Странные предпочтения

Прогуливаясь по слишком знакомой, чтобы вызывать какое-либо впечатление, улице, Глэм свернул к своему любимому парку. Он находился неподалёку, путь занимал не более 15 минут спокойным шагом. Уже темнело, поэтому людей, идущих вместе с ним по своим делам можно было пересчитать по пальцам: Чем-то явно обеспокоенная женщина, кажется, еле сдерживала слёзы, разговаривая с кем-то по телефону, одетая в чёрную юбку-карандаш и белую рубашку. Она торопливо шагала навстречу высокому блондину, постукивая каблуками по тротуару. На другой стороне дороги виднелись маленький мальчик со старым мужчиной, видимо, его дедушкой или дядей. "Всего трое..." — Подумал он, опустив глаза вниз. По какой-то непонятной причине на его ботинках появилась грязь. Он не стал опускаться чтобы протереть их. Достаточно необычное решение для ярого перфекциониста. Блондин, продолжая свой путь, случайно повернул голову влево. Он заметил достаточно далеко уходящий, но не столь широкий промежуток между двумя кирпичными зданиями. Одним из них был салон красоты, а другой — обычный, ничем не примечательный жилой дом. Решив, что там он сможет решить проблему с грязными ботинками, он завернул туда. Глэм присел на корточки, дабы достать из небольшого рюкзака на спине салфетки и наконец избавиться от грязи. Как только он начал убирать ее, из глубины послышалось тихое мяуканье. Мужчина не обладал высокой эмпатией, поэтому в обычной ситуации он бы и глазом не повел, услышав жалобное мяуканье или гавканье из-за угла. Ему не было дела до бездомных животных, он никогда не подкармливал их и гладил только тогда, когда Хэви сувал ему под нос очередную ободранную кошку, найденную во дворе, предлагая погладить. Глэм делал это лишь для того, чтобы не обижать сына. Но вдруг, внутри него будто загорелось что-то. Что-то, что он, казалось бы, всегда игнорировал, но сейчас, случайно поймал себя на странном ощущении. Оно напоминало ему нечто знакомое и одновременно непривычное, неизвестное и пугающее. Поднявшись, он направился к источнику звука. Им был кот, лежащий в коробке. Коричневая шерсть, которая от некоторых участков меняла оттенок от более светлого до почти черного была покрыта землей. У него не было одного глаза и хвоста. Также по всему его телу можно было заметить отсутствующие клочки шерсти. Рядом с ним стояла вылизанная начисто миска. Бедолагу редко кто подкармливал, поэтому всякий раз, как ему удавалось получить хоть каплю пищи, он съедал все до единой крошки. Он не знал, когда сможет поесть в следующий раз. Может быть через 2 дня, может быть, через 4. Поэтому кот старался затолкать в себя каждый грамм всего, что только мог найти. — Ты хочешь есть, правда? — Глэм уставился на животное, буквально проделывая в нем дыру своим взглядом. Кот одобрительно мяукнул, будто поняв того, кто стоял над ним. — Знаешь, я ведь могу тебя накормить. — С этими словами он вернулся в позу, в которой хотел протереть ботинки. Но в этот раз причина, по которой он присел была совершенно другой. Его рука потянулась к голове кота. Поглаживая ее нежными движениями и слушая мурчание коричневого комка шерсти, он что-то бормотал себе под нос. Закончив с ласками, Глэм снова поднялся на ноги и, простояв так пару секунд, принялся расстегивать ремень. За ним последовали джинсы. На нижней части его тела остались только чёрные трусы, из которых чуть ли не вырывался его член. Стояк образовывал настолько твердый бугор, что им, казалось, можно было забивать гвозди. Решительно выдохнув, блондин с предвкушением стянул их. Почувствовав свободу, его пенис моментально выскочил и принял нужное положение. Глэм наклонился, чтобы взять кота на руки. Он еще несколько раз погладил того по голове, а после произнес: "Не волнуйся, все будет хорошо." Крепко зацепившись за основание его передних лап, он приставил головку к его анусу. Блондину пришлось приложить немного усилий, чтобы вставить ее внутрь. Сразу же после этого кот издал рваный и жалобный крик-мяуканье и тут же попытался вырваться. Но все это оказалось глупым и безуспешным. Глэм удерживал его, не давая сорваться и завершить собственное удовольствие раньше времени. Он осторожно начал пропихивать член вперед, игнорируя уже рыдающего по-кошачьи от боли кота. Все его внутренности буквально разрывались, несмотря на то, что половой орган Глэма не был особо толстым. Толщина однозначно уступала длине, но это не мешало доставлять невыносиую боль животному. После минуты усердных попыток вставить до конца, одна из них наконец оказалась успешной. Глэм выдохнул с облегчением. Такие странные, новые и неописуемые ощущения впервые посещали его. Он не намерен был останавливаться, пока не завершит начатое. "Я обязвтельно накормлю тебя позже" — Пронеслось в его голове после достижения цели. Он начал медленно и нежно двигаться, пока его жертва рвала голос кошачьими криками. Каждое движение причиняло коту адскую боль, Глэм прекрасно это осознавал. Но как он мог прекратить, если узкий проход животного доставлял ему столько удовольствия, сколько мужчина не получал никогда прежде? Секс с Викторией не был чем-то слишком особенным. Он давно привык к ее размерам и ширине, так что чего-то нового получить он не мог. Но здесь он чувствовал совершенно новое и прекрасное. Сейчас его волновал только собственный комфорт. Это было так же странно, как не протертые сразу ботинки. Со временем его толчки и вздохи ускорялись. С каждым разом его темп становился все более бешенным. Глянув на свой член, он заметил на нем большое количество крови. Оно служило отличной смазкой, так как первый вход все же оказался слегка болезненным для Глэма. Сейчас же он мог с легкостью двигаться с любой скоростью благодаря разорванным внутренностям бедного кота. И вот, его член стал больше. Он до последнего насиловал обессиленное тело, как вдруг резко стащил его с уже привычной позиции и, взяв за шею, кончил тому в открытый рот. Глэм, все также удерживая только что вытраханное животное за шею, уложил того на землю. Он натянул штаны с трусами назад, застегнул ремень и спустился вниз. — Я ведь обещал, что ты поешь. — С улыбкой сказал он. — Сперма достаточно калорийная, думаю, тебе этого хватит на время. Но, к сожалению, кот уже не нуждался в какой-либо пище. Его бездыханное тело валялось в крови и конче на грязном асфальте. Собираясь уходить, Глэм ещё раз оглянул своего партнера на один вечер и заметил, что тот уже не подает признаков жизни. — Ох... Мне жаль, я не хотел. Я всегда буду помнить тебя. Он достал из того же рюкзака карманный нож и вернулся к коту назад. — Я заберу часть тебя с собой, чтобы никогда не забыть тебя. Он отодвинул шерсть с его шеи и воткнул в нее край ножа. Вынув его, он поставил нож в горизонтальное положение и начал спокойно разделять его шею и голову. Тут же оттуда хлынула кровь. Но это не могло ему помешать, он лишь спокойно продолжал резать плоть животного, напевая себе под нос песню Twisted Sister "Kill or Be Killed". И вот, он закончил свое дело. Он запихнул его голову в свободный отдел рюкзака вместе с ножом и направился в сторону дома. Его не особо тревожило то, что вся ткань сразу же пропитается кровью.. Кажется, его прогулке лучше состояться в другой раз.