Верность в подарок

       Своего маму Дэмиан почти не помнил, однако даже в детстве понимал, почему он ушёл — из-за папы. Мистер Карвер Боттерилл проводил на работе практически всё своё время, а потому его не оставалось ни на супруга, ни на собственного сына, которого с малых лет растил нянь, ни на хобби, которые вряд ли вообще имелись у занятого альфы. Пусть дома Дэмиан не получал желаемого внимания, его удавалось привлечь в школе, от одноклассников и даже учителей, поэтому почти каждое утро Дэмиан просыпался с улыбкой лишь потому, что нужно идти в школу, но каждое утро перед этой возможностью ожидало небольшое испытание — завтрак. Сидя за длинным столом, Дэмиан тыкал в омлет вилкой под взором няня, первое время тот молчал, но немного погодя не выдержал, с сострадающей улыбкой на лице попросил: — Дэмиан, перестаньте издеваться над омлетом.        Дэмиан тяжело вздохнул, отодвинул от себя тарелку. — Я наелся кашей. Мне через силу есть? — Дэмиан, если вы не будете придерживаться диеты, не наберёте мышечную массу.        Вздохнув, совершив над собой некоторое усилие, Дэмиан съел немного яичницы, почувствовал, что в желудке совершенно не осталось места, даже на яблоко, и его Дэмиан запихнул в боковой карман сумки. Прежде, чем Дэмиан покинул комнату, нянь напомнил ему: — Сэр, не забудьте свой обед.        До последнего Дэмиан надеялся, что хотя бы сегодня сумел бы поесть что-нибудь вкусное из школьной столовой, если бы каким-нибудь чудом забыл обед, но ничего не осталось, кроме как взять большой контейнер. — Снова овощи с индейкой? — Нет, сегодня рыба с рисом и овощной салат, — обрадовал нянь и погладил Дэмиана по голове.        Куда больше Дэмиан симпатизировал пшеничным блинчикам с ягодами, но рыба с рисом — тоже хорошо, особенно на фоне постоянных овощей и мяса, причём не жареного, а варёного. Мясо Дэмиан не любил, как почти все его одноклассники. С удовольствием он бы полакомился чем-нибудь сладким, но отец выступал категорически против мучных, сахарных и шоколадных изделий, так что оставалось Дэмиану ждать пшеничных блинчиков, творога с фруктами или йогурта раз или два в неделю.        Как и многие омеги, Дэмиан шёл в школу с улыбкой на лице, с гордо поднятой головой, в идеально-выглаженной форме, но в отличие от всех остальных омег не красовался роскошными волосами или украшениями, пусть очень хотел бы. С сумкой на плече Дэмиан шагал к распахнутым дверям пафосного светлого здания, предвкушая сегодняшний учебный день, на литературе обещали провести небольшую контрольную работу, а следовательно, Дэмиана ожидала ещё одну отметка «отлично» и похвала от преподавателя. Большинство омег общались постоянными группами или парами, однако Дэмиан находился на особой позиции, точнее сам хотел считать позицию особенной — он общался со всеми и ни с кем, но главное, пользовался уважением, пусть детским, каждого в классе.        Почти по привычке Дэмиан отвечал на любой вопрос преподавателя, практически не позволяя другим ученикам попасть в неприятную ситуацию из-за незнания ответа, и после завершения урока один из омег похлопал Дэмиана по плечу. — Спасибо, Боттерилл, выручаешь. — Стараюсь, — тихонько посмеялся Дэмиан.        К обучению в школе разные семьи относились совершенно по-разному: некоторые, как Боттериллы, старались, ответственно выполняли домашнее задание, проявляли активность на уроках и внеклассных мероприятиях, а другие не считали школьное образование чем-то важным, даже в элитной частной школе, а потому разрешали своим детям сосредотачиваться лишь на основных дисциплинах, ведь куда важнее профильное образование, которое ожидало в старших классах. Так что на фоне не самых ответственных одноклассников Дэмиан смотрелся ещё выгоднее.        Однако уважение преподавателей и возможность выделиться не являлась единственным, что радовало Дэмиана в школе, здесь он мог общаться со своими сверстниками и не опасаться сказать что-нибудь лишнее или показаться неправильным, даже если говорил глупость, она немедленно прощалась благодаря статусу любимчика класса. В компании омег-сверстников Дэмиан забывал о доме, о необходимости каждый день заниматься в спортивном зале, каждый месяц стричься и питаться здоровой правильной пищей. Другие омеги обсуждали всякие глупости, которые Дэмиан мечтал испытать лично, например, попробовать то потрясающее мороженое в недавно открывшемся кафе неподалёку, купить красивое нижнее бельё или надеть украшение, подаренное брендом-партнёром кого-нибудь из родителей или построить глазки альфам из соседнего корпуса. Совсем немного Дэмиан завидовал, ведь в свои четырнадцать лет не имел хобби, личной жизни или хотя бы собственного мнения.        Все перемены Дэмиан проводил в окружении одноклассников, с удовольствием слушал о фильмах и поездке на летние каникулы куда-нибудь в горы. В разговорах, иногда перебивая друг друга, омеги переобувались на первом этаже, и Дэмиан надеялся успеть убежать до того, как его поставят в неловкое положение, однако не успел — наиболее энергичный омега и по совместительству самый близкий друг Дэмиана, Лесли, не позволил исполнить план внезапным предложением: — Дэмиан, пойдёшь с нами в кафе? А потом можно заскочить в караоке. — Простите, у меня дела, нужно ещё доклад подготовить и в комнате прибраться, — как можно увереннее перечислял Дэмиан, однако ответ не произвёл должного впечатления. — Ты никогда не можешь. Может хоть сегодня с нами сходишь? — Я правда не могу… Но я постараюсь как-нибудь позже, — неловко пообещал Дэмиан, пусть знал, как и Лесли, что бессовестно врёт.        Небольшой осадок от отказа остался, но Дэмиан постарался сосредоточиться на приятном, например на том, что сегодня пятое число, а значит можно попросить что-нибудь для себя, Дэмиан даже знал, чего именно хочет, а ещё обрадовало сообщение от няня о том, что сегодня на ужин фруктовый салат. День складывался до подозрительного хорошо, и Дэмиан предпочёл не искать подвоха, а наслаждаться маленькими радостями, которые благосклонно дарит судьба.        По приезде домой Дэмиан поспешил переодеться, отдал одежду в стирку, умылся и спустился в обеденный зал. Не переставая улыбаться, Дэмиан занял своё место и принялся ожидать, когда придёт отец, нянь между тем налил Дэмиану сок, спросил, как дела в школе, произошло ли что-нибудь приятное, и омега с радостью поделился событиями сегодняшнего дня, особенно тем, как хвалил учитель литературы. Когда вошёл отец, Дэмиан резко замолчал, убрал с лица улыбку и кивнул в знак приветствия. — Здравствуйте, сэр. — Здравствуй. Как успехи в школе? — даже не оторвав взгляда от телефона, уточнил мистер Боттерилл. — Очень хорошо, сэр: я сдал оба теста на «отлично», мой доклад по биологии особо отметили, и, конечно, я на первом месте по успеваемости, — не без сдержанной гордости ответил Дэмиан, но получил неизменный ответ. — Хорошо.        Как и всегда, ужин прошёл в молчании, что нисколько не огорчало Дэмиана, ведь сегодня пятое число. Едва Дэмиан приоткрыл рот, нянь коснулся его плеча, деликатно указал в уголок губ и омега немедленно воспользовался салфеткой, только после этого обратился к отцу: — Сэр, мне нужно кое-что из одежды, я составил список.        Сообщением Дэмиан отправил список необходимого отцу, и тот с серьёзным видом изучил его, словно договор на аренду. — Бенджамин, завтра съездите с Дэмианом в магазин. — Да, сэр, — кивнул нянь.        День окончательно закрепился как «просто отличный» и Дэмиан считал, что ничего его уже не испортит. После ужина Дэмиан поднялся в свою комнату и пока выполнял домашнее задание, не переставал мечтать о завтрашнем дне, вот бы удалось купить что-нибудь хоть немного интересное, а не чёрное, иссиня-чёрное или чёрное искрасна, иногда белое. Однако Дэмиан понимал, как малы шансы на подобное чудо. Лишь в приватном окне он позволил себе быстренько полюбоваться красивой одеждой в интернете, новой летней коллекцией, а затем самым притягательным и самым запретным — нижнем бельём. К нему Дэмиан испытывал особую тягу, как почти любой омега — судя по одноклассникам, — однако если бы отец узнал… Дэмиан даже боялся представить, как бы отреагировал. Но пусть и без красивого белья, завтра Дэмиан мог позволить себе небольшое обновление гардероба.        Весь учебный день Дэмиан особо активно выступал на уроках, первым вызывался отвечать, спросил у Лесли и остальных, как они вчера посидели в караоке, одновременно перенимая их радость и поддаваясь тоске. Тихонько, будто кто-то из родителей мог услышать, Лесли признался, что родители об этих тратах не знают, они ведь против таких вульгарных заведений, и Дэмиан не мог поверить своим ушам — насколько он знал, у Лесли с родителями прекрасные отношения, и всё равно он пошёл на обман. В отношении к неожиданному заявлению Дэмиан растерялся, то ли до глубины души возмутился, то ли завидовал самой чёрной завистью, а потому лишь неловко улыбнулся в ответ и поспешил сменить тему.        Маленький секрет Лесли не выходил из головы, всю поездку Дэмиан только и думал о том, как же он это сделал, что родители не узнали о тратах. Неужели есть какой-то способ скрыть списания с карты? Или он просто перевёл кому-то деньги? Но разве не возникнет вопросов? Навязчивая идея беспрестанно крутилась в голове, пытаясь соблазнить, будто змей-искуситель, подтолкнуть практически к преступлению, однако Дэмиан быстро образумился, представив реакцию отца. Нет, ни в коем случае нельзя рисковать. Дэмиан повторял себе это, словно мантру, однако не до конца отогнал эфемерный шанс, в магазине его пагубное влияние значительно усилилось, а когда взгляд Дэмиана упал на отдел с нижним бельём, красующимся на манекенах, молодой омега совсем растерялся. В свои четырнадцать лет Дэмиан считался подростком, и пусть бельё для подростков выглядело совсем не так, как у взрослых, всё равно привлекало внимание. Цвета, фасоны, украшения, например, лёгкие кружева, всё это соблазняло Дэмиана, преступная идея в его голове с каждой секундой звучала громче и сопротивляться ей не удавалось.        Всю дорогу до дома сердце Дэмиана стучало быстро, громко, угрожая сломать позвоночник или грудную клетку, а может и то, и другое, однако за годы совместной жизни с мистером Боттериллом Дэмиан ничему так не научился, как умению выглядеть совершенно невозмутимым в любой ситуации. Ни выражением лица, ни осанкой, ни взглядом Дэмиан не выдавал волнения, всего-то нужно отдать отцу чек и убежать в свою комнату, а там уже ничего страшного не случится. Однако замысел разбился, едва Дэмиан переступил порог, вздрогнул, когда встретил в холле отца, смотрящего сверху вниз, сложившего руки на груди. Дыхание Дэмиана сбилось, он старался не отводить глаз, однако с каждой секундой это давалось всё труднее. Голос отца прозвучал громом, заставившим Дэмиана задрожать всем нутром: — Ты правда думал, что я не замечу? — Я… — Доставай, — велел отец Дэмиану, и тот весь сжался.        С огромным трудом, как физическим, так и моральным, Дэмиан достал из школьной сумки небольшой свёрток, едва протянул отцу, как тот ударил сына по руке. Дэмиан выронил аккуратно завёрнутое в фирменный пакет бельё. На миг воцарилась тяжёлая тишина, затем мистер Боттерилл велел Бенджамину: — Убери. С тобой поговорим потом.        Кивнув, Бенджамин поднял покупку и понёс в другую комнату, чтобы беспощадно выбросить, а мистер Боттерилл, как только остался с сыном наедине, не сдержал насмешку. — Фейган о’Лиоми. Отличный выбор.        Сгорая от стыда, стараясь не дрожать, Дэмиан опустил глаза, едва слышно шмыгнул носом. Нарочито-медленно мистер Боттерилл наклонился, заглянул в глаза сына и процедил сквозь зубы, будто сдерживая гнев: — Чтобы я больше такого не видел. Тебе понятно?        Дэмиан часто закивал, взывая ко всем силам, чтобы не отвести взгляд и это, к удивлению, удалось. Как только отец ушёл, Дэмиан побежал в свою комнату, ощущая, как сдавливает лёгкие, как слёзы собираются на глазах, запер дверь и забрался под одеяло. Здесь Дэмиан чувствовал себя в безопасности, в единственном месте во всём доме, здесь мог позволить себе плакать, обняв подушку. Раньше её заменял плюшевый единорог, которого купил мама, но даже его отец выбросил, ведь Дэмиан стал взрослым, а значит обязан вести себя подобающим образом. Если бы только мог, Дэмиан отдал всё, чтобы изменить свою жизнь, изменить хоть что-то, но для этого не виделось ни одного способа, ни единого шанса. Единственное, что Дэмиан понимал — он не хочет так жить. Не хочет.        В любой ситуации, угрожающей нервным срывом, слезами или ненавистью ко всему происходящему, Дэмиан целиком посвящал себя учёбе, с особым рвением демонстрировал знания и умения, особенно на практических заданиях. Стоило преподавателю сказать: «Разбивайтесь на пары» или «Делитесь на группы», многие одноклассники пытались объединиться с Дэмианом, но предпочтение он неизменно отдавал Лесли и его друзьям. На этот раз на физике каждый выполнял практическое задание самостоятельно и Дэмиан, как всегда, справился быстрее остальных, но сдавать работу не спешил ради одноклассников. Постепенно они начали подавать давно оговорённые сигналы, и только после этого Дэмиан поднял руку, совершенно невозмутимо предупредил, что закончил, и преподаватель с удовольствием проверил работу. — Молодец, Боттерилл, как всегда прекрасно. Кто ещё готов похвастаться своими достижениями?        Давно отработанный метод не позволял Дэмиану никоим образом проявить последствия вчерашних событий, держался он, как независимый омега, перед которым открыты все двери. Задело лишь предложение Лесли поесть во дворе, однако Дэмиан не смел отказать, боясь расспросов о причине, а потому с гордо поднятой головой вышел во двор вместе с одноклассниками и устроился за привычным столиком недалеко от железного забора, отделяющего корпус омег от корпуса альфа. Спустя всего пару минут вышли и они, дикие, энергичные, чей энтузиазм и готовность к действиям лились через край.        Лесли и другие омеги говорили нарочито громко, но и без этого молодые альфы обратили на них внимание, стали шептаться между собой, один из учеников пихнул друга в бок и тот смиренно поднялся со скамьи. Краем глаза Лесли заметил жест, принял совершенно незаинтересованное выражение лица и будто не услышал громкого, но крайне банального приветствия через забор: — Привет прекрасным омегам.        Не получив реакции, парнишка раззадорился, взялся за прутья забора и позвал громче: — Тёмненький, тебя как зовут? От тебя так приятно пахнет, как от персикового сада.        Удовлетворённый вниманием Лесли обернулся, недолго разглядывал альфу, а затем неспешно, грациозно подошёл к забору, они с незнакомцем разговаривались, но Дэмиан старался не слушать. При виде смелости своего друга и миловидного поведения его собеседника, другие альфы стали аккуратно подходить и подзывать омег, пытались как-то красиво обозначить деталью внешности или беспроигрышным вариантом, через запах. Скоро Дэмиан остался за столом один, невольно коснулся коротких волос, глянул на изящные фигуры своих одноклассников, на свои руки и живот, Дэмиан сильно отличался от других омег, был крепче, мускулистее, ещё и стриженный чуть ли не налысо. Дэмиан тихонько вздохнул, но не позволил тоске отразиться на лице, продолжил есть, чтобы набрать мышечную массу. Спустя минут десять за стол вернулся Лесли, убрал чёлку за ухо, глянул в сторону альф и помахал на прощание рукой. — Дэмиан, а ты не думал немного, ну, как сказать, сменить имидж? — Хах, зачем? — фыркнул Дэмиан и поспешил отвернуться. — Быть предметом всеобщего похотливого внимания? Тоже мне. — Ну… тебе разве не хочется, не знаю, выглядеть немного иначе? — всё не отступал Лесли. — Может быть когда-нибудь, но явно не пока учусь. Не хочу отвлекаться на ерунду.        Кажется, Лесли поверил или сделал вид, что поверил, как бы то ни было, щекотливую тему он больше не затрагивал, вернулся к еде, пока обеденная перемена не закончилась. До конца уроков Дэмиан постарался посвятить каждую клеточку своего внимания учёбе и немедленно отгонял от себя даже мимолётную мысль о том, что выглядит не так, как другие омеги. Подумаешь, не захотели познакомиться какие-то альфы из соседнего корпуса, Дэмиана это не должно задевать, тем более, все они ещё молоды, можно даже сказать малы для того, чтобы беспокоиться об отношениях. В первую очередь Дэмиан должен закончить школу, а потом колледж и тогда уже можно поглядывать на альф; если хоть кто-нибудь вообще посмотрит на Дэмиана такого, каким он к тому моменту станет.        Возвращаясь домой, Дэмиан в лёгкой растерянности глядел в окно машины. Раньше, когда Дэмиан грустил, мама спрашивал, что может поднять ему настроение, обычно Дэмиан выбирал какое-нибудь угощение, а один раз плюшевого единорога, как из любимого мультфильма. Сейчас Дэмиан представить не мог, что за магия способна порадовать, всё осталось под запретом, за всё нужно отчитываться, даже немного прогуляться он не мог себе позволить, ведь нужно приходить домой чётко по часам.        Вновь отец встречал в коридоре, серьёзный, смотрящий сверху вниз, он протянул руку, и Дэмиан немедленно вытащил из сумки результаты теста и домашнее задание, на которых красовались отметки «отлично» со знаком плюса. Долго и кропотливо Карвер Боттерилл изучал бумаги, будто пытаясь найти в них подвох, но так и не сумел, над чем Дэмиан даже в собственных мыслях, даже ненадолго не сумел позлорадствовать. — Хорошо, — кивнул мистер Боттерилл. — Дэмиан, я должен уехать на неделю и, надеюсь, мне не нужно оставлять камеры видеонаблюдения? — Нет, сэр, — глядя в глаза отца, твёрдо ответил Дэмиан, и только такая интонация произвела нужное впечатление. — И ещё кое-что: ещё одна твоя оплошность, и Бенджамин вылетит отсюда. Ты понял? — Да, сэр.        В глубине души Дэмиан ликовал, однако не позволил ни единому мускулу на своём лице дрогнуть, не отвёл глаз, не позволил себе засомневаться. Ужин прошёл в тишине, однако сейчас она оказалась невероятно приятной, Дэмиан боялся, что отец каким-нибудь неведомым образом прочтёт мысли, однако они всё равно убегали в сторону возможности провести несколько дней без отца. Вдруг получится хоть один раз заняться тем, чем хочется, погулять после школы с друзьями? Этого будет более, чем достаточно. Все радости Дэмиан запер в себе до тех пор, пока не проводил отца, серьёзный, спокойный, не оставляющий даже шанса на сомнения. Только так Дэмиан мог быть уверен, что останется в безопасности.        Завтракать в одиночестве Дэмиан привык — как правило, отец раньше просыпался и раньше уходил, но что удивило в обеденном зале, это маленький шоколадный батончик с мёдом и орехами, лежащий возле тарелки. Сперва Дэмиан растерялся как среагировать, перевёл взгляд на Бенджамина, а тот с улыбкой приложил палец к губам и кивнул. Дэмиан не сразу понял, что не спит, что нянь в самом деле позволил съесть сладкое, ведь мистер Боттерилл уехал, и шоколадку Дэмиан спрятал в сумку, будто опасаясь, что кто-нибудь увидит, на самом деле хотел приберечь для нужного момента. Почти растерянный Дэмиан поел, Бенджамин подал ему контейнер с обедом и, наклонившись, прошептал: — Я положил с йогуртом немного шоколадных шариков. — Тебя не накажут? — побеспокоился Дэмиан прежде, чем коснуться контейнера. — Не волнуйся, это лишь один раз … Ну всё, беги в школу.        Совершенно счастливый, Дэмиан кивнул, чуть не забыл взять с собой обед, поблагодарил Бенджамина и побежал к машине. В салоне, убедившись, что водитель сосредоточен на дороге, Дэмиан аккуратно заглянул в сумку, где в самом деле лежал шоколадный батончик. Дэмиан страшился даже прикоснуться к нему — вдруг тот исчезнет? Но опасения оказались напрасны, батончик совершенно спокойно просуществовал до самого обеденного перерыва, и Дэмиан с невероятным наслаждением откусил первый кусочек. В детстве Дэмиан иногда ел сладкое, но в последний раз это происходило, наверное, лет пять назад, до того, как отец строго взялся за воспитание сына, сейчас же отец находился очень далеко и не мог контролировать Дэмиана, а потому он медленно, смакуя каждый укус, насладился сладким батончиком, привкусом мёда и даже тем, как мелкий орешек застрял между зубов.        Возможно шоколад ударил в голову, а может сам факт, что отец не сумеет запретить что-либо, но Дэмиан ощутил неведомую прежде смелость и когда он с другими омегами переобувались, робко спросил, в силе ли их предложение на счёт караоке. Неожиданному вопросу Лесли даже удивился, не сразу придумал, что ответить и в какой-то момент Дэмиан даже испугался, неужели тот откажет, но нет, Лесли взял Дэмиана за руки, заглянул в его глаза и громче, чем следовало, спросил: — Ты серьёзно? — Д-да… Сегодня я свободен, часов до семи, — прикинул Дэмиан, надеясь, что ни о чём не забыл, в конце концов, домашний спортзал никуда не денется. — Наконец-то! Я уж думал, тебя в плену держат.        С долькой неловкости Дэмиан посмеялся, но немедленно забыл о смущении, поддавшись тёплой дружеской атмосфере от общения с друзьями. Впервые Дэмиан шёл вместе с ними после школы, неспешно гулял, обсуждая всё, что приходило в голову, и слышал, как стучит в груди сердце. Так странно. Давно Дэмиан не чувствовал себя таким свободным, таким счастливым, пусть всего на несколько дней, за них Дэмиан намеревался хоть немного, хоть ненадолго стать не омегой и даже не нормальный человеком, а просто школьником.        Рядом с Лесли и одноклассниками Дэмиан позволил себе расслабиться, не до конца верил, что в самом деле идёт с ними в караоке, не был уверен, как сумеет спеть; хотя он частенько пел в ванной или когда прибирался в комнате, но собственный голос не мог оценить. Заплатил за кабинку Лесли, заказал всем молочные коктейли, первым выбрал и исполнил песню, чтобы остальные могли немного осмелеть. За время пребывания в караоке и периодические визиты сюда одноклассники привыкли и к обстановке, и к пению Лесли, а вот Дэмиан полностью очаровался его голосом, тем, как самозабвенно, с душой он пел, возможно даже лучше самого исполнителя.        Омеги общались, пили молочные коктейли — Дэмиану пришлось постараться, чтобы не выпить его залпом, вкус оказался фантастическим, — по одному или парами пели любимые песни, смеялись, когда фальшивили или перебивали друг друга. И настал момент, когда Лесли легко пихнул Дэмиана плечом, предупредил, что настала его очередь, и Дэмиан с лёгким трепетом взял планшет, принялся листать список композиций в поисках наиболее удачного варианта. Дэмиан искал что-то спокойное и довольно грубое, боялся выглядеть глупым, не взяв какую-нибудь особо высокую ноту, всё же нашёл более или менее подходящий вариант и с трепетом нажал кнопку «Петь!».        Начал Дэмиан с трудом, всё время беспокоился, как выглядит со стороны, невольно вспоминал, как здорово получилось у Лесли, и даже не до конца запомнил, как вообще справился. Сперва Дэмиан намеревался отдать микрофон, но немного помедлил, полистал список композиций ещё раз и включил вторую песню. Отец уехал, Бенджамин позволил съесть сладкое, сейчас Дэмиан сидел в кругу друзей, наслаждался молочным коктейлем с дроблёным печеньем, и это кратковременное счастье полностью затуманило голову. Возможно, так Дэмиан выпустил накопившийся негатив, забылся в песне, не переживая, сколько раз голос сорвался и попал ли он в такт музыке, Дэмиан просто пел, не обращая внимания совершенно ни на кого, забыл про одноклассников, полностью отдался любимой песне. Постепенно она завершилась и Дэмиан начал возвращаться в реальность, перестал сжимать микрофон, открыл глаза, выровнял дыхание и чуть неловко обернулся. — Как я? — Вау, — сумел лишь выдохнуть Лесли, похлопал ресницами. — Я подумать не мог, что у тебя такой голос.        В смущении Дэмиан вжал голову, положил микрофон на подставку и смочил пересохшее горло коктейлем. Лесли не скупился на комплименты, и в них Дэмиан ощущал искренность, он никогда не слышал себя со стороны, но верил, что Лесли не льстит или подлизывается, возможно он просто не представлял, что за такой скверной внешностью скрывается столь нежный голос. Полностью поддавшись царящей обстановке, Дэмиан забыл обо всём, в том числе о будильнике на телефоне, который тихонько звенел в сумке, напоминая о визите к парикмахеру, сейчас для Дэмиана существовала лишь маленькая комната и друзья, маленький миг счастья, который он не позволил бы себе упустить.        Только, когда ехал домой, Дэмиан заметил напоминание о стрижке, немедленно написал парикмахеру с извинениями, соврал, будто плохо себя чувствовал, а потому не сумел прийти, и ответ, что следующий визит можно перенести лишь на конец месяца, несказанно обрадовал. Откинувшись на спинку кресла, Дэмиан закрыл глаза и вдохнул полной грудью. Наконец он ощущал внутри покой, умиротворение, будто так и должен был жить всё это время, и Дэмиан отдал бы всё, чтобы отец никогда не вернулся.        Каждый день без мистера Боттерилла Дэмиан сдержанно наслаждался маленькими мелочами, который так давно мечтал осуществить, но не забывал о своих обязанностях, об уроках, о посещении спортивного зала, и не позволял ни одной улике о своих преступлениях оказаться в доме. Хорошее всегда заканчивалось очень быстро, в том числе время одиночества. Казалось, прошло всего ничего прежде, чем мистер Боттерилл вернулся, его Дэмиан ждал в коридоре, судорожно вспоминал, точно ли избавился от всех намёков на свои преступления, не оставил ли причин для обвинения. Встретил отца Дэмиан смиренным серьёзным выражением лица, слегка поклонился в качестве приветствия. — С возвращением, сэр.        Из-за внимательного взгляда отца по спине Дэмиана пробежали мурашки — где-то он ошибся, но не мог понять, где именно, а отец уже строго разглядывал эту маленькую деталь. За миг до того, как мистер Боттерилл заговорил, Дэмиан понял, о чём забыл. — Почему ты пропустил стрижку? — Простите, сэр, я задержался по просьбе… — Неужели? — перебил Дэмиана отец, сложил руки на груди. — Мне казалось, ты плохо себя чувствовал.        В ответ Дэмиан сумел лишь несколько раз разомкнуть и сомкнуть губы, не мог поверить, что парикмахер доложил постоянному клиенту о якобы плохом состоянии его сына. Не слыша ни объяснений, ни встречной претензии, мистер Боттерилл протянул руку Бенджамину. — Неси ножницы. — Да, сэр, — смиренно кивнул тот, ненадолго перевёл взгляд на Дэмиана. — Иди в гостиную, — велел ему отец, и Дэмиан безропотно исполнил приказ.        Позволял себя стричь Дэмиан без всяких эмоций, в глубине души понимал, что менее красивым уже не станет, и нисколько не жалел о содеянном, пусть отец хоть бреет налысо, это небольшая плата за неделю свободы. Своеобразное наказание Дэмиан принял с гордым видом, доказывая отцу, что не сожалеет, и только это поведение заставило мистера Боттерилла смягчиться — хоть в этот краткий миг Дэмиан напоминал того, кем отец хотел его видеть. Ситуацию никто не прокомментировал, в молчании, словно ничего не произошло, Дэмиан с отцом прошли в обеденный зал, где уже накрыли стол, мистер Боттерилл буднично поинтересовался, как учёба и Дэмиан передал все тесты, домашнее задание и результаты работ, которые выполнил наилучшим образом, был награждён неизменной оценкой отца: «Хорошо».        О случившемся Дэмиан старался не вспоминать, как и некоторое время предпочёл не смотреться в зеркало — собственное отражение и раньше не вызывало восторга, а с новой причёской он боялся окончательно разочароваться в себе. Лёжа в кровати, Дэмиан думал о том, что успел сделать за прошедшую неделю, самую лучшую в жизни, а главное, ни ему, ни Бенджамину не досталось, а волосы — ерунда. Конечно, Дэмиан мечтал обзавестись роскошными длинными локонами, однако пока жил с отцом, это оставалось несбыточным желанием, так что не было и смысла над ними плакать. За последние дни Дэмиан как никогда сблизился с Лесли, он успел угостить мороженым и пончиками, вкус свежего пончика с абрикосовой начинкой до сих пор витал во рту незабываемым наслаждением, так что Дэмиан ни о чём не жалел.        Как всегда проснулся он с предвкушением чего-то удивительного, лишь на мгновение, когда умывался, он засомневался в прекрасности сегодняшнего дня при виде коротких, преступно-коротких волос, однако тряхнул головой и вернул мысли в нужное русло. Подбодрил Дэмиана завтрак, долгожданные пшеничные блинчики и молоко, и Бенджамин рассказал, что мистер Боттерилл даже не разговаривал с ним вчера, так что жизнь, по скромному мнению Дэмиана оставалась прекрасна, пусть с Лесли уже не получится погулять. Только в машине Дэмиан понял, что немного переживает из-за его реакции на новый имидж, Лесли очень беспокоился из-за внешности Дэмиана, будто чувствовал, что он ведёт себя и выглядит не так, как хочет, но тут оставалось лишь привычно солгать о какой-нибудь весомой причине подстричься.        Друзья встречали Дэмиана у ворот школы, издалека заметили изменения, обменялись краткими взглядами и поприветствовали омегу, будто ничего не заметили, тактично промолчали по поводу стрижки. Благодаря неизменившемуся общению с Лесли и остальными, Дэмиан на удивление быстро забыл о своём внешнем виде, готовился к урокам, особенно рьяно ждал возможности отдать домашнее задание по физике, над которым в этот раз даже пришлось поломать голову. Будто прочитав эти мысли, один из одноклассников подскочил к Дэмиану на перемене, прижимая к себе лист с задачами, поглядел в его глаза, похлопал ресницами и издалека начал: — Дэмиан, ты же умница, ты же всё знаешь?        Тот тихонько посмеялся. — Не всё, но многое. — Слушай, можешь сделать за меня последние три задачи? Пожалуйста, — попросил омега, немедленно вспомнил, как вести разговор и сменил мольбу на выгоду. — Сколько мне будет это стоить? Двадцать эспер? Тридцать? Но ты с ценой не перегибай.        Дэмиан вновь деликатно посмеялся, в первую секунду вознамерился отказать, отправить одноклассница грызть гранит науки, да и всего три нерешённые задачи — это уже твёрдая «четвёрка», но затем в голове мелькнула дикая идея. Некоторое время Дэмиан не решался выслушать её, но затем вспомнил слова Лесли, то восхитительное нижнее бельё и принял наиболее незаинтересованный вид. — Если только наличными. Я тут наткнулся на один магазин, омега украшения делает своими руками, и терминал пока не завёл. — Правда сделаешь за меня? — обрадовался одноклассник, кажется, прослушал оправдание Дэмиана. — Да. В первый раз сделаю скидочку, давай двадцать.        Омега немедленно отсчитал две купюры и передал Дэмиану вместе с индивидуальным заданием, и маленькая сделка не скрылась от глаз других омег, пусть никто и не пытался её спрятать. Сперва по классу пронёсся шёпот, затем многие омеги зашуршали листами, тетрадями, и некоторые подошли к Дэмиану, один из них робко обратился: — Дэмиан, а ты что, можешь сделать задание за нас? — Если у меня выдастся минутка, почему бы и нет? — ответил вопросом на вопрос Дэмиан. — Но только за наличные. — А если я завтра принесу? — немедленно поинтересовался другой омега. — Просто сегодня нужно сдать, а у меня только на карте. — Ну… ладно, но чтобы точно принёс. — Обещаю!        Слухи о том, что один умненький омега выполняет любые задания по любым предметам на «отлично» быстро вышли за пределы класса и даже корпуса омег. Дэмиану хватило всего нескольких дней, чтобы собрать солидную сумму, он успевал решать задания на переменах и утром во время завтрака, пока ехал в школу или домой, а потому совсем не ощутил дополнительной траты времени. Копил Дэмиан на конкретную цель, за которой совсем скоро шёл с лёгким трепетом в груди, сообщил отцу, что задержится для помощи в библиотеке, преподаватель информацию подтвердил, но вместо себя Дэмиан оставил одного из своих клиентов, вместо оплаты.        Сердце Дэмиана трепетало, он старался сдерживать эмоции, будто отец мог выскочить из-за угла и поймать с поличным, но кошмар не сбывался. Дэмиан сумел войти в магазин, один, не торопясь, неспешно осмотреться, полюбоваться потрясающими нарядами и нижним бельём, среди которых пришлось выбрать лишь одно, учитывая здешние цены. Мучиться Дэмиану не пришлось, когда он увидел эти голубые и синие цвета, сплетённые в неясном узоре, немедленно влюбился, понял, что пришёл именно за этой красотой. Трепет усилился, когда Дэмиан шёл к кассе, расплатился наличными и получил чек, не веря, что всё получилось. Выйдя из магазина с аккуратно завёрнутой покупкой, Дэмиан всё глядел на фирменный пакет, медленно дышал и словно пытаясь понять свои эмоции, невероятно яркие и при этом совсем робкие.        Дэмиан пронёс бельё под рубашкой, как ни в чём не бывало пообедал с отцом, отчитался об успехах в школе и совершенно не беспокоился о том, что кто-нибудь узнает о почти подпольном бизнесе в стенах школы; никто из учеников не допустил бы передачу столь щекотливой информации кому-нибудь из преподавателей. Самоконтроль поддавался Дэмиану на удивление легко, он уверенно отвечал на вопросы отца, совершенно спокойно поднялся в свою комнату, но, когда запер дверь, протяжно выдохнул, ощутил мелкую дрожь по всему телу. Бросив сумку на кровать, Дэмиан забежал в ванную, несколько раз убедился, что точно-точно запер замок на двери и с трепетом вытащил бельё из-под рубашки. Дэмиан поспешил раздеться, аккуратно надел трусы с воланами и длинную лёгкую майку, идеальный по цвету комплект, лёгкий, мягкий, который ласково касался кожи. Первое время Дэмиан лишь наслаждался самим фактом, что надел нечто столь восхитительное, у Фейгана о’Лиоми всегда выходили потрясающие дизайны, однако ощущение соприкосновение с прекрасным разбилось, когда Дэмиан поглядел на себя в зеркало, ужаснулся. Столь изысканное бельё уродливо смотрелось на крепком, почти мускулистом теле, не подчёркивало тонкую талию и ноги, а, казалось, порвётся, если Дэмиан совершит хотя бы одно движение. Ещё и эти короткие волосы... Чудовищное зрелище. Ненадолго Дэмиан опустил голову, вновь поглядел на себя и постарался улыбнуться — может, фигура и причёска оставляли желать лучшего, Дэмиан не перестал верить, что когда-нибудь сумеет выглядеть так, как хочет, похудеет, отрастит косу, станет изящным и красивым, пусть и через двадцать лет.        Даже столь депрессивные мысли не умалили радости Дэмиана от самого факта, что он купил нечто столь изысканное и, что скрывать, дорогое, это невероятно льстило, поднимало самооценку и позволило с улыбкой встретить новый день. И на этом фоне Дэмиан оказался очень удивлён, когда увидел Лесли чуть растрёпанного, уставшего, может даже невыспавшегося, уткнувшегося головой в парту. Забыв поздороваться, Дэмиан немедленно побеспокоился: — Лесли, что случилось? Ты что марафон сдавал? — Хуже, — вздохнул Лесли, театрально запрокинул голову. — Мы с братом вчера весь день играли. — Почему ты? У него же сиделка… как же… Томми, да? — засомневался Дэмиан. — А у Томми началось половое созревание, и родители отдали его в «Связь». — Какое странное название для школы, — поддержал одноклассник, успевший услышать разговор, подбежал к друзьям. — Доброе утро.        Дэмиан и Лесли кивнули в знак приветствия. — «Связь» — это не школа, агентство, — заметив растерянные выражения лиц омег, Лесли объяснил. — Ну вот эти, куда омег отдают, если нет денег на отказ, там омег учат, воспитывают, находят им альф потом. — И телефоны там нельзя, и компьютеры, — почти испуганно добавил одноклассник. — Это просто кошмар. — Не то, чтобы нельзя, просто там не одобряют общение с чужими альфами, а с родителями и друзьями вполне можно разговаривать… У нас сейчас литература, да?        Об агентствах омеги практически сразу забыли, переключились на более жизненную тему, все, кроме Дэмиана. Он никак не мог выкинуть из головы интерес, смешанный с непониманием. Как и все, Дэмиан знал о демографической ситуации, резком сокращении количества омег и о контроле по образованию пар, но никогда не задумывался, как это всё осуществляется. То маленькое, бунтарское, почти преступное, что завелось в Дэмиане, велело узнать больше, выяснить, как работают эти агентства, что они дают, а главное, как в них попадают.        Как бы соблазнительно и магически ни звучала жизнь в «Связи» — точнее два известных факта о ней, —Дэмиан осознавал риски и не был к ним готов. В конце концов, его жизнь не самая ужасная, отец оплачивал учёбу, а та, в свою очередь, гарантировала работу, стабильность, независимость, Дэмиан оставался сыт, здоров и одет, но всё равно какая-то часть сознания не позволяла запереть безумную идею и окончательно избавиться от неё. Дэмиан ехал домой со смирением, понимал, что нужно сосредоточиться на учёбе, это поможет успокоить отца и добиться его прежнего расположения, а с ним и жить можно. Так Дэмиан считал до самого конца, пока не переступил порог своей комнаты и не увидел отца. Мистер Боттерилл встал из-за компьютера Дэмиана, взял что-то со стола и когда повернулся, сердце Дэмиана ухнуло вниз. Едва он разомкнул губы, как невольно вскрикнул от мощного удара по щеке, мистер Боттерилл взял сына за ворот и притянул к себе, швырнул на пол сине-голубое бельё. — Прекрати вести себя как течная омежка, Дэмиан! Ты наследник семьи или нет?! — не дожидаясь ответа сына, глядящего прямо в глаза, мистер Боттерилл процедил сквозь зубы. — Это была твоя последняя ошибка… Бенджамин! — крикнул мистер Боттерилл, совсем скоро нянь вошёл в комнату. — Слушаю, сэр. — Ты уволен. Чтобы через час тебя тут не было. Расчёт заберёшь у бухгалтера. — Да, сэр, — кивнул Бенджамин, поглядел на Дэмиана, но не поймал его внимания, заметил, как тот дрожал, но совершенно ничем не мог помочь.        Мистер Боттерилл отпустил сына, поправил рукава на пиджаке и пошёл прочь вместе с фирменным пакетом. Напоследок мистер Боттерилл бросил за спину: — Со следующего года ты переходишь на домашнее обучение. — Да, сэр.        В первую секунду после того, как остался один, Дэмиан не мог пошевелиться, пытался понять, что произошло и что чувствует, но не успел, когда что-то внутри сломалось. Годами сдерживаемые эмоции вырвались на свободу и их не удалось сдержать, ладно учёба, никакой личной жизни, но рыться в личных вещах, в компьютере, запереть дома, выгнать единственного, кто обращался с Дэмианом, как с человеком, этого простить он оказался не в силах. На миг перед глазами осталась пустота, а в следующую секунду Дэмиан швырнул монитор, но тот повис на проводах до тех пор, пока на пол с трудом не упал системный блок. Поддаваясь бушующим эмоциям, Дэмиан разбил об угол стола клавиатуру, опрокинул и его, пнул стул, а затем упал на колени. Закрыв лицо руками, Дэмиан навзрыд заплакал, дрожал всем телом, каждой клеточкой. У Дэмиана больше ничего не осталось, совершенно ничего, ни одного друга, которому можно довериться, ни единой радости в этом чёртовом доме.        Пришедшее сообщение заставило телефон завибрировать, и в первую секунду Дэмиан занёс его над головой, готовясь швырнуть, но вовремя замер. Сейчас он остался единственной возможностью изменить жизнь, если только у судьбы осталась хоть частичка человечности. Сквозь слёзы, не всегда разбираясь, что именно печатает, в приватном окне Дэмиан зашёл на сайт агентства «Связь». Ощущал, как колотится сердце, дрожащими пальцами пролистал вниз до раздела «об агентстве», где перечислялись правила приёма. В углу всплыло уведомления менеджера, который предложил помощь, но Дэмиан несколько раз гневно ткнул на крест, чтобы закрыть уведомление, вчитывался в каждую строчку правил, беспрестанно шмыгая носом.        Нет, ответ на свой вопрос Дэмиан не получил, и сперва вновь сорвался на плач, но затем взял себя в руки, по крайней мере частично, обновил страницу, и вновь виртуальный менеджер поинтересовался, может ли помочь с решением каких-либо вопросов. Не с первого раза попадая по нужным клавишам, Дэмиан написал вопрос, можно ли попасть в агентство без согласия родителей, и без промедления отправил. Каждую секунду Дэмиан ждал ответа, обновлял страницу раз за разом, стирал ладонями слёзы, не переставал плакать и ждать. Наконец пришёл ответ: «Здравствуйте! При определённых обстоятельствах, согласованных с законодательством о правах несовершеннолетних, возможно поступление омеги в агентство без согласия родителей. С подробной информацией вы можете ознакомиться здесь» и заветное «здесь» выделялось гиперссылкой.        Сердце не переставало оглушительно биться в груди, слёзы катились по щекам и Дэмиан не понимал, что ему делать. Он листал фото самых разных омег, стройных, милых, улыбчивых, и посмотрел на себя в зеркало шкафа, и дело не в том, что Дэмиан не красив, он не считал красивым сам себя. С детства Дэмиан мечтал о длинных волосах, стройной фигуре, красивой одежде, как у мамы, но понимал, что дело вовсе не во внешности, она ничего не значила, просто служила оправданием.        Чувства оказались сильнее многих лет тренировок, Дэмиан не сумел поддерживать привычный образ, не мог улыбнуться как минимум потому, что щека болела при попытке сделать это, не мог отвечать на уроках, и за весь день никто из преподавателей не спросил его, видя столь непривычное состояние вечно активного и радостного омеги. Дэмиан не стал задерживаться и ждать друзей, не сказал им ни слова, ведь не видел смысла — как бы они ни общались с Лесли, он не являлся другом, Дэмиан никогда не делился с ним чем-то дорогим, своими проблемами или переживаниями, а Лесли не спрашивал, они просто дружили в школе. К тому же скоро всё равно не удастся остаться в школе, теперь между ней и домом не осталось разницы, и Дэмиан очень сомневался, что сумел бы поддерживать общение с Лесли на расстоянии, да и вряд ли он бы пытался это сделать. Ехал Дэмиан молча, пусто смотрел в окно, но не видел ничего за стеклом, не понял, когда машина остановилась. Некоторое время водитель ждал, но затем открыл дверь, позвал Дэмиана, он услышал не с первого раза.        Поднимался по ступеням Дэмиан, не чувствуя ничего внутри, понимал, что ему не важно, накричит отец, опять ударит, пусть отберёт комнату и еду, Дэмиану стало всё равно. Он даже не сразу заметил чужих людей в холле, двух высоких крепких альф и молодого омегу с очень серьёзным лицом, который о чём-то горячо спорил с мистером Боттериллом, оба обернулись на вошедшего Дэмиана. Тот остановился, посмотрел сквозь незнакомцем, не сразу, но понял, что обращаются к нему, попытался услышать, не получилось. Видимо, взрослый омега заметил это, а один из альф выставил руку, преграждая мистеру Боттериллу путь. Взрослый незнакомый омега замотал головой, неспешно подошёл, словно к дикому зверьку, опустился на колени перед Дэмианом, заглянул в его глаза и мягко, чуть печально улыбнулся. — Здравствуй. Ты у нас Дэмиан, правильно? — Да, — сухо ответил тот, попытался сфокусировать взгляд на незнакомце. — Меня зовут Ноа Керинг, я смотритель из «Связи».        Услышав последнее слово, Дэмиан содрогнулся, наконец увидел омегу, его добрые жёлтого цвета глаза, тонкие губы с печальной, но доброй улыбкой, красивого, ещё молодого, наверное, ему чуть больше двадцати. — Мы получили твою заявку, и я здесь, чтобы помочь.        Ответить Дэмиан не сумел, чувствовал, что вот-вот заплачет, однако пока что держал эмоции под контролем. Ноа слегка наклонил голову, протянул к Дэмиану руку, но на полпути замер. — Прости, я могу посмотреть?        Дэмиан не сразу понял, о чём речь, но затем плавно повернулся щекой, с которой Ноа платком стёр пудру, увидел синяк, что щека немного вспухла. В тот момент в добрых глазах взрослого омеги пронёсся гнев, заставивший Дэмиана содрогнуться, Ноа немедленно подавил эмоции, поднялся и обратился к мистеру Боттериллу: — Мистер Боттерилл, могу я узнать, откуда этот след? — Дэмиан ударился. — Он сообщил нам о другой причине, — строго поправил Ноа, смиряя собеседника взглядом, но как только повернулся к Дэмиану, стал выглядеть совсем иначе, смягчил голос и взгляд, слабо улыбнуться. — Дэмиан, покажешь мне свою комнату?        Слова застряли в горле. Дэмиан боялся сорваться, вместо этого кивнул и повёл Ноа наверх, краем глаза заметил, как альфа опять преградил мистеру Боттериллу дорогу. В груди Дэмиана всё ещё царила пустота, он не до конца осознавал происходящее, но сумел открыть дверь в свою комнату, где валялся системный блок, разбитый монитор, рассыпанные на полу клавиши. Спокойно шагая и ничего не говоря, Ноа осматривался, заглянул в гардероб Дэмиана, прежде спросив у него разрешение, в полки шкафа и тумбы, а Дэмиан уставился в одну точку перед собой и ни на что не обращал внимания. Очнулся он только, когда обратился Ноа, вновь присев, чтобы смотреть в глаза мальчика. — То, что ты писал, правда?        Дэмиан приоткрыл рот, но в следующую секунду сорвался, бросился к Ноа, стиснул его шею и заплакал, совершенно потеряв контроль над собой. В Дэмиане окончательно что-то сломалось, когда нежными руками Ноа стал гладить его по голове и спине, мягко прижал к себе, шёпотом просил: — Всё хорошо, мой милый, поплачь. Не нужно сдерживаться.        Сколько времени прошло, Дэмиан совершенно не понимал, лишь плакал, ощущая ласковые прикосновения незнакомца, слыша, как он тихонько напевает, а когда поцеловал в лоб, Дэмиан заплакал ещё сильнее. В Дэмиане что-то рухнуло. Он не был уверен, что именно происходит, не был уверен вообще в чём-либо, мог лишь плакать, всё сильнее обнимая Ноа, а тот не переставал гладить по коротким волосам, уверять, что всё хорошо, что нужно поплакать. Постепенно в Дэмиане закончились слёзы, он не переставал обнимать Ноа, но начал успокаиваться, и тот проявил терпение. Ноа плавно отстранился, только, когда сам Дэмиан шагнул назад, достал из кармана платок и осторожно вытер его щёки, вполголоса, чтобы не напугать, пообещал: — Не волнуйся, тебе больше ничего не угрожает. Ты в безопасности, — Ноа погладил Дэмиана по волосам, глядел в его заплаканные глаза и не переставал краешками губ заботливо улыбаться. — Тебе что-нибудь нужно забрать? Одежду? Личные вещи?        Во рту у Дэмиана пересохло, он сумел только замотать головой и, как только Ноа поднялся на ноги, порывисто обнял, уткнувшись в его живот. Снова Ноа проявил нежность, продолжил гладить мальчонку по волосам и плечам, проявлял понимание и бесконечную нежность. Впервые Ноа видел омегу, ещё и совсем ребёнка, в таком чудовищном состоянии, и с трудом подавлял злость на родителя. Когда Дэмиан резко отошёл, Ноа с трепетом взял его за руку, ощутил, как пальчики сильно сжимают ладонь. Вместе они спустились на первый этаж, где один альфа с невозмутимым лицом терпел крики мистера Боттерилла, а второй держал планшет с бумагами. Стоило Ноа подойти, альфа протянул ему планшет, но заметил, как крепко мальчик держит за руку, отдал смотрителю лишь ручку, а сам подставил планшет так, чтобы было удобно писать. Ноа заполнил некоторые документы, проверил паспорт Дэмиана, положил в карман жилета и обрушил на мистера Боттерилла тяжёлый холодный взгляд. — Мистер Боттерилл, как уполномоченный комиссией по делам несовершеннолетних, а также постановлением президента о «контроле за демографической ситуацией» я забираю Дэмиана Боттерилла в агентство. Вы можете обжаловать моё решение в суде, предъявив письменную претензию, но будьте уверены, наши адвокаты готовы к подобным ситуациям, комиссия независимых психологов также вряд ли будет на вашей стороне, — заявил Ноа, но не получил ответа. — До свидания.        Неспешно Ноа повёл Дэмиана на улицу, за ними последовали охранники, и лишь в последнюю секунду Дэмиан осознал, что случилось, обернулся и в последний раз поглядел на отца, на его искажённое яростью лицо. Оно ещё долго преследовало Дэмиана видением, когда он впервые засыпал в кровати агентства, а Ноа держал за руку и тихонько пел колыбельную. Это был последний раз, когда Дэмиан видел своего отца.