Шанс на счастье

       Спускаясь по ступенькам, Гермиона слышала громкий голос Блейза. Его заливистый смех, а ещë, стук собственного сердца. И эти звуки продолжали повторяться в её голове, с каждой секундой наращивая темп.       Грейнджер с трудом пожала плечами, и всё-таки ей было неуютно в этом платье, она чувствовала себя немного другой. Да, это была всё ещё она, и мысли в голове напоминали ей об этом, но эта праздничная упаковка сковывала движения и даже мысли.       Гермиона старалась медленно, тихо опускать ногу на ступеньку, так, чтобы её было неслышно. Одной рукой она удерживала равновесие, плотно вцепившись пальцами в бронзовые перила. Ступеньки были позади, а голос Блейза становится громче.       «Я не должна показывать своё волнение. Вдох-выдох, вдох-выдох», — проговаривала она мысленно.       Войдя в торжественный зал, девушка замерла. Огромная ель под самый потолок, была прекрасна даже в чёрно-белом цвете. Большие и, казалось, зеркальные шары, бусы в два ряда и огромные банты. «Наверно, зелёные или золотые» — подумала девушка о том, какими цветами могут быть украшения на ёлке.       — Грейнджер, ты потрясающе выглядишь, — голос Блейза, его шаги и вот он уже перед ней. — Держи, — он протянул бокал, наполненный тёмной жидкостью.       — Что это? — она перевела взгляд с бокала на его лицо.       — Вино, красное.       Гермиона кивнула и протянула руку, но вдруг резко опустила её вниз.       — Я не хочу.       — Ты не любишь вино?       Она мотнула головой и немного выглянула из-за Блейза.       — О, ты ищешь хозяина поместья?       — Нет, я просто пока шла, слышала только тебя и ни разу не слышала, чтобы Малфой что-то сказал.       — Ну, наш друг просто молчалив и скучен. И я рад, что ты здесь, с нами. Ты прекрасно выглядишь. Какого цвета платье?       — Рис сказала, что оно…       — Пусть это будет секрет, — наконец Малфой заговорил. — Мы узнаем тогда, когда для нас наступит Новый год и цвета вернуться, если вернутся…       — Пусть это будет наш стимул, — Блейз поднял бокал. — Тогда, за то, чтобы этот год наступил побыстрее, — и пригубив вино, издал звук удовольствия.       Гермиона слышала как Малфой фыркнул и так и не прикоснулся губами к своему бокалу, поставив его.              — Новый год наступит скоро.       — Я надеюсь, — ответила ему Гермиона.       — Осталось всего двадцать минут…       — Шары на ёлке, они ведь зелёные?       — Золотые. Зелёная только ëль, а шары они золотые… Мама любила Рождество, и ель, и шары — это память о ней. Новый год мы никогда не отмечали, а в последние годы, — он замолчал и опустил свой взгляд.       — Последние годы были для многих тяжёлые.       — Только в твоей жизни всегда были праздники и счастье.       — Да, когда-то счастье было и у меня, — тихо сказала Гермиона.       Она подошла к ели и пальцами дотронулась до большого шара, посмотрев через него, увидела собственное отражение.       — Я решила, что больше никогда не буду бояться, никогда. Если я чего-то захочу, то я больше не буду это прятать. Не буду откладывать. Как и не буду сомневаться, потому что в этом нет никакого смысла. Это как червяк, который съедает меня изнутри. Я буду жить, дышать и…       — Любить.       Гермиона отпустила шар и выпрямилась. Только что эти слова произнес Малфой. Он сказал их за неё.       — Любить? — переспросила она.       — Да, я всегда боялся этого чувства, он говорил… — пауза и Гермиона знала, о ком идёт речь, — что любовь делает нас слабыми, и что это то, что может нас сломать. И я верил, а потом понял, что он был не прав. Я всё это время любил его и мать, и это делало меня слабым, но ведь в этом и сила. Я больше никогда не буду бояться любить.       — А я буду любить, но не буду просить этой любви. Ведь любить — это дар, и попробую направить его куда-то. Может быть, кому-то нужна моя помощь.       Гермиона повернулась и нашла взглядом Блейза. Девушка улыбнулась ему. Парень был задумчив и снова поднёс бокал к губам.       — Грейнджер, пойдём со мной.       — Но скоро наступит Новый год, и мы должны…       — Не думаю, что Блейз решит аппарировать к дому Поттера, чтобы снова получить по морде. Я надеюсь, мы можем его оставить на несколько минут?       Гермиона видела, как Блейз чуть не поперхнулся и перестал пить вино, повернувшись к Малфою.       — Можешь не беспокоиться, Малфой. Я не хочу застрять в одном и том же дне, чтобы каждый день встречаться с тобой.       — Тебе не обязательно встречаться со мной, ты можешь каждый день получать от Поттера.       Забини закатил глаза.       — Что ты мне хочешь показать?       — Показать? А разве я это сказал?       Гермиона смутилась, и теперь она не знала, куда ей деть свой взгляд и просто перевела его на Блейза, а тот улыбался ей и снова поднёс бокал к губам.       Малфой оказался рядом и преподнёс ей локоть, Гермиона смотрела на него и не понимала, как ей реагировать.       — Ну же, пойдём. Я хочу преподнести тебе новогодний подарок.       — Но у меня нет для тебя подарка.       — Зато у меня есть.       И она неуверенно взяла его под локоть и Драко повёл её вперёд. Гермиона шла за ним, в полной тишине выходя из торжественного зала, ощущая на своей спине его взгляд, взгляд Блейза и она знала, что он улыбается и готовит какую-нибудь колкую шутку, но он так ничего не произнес, и девушка молча вздохнула.       Они поднялись по лестнице и оказались рядом с кабинетом Малфоя, но он не остановился, продолжая идти по коридору прямо, свернув налево, они прошли ещё немного и оказались у другой двери. Открыв, которую он впустил её первой. Дверь закрылась, и они оказались в небольшой комнате, Гермиона огляделась и увидела большую кровать. Это была спальня, девушка резко развернулась и встретилась с ним взглядом. Она сделала шаг назад и видела, как он смотрит на неё, поток мыслей захлестнул её.       «Что происходит? Назад Малфой. Назад!»       Ещё шаг…       И она делает шаг назад.       Он делает два шага вперёд, как Гермиона резко остановилась и Драко сделал ещё один шаг, оказавшись в критичной близости. Он сжал её за плечи, продолжая смотреть в глаза, а потом прикоснулся к её губам.       Гермиона чувствовала его дыхание, но он ничего не делал. Его губы просто прикоснулись к её, и она чувствовала его запах, тепло, частое дыхание, звук его сердца, свой стук сердца и, казалось, что пол уходит из-под её ног, а потолок становится ниже. Комната начинала расплываться и ей показалось, что она сейчас упадёт. Гермиона больше не удерживала своё тело, знала, что он это сделает за неё и приоткрыла губы, словно давала команду — целуй.       Гермиона не сопротивлялась, а отвечала на поцелуй, задыхаясь его воздухом. Она чувствовала, как его руки скользнули по её рукам и переместились на талию, плотно прижимая её к себе.       Малфой шёл вперёд, а она назад и это был их танец, а потом они рухнули на кровать, и тяжесть его тела вжимала её в упругий матрас. Её руки не слушались свою хозяйку, блуждая по его спине.       «Что ты делаешь Гермиона? Оттолкни его, дай ему пощёчину, закричи, да сделай что-нибудь. Но я хочу. Это невозможно, что ты творишь? Открой глаза. Очнись, очнись, очнись», — словно два разных человека выдавали команды. Гермиона слышала их обеих и каждая из них была ею.       Его тепло, его дыхание и его ловкие пальцы и звуки их поцелуев уносили её куда-то далеко. Там, где было не место разуму и трезвым решениям.       «Это Малфой, Драко Малфой! Плевать! Мне плевать. Слышишь, всё закончится, обязательно всё кончится и мир приобретёт краски, а рядом с тобой окажется пожиратель смерти. Нет…»       Гермиона резко оттолкнула его и попыталась вырваться как вдруг почувствовала резкий толчок и его сильный поцелуй. Она пыталась бороться, скинуть его с себя, но его поцелуи были словно выстрелы, на поражение. Драко осыпал её шею ими, и она чувствовала, как он пытается снять платье и целует всё ниже и ниже, касается её груди, и предательский стон, который вырывается из её горла.       «Если ты сейчас не становишься… Если ты сейчас не заткнёшься. Так можно сойти с ума», — третья мысль, которая разгоняла все остальные.       Резко Гермиона почувствовала, что он перестал её целовать и встал. Она открыла глаза и увидела, что он стоит над ней и спокойно расстёгивает рубашку, скидывая её на пол, потом снял брюки и девушка нахмурилась, закусив губу.       — Я заметил, что это твоя вредная привычка. Кусать губу… Это нервы или ты меня соблазняешь?       — Что мы делаем?       — Встречаем Новый год, — с улыбкой ответил он.       Гермиона встала и, обойдя кровать, подошла к нему, повернувшись спиной и он знал, что делать. Малфой медленно стал избавляться от этого прекрасного платья, лишнего в эту минуту. Она уже была полностью обнажена, и он чувствовал тепло её тела, кончиками пальцев он дотронулся до её позвонков, словно пересчитывая их, потом до шеи, медленно убирая волосы. И развернув её, снова подарил ей поцелуй.       Гермиона обняла его, повисла на нём, обхватывая руками и Драко схватил её за талию, удерживая. Они снова рухнули на кровать и слились воедино. Гермиона дышала, стонала, извивалась и теперь полностью принадлежала ему, Малфой вёл её, показывал ей дорогу, усыпанную поцелуями и нежностью, от которой она дрожала.

***

      Блейз налил себе снова вина и пригубил его. Подойдя к окну, он смотрел куда-то далеко, в темноту, а его мысли возвращали его в тот день, когда он впервые понял, что любит девушку, которая обещана другому. Как его это бесило, да он готов был крошить вокруг всё, ему хотелось схватить её и унести в далёкие края, но он ничего не делал против её воли, потому что любил и сегодня он не сделает ничего, чтобы нарушить её счастье. Если Джинни счастлива с ним, то значит, он тоже будет счастлив, но без неё.       Блейз снова сделал глоток, а потом опустил свой взгляд и увидел бордовую жидкость, сначала он не понял, но потом улыбнувшись снова сделал большой глоток.       — Это хорошо, что время вернулось в свою колею, — и он осмотрел величественную ель.       Золотые шары, память о Нарциссе и Люциусе. Блейз подошёл и дотронулся указательным пальцем до одного, качнув его.       — Ваша любовь была короткой и не яркой, но вы подарили нам кого-то, кто, может быть, сможет любить по-другому, — он улыбнулся снова. — Сейчас такое время, наверное, виновата война или ваши предрассудки. Всё изменилось. Баз, Баз, — второй раз чуть громче повторил он.       Эльф появился, и развернувшись волшебник улыбнулся ему.       — С Новым годом, дружище.       Тот смотрел на него молча.       — Я уйду сейчас, но у меня будет просьба. Не беспокой, пожалуйста, своего хозяина и будущую миссис.       Он увидел, как эльф будто бы вытянулся и увеличил свои и так огромные глаза.       — Сделай так, чтобы их никто не беспокоил. Они этого заслужили, — он протянул бокал, эльф принял его. — Где моё пальто?

***

Эта ночь подарила много снега, новогодний подарок или ворчливая погода решила выгнать всех с улицы по уютным домам, кто знает какой у неё план…       Блейз специально аппарировал не около дома, чтобы немного пройтись. Придя к нему лишь около двух часов ночи, он увидел на крыльце собственного дома заснеженную фигуру. Подойдя ближе его сердце начало усиленно биться, дыхание перехватило, и он начинал мёрзнуть изнутри. Это была девушка, она стояла, прислонившись лбом к двери. Чёрное, длинное пальто, непокрытая голова, которая теперь была усыпана снегом, словно короной.       — Джинни, — хриплым голосом позвал он и девушка развернулась.       Она была прекрасна словно Снегурочка. Они преодолели расстояние молниеносно и оказались в объятиях друг друга.       — Ты ледяная. Что же ты делаешь? Ты могла заболеть… Ты же могла согреться! Джинни, что же ты делаешь? Где твоя палочка?       — Я не знаю, — шёпотом ответила она лишь на один вопрос из всех.       — У тебя болит горло? Где твой голос?       — Мне просто страшно. Я совсем недавно пришла сюда, просто сегодня много снега и…       Он взял ладонями её лицо, приподнимая и вглядываясь ей в глаза.       — Я поняла, что хочу быть с тобой, что эта детская влюблённость растворилась, не оставив ничего, а ты — это другое… Мне жалко его, жалко родителей, себя, столько лет, но я понимаю, что хочу быть только с тобой.       — Я люблю тебя, Джинни, — он поцеловал её, но девушка отклонила поцелуй.       — Я не сказала ему, просто ушла, когда начал падать снег, мне так захотелось к тебе.       — Мы утром пойдём и сообщим. Ведь он знает, знает, куда ты ушла? Не может не знать.       Девушка кивнула и поцеловала его сама. — С Новым годом, любимый.       Падал снег, а эти двое были вместе несмотря ни на что, вопреки собственным страхам и сомнениям. Они были вместе и для полного счастья, им оставалось всего несколько шагов, которые они обязательно сделают.

***

Гермиона открыла глаза, когда солнечный свет начал брезжить. Она опустила ноги на пол не оборачиваясь, зная, что он стоит у окна. Девушка видела его силуэт, как только проснулась, притворялась что спит, но Драко так и остался стоять у окна и больше не было никакого смысла прятаться и пытаться уснуть.       Гермиона посмотрела на мебель из тёмного дерева, тёмно-зелёные шторы с золотыми цветами и на картину с бесконечным лесом разных оттенков зелёного и маленьким кусочком багряного неба.       «Мы перешли в Новый год, а мир стал таким каким он был — цветным. А я… Я там, где не должна была быть».       — С Новым годом, — его голос заставил её вздрогнуть.       Она нашла взглядом свою одежду. Платье было цвета морской волны.       — Мне нужна моя одежда, моя — тихо сказала она.       — Рис, — как только эльфийка появилась, Драко сказала: — Принеси, пожалуйста, мисс Грейнджер её одежду и ещё, праздничный стол… Мы бы хотели встретить Новый год сейчас.       На что эльфийка интенсивно закивала и растворилась в воздухе. Гермиона сглотнула.       — Я не думаю, что это хорошая идея. Мне нужно идти.       — Куда?       — Туда где должна была быть.       — Туда, куда ты не спешила?       — Нет, я просто, — она вздохнула. — Я не знаю, что говорить и как реагировать. У меня не отшибло память и я помню, что произошло между нами. А сейчас мир снова стал цветным, а значит, мы перешли в новый день, в новый год и нас…       — Больше ничего не связывает, — сказал Малфой.       Гермиона вздрогнула снова и зажмурилась.       — Да, поэтому я оденусь и пойду…       — К Уизли, своему жениху, верно?       — Да.       Гермиона стащила простыню золотого цвета и обернувшись ею, наконец повернулась, встретившись с ним взглядом.       Он стоял к окну спиной и смотрел на неё.       — С Новым годом, Малфой. И, я не жалею, что произошло, так случилось и поэтому…       — Грейнджер, ты идиотка?       — Что?       — Ты не пойдёшь к Уизли, — он оказался рядом.       И снова она сделала шаг назад, а он шаг вперёд, снова их танец противостояния, сомнения и преодоления всего, что было между ними.       — Мы вошли в этот год вместе и останемся вместе, это понятно? — целуя её.       Гермиона почувствовала, как он сдирает простынь и откидывает её куда-то в сторону, приподнимая девушку, он кинул её на кровать и обрушился сверху, снова его тёплое дыхание и эти пальцы, которые так нагло исследовали её тело. Она вцепилась ему в плечи, попыталась откинуть, но он был словно железный.       — Малфой, — закричала она, — Хватит, пожалуйста, что ты делаешь. Это всё какое-то помешательство.       Но он не слушал её, а целовал её шею, ключицы, спускаясь чуть ниже…       — Драко, Драко, ну пожалуйста…       И он остановился, резко оказавшись на уровне глаз, немного отстранившись, чтобы она видела, чтобы она хорошо видела его лицо.       — Да, Гермиона?       — Это не сон?       — Нет.              — Хорошо, но есть проблема.       — Какая?       — В том году я должна была… мы с ним… — она закрыла глаза. — Он должен был сделать предложение и я…       — Ты этого не хотела.       — Но я об этом никогда не говорила. Мы не обсуждали, и я врала себе, ему, а теперь изменила. Как я всё это скажу?       — Мы позавтракаем, всё-таки наступил Новый год, а потом пойдём к Уизли и…       — Он у Гарри, скорее всего.       — Значит, пойдём к Поттеру и ты всё скажешь, заберёшь свои вещи…       — Там нет моих вещей.       — Мерлин, Грейнджер пойдёшь туда и заберёшь там, где они есть и больше мы не будем возвращаться к этому вопросу. А теперь давай немножко поиграем?       — Что? — она открыла глаза и снова почувствовала его губы на своих.