье проснувшиеся птицы, вдали напоминают о себе одиноким гавканьем проснувшиеся голодные собаки. — мне кажется, я не не сдам тот зачёт. — долгая затяжка. — тот чертёж? Девушка кивает, выпуская кольца дыма. — прорвёмся — вновь ухмыляяется брюнетка. Но уже не так, как обычно. Она разворачивается и уходит с балкона. И вроде бы всё как обычно, но она больше не придёт. Через сорок минут снизу раздаётся скрип двери. Темноволосая уходит в рассвет с чемоданом. Они вытряхнули души друг друга на этом балконе. Элизабет скидывает сигарету вниз, провожая девушку долгим взглядом. Они больше не прорвутся. Больше не увидятся. Береги себя. И удачной дороги в Нью-Йорк, Вероника Лодж.