Записки Сумасшедшей

«Какое, к чёрту, Ватерлоо! Уж ночь, и скоро пол-второго, Но — в новом раунде сошлись; «Поверить?» — главный лейтмотив: Престранный вид шизофрении» ©Алена Кирилина — Опять у бездны на краю.

Стоит лишь сделать шаг — и земля провалится. Я это давно поняла. Уличные фонари смотрят на меня неприветливо, даже жестоко. В их оранжевом отсвете ночи нет ничего настоящего — бесфальшивая ночь знает меня, как старую знакомую. И я чту её такой же, видимо. Как же больно. Я разбила ноги? Нужно было идти спать спатьспатьспать. Фонари провожают укоризненным взглядом, и если бы это можно было назвать лезвием в спину — я бы назвала. Эти каменные изваяния, столбы, знают слишком много о моём образе жизни. Они видели души людей, и те, с кем встречалась однажды я, им точно не понравились. И лунный порошок, дробью украшающий лица, быть может, блестел со стороны не так многообещающе. И то, как вырывали моё сердце со рвением отчаявшейся птички, наверное, повеселило их. Словно бы я им далась. Словно я когда-нибудь обижалась на фонари. Словно видимый только им самим, какой-то весьма фантомный, осколок в моей груди хоть как-то мешал мне жить. Словно оранжевый свет — не рентген. Я определяю дорогу до дома не сразу — приходится разворачивать что-то в отмертвшей голове. Проминаю желание остаться и всё им рассказать. Кусаю губы. они бесцветные, безвкусные — в книжных романах герой нам безбожно врал. Стук каблуков раскалился по парапету, оставляя недругов за спиной. Звезд не было видно, ночь немного похихикивала, на идти не было ни сил, ни цели. Стоит лишь сделать шаг — и земля провалится. Но земля молчала также, как и строгие столбы. Прогулка ударила по лицу несколькими пощечинами, отрезвляя, помогая волочить ногами и вдох выдох Прогулка из отделения интенсивной терапии психиатрической лечебницы. До мо й.