Когда тайное становится явным

Шэнь Цинцю сидел на полу перед застеленной красным бельём кроватью и приходил в себя после обморока, осознавая, насколько они с Бинхэ облажались. Лю Цингэ полулежал на самой кровати, частично раздетый, краснеющий, но не пытающийся прикрыться. Вернее будет сказать, она. Полулежала. И Лорду Цинцзин открывался превосходный вид на то, что он в этой жизни лицезреть не рассчитывал. В сущности, никакого секрета и не было. Просто им надо было догадаться ещё тогда, когда Лю Цингэ, несмотря на обоюдные нежные чувства, напрочь отказался с ними спать. «Я вам не наложница, только после свадьбы!» - так и заявил. Шэнь ещё подумал, что шиди подыгрывает Бинхэ, страсть которого к публичной демонстрации отношений доходила до абсурда. Ло, естественно, карт-бланшу на свадьбу обрадовался и помчался всё организовывать. Что неожиданно, с всяческим содействием Лю и его родственничков. До последнего Шэнь Цинцю дивился замороченности церемонии с предшествующими ритуалами. Складывалось ощущение, что Лю Цингэ всерьёз играет роль невесты. Все эти дары, гороскопы, паланкины… С макияжа, ханьфу с фениксами и вуали выпали не только женихи, но и толпящиеся в сторонке ученики Байчжаня. Говоря про Байчжань, Лю Цингэ также сложил с себя полномочия Горного Лорда, передав все дела главному ученику, Ян Исюаню. Этому предшествовал смехотворный обязательный поединок, где Лю подстроил свой проигрыш в первые же минуты. Шэнь Цинцю посчитал, что шиди, может, всегда мечтал отвязаться от необходимости чему-то учить, оттого воспользовался шансом оправдать свой уход семейной жизнью. На самом деле Лю Лилин была девушкой весьма традиционных взглядов. Всю эту путаницу породило несколько факторов сложившихся воедино: её ненависть к слишком слащавому детскому имени, отсутствие ярко выраженных женских форм и молчаливость. Последнее сказалось больше всего. Она не спорила, когда к ней обращались как к мужчине, наплевав на чужое мнение, а если и говорила, то тихо и слишком редко, предпочитая разговорам меч. Ло Бинхэ всё ещё держал Цингэ за ногу, с задумчивым видом оглядывая подтянутое и очень худенькое женское тело. Разорванные демоном в порыве страсти нижние одежды печально валялись по полу клочками. Знакомая картина, если бы не отсутствие одной детали. Или, точнее, присутствие другой? Лорду Цинцзин снова поплохело. Как выяснилось, Богиня Войны зажиматься не собиралась. Она вдруг уверено заявила: - Вам нужно решить, кто возьмёт меня первым. Из горла Ло Бинхэ вырвалось что-то между урчанием и рыком, Шэнь Цинцю пришлось поспешить, схватив его за волосы, дабы предотвратить катастрофу. Цингэ ни о какой опасности не подозревала, нахмурившись и потянув демона за рукав на себя. Совсем безбашенная. Хоть в характере ошибок не было. - Вы оба, стоп! – из последних сил призвал остатки адекватности заклинатель. – Во-первых, Цингэ, мы думали, что ты мужчина. Девушка побледнела, отпуская демонический рукав и явно собираясь убежать. Ло вцепился в её ногу, как будто от этого зависела его жизнь. - Пожалуйста, Шицзунь! Мы не можем с ней развестись! Если тебе не нравятся женщины, ты можешь просто наблюдать, - полукровка сделал ещё одну попытку накинуться на опять расслабившуюся Лю. Возмущение придало сил держать Бинхэ крепче. - Чего? С каких это пор мне не нравятся женщины? Чтоб ты знал, до тебя я вообще о мужчинах не задумывался! – Шэнь Юань, действительно, истово верил в свою гетеросексуальность, но от того, что она оказалась бисексуальностью, интерес к прекрасному полу он не потерял. – Дело не в этом. - А в чём? – его ученик ухитрился притянуть Цингэ ближе с, на секундочку, полного её содействия, укладывая многострадальную ногу себе на плечо. – Вообще не вижу проблем. Женщина, мужчина… Наоборот так даже интереснее! Кстати, Цингэ, накануне свадьбы я чувствовал от тебя слабый запах крови. Ты…? Богиня Войны снова раскраснелась, позволяя лапать себя за бёдра. Шэнь Цинцю будто пытался остановить не Бинхэ, а несущийся поезд, под который радостно прыгает суицидник. - Хорошая жена должна родить мужу сына! – на полном серьёзе заявила дева Лю, заставляя себя объяснять свою позицию. – Я хочу быть хорошей женой и не хочу, чтобы вы со мной развелись. Поэтому до свадьбы я поработала над тем, чтобы это стало возможно. Будучи главой пика, на котором учились и особы женского пола, Шэнь Цинцю знал про особенности организма совершенствующихся. Они могли контролировать процессы в собственном теле, так что девушки зачастую полностью останавливали менструальный цикл, возобновляя способность к зачатию только при необходимости. Ло Бинхэ буквально засветился энтузиазмом, пытаясь обцеловать чужое бедро, на что Лю Цингэ снова сделала попытку притянуть его к себе. Ногами. Лорд Цинцзин ощущал себя между молотом и наковальней, борясь с двумя неимоверно сильными идиотами. - Да послушайте же вы меня! Такие вопросы нужно обсуждать заранее. Дети — это очень серьёзно, - воззвал к их разуму мастер Сюя. На него уставились, как бараны на новые ворота. Не зря он сравнивал Ло с овечкой. А вот от шиди-который-всё-это-время-был-шимэй такой подлянки не ожидалось. Если бы он любил их чуть меньше, давно бы плюнул и ушёл прятаться на Цюндин, позволяя учиться на ошибках. Демон раздражённо фыркнул: - Но это же общеизвестная традиция, Шицзунь! Не скрою, мои подданные уже намекали мне на наследников. Благодаря такому удачному стечению обстоятельств теперь не нужно искать способы позволить выносить ребёнка мужчине! От глубокого шока Шэнь Цинцю едва не выпустил кудрявую демоническую гриву. Проклятый Древний Китай и его традиции, в которых он до сих пор не разобрался! И проклятый Самолёт, придумавший этот паршивый гаремник! Вспомнились отрывки текста про детей оригинального протагониста. Их было очень. Много. Ладно, он готов признать, что тут Лю Цингэ его опять спасла. Хочет выносить демонят? Вперёд, с песней и флаг ей в руки, только не впутывайте в это Шэнь Цинцю. Радовался тот недолго, на утончённом личике Лю с частично размазанным макияжем проступила боль: - Шэнь Цинцю, ты… не хочешь от меня детей? - Я, скорее, об этом не думал, - поспешил успокоить её бывший критик. – Давайте не будем никуда спешить и проведём эту ночь как полагается? Да стой ты, Бинхэ, её всё равно сначала надо подготовить! *** Стоит ли напоминать, что удача (или Система) никогда не была на стороне Шэнь Цинцю? Несколько месяцев спустя весь Цанцюн судачил о том, что мужественный Бог Войны внезапно оказался в интересном положении. А первенец Лю Цингэ родился на свет с ярко-зелёными глазами, не оставляя шансов на ошибку в определении отцовства. Наверное, не стоило в первую брачную ночь откладывать разговор о наследниках на потом? Как бы то ни было, теперь Шэнь Цинцю продумывал возможные пути побега. Задумчивые взгляды Ло Бинхэ в его сторону откровенно пугали.