Ты раскромсал мою душу

Они так и шли молча. Но вдруг Клайп решил вывести из грустных мыслей Нугзара и завёл разговор: — Слушай, я тут мельком карту посмотрел и заметил один гениратор. Может тут так же как в игре? Ну в которую мы играли, пока не попали сюда. Нугзар молча посмотрел на Мишу, словно говоря: «Ты что до сих пор не понял что это и есть та игра?! Да лучше бы не было ни какой игры! А чего ты вообще раньше молчал? Мы тут шатаемся пока этот псих, наш друг убивает, разрывает и пожирает других наших друзей. Ладно пошли уже быстрей!» — Нугзар, не надо на меня так смотреть! Я конечно понимаю что смерть Наташи да ещё от руки Эда принять сложно, но сейчас нет времени на твоё нытьё. Нам надо двигаться дальше и выбираться от сюда. — Нытьё! Ты это называешь нытьём! Да ты хоть знаешь что я чувствую, ты знаешь как мне больно?! Неет, ты не знаешь! Ты не знаешь что такое видеть смерть близкого человека, ты не знаешь что такое понимать то, что в любой момент можешь умереть от руки близ… нет любимого человека! Ты ничерта не знаешь меня, а ещё… Херейд не договорил, хотя его тон уже больше походил на крик. Его перебил Клайп: — Стой, стой, стой… Сейчас не самое время для ссор. Да, я тебя не понимаю, но пойми что сейчас надо собраться, объединиться и выйграть нашу игру, ведь приз за победу очень большой. — Да, ты прав. Так, где ты говоришь видел гениратор? — потихоньку остывал Херейд. Его можно было понять, ведь сдерживать так резко нахлунувшие эмоции сложно, а иногда и опасно. — Вот так бы сразу. Гениратор был в лесу и вроде на другой стороне улицы. Друзья направились к уже видневшийся электро-станции. Дорога была тихой, на удивление не слышались мольбы участников, стонов боли умирающего. Было тихо. Такая тишина казалась особо зловещей, когда всё живое замирает в ожидании беды, в ожидании что прольётся не винная кровь. Ребята уже издалека заметили знакомый силуэт. Это был паренёк, совсем ещё ребёнок со светло русыми волосами, в чёрной лёгкой накитке, доходящей до колен, в маске и яркими, горящими жизнью и молодость голубыми глазами. Они сверкали как путеводные звёзды из-под длиной чёлки, которая небрежно падала на лицо, тенью пытаясь скрыть красоту и блеск голубых звёздочек. Парень копошился в генераторе и пытался как то его починить с помощью гаечного ключа. — Ооо… Сашка, ты чё тут делаешь, — заговорил подошедший Клайп, пытаясь скрыть боль и обиду, оставшиеся от последних событий. — Да вот… Не знаю: чиню или доламываю… — вздохнул Банан и продолжил увлечённо копошиться в приборе. — Таак… Давай-ка я. — предложил свою помощь Миша Саша с радостью на неё согласился, так как устал уже. Наполовину починил, молодец, что сказать. Он принадлежал к числу немногих, «полезных» игроков, которые просто так время не теряли. — Привет, Нугзар, — поприветствовал Банан парня, которого заметил, когда поднял свои красивые глаза. Херейд даже невольно в них засмотрелся. Пронеслась мысль: «Какие глаза, как сверкают, радуются жизни, как он молод, он ещё не познал всю радость жизни, всю горечь этой грёбаный жизни, весь смысл». — Херейд, всё нормально? Ты какой-то странный, нет в тебе радости, жизни, ты пустой внутри… — Ой, Банан, не надо тут строить из себя философа, — попытался изобразить Нугзар, что мол, ты кто такой. Хотя мысленно Херейд понимал, что Саша прав. — Ребяят… Что случилось?.. Вы ничего не хотите мне рассказать?.. — неунимался Банан. — Да что ты паникуешь, ни чего не произошло. Ты вообще как сам, как здоровье? — попытался перевести тему Клайп. Но неудачно. — Не переводи тему, Миша! Или ты меня только что больным назвал, а?! — психическое состояние Саши было на приделе. За последние дни столько всего произошло, а ещё этот дурацкий возраст, подростковый. — Расскажите мне, я же вижу что что-то не так… — Я не могу это рассказать… Расскажи ему, Клайп… — Что рассказать… — понял Саша, что разговор не очень радостный. — Даа, расскажи ему! — внимание привлёк голос человека, которого меньше всего ждали, меньше всего хотели видеть, больше всего боялись…