scarf
12 декабря 2022 г., 20:14
Акутагава молча брел по заснеженной улочке на окраине города, освещенной лишь одним слабо мигающим фонарем. парень глубоко погрузился в собственные мысли и воспоминания, возвращаясь в прошлое, когда Дазай еще был его наставником. он вспоминал как на такой же заснеженной и слабо освещенной улице Осаму сказал ему фразу, которая изменила его жизнь.
— желающий смерти желает умереть, Акутагава-кун.- спокойно произнес Дазай, продолжая идти как ни в чем не бывало, как будто это не он только что избил своего подчиненного.
и Акутагава воспринял эту фразу по своему. и он сделал её своей мантрой, своей молитвой и своим благословением. Акутагава пронес смысл этой фразы через всю свою жизнь, отпечатав её на своем прошлом и на своем будущем. и парень прокашлялся, выкидывая из головы мысли о Дазае.
— Акутагава, ты так еще сильнее заболеешь! давай я дам тебе шарф! — подбежал Ацуши, с ненаигранным волнением в голосе и явным желанием помочь.
— сгинь, мне не нужны подачки от тебя, тигр. — даже не взглянув на Накаджиму, Рюноске продолжил идти, заглядывая в каждый переулок и неосвещенный угол улицы.
— знаю, что не нужны. но это не мои подачки. Дазай попросил меня позаботиться о тебе и твоем здоровье пока мы на задании. так что, считай что это приказ Дазая. — и Ацуши натянул таки на шею Акутагавы теплый черный шарф, сочетающийся с его пальто.
и Акутагава вспомнил. он вспомнил этот шарф, его тепло и мягкость. вспомнил, как будто это не произошло шесть лет назад. вспомнил, как будто он не лежал тогда на проморзглой земле, пытаясь отдышаться от удара, нанесенного противником. вспомнил, как будто он не был тогда ребенком, не знающим ни тепла, ни доброты.
— это… это шарф Дазай-сана? — удивленно спросил Акутагава, надеясь услышать положительный ответ.
— да, Дазай сказал что этот шарф твой и ты просто забыл его давным давно у него. и попросил отдать, как раз мы вместе на задании, да еще и в такой холод. — небрежно говорил Ацуши, не зная о том, что только что провернул все органы Рюноске наизнанку и обратно.
и Рюноске пошел дальше, не желая чтобы тигр увидел улыбку на его лице. Дазай позаботился о нем, соврал Ацуши, заставил его таскать с собой этот шарф и нацепить его на Акутагаву. он больше не хотел сию же секунду прибить тигра расемоном. сейчас он хотел только наслаждаться запахом шарфа, судя рассказам Накаджимы, уже подаренного ему Дазаем. но он также прекрасно понимал, что сейчас он должен спешить обратно в штаб и нельзя терять голову.
— тигр, волочи свои лапы быстрее, если хочешь придти в штаб живым и не превратившись в ходячую сосульку. — холодно сказал Акутагава. холодно, как сам снег.
— ого, Акутагава, это что забота? — игриво спросил Ацуши, вприпрыжку догоняя Рюноске.
— нет, просто мне было велено боссом привести тебя в штаб живым. но никто не говорил о том, что ты должен остаться невредимым, так что могу пару раз порезать тебя расемоном, раз ты настолько этого хочешь. — все также холодно ответил ему Рюноске и Накаджима уже не имел такой большой смелости что либо говорить ему.
дальше они шли уже в полной тишине, только под ногами хрустел мягкий снег, белый настолько, что казалось только он мог освещать всю эту улицу одним своим свечением. Ацуши любовался этим прекрасным творением природы, но с содроганием вспоминал как в приюте его заставляли голыми руками черпать этот самый снег в ведра, чтобы в приюте была вода. он был совершенно один, такой маленький и беззащитный, ничего не мог сделать с жестокими взрослыми. но сейчас Ацуши уже не надо набирать снег руками в ведра, он уже не маленький и не такой уж и беззащитный. но жестокие взрослые все еще остались в его жизни. и он постарается противостоять им.
и вдруг, будто по желанию вселенной, прочитавшей его мысли, Акутагава остановился, заставляя задумавшегося Ацуши удариться о его хрупкую спину. Ацуши хотел было спросить, почему тот остановился, но не успел и рта раскрыть, как сам увидел причину.
кровь. много крови. настолько много, что весь снег вокруг окрасился в ярко-алый цвет. это был кровавый след, создающий тропу из красных пятен. и парни побежали по этой тропе, активируя на ходу свои способности и заранее готовя себя к худшему.
