Однажды вечером

Стив согласился на миссию с тяжелым сердцем. Ему до ужаса не хотелось оставлять Баки одного в Башне, будто заложника. Наташа обещала присмотреть за ним, но Стиву этого было недостаточно для уверенности. После чудовищного провала в Оймяконе, когда они с Тони едва не прикончили друг друга, Стиву и Баки пришлось вернуться в Нью-Йорк и вновь объединенной командой дать отпор слетевшему с катушек Россу. Они застряли в Башне на неопределенный срок, Тони сдержал слово и зарыл на время топор войны, но все равно это перемирие висело на волоске и готово было со звоном лопнуть в любой момент. Да хотя бы вчера, когда Тони в очередной, в сотый долбаный раз начал цепляться к Баки, последние несколько месяцев придумав новую фишку. Теперь он доставал Баки агрессивным высмеивающим флиртом и каждый день придумывал новое прозвище. Стив отлично помнил, как в том бункере в Сибири Тони озлобленно кидался на Баки, намереваясь убить. Шутки и понарошковость размолвки закончились, и Железный Человек с бешенством и болью пытался размазать их обоих. А сейчас Стиву надо лететь на другой конец света на несколько дней, в компании Клинта, который вместе со Стивом всегда так хорошо сглаживал и помогал унять разгорающийся конфликт. Тони и Баки совершенно одни в Башне, и только Наташа осталась единственным сдерживающим фактором. Баки эти дни отсутствия Стива в основном был на связи, но иногда не отвечал по часу или больше, доводя тревожность Стива до начала паники. Наташа не отвечала принципиально, Тони Стив, разумеется, писать не собирался. Да и что бы он спросил? “Хэй, Тони, я тут беспокоюсь и хочу узнать, вы с Баки случаем не прикончили друг друга за тот последний час, что он мне не отвечает?” Миссия отвлекала, позволяла сосредоточиться на работе, но Стив успел весь известись и передумать кучу всего самого страшного. Однако то, с чем он столкнулся по приезде, выходило за все грани. — Ты уже вернулся? — Баки, сидящий на полу, вскинулся испуганно, хрипло задышав, а Стив, не веря, смотрел на его пустое плечо, затянутое в черный изолирующий колпак. — Где твоя рука? — выдавил из себя Стив, ощущая, как немеют от ужаса и ярости губы. На такое, блядь, не шла даже Гидра. Баки съежился, закрывая ладонью левый бок, будто мог спрятать это. — Ее… ее пришлось снять, — загнанно ответил он, кусая губы и мучительно ерзая на полу. — Почему ты так рано? Ты же завтра должен был… — Мы уезжаем отсюда, — бросил Стив, шагнул вперед поднять Баки с пола, но тот дернулся от него. — Баки, хэй, дружище, все в порядке, тебе больше не придется терпеть это, я схожу к Старку, рука у него? Заберу, и мы уедем отсюда. Ты слышишь меня, Бак? Но Баки блуждал расфокусированным взглядом и не давал себя поднять. А потом он вдруг дернулся, как от тока, захрипел, содрогаясь. Стив в страхе схватил его за плечи, не понимая, что происходит, и наконец за хриплыми влажными вздохами расслышал тихое ритмичное жужжание. Идущее снизу. — Стив, уходи… — умоляющее проскулил Баки, а Стив отупело смотрел ему в пах, на мокрое пятно на тонких шортах. А жужжание все продолжалось и продолжалось. — Черт, Баки, — Стив отдернул руки, ощущая, как щеки горят. — Черт, я сейчас… — Роджерс, ты какого хрена здесь делаешь?! — возмущенно прозвучало позади. Стив резко обернулся и напружинился, пристально глядя на Тони. Это что он тут делает? В личной комнате Баки, в расстегнутой рубашке, еще и вино притащил? Наличие бутылки какого-то явно дорогущего пойла в его руках создавало диссонанс, непохоже было, что Тони здесь для драки или чтобы поглумиться как-то еще. Кстати об этом. — Где его рука? — отпечатал Стив и угрожающе шагнул вперед. Он и за грудки готов был его схватить, и плевать, что Тони сейчас без брони. — О, отличный вопрос, Кэп! — Тони потер шею, будто бы в смущении. — Рука, да… Где, говоришь, твоя рука? Тони глянул Стиву за плечо, и тот увидел, как Баки и Тони обменялись взглядами. Да что за нахер тут происходит? — Моя рука… — слабо ответил Баки, жалко моргнул, а до Стива дошло, что то жужжание все еще не прекратилось. А потом оно резко затихло, и Баки чуть не упал от облегчения. Обернувшись, Стив заметил, как Тони убрал обратно в карман что-то маленькое и темное. — Его рука застряла в сочленении Марка Шесть, пока мы трахались, и пришлось ее снять. — Да, — сказал Баки, а потом: — Что? Черт, Тони! — Да надоело мне прятаться, вот что, — чуть грубовато ответил Тони, обошел Стива по длинной дуге и помог Баки встать. Тот, пошатываясь, привалился к нему и спрятал полыхающее от стыда лицо у Тони на шее. — Ну вот, теперь ты в курсе всех грязных секретов, Роджерс, — нервно сказал Тони, бережно обнимая Баки. — Может, уже оставишь нас одних? У нас тут типа шестимесячная годовщина. *** Еще через полгода Баки и Тони отмечали настоящую годовщину, их этаж был закрыт целые сутки, а наутро Баки снова был без руки и не мог без красных щек смотреть на Стива. А еще через сутки на вернувшейся левой руке красовалось серебристое вибраниумное кольцо.