Преподаватели ЗОТИ и где они обитают

Второй курс Хогвартса обещал быть таким же волшебным как и первый. Гарри, Рон и Гермиона, которая даже на первом в этом году ужине ни в какую не отрывалась от книги, сидели за столом Гриффиндора среди остальных доблестных львов. Рон иногда косил глаза в книжку подруги и тяжело вздыхал, потому как совершенно все из прочитанного было непонятным. Потом мальчик перевел взгляд на пустой стол, который был достаточно лакированным, чтобы свечи и заколдованный потолок отражались и снова вздыхал. Он чертовски хотел есть, а МакГонагалл с первокурсниками все шли и шли. Где-то. Явно очень далеко. Рон снова вдохнул. — Да прекрати ты уже, — улыбнулся Гарри, который до этого, видимо, считал свечи. — Успеешь ты поесть. — Угу. — буркнул Рон, переводя взгляд на преподавательский стол. Кто-то из профессоров тихо переговаривался между собой, кто-то сидел с хмурым выражением лица (Снейп), но была и незнакомая фигура среди знакомых лиц. Рон пихнул Гарри и Гермиону, которая наконец-то оторвалась от книги, чтобы прожечь мальчика взглядом. — Рон, если ты ничем не занят, то это не значит, что ты можешь мешать другим! Учительский тон заставил Рона сморщится, как и всегда, впрочем. Фред и Джордж уже подшучивали над ним, что скоро он так привыкнет к этому выражению, что его мышцы на лице так и застынут. И будет Рон Уизли ходить с вечно кислым выражением. — Посмотрите на стол профессоров. Гарри и Гермиона повернули головы в указанном направлении, пробегаясь глазами по взрослым. И правда, среди любимых и не очень преподавателей был один незнакомый им человек. Молодой, на вид не старше тридцати, с черными гладко уложенными волосами до плеч, скучающе покачивал бокал с чем-то красным в руке. Цвет глаз от сюда было не разглядеть, но Гарри думал, что они или зеленые или голубые. Черная мантия аккуратно лежала на его плечах. Одежда же под мантией была явно сделана из кожи или же из чего-то плотного и немного отражающего свет, из-за чего Гарри подумал, что маг явно из обеспеченной семьи. Поттер поморщился и мысленно попросил покровителей волшебников и маглов, чтобы их новый профессор не был ярым приверженцем доктрины крови, которую так охотно практикуют слизеринцы. Как бы мальчик не доверял Дамблдору, на первом курсе им преподавал профессор с Воландемортом на затылке. Почему же в этот раз им не мог попасться какой-нибудь ярый магглоненавистник? — Кто-нибудь знает, кто он? — спросил Рон друзей. Гарри и Гермиона помотали головой, а рядом сидевшие однокурсники Золотого Трио, которые услышали вопрос, пожали плечами. Гарри скосил взгляд на стол Слизерина. Многие змеи тоже подозрительно поглядывали на новое лицо. «Значит, они тоже не в курсе, кто это.» — подумал Гарри и эта мысль немного его развлекла. Раз никто из этих чистокровных снобов в глаза нового профессора не видел, значит, скорее всего, он не из их круга. По крайней мере ближайшего. Дверь в Большой зал наконец отворилась и в помещение зашла взволнованная стайка первокурсников, которые с интересом осматривалась по сторонам. МакГонагалл встала возле Сортировочной Шляпы и привлекла внимание детей громким хлопом, также давая знак остальным курсам соблюдать тишину. Все внимание плавно перешло к шляпе, которая уже была готова исполнить свою песню. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:

Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой.

После того, как отгремели аплодисменты, Рон позволил себе вздохнуть еще раз. Скоро он наконец сможет поесть.

***

Локи задумчиво листал учебник по Защите второго курса. Именно листал, а не читал, потому что все что там было написано, по его мнению, сущим кошмаром. Да, в нем была теория. Но разве название предмета не говорит само за себя? Как дети должны научится защищать себя от проклятий и других заклинаний, зная только теорию? Это возмущало его, как обученного сейдмана до глубины души. Нет, в общем-то, ему было глубоко плевать на эти жалкие подобия волшебников и он точно не собирался серьезно относится к этому фарсу, но если бы Локи учился по этой книжке, то он бы умер в первом же походе, на который его потащил бы Тор. И возможно не только он. Лофт знал довольно много о темной магии, да что там знал, он ее практиковал с завидной регулярностью, и он точно мог заявить, что с таким учебником по защите шансов выжить у студентов в этой школе нулевые. Серьезно! Почему весь учебник посвящен магическим существам, а не, например, как снять проклятие, как защитится, если в вас его кидают? Как распознать магию крови? Ну, на худой конец, могли бы описать, почему некромантия запрещена в любом виде. Только бумагу зря перевели. Так как Локи никто не обязывал следовать программе, он, на самом деле, мог творить все что хотел. И хорошо, потому что рамки он ненавидел. Один наказал ему быть лапочкой, никого не убивать и не пытаться захватить мир. А потом его вернут обратно, к маме в руки, так сказать. Так что ничего страшного, если он сам будет диктовать что будут проходить дети на его уроке. Вот и славно. Бог Коварства кивнул сам себе, подтвердив верность своего суждения и взмахом руки заставил учебник воспламенится. Локи перевел взгляд на стол, где лежал костыль, ну или волшебная палочка, как ее тут называли. Взять ее руки для любого уважающего себя мага Девяти миров — уже было заявлением о слабости, но тут такими деревяшками пользовались все. Как бы Лофт не любил выделяться, он не мог колдовать на глазах у всей школы просто движением руки, это вызвало бы много ненужных вопросов к его личности. Профессорский состав не был осведомлен, что в их школе будет преподавать Бог. Директору этого шабаша хорошо промыли мозги, внушив, что он выпускник одной из закрытых магических школ на территории Норвегии, бывший аврор (чтобы это не значило) и специалист по темной магии. Так что, сколько бы он не кривился, делать вид, что он колдует с помощью палочки придется. Еще ранним утром он пролистал все учебники и не учебники по использованию заклинаний, чтобы не вызвать подозрений неправильными взмахами. Локи встал из-за стола, предварительно махнув рукой, убирая пепел с пола, подошел к зеркалу. Он выглядел довольно странно даже для мидгардца в этой мантии и в магловских вещах, но что поделать, все ради конспирации. Походив вчера днем по волшебным кварталам он вполне вычислил как должен выглядеть хоть сколько-то уважающий себя колдун и был вполне доволен своим видом. Если бы не мантия. Она была красивой, черная с зеленым отливом, будто ткань пыталась повторить переливание на свету змеиной кожи, но в ней он чувствовал себя адептом какой-то секты. Ну, по крайней мере, она на нем хорошо смотрелась. Кабинет, который ему выделили был просторным, находился в одной из башен, чуть ли не под крышей, будто ему небес на Асгарде было мало. Комнату же он выпросил себе в подземельях, так как по его скромному мнению там было тише всего. Кабинет там же выпросить не получилось. Первым делом Локи убрал огромный скелет, который был подвешен к потолку, потому что дети все равно не оценят масштабы данного экспоната, да еще и испортят. Лофт убрал и другие чучела, которые только заполняли пространство и ставил минимум необходимого, чтобы было где отрабатывать заклинания. Затем он быстро по своему вкусу организовал рабочее место и хотел было уже пойти посмотреть что там в кладовке, но в дверь постучали, а сразу же после в проеме появилась взъерошенная голова девочки. — Профессор, можно? Локи кивнул и внутрь повалил народ в мантиях двух цветов: зеленого и красного. «Гриффиндор и Слизерин», — отметил про себя трикстер. — «Вечные противники, непримиримые враги». На самом деле с его стороны это было довольно забавно. Если бы он был смертным магом, то явно был бы слизеринцем. Локи было интересно проверить насколько сильны в этих детях качества факультета, на гербе которого изображена змея. Гриффиндор ассоциировался у Локи с Тором. И как бы он не хотел это развидеть, у него явно не получалось. «Что же, посмотрим что эти смертные из себя представляют» — Бог вернулся в преподавательское кресло и оглядел зал. Дети с зеленой подкладкой на мантиях расположились на левых трибунах, с красной — на правых. Слизеринцы смотрели на него настороженно, изучающе, а вот гриффиндорцы — больше с опаской и волнением. Что же, будет весело. Локи встал с кресла, обошел стол и оперся на него, скрестив руки на груди. — Можете обращаться ко мне профессор Лофт, больше вам обо мне знать не нужно. Вы сами знаете как называется мой предмет, так что повторять я не буду. Но я уверен, что найдутся особо одаренные, так что лучше спросите своих соседей где вы сейчас находитесь, потому что я ненавижу глупые вопросы. Учебники… То, что здесь называется учебником уберите от греха в свои сумки и никогда, слышите никогда не доставайте при мне. Это даже книгой называться недостойно, не то чтобы по этому можно было чему-то научится. Со стороны красных мантий послышался возмущенный вдох, а со стороны зеленых — тихий смех. — Не знаю будет ли эта новость для вас радостной или огорчит вас, мне все равно, но я планирую больше практических занятий. Это конечно же, для тех, кто будет достоин в моих глазах вообще махать палочкой. Остальные будут зарываться в пыльные тома и искать ответ, почему у такой бездарности как он, ничего не получается. Меня не волнуют ваши причины, я не буду слушать ваши отговорки, мне глубоко плевать нужно ли вам вообще это. Вы вошли сюда, а значит должны были готовы не выйти отсюда вообще. В классе стояла мертвая тишина, дети будто бы не дышали. Локи это нравилось. — Пройдемся по базовым правилам поведения: не опаздывать, не перебивать, вести себя хорошо. Я искренне презираю тех, кто не может соблюдать эти три простых правила. Что значит вести себя хорошо? Узнаете по ходу урока. Переклички не будет, я не хочу тратить на это время. Если мне будет нужно ваше имя, вы мне его скажете, когда я вас спрошу. Но вряд ли здесь найдется хоть один достаточно для это одаренный. Сейчас даю вам минуту, чтобы вы выбрали представителя от своих групп, которые будут отвечать за посещаемость. Этим смертным предстоит докладывать мне о всех отсутствующих и прогульщиках. И не дай боги, я узнаю, что вы мне соврали. Вы будете умолять меня, стоя на коленях, дать вам отработку вместо того, что вам будет уготовано. Все понятно? Время пошло.

***

Гарри сидел ни жив ни мертв. Новый профессор говорил пусть и тихо, но довольно четко. В голосе проскакивали нотки раздражения и скуки, пока он вещал о правилах и структуре урока. Лицо же мужчины ни выражало совершенно ничего, сколько бы Избранный его не рассматривал или вглядывался в пронзительные ярко-зеленые глаза. Поттер сглотнул накопившуюся слюну как можно тише и попытался стать как можно незаметнее, пока его однокурсники решали кто пойдет на «эшафот». За те несколько секунд пока все отмирали он услышал это слово от Рона, который тоже выглядел не шибко радостным новым учителем. Гарри украдкой взглянул в сторону преподавателя: и правда, там была ступенька, которая позволяла и так высокому (метра два, не меньше!) человеку казаться еще выше и тем, кто пойдет отчитываться профессору, придется подняться на нее. Слизерин решал не долго. Малфой чинно встал со своего места, обошел своих однокурсников и направился прямиком к преподавательскому столу, остановившись в шаге от мужчины. Учитель кивнул, повернул голову к гриффиндору и то ли выжидающе, то ли раздраженно поднял бровь. Гарри показалось, что второе походило на правду больше. Но сколько бы смелыми не были львы никто не спешил составлять компанию Драко, пока Гермиона тяжко не вздохнула, пробормотав что-то о времени, встала с места и направилась к профессору. — А я думал, придется ждать до Рагнарека. — Насмешливо прокомментировал тихий мужской голос, что вывел Гарри из оцепенения. — Минус один балл Гриффиндору за то, что не соответствуют главному качеству своего факультета. Гарри услышал недовольные тихие возгласы нескольких однокурсников. Что-то ему подсказывало, что профессора Лофта они совсем скоро возненавидят даже больше чем Снейпа. Тем временем Гермиона с Драко по очереди, что-то написали на пергаменте профессора и разбрелись по своим местам. Павлин выглядел довольным жизнью и шепотом что-то ответил наклонившейся к нему Паркинсон. Гарри скривился и решил обратить внимание на учителя, тая надежду, что они все же найдут общий язык. К концу урока Гарри Поттер как и весь Гриффиндор был уверен, что это невозможно. А недовольные гримасы весь обед веселили слизеринцев, которые явно приняли профессора как своего.

***

В гостинной Слизерина было сегодня особенно шумно. Драко Малфой со своей извечной свитой и некоторыми однокурсниками сидели на темных зеленых диванчиках, вокруг камина, пользуясь тем, что старшекурсники были слишком занятыми, чтобы воевать с ними за места у огня. — Скажите, он странный. — подала голос Паркинсон, развалившись поперек дивана, забывая о манерах. — Профессор-то? — ухмыльнулся Нотт. — Пока я могу сказать только то, что львы еще долго будут сидеть в яме очков. Он за весь урок снял с них столько, что Снейпу со всеми своими придирками и не снилось. — Это при том, что казалось бы, снимал он за дело. Но мне иногда казалось, что красный цвет на него действует словно тряпка на быка. — хихикнул Забини. — Только вот интересно откуда он. Все обернулись на Драко, который задумчиво смотрел в потолок. — Ну, у него фамилия странная. — пискнула Паркинсон. — Я даже не уверен, что это фамилия, — вставил Нотт. — Нужно спросить у декана, может он его знает. Все кивнули. На Слизерине было важно также хорошо знать своего друга как и врага. А лучше, чтобы под рукой было целое досье. На всякий пожарный.