Возвращение в поместье Принц /Return to Prince Manor

      Когда братья подошли к Выручай-комнате, они увидели, что Северус уже ждал их там. К облегчению своих сыновей он не выглядел сердитым, и быстро поманил внутрь, прежде чем дверь закрылась.       — У нас есть всего час, а потом вам обоим нужно будет немного отдохнуть, чтобы завтра утром не клевать носом на занятиях, — пояснил Северус. — Итак, разогрейтесь при помощи простейших растяжек, и я покажу вам чары рикошета, которые предназначены для отражения сглазов и проклятий, обращая их против нападающего. Они работают с Круциатусом и большинством других вредоносных проклятий, исключение — Авада Кедавра.       — Класс! А почему же мы никогда не изучали его на уроках Защиты, папа? — спросил Гарри.       — Потому что большинство преподавателей Защиты — полный отстой, — вмешался Драко.       — Люпин не такой, — возразил Гарри. — И Грюм довольно крут.       — Хмф! — фыркнул Драко. — Крут, если твоя фамилия не Малфой…       — Что ты имеешь в виду, сын?       — Ничего, — быстро сказал Драко, не желая показаться нюней.       — Профессор Грюм накинулся на него в классе, говоря, что он знает тёмные проклятия и все такое, так как Люциус был Пожирателем смерти.       Драко сердито посмотрел на брата:       — Чёрт, Гарри! Не лезь не в своё дело.       — Мальчики, довольно! Драко, я поговорю с профессором Грюмом и объясню твою ситуацию. Он не должен ставить тебя на одну доску с отцом. Но он пожилой человек со своими устоявшимися представлениями, привыкший охотиться за тёмными волшебниками, а не учить детей. Он думает, что дети наследуют черты своих родителей. Он забывает, что мы — не драконы.       — Пожалуйста, папа. Не надо, я в порядке, — запротестовал Малфой.       — Драко, если учитель относится к тебе несправедливо… — начал Северус.       — Я справлюсь с этим, пап. Не слушай Гарри.       Северус внимательно посмотрел на блондина:       — Ну что ж, я спущу это на тормозах… на этот раз. Но если это повторится или он начнёт занижать тебе оценки — дай мне знать, и я поговорю с ним.       Драко кивнул, а его лицо покраснело. Он снял обувь и, всё ещё сердясь на Гарри, начал делать разминку, которую Северус разучил с ними для кин-са-дора. Он понимал, что гриффиндорец хотел как лучше, но некоторые вещи отцу говорить просто нельзя.       Гарри ничего не сказал, но ему было жаль, что он смутил брата. Он не хотел этого делать, но чувствовал, что Северус должен знать о Грюме. Почему-то профессор Защиты беспокоил его, хотя занятия с ним по большей части были полезными. Мальчик встал напротив Драко и также начал растягиваться.       — Отвечая на твой вопрос, Гарри: причина, по которой ни один учитель Защиты не учил этому заклинанию, заключается в том, что они просто не знают о нём. Это заклинание фейри, которому меня научила Сара. Оно много раз спасало мне жизнь в поединках с Пожирателями смерти, — поделился с сыновьями Северус.       Взмахнув палочкой, он активировал одного из тренировочных манекенов. Тот вышел вперёд, готовый к бою, держа в руке имитацию волшебной палочки.       — Смотрите внимательно.       Манекен бросил в Снейпа морозящий сглаз.       Северус сделал круговой жест палочкой и произнёс: «Рефлектива магика!»       Заклятие, летевшее в него, отразилось от яркого зеркального щита, окружившего Северуса со всех сторон. Отскочив, оно попало в манекен, который упал, признавая поражение.       — Вы всё видели? — строго спросил Северус секунду спустя, используя свой командирский тон.       — Да, сэр! — хором ответили мальчишки.       — Хорошо. Вставайте, и давайте посмотрим, как у вас получится.       Манекен тоже поднялся и ждал, пока Северус не отправит его против мальчиков.       В первый раз ни у одного из них не получилось поставить щит. В назидание манекен кинул в них жалящее и заставил вздрогнуть. Но вторая попытка была более удачной: подросткам удалось выполнить заклинание и отклонить большую часть Таранталлегры обратно в манекен.       — Уже лучше. Продолжайте тренироваться, — велел Северус.       После десяти повторений он сам атаковал их, а потом поставил ребят друг против друга, пока оба мальчика не стали шататься от усталости. Только тогда Снейп закончил урок.       — В воскресенье мы потренируем этот щит ещё раз. Для новичков вы очень неплохо справились. — Северус коротко обнял их, а затем сказал: — Спокойной ночи. До завтра.       — Ночи, папа, — ответил Гарри и собрался уходить, забыв, что он всё ещё в носках.       — Гарри, ты ничего не забыл? — с намёком спросил Северус.       — Нет, а что?       — Взгляни на свои ноги, дурень! — хохотнул Драко.       Гарри посмотрел вниз и покраснел.       — А. Точно. Обувь. — Он призвал ботинки и надел их.       Затем юный Снейп продолжил свой путь к башне Гриффиндора, а Крошка заняла свой пост у него за плечом.       Драко также пожелал Северусу спокойной ночи, но к портретному проёму в гостиную Слизерина они спустились вместе.

***

      На следующее утро Гарри получил копию «Ежедневного Пророка» от Фрост, как и Гермиона — от Афины, а Рон — от Зефира. Птенцы Хедвиг очень хорошо справлялись со своими обязанностями, и оба юных волшебника просто обожали своих сов. Гермиона однажды сказала Гарри и Рону, что Афина настолько умна, что, наверное скоро научится говорить.       Рон усмехнулся и сказал: «Какая ведьма, такая и сова».       Гермиона не стала спорить, поэтому просто фыркнула.       Гарри погладил Фрост: она была почти точь-в-точь как Хедвиг — очень светлой и, кроме того, обладала мягким характером.       — Спасибо, Фрости, — улыбнулся он и протянул ей кусочек тоста со своей тарелки.       Взглянув на учительский стол, он увидел, как Фантом, её брат, принёс Северусу газету и посылку. Этот птенец, самый бесшумный и грациозный из всего выводка, стал подарком мастеру зелий от сыновей. Он был тёмно-серого окраса с белыми отметинами на груди и крыльях, напоминающими буквы «S».       Афина и Зефир же были пёстро-серыми с белыми пятнами.       Глядя на Фрост, клевавшую бекон с тарелки, Гарри увидел, как Стормидер приземлился на плечо Драко с номером «Пророка» в клюве. Похоже, все хотели прочитать утренний выпуск, и Гарри знал, почему: в этом выпуске было интервью Скитер со всеми четырьмя чемпионами.       Гарри развернул свою копию и начал читать. Конечно, сразу же на первой странице была статья Риты о болгарском ловце Викторе Краме. Знаменитый ловец в квиддичной форме махал и скалился Гарри со своей колдографии.       Гриффиндорец скривился и пропустил это интервью, перевернув страницу, чтобы посмотреть, что ещё написала Рита. От прочтённого он чуть не свалился со своего места.       — Вот блин! — выругался он.       Гермиона бросила на него неодобрительный взгляд:       — Серьёзно, Гарри? Обязательно ругаться как Рональд?       — Взгляни на вторую страницу и поймёшь, почему я ругаюсь, — резко ответил Гарри.       Гермиона глянула и ахнула:       — Гарри! Как она могла написать такую ложь?!       На странице огромными буквами, очевидно, чтоб никто случайно не пропустил было написано:       Мальчик-Который-Выжил Неожиданно Объявлен Чемпионом! Несмотря ни на что, сын мастера зелий будет участвовать в Турнире Трёх Волшебников!       Гарри Альбус Снейп, сын мастера зелий Северуса Снейпа, неожиданно был объявлен Кубком Огня четвёртым участником Турнира. Ходят слухи, что четырнадцатилетний подросток каким-то образом обманул Кубок, дабы он принял его в качестве кандидата, ведь он даже не достиг совершеннолетия. Поговаривают, что ему помог кто-то из взрослых. Гарри признался мне, что хочет участвовать, чтобы произвести впечатление на отца своей храбростью и интеллектом, а также помочь ему, так как этим летом, усыновив Малфоя и приняв его самого, тот стал испытывать определённые финансовые трудности. Семья Снейпов живёт в старом поместье, унаследованном от бабушки и дедушки профессора по материнской линии, которое требует огромных вложений. Снейп, не будучи богатым, весьма нуждается в этом призе в две тысячи галеонов…       — Лживая, мерзкая, злобная гарпия! — взорвался Гарри. — Я ей такого не говорил! Никогда! Я сказал как раз обратное! — мальчик ударил кулаком по столу. — Отец убьёт меня!       Кэти встала и подошла к тому месту, где Гарри сидел за столом, и мягко сказала:       — Не волнуйся, Гарри. Любой, кто знаком с тобой, знает: ты никогда бы по своей воле не бросил своё имя в Кубок; так же, как и то, что профессор Снейп не ходит с протянутой рукой.       Гарри прикусил губу.       — Это знаем мы с тобой, а большая часть школы принимает написанное за чистую монету. И теперь они все будут перемывать нам кости. Чёртова Рита Скитер! Откуда она взяла весь этот шлак?!       — Она — журналистка: печатает то, что люди хотят услышать, а не то, что есть на самом деле, — вздохнула Кэти, утешительно сжав плечо Гарри. — Просто скажи отцу правду — он тебе поверит.       — Очень надеюсь, — мрачно сказал Гарри. — Иначе он меня точно выпорет. — Он взглянул на Драко и увидел, что тот смотрел на газету так, будто хочет испепелить её.       Рон вздрогнул.       — На твоём месте, Гарри, я бы поскорее отправил записку или дал знать как-нибудь ещё. Потому что профессор, похоже, рвёт и мечет. — Он кивнул в сторону стола для преподавателей.       Гарри посмотрел туда и сглотнул.       Северус был мрачнее грозовой тучи, а его глаза пылали, как угли.       Определённо, очень недобрый знак.       Северус был в ярости. Он знал, что Скитер была нечистой на руку охотницей за сенсациями, но даже не предполагал, что всё зайдет так далеко. Вся статья была ни чем иным, как выдумкой с несколькими фактами, разбросанными здесь и там. И как она посмела сказать, что он финансово несостоятелен! Сейчас он зарабатывал намного больше, чем в начале карьеры: поскольку он больше не шпионил, то мог уделять больше времени приготовлению зелий на заказ, что весьма неплохо оплачивалось.       Снейп тайком поглядывал на коллег и молился, чтобы никто из них не оказался глуп настолько, чтобы поинтересоваться, насколько данные статьи верны. Он был не в настроении обсуждать свою личную жизнь.       Северус закончил завтрак, состоявший из чая и бутерброда с колбасой, и встал, собираясь вернуться в лабораторию, дабы подготовиться к утренним занятиям.       — Северус, если нетрудно, удели мне минутку, — окликнул его Дамблдор.       Северус стиснул зубы:       — Да, директор?       — Пойдём, мой мальчик. — Глаза Дамблдора опять мерцали, что означало проблемы или же неприятный разговор, в котором Снейп совсем не хотел участвовать.       — Мне нужно подготовиться к уроку, — начал было Северус.       — Да, да, это не займёт много времени, — ответил Дамблдор, и Снейп вынужденно последовал за ним в кабинет.       Как только дверь закрылась, Северус начал убеждать Альбуса в несостоятельности написанного в Пророке.       — Альбус, если речь пойдёт об этой кошмарной статье…       — Хватит, Северус, не нужно стыдиться, если у тебя… м-м-м… финансовые сложности. Я с радостью повышу тебе жалованье.       — В этом нет необходимости, директор…       — Северус, мой мальчик, мы прекрасно понимаем твои обстоятельства, не позволяй, чтобы из-за твоей гордости страдали дети, — мягко начал Альбус. — Какая сумма вас устроит?       Северус потёр переносицу и напомнил себе, что нельзя срываться на Альбуса, которого просто дезинформировали.       — Альбус, пожалуйста, прекратите. Уверяю вас, у меня в хранилище много денег, которых более чем достаточно, чтобы содержать мою семью. Эта… эта… сука-скандалистка, прошу прощения за такое выражение, не написала ни слова правды. Я не живу в руинах, не побираюсь, и моя текущая зарплата более чем соответствует моим потребностям. Вы хорошо оплатили мои услуги Ордену, и я умею считать деньги. Я умею экономить.       — Я знаю, мой мальчик, но лишних денег не бывает, — сказал Альбус, мягко положив руку на плечо.       Северус вздохнул:       — Ты всё ещё считаешь меня нищим, да, старый лис?       Дамблдор покачал головой.       — Я верю тебе, Северус. Не нужно заводиться и защищаться. Я действительно считаю, что ты заслужил повышение. Ты усердно работаешь и ещё ни разу не потребовал прибавки.       — Потому что в ней не было нужды. Я вполне доволен своей зарплатой, — с раздражением возразил Северус: «Чёрт бы побрал эту Скитер! Я заставлю замолчать эту жалкую сплетницу и её перо! Посмотри, до чего дошло. Я должен написать редактору и потребовать, чтобы она дала опровержение, ибо эта статья порочит моё честное имя».       Альбус, проигнорировав его гневное высказывание, подошёл к своему столу и написал что-то на куске пергамента.       — Вот! Я даю тебе ещё пятьдесят галеонов в неделю.       — Ради Мерлина, Альбус! — взорвался Северус.       — Спокойно, Северус. Всё уже решено. Не сердись: если хочешь, считай это запоздалым подарком ко дню рождения за несколько лет, — хихикнул Дамблдор. — А также поздравление с двумя прекрасными сыновьями. Лучше поздно, чем никогда, правда же?       — Альбус, это уже слишком!       — Действительно, а теперь иди. Или мне послышалось, что ты говорил о необходимости подготовиться к уроку?       Северус, проворчав себе под нос, что убьёт эту репортёршу, покинул кабинет, огорчённый вмешательством старого маразматика.

***

      Гарри изо всех сил ринулся в подземелья, надеясь перехватить Северуса между занятиями и объясниться по поводу статьи.       Северус поднял взгляд от стола, когда увидел в дверях Гарри, согнувшегося пополам и еле дышащего.       — Гарри, что такое? Ты заболел?.. С Драко всё в порядке?!       — Мы в порядке, пап. Просто… сегодняшняя статья…       Северус нахмурился.       — Да, статья этой жалкой гарпии…       — Пап, я не говорил ничего подобного. Я сказал, что это не так, но она просто проигнорировала меня и написала то, что нацарапало её глупое перо.       — О чём ты?       — У неё было зелёное перо, которое делало записи, пока мы разговаривали… Прытко пишущее Перо, по-моему так.       — А… Зачарованное перо для лентяев, — усмехнулся Снейп. — Всё образуется, Гарри, не волнуйся так. Она известная лгунья. Только сумасшедшие идиоты верят тому, что она пишет.       — Она написала, что поместье Принц — это развалины, нуждающиеся в капитальном ремонте! — сердито закричал Гарри, одной рукой сжимая свой медальон наследника. — Как она смеет так говорить о моём доме? Это прекрасный, лучший дом — я о таком и мечтать не мог!       Северус усмехнулся тому, как Гарри защищал своё любимое поместье. Опять же, как наследник, он был привязан к земле и очень ревностно относился к тому, что его хаят. Снейп-старший тоже был зол, но более искусно скрывал это.       — Верно, сынок. Наш дом — самый лучший. Но Скитер не признается во лжи даже под угрозой веритасерума.       — Это точно! Прости, папа.       — Тебе не нужно извиняться, Гарри. Это Скитер должна вымаливать прощение на коленях за то, что написала такую ересь. — Северус со вздохом посмотрел на часы на стене. — Ты почти опоздал на занятие, Гарри. Пойдём вместе.       Гарри позволил выпроводить себя за дверь и направился на трансфигурацию, мечтая, чтобы Макгонагалл научила его заклинанию превращать человека в неодушевлённый предмет — например, в телефон. Вот будет смешно!

***

      Суббота, 6:30 утра       Десять слизеринцев-четверокурсников, включая Драко, ранним субботним утром стояли в кабинете Снейпа, зевая и потирая глаза. Всем смертельно хотелось спать, и они были более, чем раздражены и напуганы. «Змейки» знали, что их декан не отличался терпением и был весьма разгневан на них за то, что они устроили драку в коридоре. Кое-кто даже вспомнил о том, как были наказаны Панси и Нотт с Эйвери. Эти двое дрожали больше всех, ведь они уже в третий раз вызывали на себя гнев мастера зелий.       Ребята выстроились перед столом Снейпа по стойке смирно, ожидая, когда придёт их учитель.       Северус, находившийся в своей лаборатории рядом с кабинетом, стоял у волшебного окна, зачарованного под стену, и разглядывал нарушителей. Он продержал их в неизвестности ещё несколько минут, наблюдая, как четверокурсники виновато переминались с ноги на ногу. Он знал, что ожидание пугало мелких негодников больше, чем лекция, потому что у них было время вообразить всевозможные наказания и подумать о том, что с ними произойдёт.       Наконец, он сжалился и вошёл в комнату. Его чёрная мантия развевалась за ним, словно крылья, а на строгом лице застыло крайнее неодобрение. Несколько слизеринцев побледнели, но ни один из них не двинулся с места. И все они держали глаза опущенными, а некоторые откровенно уткнулись взглядом в пол.       Снейп подошёл к своему столу и встал со сложенными на груди руками. За столько лет он узнал, что такая поза сильно пугала студентов, и использовал высокий рост и репутацию в своих интересах.       — Похоже, вы забыли первое правило факультета Слизерин, верно?       — Да, сэр, — раздался слаженный хор голосов.       — Кто-нибудь из вас может напомнить мне, как звучит первое правило нашего факультета?       Неудивительно, что Драко был единственным, кто вызвался добровольцем. Остальные были либо слишком сонными, либо слишком напуганными.       Задушив зевоту, он ответил:       — Правило номер один факультета Слизерин гласит: «выступать единым фронтом, что означает недопустимость ссор между собой на публике», сэр.       — Верно, мистер Малфой. Вы все должны были выучить это правило к концу первого курса в Хогвартсе. Но, похоже, вы забыли его и нуждаетесь в напоминании, — яростно хмурился Северус, и все студенты понурили головы. — Невозможно описать словами, как я разочарован вашим поведением. Кто бы ни спровоцировал вас, нет оправдания тому, что вы вытащили палочки и пытались заколдовать друг друга. Нет! Ваше отсутствие самодисциплины ужасает. Я ожидал лучшего от всех вас. Что вы можете сказать в своё оправдание?       В кабинете повисло тягостное молчание, которое разорвал Драко, произнеся:       — Простите, сэр.       Остальные последовали его примеру.       — Хорошо, что вы хотя бы осознали свою вину. Поскольку вам нравится сражаться между собой, как кучке безбашенных гриффиндорцев, я подобрал вам соответствующее занятие.       Драко спал с лица: что-то в том, как Снейп сказал это… «Вот драккл! Это же тон сержанта Снейпа, и это совсем НЕхорошо». Так они с Гарри описывали Северуса, когда тот собирался устроить им тренировку армейского типа.       Остальные выглядели растерянно.       — Сэр? — дрожа спросила Миллисент. — Что мы будем делать?       Северус зловеще ухмыльнулся:       — Мисс Булстроуд, вы будете сражаться до тех пор, пока не упадёте или ваши палочки не выпадут у вас из рук. Посмотрим, будете ли вы по-прежнему считать приемлемым отвечать на насмешки одноклассников подобным образом. За мной!       Мужчина встал и направился к двери.       Нарушители последовали за ним, ещё не осознавая, что их ждёт. За исключением Драко, который всю дорогу из подземелий, а потом и из замка обзывал себя импульсивным идиотом.       Снейп остановился прямо за воротами и взмахнул палочкой, превратив свою мантию в чёрный спортивный костюм. Слизеринцы в шоке воззрились на него. Он указал палочкой на каждого из них, и их форма превратилась в удобную одежду для тренировок.       — Приступим. Для начала вы пробежите десять кругов по периметру замка. Пробежите, а не пройдёте! Всё понятно?!       — Да, сэр! — ответили все.       — Он это серьёзно? — заныл Эйвери.       Северус подошёл к нему и, встав напротив, рыкнул прямо в лицо:       — Эйвери, вы сомневаетесь во мне? Начинайте бегать, и вы получаете дополнительный круг за вопросы. Ну, что? Что вы встали как идиоты? Двигайтесь!       Все подпрыгнули, и Драко начал движение вокруг замка в размеренном темпе. Он прекрасно знал, что нельзя бежать на полной скорости, потому что тогда он слишком быстро устанет и в конечном итоге его вырвет. Блейз последовал за ним, как и Миллисент, Крэбб и Гойл.       Северус подождал, пока последний из его слизеринцев не начнёт бегать, прежде чем присоединиться к группе, дабы проверить, что все стараются и никто не филонит. Десять кругов, бывшие достойным испытанием для подростков, для него, много лет изучавшего кин-са-дор, были всего лишь разминкой. Снейп внимательно следил за отстающими и покрикивал на Нотта и Эйвери за то, что они больше болтали, чем бегали.       — Хотите ещё один круг, мистер?       Эйвери задохнулся и застонал:       — Нет, сэр, профессор!       — Тогда перестаньте хлопать челюстью и двигайте булками! Живо!       Драко вздрогнул, потому что, хотя Снейп говорил и негромко, но его резкий тон бил как кнутом. Он опустил голову и просто сосредоточился на беге. Один круг, ещё и ещё. Его ноги болели и горели уже на шестом круге и, судя по звукам сзади, его товарищи по несчастью тоже изнывали от боли.       — Ох! Мои ноги убивают меня.       — Сколько ещё нам нужно бежать?       — Не могу дышать! Дыхание перехватывает.       — Прекратили ныть и побежали! — прорычал Снейп, двигаясь наравне с ними без особых усилий.       Кое-кто из студентов смотрели на декана с раздражением и изумлением: они не знали, что он мог бегать так быстро и так долго.       Но его длинные ноги преодолевали метр за метром, а зельевар даже не запыхался. Он отсчитал круги по мере их завершения.       Драко спрятал гордую улыбку. Подросток знал, что Северус был в такой хорошей форме благодаря тренировкам. Он сам начал тяжело дышать, но этого было недостаточно, чтобы пожаловаться. Блондин научился не ныть во время тренировок Снейпа.       К тому времени, когда Северус остановился, его слизеринцы шатались, наклонялись и стонали от того, как они устали. Он дал им пятиминутный отдых, прежде чем зарычать:       — Вставайте, ленивые змеи! Вы ещё не закончили, не так скоро. Подъём. До седьмого этажа бегом. Марш!       Четверокурсники встали, ругаясь про себя:       — Чёртов сержант!       — Это действительно отстой!       Достигнув Выручай-комнаты, Северус открыл дверь и провёл их внутрь.       Драко узнал обстановку: она была такой же, как и для их с Гарри вечерних занятий. В зале не было ничего, кроме десяти тренировочных манекенов, выстроенных у стены.       — Так, дети. Вот ваши противники. Они зачарованы, чтобы реагировать, как волшебники против любого сглаза или проклятия, которое вы кидаете. Они будут атаковать и защищаться до тех пор, пока вы не нанесёте им достаточно сильный удар или не будете побеждены.       — Они кидаются настоящими заклинаниями? — спросил Блейз.       — Нет, мистер Забини. Это иллюзии, за исключением простых сглазов. Самое большее, что они сделают, это поразят вас жалящим проклятьем. Но вы почувствуете, если сглаз или проклятие попадут в вас.       Северус взмахнул палочкой в сторону манекенов, активировав их.       — Начали!       Мужчина отошёл в сторону, когда студенты начали обстреливать своих искусственных противников.       Вскоре они обнаружили, что бороться с манекенами было сложнее, причём намного, чем они ожидали. Они могли толкаться, так что создавалось впечатление, будто дуэль шла с реальным противником, и сражались они тоже на удивление умело.       Только Драко и Гойлу удалось победить свои манекены примерно за шесть минут. Остальные прятались в укрытие и кричали, когда манекены бросали в них различные проклятия. Когда они колебались или ошибались в формуле, манекены «наказывали» их жалящим. И хотя это проклятие было практически безвредным, оно было неприятным и впоследствии кожа на этом месте долго пульсировала.       Северус критиковал их атаки, двигаясь по залу и при необходимости отчитывая. Его язык был острым, как бритва, и, как зельевар и обещал, он заставил своих слизеринцев драться до полного изнеможения: их палочки практически падали у них из рук.       Спустя два с половиной часа, когда подростки чуть ли не валились с ног от усталости, Снейп, наконец, остановил бой.       — Я надеюсь, вы усвоили урок и в следующий раз хорошо подумаете, прежде чем поднять палочку? — спросил он голосом, сочащимся сарказмом.       Ребята, еле державшиеся в вертикальном положении и истекавшие потом, просто кивнули, ибо слишком устали, чтобы отвечать по форме.       Северус взмахнул палочкой, и их одежда вернула себе прежний вид.       — Очень хорошо. Свободны.       Четверокурсники еле вышли из комнаты: кто-то хромал из-за растянутых мышц, кто-то жаловался на сильную усталость и головную боль. Единственное, в чём были согласны все — никогда больше не доводить Северуса Снейпа до такого состояния.

***

      На следующее утро Драко чувствовал себя настолько ужасно, что едва мог двигаться, и был рад, что было воскресенье, и он мог поспать. Пока блондин не вспомнил, что у него тренировка по квиддичу, и тогда он заставил себя выползти из постели и направился в душ. Остальные мальчики всё ещё спали, за исключением Грега и Винса, которые были загонщиками, и потому тоже вынуждены были подняться.       — Мерлин, я думаю, что мне понадобится трость, — прошептал Винс, медленно продвигаясь в ванную. — Мои мышцы такие же деревянные, как у моего двоюродного дяди Морриса. А ведь ему уже за сто! Ох!       — Постой подольше под горячим душем, — посоветовал Драко. — Встретимся в зале на завтраке.       За завтраком он увидел Гарри, сидевшего за столом Гриффиндора в одиночестве, так как он был единственным, кто проснулся сегодня утром так рано. Драко подошёл и сел рядом с ним.       — Привет, Гарри.       — Привет. Кошмарно выглядишь, Дракон, — пробормотал гриффиндорец. — Что папа с тобой сделал?       — Он заставил нас всех пробежать десять кругов вокруг замка, а затем устроил нам одну из своих сержантских тренировок. Я чувствую себя так, будто на меня наступил дракон, а потом ещё немного потоптался.       — Ох. Бедный.       — Лучше помолчи, — скривился Драко и взял чашку чая, которая появилась перед ним. — Умоляю, Гарри, никогда не доводи его. — Старший мальчик, поморщившись, потёр поясницу. — Мне ещё повезло, что я могу ходить после вчерашнего. И я в довольно хорошей форме и приблизительно знал, чего ждать. Вот посмотри на остальных, в особенности на Нотта и Эйвери. Эти дубовые лбы всё время ныли и заявляли о несправедливости, чем только увеличили для себя количество кругов и времени с манекенами. Их мышцы, скорее всего, так задеревенели, что я очень удивлюсь, если они смогут встать с постели.       — Ой… Мне, наверно, надо им посочувствовать, но после того, что они вытворили… они вроде как заслужили, — сказал Гарри, откусив кусочек от своего бутерброда с беконом и яйцом. Он задумчиво жевал, вспоминая время, когда Снейп дуэлировал с Локхартом и опрокинул хвастуна за считанные секунды. И у Гарри родилась блестящая идея.       — Хмм… Драко?       — Что? — сварливо зарычал тот.       — Я тут подумал: мы всегда жалуемся, что у папы часто нет времени заниматься с нами Защитой из-за своих занятий? И Грюм учит нас только теории и почти не уделяет времени практике…       Драко зевнул и глотнул чая.       — Да. Ну и что?       — Так почему бы… что, если мы возродим Дуэльный клуб?       Драко уставился на брата.       — Ты имеешь в виду то жалкое подобие клуба, куда нас заставил ходить Локхарт на втором курсе?       — Да, но наш клуб не будет жалким. Мы попросим разрешения у Дамблдора и объясним, что хотим создать новый клуб… — Гарри пожевал нижнюю губу, — э-э-э, чтобы укреплять межфакультетские отношения или что-то в этом роде. Туда сможет записаться любой желающий, независимо от факультета, а мы научим студентов тому, что сами знаем о Защите. Как тебе идея?       — Полагаю, что ты… чертовски гениален! — сказал Драко. — Иногда, братишка, ты меня удивляешь. Но у нас должна быть четкая система правил и наказаний. С каждым членом мы заключим контракт, и, в случае нарушения основных правил, виновный сразу же вылетит из клуба.       Остаток завтрака они провели за обсуждением правил, и когда Драко встал, чтобы пойти на квиддичную тренировку, Гарри сказал, что зайдёт к Дамблдору и посвятит его в их планы.

***

      Директор был в восторге от изобретательности двух братьев и согласился на повторное открытие Дуэльного клуба.       К составлению объявления о новом клубе Гарри привлёк Гермиону и Кэти, и они проделали огромную работу. Филч разместил листовку в вестибюле, где все могли её прочитать.

Вниманию студентов всех факультетов! В среду вечером Состоится открытие Нового Дуэльного Клуба! К участию приглашаются все желающие! Время: 19:00 Место: Большой зал Ты должен быть готов соблюдать контракт и поставить в известность декана и старост своего факультета! Таких уроков Защиты у нас ещё не было! Ведущие: Драко Малфой и Гарри Снейп.

      Они разместили объявление в воскресенье вечером.       К среде уже двадцать пять студентов пожелали стать членами Клуба, в том числе Невилл, Рон, Гермиона, Кэти и Джинни из Гриффиндора, Луна, Чжоу Чанг, Падма Патил и Терри Бут из Когтеврана, Джастин, Ханна Эбботт, Сьюзан Боунс и Дерек Мейсли из Хаффлпаффа.       Гарри был поражён откликом, который получила его идея, и был горд и счастлив, что их Дуэльный клуб начался так хорошо. Они с Драко уже начали планировать, каким заклинаниям будут учить, и решили, что лучший способ справиться с таким количеством студентов — это разделить их на группы.       И Фил, и Северус были удивлены настроем мальчишек и сказали, что, если им понадобится совет о том, как рассказать о защитных заклинаниях — они всегда помогут.       — Спасибо, но я думаю, что мы справимся с этим, — ответил на это предложение Гарри. — И это будет хорошей практикой для меня перед Турниром. Первый тур уже не за горами.       — Да. Уже через две недели, — согласился Северус. — В то же время это неплохая возможность для вас обоих освежить свои боевые навыки.       — Согласен, — произнёс Фил. — Навык мастера ставит.       Оба подростка застонали, услышав поговорку, что уже в зубах навязла. Но они уже предвкушали своё первое занятие и надеялись, что всё пройдёт хорошо.       — Пап, а можно взять несколько тренировочных манекенов из Выручай-комнаты? — спросил Гарри.       — Конечно, — согласился Северус. — Но сначала мне нужно будет показать вам, как их активировать и дезактивировать.       И он повёл сыновей на седьмой этаж в секретную комнату.

***

      Около семи часов Драко и Гарри уже стояли посреди Большого зала. Чтобы освободить место для занятий, они сдвинули столы и скамьи к стенам. Ребята поднялись на возвышение, где раньше был стол для преподавателей. Рядом с ними было пять манекенов, а на столе лежал большой лист пергамента, где было написано: «Члены Нового и Усовершенствованного Дуэльного Клуба», а рядом с ним — перо и чернила.       На большой отдельно стоящей доске был размещён список правил, с которыми все члены должны были ознакомиться, прежде чем их запишут в клуб.       Правило номер один заключалось в том, чтобы не использовать свои знания для причинения вреда или травм студентам за пределами клуба. Правило номер два устанавливало, что все должны подчиняться Гарри и Драко так же, как и любому другому учителю в школе. Номер три гласило, что все участники должны ладить друг с другом в течение занятия, сотрудничество является обязательным. Четвёртое объявляло, что здесь не будут изучаться Непростительные и другие опасные заклинания — клуб предназначен исключительно для самообороны. Пятое правило требовало немедленно остановиться, если инструкторы посчитают, что сражающиеся серьёзно ранены и не могут продолжать или же их магические резервы истощены. Наказанием за нарушение любого из этих правил будет немедленное исключение из клуба без оправданий.       — Как только вы занесёте своё имя в свиток на столе, вы будете связаны правилами на доске, как если бы вы поклялись честью волшебника, — серьёзно сказал Гарри. — Так что, прежде чем взять перо и написать своё имя, внимательно прочитайте их и подумайте, сможете ли вы им следовать. И просто, чтобы вы знали — это правила нашего отца при обучении Защите, которым мы с Драко неукоснительно соблюдаем. Мы хотим, чтобы занятия были не только весёлыми, но и безопасными.       — Это справедливо, — сказала Кэти, и, изучив свод правил, одним росчерком записала своё имя в свитке.       — Как вы узнаете, когда наши магические резервы будут на исходе? — спросила Ханна.       — Профессор Снейп научил нас диагностирующим чарам, — ответил Драко. — Мы будем накладывать их в начале каждого занятия.       — Ты тоже заставишь нас бегать круги? — застонала Миллисент.       Драко усмехнулся.       — Может быть. Знаете, бег помогает развить выносливость, и это действительно может помочь во время дуэли.       Все слизеринцы застонали, а гриффиндорцы выглядели самодовольными: по школе уже поползли слухи об отработке «змеек» у Снейпа.       — Только, Малфой, не надо лаять на нас, как ваш отец-сержант, — предупредил Флинт.       Глаза Драко сузились.       — Флинт, если ты подпишешь это, ты согласишься повиноваться мне, и я буду общаться с тобой, как сочту нужным. Я — твой инструктор, ты не можешь указывать мне как поступать.       — И мне, — добавил Гарри.       Два брата стояли плечом к плечу, выражая решимость и строгость на своих лицах, как командиры армии.       Через мгновение Флинт неохотно кивнул и опустил глаза.       Один за другим студенты подходили и записывали свои имена на пергамент.       — Мы будем встречаться здесь каждую неделю по средам, если только не будет причин, по которым мы не сможем это сделать, — продолжил Гарри. — Если изменится время или дни, мы опубликуем уведомление в вестибюле.       — Теперь мы хотим, чтобы вы все рассчитались по порядку, начиная с одного, — сказал Драко. — Когда дойдёте до пяти, остановитесь и начните заново. Запомните каждый свой номер, потому что именно так мы будем вас сортировать.       После того, как все были подсчитаны, Драко сформировал группы из ребят с одинаковыми номерами. Он проследил, чтобы в каждой группе были студенты с разных факультетов. Распределив студентов, каждой команде был выдан тренировочный манекен, и каждый по очереди сразился с ним, чтобы Гарри и Драко понимали, какими заклинаниями владели их ученики.       Но сначала братья продемонстрировали свои собственные навыки в защитной магии, сразившись сразу с двумя манекенами, работая в паре.       Это было весело, и к тому времени, когда они победили своих противников, остальные студенты смотрели на них с уважением и восхищением.       — Ух ты, вот это здорово! — воскликнул Рон.       — Как вы выучили все эти заклинания? — спросила Джинни.       — Наш отец научил нас, — ответил Гарри.       — Он гонял нас до седьмого пота, — добавил Драко. — Но, как видите, это того стоило.       Для первого занятия братья поставили манекены на начальный уровень и внимательно наблюдали за каждым учеником, творившим то или иное защитно-атакующее заклинание, которое они знали. У каждого студента было три попытки обезоружить или вырубить манекен, прежде чем тот ответит.       Оба Снейпа перемещались по комнате, давая советы и указания: держать палочку ровнее, сделать более резкий жест или чётче произносить заклинание.       Час спустя все запыхались и устали, но были довольны достигнутыми успехами, а Гарри с Драко смотрели друг на друга, гордо улыбаясь и ощущая пьянящее чувство выполненного долга.       — Вы хорошо потрудились, — похвалил Драко. — В следующий раз у нас будет краткий урок по разоружающим чарам, а затем мы научим вас, как ставить многослойный щит.       — Спасибо, что пришли. Спокойной ночи, — добавил Гарри.       Все студенты покинули Большой зал, за исключением лучших друзей Гарри и Драко, а также Кэти и Гермионы.       — Гарри, ты был великолепен! — воскликнула Кэти. — Пусть и позволил этой ходячей тряпичной кукле дважды зайти мне в тыл.       Гарри усмехнулся.       — Эй, иначе не научишься. — Он осмотрел девушку и спросил: — Ты же не пострадала, нет?       Она рассмеялась.       — А что? Ты тогда меня поцелуешь?       Гриффиндорец покраснел и пробормотал:       — Может быть.       — Пожалуйста, вы двое! — Рон притворился, что его тошнит, а обернувшись, он увидел, как Драко обнимает Гермиону. — А-а-а! Снимите комнату! — Он посмотрел на Крабба и Гойла. — Как вы это терпите? Они будто… склеились.       Крэбб фыркнул.       — Ревнуешь, Уизли?       Рон ахнул.       — Э-э… нет, конечно, нет! Гермиона мне как сестра.       — Тебе нужно найти себе девушку, — заметил Гойл. — Да и нам тоже.       Рон залился краской.       — Как? Есть идеи?       — Уф… пока нет, но, может быть, если мы объединим усилия… — предложил Крэбб.       Трое одиноких парней отошли в угол комнаты и оставили Драко, Гермиону, Гарри и Кэти. Они устали чувствовать себя «пятым колесом» и надеялись, что втроём смогут придумать, как найти себе пару для Йольского бала.