Верь мне

-Доктор Кан! Громкий крик донесся из коридора и Сонен немного вздрогнула от неожиданности, хотя она и ожидала примерно такую реакцию не знала когда именно ждать бурю. Она отложила ручку и журнал, поправила очки, откинулась на спинку стула и стала ждать того с кем пыталась поговорить уже более недели. Буквально через секунд 15 дверь ее кабинета распахнулась и на пороге появился Чон Хосок. Но не привычный Чон Хосок. Обычно его лицо озаряет мягкая и добрая улыбка, а глаза просто светятся теплом. Именно поэтому его и называли солнышком. Но сейчас его глаза горели совершенно по-другому. Сонен даже решила что немного переборщила, но выхода он ей не оставил. - Доктор Кан, что, черт возьми, вы творите, - за три больших шага Хосок пересек кабинет и теперь нависал над ее столом. -Что за *** вы сказали директору? - его глаза просто испепеляли. - Вы в своем уме? -Мистер Чон, какой ожидаемый сюрприз. Будьте любезны, прикройте дверь и присаживайтесь, нам с вами нужно кое-что обсудить, - спокойным голосом произнесла Сонен, хотя спокойствия она не чувствовала. Он смотрел на нее еще несколько секунд, но все же послушался - развернулся, так же быстро подошел к двери и захлопнул ее с такой силой, что рамки с наградами и фотографиями на стене затряслись. Не сводя с нее глаз прошел к дивану и уселся так же как и прошлый раз. Но в этот раз его глаза явно пытались испепелить Сонен. -Прошло уже почти две недели с нашего первого сеанса на котором мы обсуждали ваше лечение и как важно для достижения результатов выполнять все мои предписания. И хотя вы говорили что время для вас решающий фактор я не понимаю почему после того сеанса я вас больше и не видела? -Доктор Кан, -начал Хосок, но Сонен слегка повысила голос и продолжила свою речь -Я за эти две недели столько раз звонила вашему менеджеру, сколько не звонила своей матери за последние два месяца. И первое время он хотя бы отвечал на звонки и извинялся, обещал что вот завтра вы точно будете, но потом он просто стал скидывать мне извинения в чат что вы заняты. А вчера главный врач меня вызвал, чтобы узнать каких результатов мы добились, и мне пришлось рассказать что я вас то больше и не видела. А как вы хотели? С меня требуют результаты, а их нет! -И поэтому вы сказали запретить мне доступ в репетиционный зал? - вопрос был задан все тем же голосом полным злости. У Сонен от этого голоса похолодели руки. Тот радостный и расслабленный Хосок в клубе и это Хосок были словно разные люди. Эта разница начинала пугать. В голове промелькнул тот образ из клипа на песню “Arson”, не хотелось бы чтобы он сжег ее кабинет и ее саму с таким же равнодушным взглядом как в начале того клипа. -Я только сказала что из-за пропуска в лечении придется полностью запретить все физические нагрузки минимум на месяц. Что бы как-то наверстать упущенное время. И вы все равно не сможете находиться в зале и не танцевать. Видимо до Хосока дошел смысл ее слов, так как его взгляд слегка смягчился и теперь в нем осталась лишь неприязнь. -Я вас понял, доктор,- уже намного спокойнее и тише произнес Хосок, он откинулся на спинку дивана и продолжил, - Что мне надо делать чтобы сняли этот запрет как можно скорее. И, важнее всего, что мне делать не надо? Не хочу, знаете ли, чтобы из-за другой небольшой оплошности меня перестали, например, выпускать из дома, Мало ли какие другие странные идеи родятся в вашей голове. Сонен показалось, что в кабинете резко похолодало градусов до 5. Не такие взаимоотношения она хотела построить со своим пациентом. Раньше он вызывал у нее приятную, но абсолютно неуместную, волну возбуждения, сейчас же она чувствовала холод и некоторый страх. С такими темпами его красивые руки с длинными пальцами скорее будут сжимать ее горло, нежели прижимать ее к себе для страстного поцелуя. Как-то не вовремя она вспомнила некоторые сцены из фильма “американский психопат”. -Список все такой же как и две недели назад с небольшим изменением: никакой физической нагрузки и алкоголя, ограничить употребление чая и кофе. -Я эти две недели и не нарушал ничего из этого. Я уже смотреть не могу на молоко и соки, хочется хорошего холодного американо. -Поход в ночной клуб и распитие там шампанского нарушает как раз два запрета из четырех, - это вырвалось у Сонен прежде чем она поняла как это может прозвучать, и она тут же прикрыла рот руками -Доктор, - вкрадчивым голосом протянул Чон, - вы следите за фанатскими чатами?, проговорив это он встал и медленно направился к ее столу не отрывая своих глаз от Сонен. -Надеюсь вы не из тех сумасшедших сасен-фанатов, которые преследуют звезд и воруют личные вещи или делают фотографии? - он остановился перед столом и сейчас пристально наблюдал за ее реакцией. -Если бы это было так, меня бы тут не было. И вам это прекрасно известно. Вы не единственный кто любит отдохнуть в хорошем месте, это просто совпадение, что вы пришли туда где я отдыхала с друзьями, - сказала это она уже поднимаясь с кресла, чтобы не смотреть на него снизу, но ей все же пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза - он был выше не добрых полголовы. Стоя по разные стороны от стола они еще некоторое время смотрели друг другу в глаза. Сонен все еще не понимала, почему человек, знаменитый своей теплой улыбкой и светящимися от любви глазами в обычное время, сейчас смотрит на нее таким тяжелым взглядом. Она понимала, что танцы играют очень большую роль в его жизни, но он же должен понимать что без лечения он не сможет больше так танцевать. -Мистер Чон, кажется мы с вами начали нашу работу с недопонимания. Все что я хочу, это помочь вам. Я приложу все свои знания чтобы вы перестали чувствовать боль и смогли полностью сконцентрироваться на вашем творчестве, - Сонен попыталась сказать это с максимальной теплотой и в подтверждение своих слов положила свою ладонь сверху его, - верьте мне. Хосок перевел взгляд на ее маленькую ладошку которой она подбадривающе похлопывала по его руке. “Как я могу ей верить если я временами своему телу не доверяю. Но надо прекращать этот детский сад, я же не могу от нее бегать вечно, время камбэка все ближе, а я в самой ужасной своей форме”, - подумал Хосок. Сейчас он уже не почувствовал того сильного отклика тела, что был в прошлый раз. “Видимо тот поход с Чонгуком помог расслабиться, а я еще сомневался. Зато теперь этот маленький доктор меня не возбуждает, а только подбешивает. Интересно почему именно она вызывает у меня такие сильные противоречивые чувства?”, -задался вопросом Хосок в задумчивости скользнув оценивающим взглядом от тонких маленьких пальчиков руки, что все еще лежала сверху его, вверх остановив свой взгляд на губах доктора. Она все еще что-то говорила, но Хосок уже не вслушивался. Губы не были пухлыми или притягательными, но было что-то чарующее в том, как при разговоре доктор выдыхала ртом и временами показывался кончик языка, который проводился по пересохшим губам - видимо она все еще сильно нервничает. Его пристальный взгляд не остался незамеченным и Сонен слишком поспешно убрала руку - “Нужно постараться исключить двусмысленные фразы или же движения если я не хочу чтобы меня уволили”, - подумал Сонен. Все прекрасно знал и “Влюбился в айдола - потерял работу”. А терять такое хорошее место она вовсе не хотела. -Мы с вами договорились? Завтра в девять я вас буду ждать. “Кто же мог подумать что лечебный массаж такой болезненный”- в который раз подумал Хосок когда доктор надавила на еще на одну точку на спине, а по телу прошла дрожь от боли. Скосив взгляд на часы он с ужасом понял, что вся эта экзекуция длится всего 15 минут, а он уже готов попросить перерыв. Перед сеансом она ведь его предупредила, что если будет слишком больно он может попросить перерыв, но он слишком самоуверенно сказал, что уж массаж то сможет выдержать. Но кто же знал что это будет совсем не похоже на массаж, который ему делали в том спа-центре. -Мистер Чон, если ощущения слишком болезненные, мы можем закончить с плечом и сделать перерыв, прежде чем перейдем к ноге. -Мне совершенно не больно, продолжайте. Сонен прекрасно поняла что это ложь, так как его мышцы все больше и больше зажимались, и становилось все сложнее разминать нужные, поэтому она решила пойти на хитрость. Закончив с мышцами спины она произнесла: “сделаем небольшой перерыв, мне необходимо масло для массажа ноги.Полежите отдохните, я сейчас подойду”, -оставив Хосока на кушетке вышла из манипуляционной в кабинет. “А он еще хорошо держится, другие при гипертонусе на массаже кричали на весь этаж. Боже, наверно он каждый день тренировался, даже через футболку чувствуются мышцы, странно, почему он такую красивую фигуры прячет под своей весьма объемной одеждой”, - рассуждала Сонен, пока отдыхала в кабинете. Она не торопясь нашла нужную бутылочку, попила воды из графина, проверила почту и пошла обратно в кабинет. Небольшого перерыва хватило чтобы Хосок задремал на кушетке лежа вниз лицом. Комнату наполнял тихий посапывающий звук. Вспомнив что среди его жалоб были боль головная и в шейном отделе, Сонен подошла проверить действительно ли он спит. “В принципе пока он спит, можно поработать с шеей и головой, это не так болезненно, зато эффект он почувствует сразу по пробуждению”, - рассудила Сонен. Она стала у кушетки и начала проминать мышцы шеи. Закончив с трапециевидной она переместила руки к затылочной части, где обычно происходит защемление нерва и стала большими пальцами разминать. Перемещая руки по затылку она нежными движениями массировала мышцы и кожу голову, по себе она знала что это лучший способ избавиться от головной боли. Она продолжала массировать затылочную часть головы иногда передвигаясь к височной и возвращаясь. Она смотрела как ее пальцы то и дело погружались в густые вьющиеся волосы Хосока, и вспомнила родительского кота, который живет у них уже почти девять лет.Сонен обожала его гладить и чесать, было что-то медитативное в поглаживании его мягкой серой шерстки. И в какой-то момент она поняла что больше не слышит того самого посапывания. Она медленно отступила от кушетки спросив Хосока: “как вы себя чувствуете? Можем приступать к массажу ноги?” Не поднимая головы слегка хрипловатым голосом Хосок проговорил: “только при условии,что после ноги продолжите с головой, это отлично расслабляет” Сонен на секунду задумался, но потом ответила; “конечно, если вам от этого становится лучше”,- а сама подумала, как же хорошо что он не посчитал это неуместным. Ведь строго говоря от головной боли помогает массаж шеи и небольшого кусочка кожи на затылке. Все голову при этом массировать не требуется, просто Сосен не смогла устоять - его волосы невозможно притягательные и она хотела к ним прикоснуться еще с первого дня. Весь день после массажа Хосок чувствовал себя на удивление бодро, боль почти не чувствовалась, голова прояснилась, казалось даже солнце ярче сияет. Он смог выполнить все свои задачи на день и даже выделил время съездить в гости к Юнги, где за чашечкой он чая, а Юнги виски смогли обсудить тексты песен к новому альбому. И когда на следующий день он проснулся без сильной боли решил даже не пить обезболивающее, с которым не расставался последние 3 месяца. “А доктор то молодец”, - подумал он. Закончив со всеми пациентами и заполнив все карты Сонен взглянула на часы - большая стрелка уже перевалила за 8 - можно ехать домой. Переодеваясь за ширмой она услышала сигнал сообщения. Потом еще один. И еще. Открыв телефон она увидела сообщения,которые все еще приходили: “Кажется у меня что-то защемило” “Я не могу подняться” “Боль невыносимая” “Приезжайте срочно” “Это Чон Хосок” “Мой адрес…. Охрану я предупредил, код от двери…” “Поторопитесь” С каждым сообщением у Сонен все больше холодели руки, а сердце кажется перестало биться. “Неужели я допустила ошибку”: - пронеслось у нее в голове прежде чем она схватила сумку, ключи от машины и выбежала из кабинета.