Верность в подарок

       Пляж и тёплая морская вода манили, с ними не хотелось расставаться ни на секунду, даже прерываться на сон или пищу, каким бы потрясающим вкусом она ни обладала в отеле, однако пришла пора возвращаться домой. Счастливый, загорелый, собравший множество ярких впечатлений Дэмиан дремал на коленях Сэмюэля, а Уильям — прислонившись к его плечу, ведь практически всю ночь они втроём провели на пляже под лунным светом, собирали ракушки и наблюдали за светящимися моллюсками, и Сэмюэл оказался наиболее выносливым из всей троицы, зарядился достаточным количеством энергии за пару часов сна. В наушниках Сэмюэл смотрел ролики с новыми рецептами, а затем отвлёкся на видео с домашней лисицей, иногда мягко гладил Дэмиана по волосам, а второй рукой придерживал брата за плечо, чтобы тот во сне не сполз и не упал.        К моменту, когда до посадки оставалось около получаса, Сэмюэл осторожно расшевелил Уильяма, вполголоса позвал Дэмиана, погладил по плечу и предупредил, что пора просыпаться. Самым очаровательным образом омега потёр глаза, одарил прелестной улыбкой, провёл носом по шее Сэмюэля и почти сразу ощутил его руку на пояснице, затем поцелуй в лоб. — Хорошо спалось? — Да... Впервые заснул в самолёте, — посмеялся Дэмиан, оглядел салон, словно пытаясь вспомнить, где находится.        Пока оставалось время, Дэмиан, Уильям и Сэмюэл перекусили и немного полюбовались видом города через иллюминатор, а совсем скоро глядели в окно машины на поля, леса и озера, которые вели к родному дому и от него на сердце потеплело. Де Вер старшие остались на севере для обсуждения деловых вопросов и сообщили, что проведут там ещё около недели, прислали несколько фотографий гор, снега, ледяных скульптур и нежных линий северного сияния, а заодно велели сыновьям хорошо заботиться о Дэмиане.        Дэмиан не мог с уверенностью сказать, что именно это чувство Леонард надеялся поселить в него, отправил в совершенно непривычное место, чтобы ехал омега с ощущением, будто возвращается в свой дом, привычный, уютный и тёплый. Когда вышел из машины, Дэмиан набрал в грудь свежий воздух, лишённый запаха солёной воды, привычный воздух с примесью мокрой травы, песка и камня, улыбнулся при виде персонала, приветствующего господ. У входных дверей ожидал Эрнест, первым делом побеспокоился, как прошла поездка, не устали ли Дэмиан, Уильям и Сэмюэл с дороги, не желают ли отдохнуть или пообедать, уточнил, что подать и сообщил, что большая ванна готова.        Принимал ванну вместе с кем-то Дэмиан лишь однажды, в «Связи», с Джозефом, и тогда Дэмиан ощущал себя неловко, ведь никогда прежде не раздевался при ком-то другом, но сейчас, несмотря на то что Дэмиана раздевали два альфы, не испытывал никакого стыда, наоборот, ощущал себя как никогда прекрасным. Когда Дэмиан остался в одном белье, Уильям и Сэмюэл отвернулись, чтобы не стеснять омегу, пока он не разденется и не ляжет в ванну с водой насыщенного бирюзового цвета из-за соли. От пара и дивного ощущения покоя Дэмиан расслабился, запрокинул голову и опустил веки, наслаждаясь тишиной, такой отличной от тишины на море, зато рядышком, как и на море, устроились Уильям и Сэмюэл, который немедленно приобнял омегу.        Дэмиан прильнул к груди Сэмюэля, взял за руку Уильяма, очаровал его улыбкой, чтобы альфа не чувствовал себя одиноко. С нежностью Уильям гладил спину Дэмиана, любовался его расслабленной улыбкой, иногда проводил по длинным светлым прядям, слегка потемневшим из-за воды. Поддавшись эмоциям, Дэмиан опустил веки, негромко проронил: — Я рад, что мы вернулись. — Так не понравилось на пляже? — посмеялся Сэмюэл и поцеловал Дэмиана в висок. — Что ты такое говоришь? Там было потрясающе… Просто дома так хорошо, — устроившись удобнее на груди Сэмюэля, признался Дэмиан с улыбкой.        Они с Уильямом и Сэмюэлем нежились в воде, восстанавливались после перелёта и поездки, а затем альфы с удовольствием помыли Дэмиана мягкими мочалками, помассировали его плечи и спину. От прикосновений Дэмиан иногда смеялся, чем только сильнее очаровывал, пленял ласковым голосом, и предложил ответить взаимностью Уильяму и Сэмюэлю, когда они закончили. С удовольствием Дэмиан почти профессионально массировал плечи, шею и спину сперва Сэмюэлю, затем его брату, они блаженствовали от горячих ласковых ладоней и мечтали, чтобы Дэмиан никогда не прекращал. А после ванны Дэмиана, Сэмюэля и Уильяма ожидал прекрасный домашний ужин, и сон на одной кровати, все трое заснули как никогда быстро и крепко, утомлённые после поездки и полностью расслабленные в родном доме.        От части отдых на пляже выступил залогом за усиленную учёбу, которая поджидала Уильяма и Сэмюэля по возвращении домой — около восьми часов в день они проводили в кабинете с самыми разными репетиторами, изучали огромное количество материала устного и практического, составляли бизнес-планы, проходили тесты и выполняли задания. Когда мог и когда репетиторы не возражали, Дэмиан находился в комнате и слушал, понимая лекции лишь отчасти, а Уильям и Сэмюэл время от времени напоминали, что Дэмиану не обязательно сидеть в кабинете, что он может заниматься чем угодно, однако Дэмиан желал проводить максимум времени со своими альфами.        Во время занятий у Дэмиана появлялась возможность понаблюдать за Уильямом и Сэмюэлем в естественной среде, если считать ею именно бизнес-сферу. Уильям относился к делу особенно серьёзно, проявлял инициативу при любой возможности, иногда наперерез брату, однако Сэмюэл проявлял понимание, уступал, пусть не всегда. По большей части преподаватели комментировали ответы де Вер, старшего, как правило, хвалили, а Сэмюэлю рекомендовали проявить большую настойчивость и даже агрессию, однако он подходил к решению вопросов более рассудительно и дальновидно, умел копать вглубь, находить куда более хитроумные решения даже для самых тяжёлых вопросов.        Спустя ещё несколько дней из поездки вернулись Леонард и Артур и тоже погрузились в решение рабочих вопросов, которые не терпели отлагательств. Собирались вместе Дэмиан и семья де Вер во время приёма пищи, редко когда находили время по вечерам, чтобы посмотреть фильм или поиграть в настольные игры все вместе, так что Дэмиан оказался предоставлен сам себе. Когда наступало время перерыва, Дэмиан не отвлекал ни Уильяма, ни Сэмюэля, понимал, что им необходимо проветриться, обычно сам приносил перекусить и тихонько сидел в углу, не напоминая о себе. В очередной раз, когда Дэмиан наблюдал за альфами во время перерыва, они обсуждали что-то о валюте и причинах её колебания, в кабинет тихонько вошёл Леонард, которого сыновья поприветствовали, не отрывая взгляда от ноутбуков, а Дэмиан встал с кресла, сперва собирался ограничиться лишь улыбкой, но вместо этого обнял Леонарда, спустя пару секунд ощутил его руки на своей спине. Он отвёл Дэмиана в коридор, чтобы не мешать сыновьям. — Дэмиан, прости, что совсем не находил для тебя время, — Леонард ласково погладил Дэмиана по щеке, и тот позволил себе поластиться. — Вы ведь сейчас в работе. Это самое главное. А я подожду. — Спасибо за понимание, Дэмиан. Скоро мы закончим и обязательно проведём время вместе, — пообещал Леонард и вдруг стал немного серьёзнее. — Сегодня вечером приедет смотритель из «Связи», мистер Керинг. — Правда? Как здорово!        Реакции Дэмиана Леонард несколько удивился, однако судя по нежности, с которой обращался к омеге мистер Керинг, они состояли в близких отношениях. — Прости, что не сказал раньше, столько дел. — Ничего, вы ведь заняты, — улыбнулся Дэмиан и побеспокоился, когда Леонард помассировал висок. — Вы в порядке? Всё хорошо? — Не волнуйся, всего лишь лёгкое переутомление.        Вдохновлённый новостью, и чтобы избавить Леонарда хотя бы от каких-то обязанностей, Дэмиан постарался помочь с подготовкой к столь важному событию, с готовкой, сдержанным украшением банкетного зала, выбрал наряд покрасивее и ближе к вечеру попросил Сэмюэля заплести волосы, надел заколку с цветком льна, они с Уильямом так же оделись солиднее с целью произвести на смотрителя нужное впечатление. Вместе с членами семьи Дэмиан встречал мистера Керинга в зале, однако, несмотря на атмосферу ожидания, как только смотритель вошёл в особняк, Дэмиан подскочил к нему и крепко обнял, на что Ноа без промедлений ответил взаимностью. — Здравствуй, мой милый, — Ноа погладил Дэмиана по волосам, позволил себе немного полюбоваться яркими глазами, загорелой кожей, заплетёнными волосами. — Какой ты красивый. — Ноа, я так рад, что ты приехал.        Опомнившись, Ноа пожал руку сперва Леонарду, затем Артуру. — Я — Ноа Керинг, смотритель из «Связи» и наставник Дэмиана. Очень приятно познакомиться. — Взаимно, мистер Керинг. Надеюсь, до нас не трудно было добраться? — улыбнулся Леонард, располагая к себе Ноа. — Вовсе нет, дорога ровная и совершенно пустая.        Поддавшись эмоциям, Дэмиан взял Ноа под руку и вместе с де Вер повёл его к столу под ненавязчивые разговоры на совершенно отвлечённые темы. Леонард и Ноа сели друг напротив друга, а Дэмиан, совершенно счастливый, устроился рядом со смотрителем, поухаживал за ним, и пусть многое хотел рассказать и спросить, не спешил вмешиваться — сперва дела, а потом можно будет пообщаться. Лёгкая обида Дэмиана за произошедшее в последний день, проведённый в агентстве, мгновенно прошла благодаря взгляду и ласковому вниманию Ноа, который то гладил по волосам, то просто улыбался, то просто встречался с Дэмианом глазами.        Сперва разговаривали лишь Ноа и старшие члены семьи де Вер, затем смотритель задал наиболее важные вопросы Уильяму и Сэмюэлю, каждому из них, как они общаются с омегой, не имеют ли каких-либо претензий, каким видят каждый своё личное будущее, а также своё будущее с Дэмианом. Сам он не переставал улыбаться, ощущал особенную атмосферу, будто с Артуром и Леонардом разговаривал не бывший наставник и даже не смотритель, а родитель, которого Дэмиана всю жизнь не хватало. К Ноа он испытывал крайне тёплые чувства, однако никогда не смотрел на него, как на члена семьи, возможно потому, что попросту не испытывал на себе родительской любви, пока не появился Леонард, не возродил её всего несколькими жестами, словами, прикосновениями.        После разговоров на тему семьи, будущего, Дэмиана, все собравшиеся за столом приступили к ужину. Ноа не поскупился на комплименты повару, порой перебрасывался парой слов с Дэмианом, которого с удовольствием слушал, он весь сиял, лучился счастьем и энтузиазмом, рассказывал о Сэмюэле и Уильяме, какие они хорошие, уникальные и талантливые, и как здорово они провели время в «Абалоне», на море, на пляже и как здорово кататься на катере. Каждое слово воспитанника Ноа вбирал, словно капельки росы с листа посреди знойного дня, и не мог налюбоваться, ведь наконец Дэмиан стал тем, кем хотел, наконец распустился, словно роза. После всего, что пережил, Дэмиан наконец получил всё, о чём мечтал, и чего не мог подарить ему Ноа. Когда ужин завершился, Леонард позволил себе сделать несколько неожиданное заявление: — Честно говоря, Ноа, я сперва посчитал вас матерью Дэмиана.        Тот тихонько посмеялся, прильнул к смотрителю, который ласково погладил Дэмиана по голове. За его реакцией Ноа внимательно наблюдал, волновался, вдруг слова ранят Дэмиана, но тот ни на миг не переставал улыбаться. — Большое спасибо, Леонард. Пусть я не родственник Дэмиана, я рад, что мне посчастливилось воспитать его. Он прекрасный мальчик. — Будь я матерью Дэмиана, никому бы его не отдал, — сдержанно посмеялся Леонард, на что услышал шуточное возмущение Сэмюэля. — Мам! — Не поймите неправильно, мальчики. — Что ты, — поддержал сдержанным смехом Уильям. — Дэмиан в самом деле потрясающий.        Из-за смущения тот вжал голову в плечи, но не переставал ластиться к Ноа, тот поцеловал его в макушку и мягко высвободился. — Леонард, я могу поговорить с вами, как родитель с родителем? — улыбнулся Ноа, в ответ Леонард плавно кивнул.        Они не просто вышли в коридор, а прошли в гостевую, жестом Леонард пригласил смотрителя сесть в кресло, опустился рядом. Некоторое время омеги молчали, понимая, чего именно будет касаться разговор, однако затем Ноа собрался с силами, чтобы затронуть не самую неприятную тему. — Леонард, я подумать не мог, что Дэмиан так преобразится. Помните, об особенности Дэмиана, о которой я предупреждал? Как он? — Мальчики присматривают за ним, и говорят, что он отлично ведёт себя, — без всяких эмоций произнёс Леонард, но совсем скоро улыбнулся, поглядел в глаза Ноа. — Дэмиан в самом деле удивительный омега, и я очень благодарен, что вы доверили его именно нам. — Без сентиментальности, я не мог представить, что однажды найду семью, в которой Дэмиан будет счастлив… Но я не знаю… однажды ему придётся выбрать между Уильямом и Сэмюэлем, и я не хочу, чтобы Дэмиану было больно, — с некоторой растерянностью закончил Ноа, и Леонард с пониманием кивнул. — Мы должны доверять нашим детям. У них впереди ещё много вопросов, которые им придётся решать без нашей помощи, а нам останется лишь утешить и поддержать их, когда придёт время.        С лёгкой тоской Ноа закивал, нехотя признавая, что Дэмиану тоже придётся однажды столкнуться с тяжёлыми испытаниями, самому придётся как-то выкручиваться и нести ответственность за принятые решения. Как бы Ноа ни желал оградить Дэмиана от всевозможных проблем, понимал, однажды ему придётся самостоятельно идти по жизни, особенно если рядом будет альфа со своим собственным мнением, которое не всегда будет совпадать с точкой зрения Дэмиана. Просто Ноа очень хотелось, чтобы он был счастлив. Дэмиан как никто другой заслужил счастья.        Пока Леонард и Ноа разговаривали, будто родители мальчишек, учащихся в одном классе, Уильям и Сэмюэл нервничали перед реакцией Ноа, а Дэмиан всячески подбадривал их, уверял, что они произвели самое лучшее впечатление и переживать совершенно не о чем, тем более что Ноа лично выбирал их из множества возможных кандидатов. Альфы ожидали вердикта непосредственно от смотрителя, только его официальное мнение могло успокоить разбушевавшуюся тревогу, но Дэмиан не оставлял попыток воодушевить Уильяма и Сэмюэля, пока они ожидали Ноа в зале. Время уже позднее и Ноа пришла пора уезжать, и пусть Дэмиан с радостью провёл бы с ним весь вечер, распивая чай и разговаривая обо всём, но понимал, что Ноа можно позвонить в любой момент или даже куда-нибудь пригласить его на выходных.        От вечно-спокойной улыбки Ноа на душе Дэмиана светлело, он не забыл о последнем дне в «Связи», о том, как боялся Ноа, если он за что-нибудь ругал, и обижался, если запрещал, однако одно воспоминание сияло в памяти гораздо ярче, вечер, когда Дэмиан попал в агентство. Ноа всегда заботился об омегах, посвящал им себя без остатка, даже тем, которых не брали другие агентства, «особенным», «дефектным», и сердиться на него после всей доброты и поддержи Дэмиан оказался попросту не способен. На прощание он крепко обнял Ноа, поблагодарил за всё, вполголоса пообещал стать хорошим омегой и что постарается звонить почаще.        Обычно после проверки атмосфера резко изменялась, лёд трескался и воздух переставал давить на лёгкие, однако в этот раз ничего не изменилось, возможно потому, что от Ноа не исходила аура угрозы и серьёзности, любой неверный жест при Ноа не мог обернуться негативным отзывом о проверке. Копии документов Леонард отдал каждому из сыновей, поцеловал Уильяма и Сэмюэля в лоб, как и Дэмиана. — Мы постараемся поскорее закончить с работой и уделить вам больше времени. — Пожалуйста, не торопитесь, — чуть взволнованно попросил Дэмиан. — Вы и так устали, вам нужно отдохнуть. — Дэмиан прав, мам, тебе нужно хотя бы долечиться, — настоял Уильям. — Тебе тоже, пап, ты едва не заснул за ужином. — Ну зачем же ты меня сдал? — сдержанно посмеялся Артур, похлопал сына по макушке.        С гордостью и нежностью Леонард поглядел на сыновей, Дэмиана, с пониманием кивнул им. — Вы правы, нужно немного отдохнуть. А затем мы обязательно проведём время вместе.        Артура и Леонарда пришлось почти уговаривать, чтобы они легли пораньше, Уильям с Сэмюэлем также взяли на себя часть работы родителей и повели своего ненаглядного Дэмиана спать в общую комнату. Когда лёг в новенькой сорочке в объятия своих альф, Дэмиан поддался неге и заснул практически сразу, впервые осознав, насколько счастливым стал: у него есть дом, Уильям и Сэмюэл всегда рядом, Леонарда Дэмиан начинал воспринимать как родителя, сегодня встретился с Ноа и мог в любой момент написать Джозефу, а скоро встретиться с ним. Дэмиану не до конца верилось, что жизнь так сильно изменилась за столь короткий срок.        В единственный раз Уильям позволил себе разбудить Дэмиана, когда солнце только-только поднялось из-за горизонта. В стенах особняка слышалась глухая тишина, персонал ещё не проснулся, лишь садовники поливали цветы в свете просыпающегося света. За руку Уильям вёл ещё немного сонного Дэмиана в свою комнату, на удивление просторную и пустую, возле широкого окна располагалась софа, на которую омега некоторое время с сомнением глядел. И видя этот полный противоречий взгляд Уильям на всякий случай уточнил: — Не передумал? — Нет, — без промедления откликнулся Дэмиан, воодушевлённый обернулся к Уильяму. — Я готов! — Хорошо. Сейчас, только постелю.        Дэмиан кратко кивнул, с лёгким стеснением стянул с себя сорочку, аккуратно сложил на стуле и на всякий случай уточнил: — А бельё мне обязательно снимать?        Чтобы ответить, Уильяму потребовалась пара секунд. — Если стесняешься, можешь не снимать.        Слова Дэмиан воспринял с некоторым вызовом, а потому демонстративно и очень соблазнительно стянул брифы и от этого зрелища Уильям не мог оторваться, глядел, затаив дыхание на восхитительную фигуру, особенно стройные ноги и подтянутые ягодицы. Какой же Дэмиан красивый. С гордым видом он прошёл к софе, опустился на чистое покрывало, вытянул ноги и распустил волосы, заструившиеся по плечам, опёрся на руку.        Когда сел перед мольбертом, Уильям первое время безмолвно любовался Дэмианом, тем, как сверкают в свете восходящего солнца его волосы, как оно очерчивает бёдра, изящные плечи, стройную талию. Восхитительный. В самом деле безупречный омега, самый прекрасный из всех, и он спокойно вёл себя в, казалось бы, такой смущающей обстановке, совершенно не стеснялся внимательного взгляда Уильяма, который скользил по каждому миллиметру тела. Постепенно образ Дэмиана начал узнаваться на холсте, сперва с трудом, но чем дольше Уильям работал, тем больше деталей добавлял, пока что не приступал к чертам лица, боясь испортить рисунок.        Прошло несколько часов, за которые Уильям отрывался от процесса только для того, чтобы принести Дэмиану попить, убеждался, что он не устал сидеть в одной позе. Уильям не торопился, и закончить рисунок не успел — помешал стук в дверь, войти Уильям не разрешил, а потому Эрнест громко предупредил через дверь, что пора идти на занятия. Будто прося прощения Уильям перевёл виноватый взгляд на Дэмиана и тот с пониманием кивнул, прикрыл грудь тканью. — Всё в порядке, иди. Можем продолжить вечером. — С превеликим удовольствием, — прошептал на ухо Дэмиану Уильям и кратко поцеловал.        Дэмиан поспешил надеть бельё и сорочку и в таком виде пробежал в свою комнату, чтобы нормально одеться. Сердце стучало чуть быстрее. Дэмиан и не предполагал, что так разволнуется лишь из-за того, что голый посидит на софе под пристальным взором альфы, но это оказалось действительно крайне приятно, к тому же Уильям не просто любовался или разглядывал, а писал портрет. Интерес каждую секунду уговаривал зайти в комнату Уильяма, хотя бы глазком взглянуть на картину, однако Дэмиан держал себя в руках хотя бы до тех пор, пока она не закончена.        Что-то подсказывало Дэмиану, что их с Уильямом вечер закончится не только рисованием, а чем-то большим, и для такого события следовало подобрать более подходящую одежду, можно даже подождать его в комнате уже обнажённым. Чтобы не разгорячиться раньше времени, Дэмиан переключился на более важные сейчас дела, например, написать сообщение Ноа и Джозефу, убедиться, что в комнате есть всё необходимое, и что нужно немного попрактиковаться в навыках игры на фортепиано; Леонарду, похоже, понравилось слушать, как Дэмиан играет и он хотел приятно удивить каким-нибудь красивым произведением.        Отказываться от задуманного Дэмиан не стал, после завтрака пошёл в музыкальную комнату, надеясь, что не полностью растерял навыки, сумеет поднять из глубин памяти базовые знания и выучит хотя бы одну новую мелодию, но с более позитивным настроением. Время от времени Дэмиана проведывал кто-нибудь из персонала с одними и теми же вопросами: нужно ли что-нибудь принести, не желает ли Дэмиан попить или перекусить, и некоторые, если не имелось срочной работы, позволяли себе пару минут послушать нежную, словно летний ветерок, игру на фортепиано.        От неё Дэмиана отвлёк будильник на телефоне, и возвышенное настроение Дэмиана немедленно улетучилось, он закрыл клавиши и поспешил на кухню, чтобы приготовить Уильяму и Сэмюэлю перекусить. Один из молодых поваров позволил себе понаблюдать за тем, как ловко и без постоянного обращения к рецепту готовит омега, хотя занимался готовкой он не слишком часто. Возможно, на навыках сказалось непреодолимое желание поухаживать за Сэмюэлем и Уильямом, сделать им приятное, угостить чем-нибудь вкусным, чтобы они дотерпели до обеда, а перед визитом к ним Дэмиан отнёс кофе и пирожные главам семьи, за что получил от Леонарда поцелуй в лоб.        Лишь пару минут Дэмиан позволил себе понаблюдать за своими альфами, как они обсуждают важные вопросы, какую-то особо сложную ситуацию с банкротством, из которой их потенциальную компанию необходимо вывести, и поражался тому, как идеально Уильям и Сэмюэл дополняют друг друга. Дэмиану не до конца верилось, что эти потрясающие, уверенные, талантливые, наблюдательные альфы в самом деле его.        Дотерпеть до вечера оказалось немного тяжелее, чем Дэмиану казалось. Пусть он всё время чем-то занимался и даже помог приготовить ужин, время тянулось непривычно медленно. Виновником Дэмиан считал то, что остался один, без внимания Уильяма или Сэмюэля, не мог прямо сейчас сделать что-нибудь приятное, спросить о чём-нибудь или понаблюдать, как Уильям рисует. При воспоминании об этом Дэмиан невольно дрогнул, на миг засомневался, не стоило ли надеть другое бельё, но всё же согласился, что выбор идеальный, не слишком игривый, если вдруг Уильям слишком устанет, но и не обыкновенное бельё.        За ужином звучало непривычное молчание, Артур и Леонард обсуждали что-то между собой, а Уильям и Сэмюэл пытались оказать своему омеге знаки внимания, кое-что рассказывали на отвлечённые темы, чтобы Дэмиан совсем не заскучал. Однако он проявлял понимание, сейчас непростое время для каждого из де Вер, и единственное, чем Дэмиан мог помочь им, это подождать, а ещё сделать массаж. Затронул эту тему Сэмюэл, когда пожаловался, как устал сидеть несколько часов подряд и записывать столь большой объём информации, и что вся спина, а особенно лопатки напряжены из-за этого. Чтобы не стеснять за столом, Дэмиан сперва лишь пожалел Сэмюэля и погладил по руке, затем Уильяма, ведь он тоже работал, не покладая рук, а затем повёл обоих в свою комнату.        Первому Дэмиан помог справиться с напряжением Сэмюэлю, во-первых, потому, что он первым заявил об усталости, а во-вторых, из-за то, что с Уильямом у них имелись некоторые планы на вечер. Уильям позволил себе осмотреть комнату Дэмиана, пока тот массировал Сэмюэлю плечи, иногда касался губами его виска или волос, улавливал хвойный аромат. Спальная Дэмиана оказалась на удивление пустой, но при этом уютной, возможно благодаря нежным цветам в обстановке и плюшевой игрушке, укрытой одеялом, тому, как расставлены вещи, как будто на своих местах. В Дэмиане прослеживался педант или просто лёгкий аккуратист, что, как и всё в омеге, восхищало Уильяма. Изредка он поглядывал на то, как блаженствовал Сэмюэл в руках Дэмиана, как тот утыкался носом в коричневые волосы и вдыхал свежий аромат, и надеялся, что скоро дождётся своей очереди.        Перед тем, как отпустить Сэмюэля спать, Дэмиан поцеловал его губы, нежно и кратко, пожелал спокойной ночи. Как только дверь закрылась, Дэмиан неторопливо, будто ничего не задумал подошёл к Уильяму, встретился с ним глазами, а затем обнял за шею и притянул к себе, украл поцелуй. Поддаваясь моменту, Уильям обнял омегу, углубил поцелуй, ощущая, как горячеет в груди. Уильям поражался, как легко Дэмиану удавалось управлять его эмоциями, как играючи выбрасывать из головы всё важное, оставлять лишь своё имя. Уильям пробрался под рубашку Дэмиана, тот отпрянул, тихонько посмеялся. — Кажется, я собирался сделать тебе массаж. — А я собирался закончить портрет, — напомнил Уильям и, взяв Дэмиана за руку, повёл к себе в комнату.        Пусть Дэмиан с огромным удовольствием помассировал бы Уильяму спину, не стал возражать, в конце концов, массаж можно сделать в любое время, а столь игривое настроение у Уильяма наблюдалось нечасто. Он запер дверь, обернулся и первое, что сумел, это выдохнуть: рубашка Дэмиана висела на спинке стула, джинсы подчёркивали его тонкую талию, шелковистые волосы лежали на плече. Раздеваться Дэмиан не спешил, опустился на софу, закинул ногу на ногу и стал наблюдать за поведением Уильяма, который первое время мог только разглядывать омегу, освещённого лунным светом.        Уильям так и не включил люстру, понимал, что рисовать сейчас не сможет, однако взял со стола кисть. Она привлекла особое внимание Дэмиана, он набрал в лёгкие воздух, затаил дыхание, когда Уильям опустился на колени и некоторое время безмолвно любовался. Холодный голубой свет сиял на чистой коже, гладких плечах, сверкал в волосах. В своих намерениях Уильям не был до конца уверен, точнее в реакции на них Дэмиана, однако тот намекнул, плавно откинувшись на спинку софы, и позволил намокшей кисти коснуться соска. Лёгкий холод заставил Дэмиана дрогнуть, он шумно выдохнул, когда кончик кисти медленно двинулся вниз, оставляя влажную дорожку.        Не переставая дрожать от странных, но очень приятных ощущений, Дэмиан опустил веки и невольно сжал пальцы. Ещё раз Уильям смочил кисть в чистой воде, капля упала на разгорячённую кожу Дэмиана, который пытался дышать как можно ровнее и глубже, но резко выдохнул. От груди по животу Дэмиана осталась полоса воды, он не открывал глаз, ловил воздух через разомкнутые губы и эти звуки раззадоривали Уильяма, он едва не горел желанием поцеловать Дэмиана, его грудь, плечи, живот, но невольно зевнул, зато успел прикрыть рот ладонью. Дэмиан тихонько посмеялся. — Как эротично. — Прости, — постарался улыбнуться Уильям, опустил голову на колени Дэмиана. — Я очень устал.        Он положил ладонь на макушку Уильяма, стал перебирать короткие пряди, улавливая их аромат. — Тебе нужно отдохнуть. Ложись спать, — вполголоса попросил Дэмиан. — Но ты в таком состоянии, — постарался аккуратно намекнуть Уильям, из-за чего Дэмиан невольно вжал голову. — Не волнуйся, я как-нибудь справлюсь, а сейчас тебе нужно поспать. — Точно? — Конечно, — с нежностью улыбнулся Дэмиан. — Я никуда не денусь, а ты можешь переутомиться.        Когда Уильям лёг на кровать, Дэмиан заботливо укрыл его, поцеловал в лоб, чем вызвал расслабленную нежную улыбку — Когда мы были маленькими, мама каждый вечер укладывал нас и целовал, даже если был очень занят.        Дэмиан ничего не ответил, лишь улыбнулся, не только чтобы не мешать закрывшему глаза Уильяму засыпать, но потому, что попросту не мог как-то среагировать. Подобного поведения Дэмиан и сам от себя не ожидал, точнее не думал, что на фоне отсутствия родительской любви его так заденет одна-единственная и вполне безобидная фраза. Недолго Дэмиан сидел на краю постели, едва ощутимо гладил Уильяма по голове, любуясь безмятежным выражением его лица, слушая ровное дыхание, однако даже столь умиротворённый вид Уильяма не помог утихомирить разгорячённую кровь. Допуская, чем может закончиться, Дэмиан уткнулся носом в волосы Уильяма, глубоко вдохнул насыщенный травяной аромат, и по телу пронеслось возбуждение.        Дэмиан натянул рубашку, застегнул средние пуговицы, тихонько закрыл за собой дверь и ненадолго остановился в нерешительности. Наверняка Сэмюэл тоже отдыхает, он тоже работал и точно так же устал, но справляться с желанием близости самостоятельно Дэмиан совершенно не хотел, особенно при двух альфах, к тому же настаивать Дэмиан не собирался. Но если Сэмюэл ещё не спит, наверняка с наслаждением поможет своему омеге в столь непростой ситуации. Дэмиан посмеялся собственным мыслям — раньше он и представить не мог, что позволит себе нечто подобное, так откровенно вести себя, перестанет стесняться собственных желаний, какими бы интимными они ни были.        Заранее готовясь к отказу, Дэмиан негромко постучал в дверь спальни Сэмюэля, но ответа не последовало. Стучать снова Дэмиан не стал, едва развернулся, как услышал голос: — Дэми, что-то случилось?        Тот слегка дрогнул, с робким выражением на лице спрятал руки за спину. — Нет… То есть, мне сейчас не помешала бы помощь, — кокетливо начал Дэмиан, шагнул навстречу. — Я могу справиться сам, но мне было бы приятнее, если бы ты помог. Если не устал, — с долькой беспокойства добавил Дэмиан.        В следующую секунду Сэмюэл поймал его за запястье и притянул к себе, запер дверь. Не дал даже секунды на осознание, немедленно захватил губы омеги глубоким поцелуем. Когда Дэмиан прильнул к Сэмюэлю, тот ощутил, как что-то упёрлось в живот. Сэмюэл отпрянул и самым бесстыжим образом уставился на пах Дэмиана, затем поднял игривый взгляд. — Неужели мой бестолковый старший брат отпустил тебя в таком состоянии? — Он очень устал, — глядя в орехового цвета глаза, проронил Дэмиан. — К тому же… тебе достанется больше.        Соблазнительная улыбка Сэмюэля и его рука на пояснице помогли Дэмиану поддаться моменту, понемногу забыться в приятных чувствах, раствориться в сочном поцелуе, любви и ласке альфы. Его пальцы тонули в мягких волосах, язык сперва ткнул в тонкие губы, а когда они разомкнулись, проник в рот Дэмиана, он затрепетал от эмоций, даже не пытаясь сдержаться. Ощутив, как Сэмюэл коснулся пуговицы, Дэмиан слегка отодвинулся, чтобы облегчить процесс, но поцелуй не разрывал, ощущал возбуждение, которое вызывало столь откровенное нетерпеливое поведение. Дэмиан не отпускал плечи Сэмюэля, отдавался ему без тени сомнения, постепенно сжал пальцы на его плечах немного сильнее.        Одну за другой Сэмюэл расстёгивал пуговицы на полупрозрачной рубашке Дэмиана, через ткань которой просматривались бусинки эрегировавших сосков, оголил плечи, провёл ладонью по худой спине омеги, притягивая Дэмиана к себе. От дивного чувства, в основном подаренного эротичным поцелуем и тем, что футболка щекотала соски, Дэмиан понимал, такими темпами долго не вытерпит. Попросить напрямую Дэмиан бы не сумел, слишком стыдно, вместо этого приподнял ногу, задевая пах Сэмюэля, ощутил, как он задрожал, обнял сильнее, а скоро плавно разорвал поцелуй и заглянул в глаза омеги с некоторым вызовом. — Ты меня провоцируешь? — Так тяжело терпеть, — склонив голову, признался Дэмиан и чуть закусил губу. В следующий миг он прильнул к Сэмюэлю, медленно провёл подушечкой пальца по его губам. — Простишь мне эту маленькую слабость?        Удивительно, однако тот задумался, но не из-за сомнений. Дэмиан прочёл в глазах альфы что-то очень пошлое и очень любопытное, которое Сэмюэл старательно обдумывал. — Если ты простишь мне мою слабость.        Выказывая заинтересованность, Дэмиан слегка наклонил голову. — И что же ты придумал? — Ложись на кровать, — прошептал Сэмюэл ему на ухо, обжигая дыханием.        Не сводя взгляда со своего альфы, Дэмиан плавно опустился на постель, наблюдал, как он ищет что-то в шкафу, а когда нашёл, околдовано поглядел на Дэмиана и неспешно подошёл. В его груди учащённо билось сердце, он кокетливо поджал ноги, отбросил рубашку куда-то за спину, и столь восхитительный вид будоражил воображение, Сэмюэл окончательно перестал сомневаться в своей маленькой и всё-таки безобидной прихоти. Последовала встреча взглядами, затем Сэмюэл поцеловал Дэмиана, в это время взял его за запястья и осторожно поднял руки над его головой, Дэмиан ощутил, как кожу пощекотала ткань. Приподнявшись, Сэмюэл ещё раз поглядел в глаза Дэмиана, недолго любовался его разомкнутыми губами, наслаждался глубоким дыханием, а затем, не отрываясь от лица Дэмиана, позволяя понять свои намерения, стал обматывать тонкие руки галстуком, осторожно связал. — Не больно? — Нет, — выдохнул Дэмиан, ощущая, как тело пробирает дрожь, а всего-то понадобилось небольшое разнообразие в сексе. — Если станет неприятно, скажи мне. — Хорошо.        Сэмюэл приподнялся, чтобы сверху осмотреть восхитительного Дэмиана, связанного, такого беспомощного и манящего. Лунный свет играл в светлых волосах, рассыпавшихся шелковистыми прядями, сиял в серых глазах, очерчивал плечи, руки и худощавый живот. Одетый лишь в джинсы Дэмиан выглядел чертовски соблазнительно, особенно различающиеся уголки тазовых костей и линии живота. В предвкушении Дэмиан дышал учащённо, и от каждого вздоха его грудь вздымалась, иногда он размыкал губы и не отрывал глаз от Сэмюэля, его обольстительного, чуть похотливого лица. Обстановка возбуждала и Дэмиан надеялся, что лишь связыванием дело не ограничиться, с другой стороны, понимал, что долго терпеть всевозможные игры не сумеет.        Сперва Сэмюэл поцеловал шею Дэмиана, затем с другой стороны, под ключицей, на что услышал шумный выдох. Поцелуи обжигали кожу на груди, возле соска, вызвав краткий стон, Дэмиан прогнулся в спине, подставляя себя под ласки. Губы Сэмюэля коснулись живота, бока, немного выше лобка, альфа провёл языком от пупка вверх, оставляя влажную дорожку, заставляя Дэмиана дышать чаще, сжать пальцы.        Всего одна деталь, однако она усиливала возбуждение в разы, каждый поцелуй оставлял невидимые ожоги, разносил по телу волны жара, заставлял изгибаться, подчиняясь кратким жестам Сэмюэля. Неспешно, будто специально растягивая момент, он расстегнул молнию на джинсах и стал медленно стягивать их, целуя ноги Дэмиана, поражаясь, насколько тот изящный. Одно лишь заставляло волноваться — очень слабый запах ванили, исходящий от гладкой кожи, несмотря на буквально сжигающее возбуждение, однако Сэмюэл не позволил себе отвлекаться в столь важный момент. Сэмюэл провёл ладонью от внешней части бедра Дэмиана до колена и ниже, а затем медленно вверх, плавно переместив руку на внутреннюю часть. Когда Сэмюэл коснулся паха Дэмиана, тот резко выдохнул и медленно закрыл глаза, пытаясь не поддаться страсти раньше времени, подчинить хотя бы часть эмоций.        Из-за того, как сильно сжал пальцы, Дэмиану стало немного больно, однако на фоне общего возбуждения он совсем не чувствовал этого, эмоции затуманили разум и понимание происходящего. Осталось только наслаждение, каждая клеточка тела отзывалась на любое прикосновение альфы, который смазал пальцы лубрикантом и плавно ввёл их в анус Дэмиана. Он шумно выдохнул сквозь губы, пытался выровнять дыхание, вести себя сдержаннее, однако очень скоро проиграл удовольствию, оно переполняло, захватило целиком и полностью, тем более, когда Сэмюэл вставил член.        Одной рукой Сэмюэл держал Дэмиана за бедро, второй фиксировал связанные галстуком руки, глядел на лицо омеги. Дэмиан едва не сгорал, передавал испытываемый восторг Сэмюэлю, который ощущал, как горячие мышцы сжимают член, узкие, влажные, уничтожающие последние крупицы самообладания. Сжав пальцы немного сильнее, Сэмюэл захватил губы Дэмиана глубоким поцелуем, но не спешил увеличивать темп, пусть сам и тело омеги требовало больше огня, большей страсти и агрессии. Пока что Сэмюэлу удавалось контролировать себя. До определённого момента. Голос Дэмиана, звучащий прямо на ухо Сэмюэля, громкие сладкие стоны вызывали в нём что-то первобытное, чему не хотелось сопротивляться.        Прижимая Дэмиана к себе, Сэмюэл постепенно увеличивал темп, наслаждался запахом ванили и голосом омеги, который не скрывал наслаждения. Дэмиан сжимал ногами поясницу Сэмюэля, тем самым уговаривал совершать толчки чаще, резче, глубже, они заставляли Дэмиана срываться, стонать во весь голос, совершенно не сдерживать переполняющее наслаждение.        Скоро Дэмиан глубоко дышал, ощущал горячее дыхание на шее и тяжесть от лежащего на груди Сэмюэля, которого гладил по коротким волосам. Возможно, странно лежать на постели рядом с заполненным презервативом, однако ни у Дэмиана, ни у Сэмюэля не находилось сил и желания, чтобы выбросить его. Сэмюэл потёрся головой о грудь омеги, улавливая нежный аромат, тепло кожи и до сих пор не уровнявшееся биение сердца. Дэмиан потрясающе пах, пусть совсем слабо, не как должен, а тот всё любовался Сэмюэлем, который, кажется, задремал. — Тебе не пора спать?        Сэмюэл встрепенулся и плавно поднялся. — Нет, я не устал… — Ничего страшного, — нежно улыбнулся Дэмиан, притянул Сэмюэля ближе и поцеловал в нос. — Вы оба очень усердно работали, и теперь вам пора отдохнуть. — Точно? — Конечно. Вы у меня такие молодцы, так что будь молодцом и ложись спать, — почти настоял Дэмиан, на что Сэмюэлю пришлось кивнуть.        Накинув рубашку на плечи, Дэмиан поправил постель, пока Сэмюэл быстро принял душ и заодно всё-таки выбросил презерватив. В одной лишь рубашке Дэмиан ощущал себя на удивление спокойно и не боялся, что Сэмюэл вдруг сорвётся и нападёт с ласками со спины, он слишком устал для подобного, но главное — обязательно спросил бы разрешения. Как и Уильяма, Дэмиан укрыл Сэмюэля, подоткнул одеяло, чтобы холодный ветер не пробрался к альфе, погладил по голове и стал тихонько напевать. Прошло совсем немного прежде, чем Сэмюэл заснул и возможно именно из-за его спящего вида Дэмиана тоже коснулась сонливость, тихонько закрыв за собой дверь, он вернул в свою комнату, так и не надев джинсы.        Перед тем, как лечь спать, Дэмиан неспешно принял душ, вспоминая дивное ощущение, которое подарил Сэмюэл, ощущение уже почти привычное, но по-прежнему пленительное. Не так давно Дэмиан и допустить не мог, что однажды секс станет для него не просто чем-то привычным, а способом проявления любви, возможностью отвлечься, выпустить чувства, укрепить связь. Даже при всей возвышенности мыслей и усталости, что-то уговорило Дэмиана проверить, не прислал ли Джозеф, с которым Дэмиан активно общался последние несколько дней, сообщения, тот в самом деле всего полчаса назад предложил встретиться, как только появится возможность.        Без всяких сомнений Дэмиан согласился увидеться с Джозефом, и, возможно, поэтому долгое время не мог заснуть. Одно дело — общаться с Джозефом через сообщения и звонки, и совсем другое — встретиться с ним в реальности, увидеть его глаза, почувствовать прикосновения после всего, что произошло в «Связи». Проблема заключалась именно в этом — оставшись наедине с собой, прислушавшись к своим чувствам, Дэмиан начал понимать, что любовь к Джозефу родились исключительно из-за одиночества. Наверное, это относилось к ним обоим, брошенным, предоставленным самим себе, никем не понятыми, нашедшим утешение друг в друге. Теперь Дэмиан это осознавал и надеялся, что Джозеф тоже понял; если его чувства тоже родились по вине одиночества. Перевернувшись на другой бок, Дэмиан тихонько вздохнул, обнял огромного плюшевого единорога. Как-то страшно затрагивать эту тему, не будучи до конца уверенным в своей правоте, поэтому Дэмиану оставалось лишь надеяться, что разговор сам собой расположит к прошлому, новому настоящему и неизвестному будущему.        Как работящий — теперь и на неопределённое время — омега, Джозеф предложил встретиться утром у парка, куда Дэмиану пришлось добираться на машине, заблаговременно предупредив Леонарда, Уильяму и Сэмюэлю Дэмиан оставил записки о неожиданном уходе. Особо наряжаться Дэмиан не стал, чтобы Джозеф не подумал лишнего, и пока ждал, Дэмиан пытался придумать начало разговора, как повести себя, что можно, а чего нельзя спрашивать, строил множество вариантов предстоящего разговора. Звуки просыпающегося города умиротворяли, щебет птиц, приятный ветер и небо без единого облака, всё это Дэмиан хотел воспринимать как знак, что всё пройдёт отлично. И скоро услышал за спиной столь знакомый голос: — Прошу прощения, можно с вами познакомиться? — Джозеф! — при виде друга, Дэмиан не сдержался, прильнул к нему, ощущая теплоту и нежность, с которой Джозеф ответил на объятия, без какой-либо страсти, без единого намёка на неё. — Вау… Ты прямо расцвёл.        В стеснении Дэмиан слегка прикрыл глаза, одарил ласковой улыбкой. — Спасибо… С ними я правда чувствую себя совсем иначе… Ты тоже изменился, — вдруг заметил Дэмиан, стал разглядывать Джозефа с почти серьёзным выражением лица, — только не могу понять, в чём именно. — На самом деле очень многое изменилось, — почти философски объяснил Джозеф, подставил локоть. — Идём?        Дэмиан взял его под руку, и омеги неспешно зашагали по улице. Оказалось почти странно общаться с Джозефом без всякого стеснения, без желания ощутить его прикосновения или получить неожиданный поцелуй, почувствовать его руку на пояснице. Джозеф не предпринимал ни единой попытки как-то проявить симпатию, в общих чертах рассказывал о новой жизни и, кажется, почти не обманывал и почти не скрывал каких-то деталей. Ненавязчивая атмосфера, купленный по дороге кофе, разговоры о жизни и о каких-то мелочах успокаивали Дэмиана, он не мог перестать улыбаться, однако не забывал о сложном вопросе, который необходимо как-то поднять, но не набирался сил озвучить его. В какой-то момент Джозеф остановился, взял Дэмиана за руки, заглянул в глаза, и этого оказалось достаточно, чтобы понять, о чём он хочет сказать. — Дэми, то, что было между нами в «Связи»... я очень благодарен за это. Ты… ты в самом деле спас меня тогда, — произнёс Джозеф вполголоса, заметил, как Дэмиан выдохнул сквозь губы. — Если бы не твоя любовь… не думаю, что выдержал бы всё это. — Джозеф...        Поддавшись порыву, Дэмиан прильнул к Джозефу, позволяя обнять себя, и впервые ощущал его объятия такими простыми, лёгкими, словно обнимал старший брат или даже отец, кто-то, кому можно доверять и рядом с кем можно чувствовать себя спокойно. Уткнувшись лицом в грудь Джозефа, Дэмиан признался: — Я так боялся поговорить об этом… — Всё в порядке, — Джозеф мягко поцеловал омегу в макушку. — Тогда мы оба нуждались в любви, и делились ею друг с другом. Но… ты правда...        Продолжить оказалось куда сложнее, чем Джозеф предполагал, и, не дождавшись продолжения, Дэмиан поднял на него взгляд, не торопил, не спешил закончить мысль за друга, понимая всю тяжесть разговора. — Ты правда не будешь винить себя за то, чтобы между нами было? — чуть дрогнувшим голосом спросил Джозеф.        Недолго Дэмиан молчал. Самым честным образом он прислушался к себе, но внутри не услышал ни тревоги, ни страха перед будущим, они смогут остаться друзьями, жить каждый своей жизнью, не забывая о прошлом. Дэмиан всем сердцем верил в это. Он понимал, что поцелуй с незнакомым альфой в торговом центре — ошибка, но то, что происходило с Джозефом, ею не являлось. Это была необходимость, без которой Джозеф и Дэмиан бы пропали. Чуть прикрыв глаза, он мягко улыбнулся, встретился с Джозефом взглядами. — Я правда был счастлив с тобой… Ты уберёг меня от стольких ошибок, — глаза Дэмиана заблестели от вдруг навернувшихся слёз, и причину их появления он не понимал. — Если бы не ты… не знаю, что бы со мной стало. Я...        Не позволив Дэмиану договорить, Джозеф снова прижал к себе, ощущал учащённое биение сердца, вот только не мог определить, чьего именно. Некоторое время омеги стояли, обнимая друг друга, пока обоих не отвлекла песня, напоминающая Джозефу о работе, о новой жизни, о его загадочном альфе, лишь имя которого Дэмиану стало известно. — Прости, мне пора бежать, — коснувшись щеки Дэмиана, сказал Джозеф и без всяких стеснений чмокнул его в нос. — Вечером напишу. — Ладно… Хорошего тебе дня. — Взаимно, чудо.        Дэмиан проводил Джозефа до бизнес-центра, глядел ему в след и не ощущал никакого внутреннего дискомфорта. Наконец-то Джозеф повёл себя честно, и теперь за него не приходилось переживать. Он очень изменился. Дэмиан не мог объяснить, как именно, однако Джозеф словно стал старше, альфа сильно повлиял на него, как Сэмюэл и Уильям помогли понять себя Дэмиану, он начал догадываться, в чём же заключалась его «особенность», и от неё альфы медленно, но верно помогали избавиться.