God of war

      Призрак Спарты не разговаривал по пути обратно, в его голове были спартанские мысли, размышления о том что он будет делать дальше. Цубаки же довольно о чем-то говорила, шли они наверх не так уж и долго, последовательница Гефест очень старательно придумывала форму для клинков, которые буду сделаны ею и ее Богиней, теперь, когда было пройдено половина пути, ей очень захотелось его увидеть.       Они добрались до кузнецы Гефест, после чего Цубаки вошла в кабинет Богини, та уже вся извилась, ожидая их. – Почтенная Гефест, мы принесли слитки в крови Джаггернаута. – Прекрасно, давай займемся работой.       Гефест и Цубаки стали очень старательно и фанатично работать над двумя слитками, Белл же в это время просто продолжал стоять на месте и ждать, пока кузнецы не сделают то, зачем он пришел. Трудясь над тем, что было очень сложно, температура плавления оказалась гораздо выше обычного слитка, поэтому пришлось подготовить жидкость, которая охлаждала все что угодно в миг, расплавив два слитка, они начали придавать ему форму, каждый раз охлаждая и нагревая металл, чтобы укрепить и закалить его, после нескольких раз подобной процедуры, клинкам и этой температуры стало недостаточно, чтобы стать мягче, а это значит, что их нужно только заточить и вставить в рукояти, Цубаки заточила их настолько, что даже легкое касание порезало ее палец до крови. Гефест наложила руны, которые будут взаимодействовать с владельцем и его желанием. Наконец, они приделали клинки к рукояти и оружие получило свое грозный и величественный вид.       Цубаки, от радости и довольства распахнула дверь и со всей силы ударила ею Белла, что у него аж треснула губа и дверь еще сломалась. – Принимай работу! – сказала она, не обратив внимание на ситуацию, Призрак Спарты вошел внутрь комнаты, на столе лежало два клинка с цепями. Они не были похожи на прошлые его клинки, цвет был темно-кровавым, а знаки черные и явно видные. Он рискнул и потянул к ним руки. – То, что это не твои клинки, еще не дают тебе то, что они не будут тебя мучать! – необычайно яростно сказала Афина, будто пытаясь ему помешать, но не получилось, Кратос начал обматывать цепи возле своих рук, а после взялся за рукоять. Его начало сильно жечь, цепи стали белого цвета из-за высокого уровня температуры, клинки вспыхнули, сам Призрак Спарты почувствовал адскую агонию, будто из него что-то выжигают. Спустя мгновение, Белл перестал чувствовать боль, цепи вернулись в норму, символы на клинке стали светится золотым. Он посмотрел вперед, Афина начала медленно распадаться в пыль, она смотрела то на свои руки, то на Спартанца, ненависть читалась в его глазах. – Будь ты проклят… – … Теперь… Я свободен навсегда, – сказал вслух Призрак Спарты, впервые, расслабил свои мышцы для того, чтобы улыбнуться, закрыл глаза и почувствовал ее – ментальное очищение. – Ух ты, это было здорово, значит, мы сделали все правильно! – улыбнулась Гефест. – Какой довольный! – засмеялась Цубаки.       Белл с расслабленным лицом развернулся к двери и пошел к ним, после чего остановился и посмотрел на них. – … Спасибо, Гефест, Цубаки. – … Пожалуйста? – она не знала, что со спокойным и не мрачным лицом, Белл был гораздо добрее на вид.       Сам Призрак Спарты даже не заметил, что прошлые шрамы оставленные цепями исчезли, а эти даже не оставили и следа.       Он вернулся домой, к Гестии, которая его даже не встретила, Белл пошел на второй этаж и увидел связанную покровительницу, он поспешил к ней, но на его пути встал один из бывшей семьи Бога, который по необъяснимым причинам умер. С предъявлением того, что Гермес сказал, что «видел», как Белл «убил Бога». Конечно, Призрак Спарты убил их в мгновение ока, развязал Богиню и стал снова зол. – Что случилось? – спросил он Гестию. – Они ворвались в дом, начали допрашивать меня о их Бога, а после… сказали что я лгу и что Гермес все видел. – Я убью его, – Белл вышел из дома, где они встретились взглядами. – Приветствую, Белл, – сказал Гермес, сидя на крыше дома. – А я тут решил немного повеселится. – … Хм-м… – Призрак Спарты понял, что Бог что-то затевает, поэтому еще и не распотрошил его. – Ладно-ладно, ты меня раскусил. Я хочу, чтобы ты показал себя! Покажи мне того, кем ты должен стать! – своими криками, Гермес привлекал внимание горожан. – Ты же на самом деле один из нас! Ты – Бог! Только ты тот, кого называют земным Богом! – … Да ты просто псих, – недоверчиво сказал Белл. Гермес начал возмущаться, случайно на черепице споткнулся, и начал падать вниз, его спасла Асфи. – Почтенный Гермес, Вы что творите? – возмущённо сказала она. – А разве не понятно? Хочу принести себя в жертву! – Тут уже потерял смысл Белл и Асфи. А Гермес понял, что для пробуждения Бога, нужно пять смертей Богов. Были уже Арес, Иштар, Икелос, Аполлон, Гермес возжелал стать пятым, дабы сделать его: человека с душой Бога – Богом – он настолько помешался на этом в этот момент, что был готов сделать что угодно. Неизвестно, почему он так желал, отчего это желание возросло. – … Ты сошел с ума. – Да, поэтому, прошу, убей меня! Я хочу этого! – Почтенный Гермес… – испуганно пролепетала Асфи. – Такова моя воля! – крикнул Гермес. – … Я не слушаю. Богов, – сказал Белл, собираясь идти обратно. – Ладно… Тогда раз не я, то Гестия. Давай я убью ее! – После этих слов, Клинок на правой руке вонзился ему в глотку, а после Призрак Спарты легким движение руки, срубил голову Бога. – …Хм-м… – Он поглотил частицы лучей. Получив еще силу, на этот раз ту, которая и сделает его тем, кем желали видеть его Гефест и Гермес – человек, что стал Богом, имея только душу Бога. Бога Войны. Именно после того, как он осознает это сам, Белл станет им, вопрос стоял лишь один. Кто он? Бог Войны – Кратос, спартанец, что обезумел от силы и жалел об этом. Или же Бог Войны – Белл, человек, что отбросил прошлое и принял новую судьбу, став Богом благодаря своей душе.

Конец