Верность в подарок

       После делового обеда, на которой Дэмиана взяли как пару сыновей де Вер — вновь не уточняя чью именно пару, — они вместе ехали домой, уставшие, но довольные и сытые. Как всегда, родители сидели на передних сиденьях, а сыновья и Дэмиан на задних, и пусть слегка утомился из-за общения с совершенно незнакомыми людьми, он держал Уильяма и Сэмюэля за руки, удерживался от желания положить голову одному из них на плечо и подумывал, как бы намекнуть на лёгкое возбуждение, вызванное в первую очередь весной и смешавшимся запахом хвои с травяным чаем. Сперва Дэмиан осторожно высвободил ладони и потянулся, прогнувшись в спине, а Уильям и Сэмюэл невольно залюбовались тонкой талией и животом, особенно соблазнительными с такого ракурса, в такой позе.        Альфы переглянулись, будто проверяя, правильно ли поняли друг друга и Дэмиана, и первым инициативу проявил Уильям, когда коснулся губами шеи омеги, а Сэмюэл положил ладонь на его колено и медленно провёл рукой до бедра. Доказывая, что альфы делают всё, как нужно, Дэмиан тихонько выдохнул, опустил веки и опустился на грудь Уильяма, а Сэмюэл в это время осторожно положил стройные ноги омеги себе на колени. Постепенно тело Дэмиана наполняло тепло, он расслабился в руках Уильяма и Сэмюэля и благодаря шумному дыханию, тому, как омега ластился, иногда тихонько звал по именам, чем будоражил Уильяма и Сэмюэля, они начали вести себя откровеннее.        Сэмюэл провёл по внешней стороне бедра Дэмиана, наблюдая за реакцией, за тем, как он плавно выдохнул, чуть дрогнул, когда ладонь коснулась ягодицы, а Уильям между тем пробрался руками под белую блузу, бегло провёл по соскам. Когда Уильям слегка сжал их, прозвучал первый сдержанный стон, затем второй, когда Сэмюэл погладил по внутренней стороне ноги, бегло задел пах. Альфы понимали, что заниматься сексом в машине не лучшая идея, особенно в одной машине с родителями, а потому ограничили себя лишь осторожными ласками, мягкими поцелуями, бережными прикосновениями, но каждый в глубине души надеялись, что Дэмиану этого окажется мало и он предложит уединиться.        К величайшему сожалению Уильяма и Сэмюэля, Дэмиан не просил о большем, лишь тихонько наслаждался лаской, и тогда альфы предположили, что он действительно устал. С трудом пересиливая себя, сперва Сэмюэл, затем Уильям прекратили попытки возбудить, он стал осторожно массировать плечи, а Сэмюэл стянул туфли и носки, с удовольствием взялся за массаж ступней Дэмиана, и тот окончательно потерялся в неге, закрыл глаза, размеренно дышал, иногда выдыхая сквозь губы. Уильям и Сэмюэл любовались своим омегой, иногда целовали его, но нежно, совсем легко, чтобы не нарушить удивительный миг. Поддавшийся чувствам Дэмиан едва не заснул, однако машина добралась до дома раньше, чем это случилось. Уильям вывел Дэмиана из салона прежде, чем Сэмюэл успел среагировать, тот кратко прошипел, но не стал отвлекать Дэмиана, взял его обувь. Вдвоём альфы проводили Дэмиана до его комнаты, он поцеловал сперва одного, затем второго. — Спасибо за удивительный вечер. — Доброй ночи, — кивнул Уильям, затем Сэмюэл. — Хорошо отдохни. — Спокойной ночи, Уилл, Сэм.        Не спеша Дэмиан принял душ, позволил себе долго выбирать, какое бельё надеть на этот раз, а поверх вместо привычной сорочки выбрал пижамный костюм нежного мятного цвета и только, когда собрался отдать вещи в стирку понял, что где-то оставил туфли. Дэмиан направился к Сэмюэлю, надеясь, что тот ещё не заснул, и скоро убедился в этом, ведь из-за двери раздался его голос: —...а может я лучше справлюсь? — Да? Откуда такая уверенность? — заговорил Уильям с непривычной злостью и Дэмиан не сразу осознал, что говорят они друг с другом. — Я куда сдержаннее, а ты всё время выставляешь на первый план свои желания. Или будешь отрицать? — Ты уже не маленький мальчик, так что пора понять, уступать я не намерен. Не в этом вопросе.        Ненадолго Дэмиан оцепенел, в отличие от сердца, которое беспокойно забилось в груди — не могли же Уильям и Сэмюэл в самом деле говорить так друг с другом? Однако Дэмиан не слышал кого-нибудь ещё, не разбирал конкретных слов, но слышал в них обиду и злость, и не мог вообразить, что заставило Уильяма и Сэмюэля так себя повести. Дэмиан боялся войти и вмешаться, как не мог сидеть, сложа руки, а потому поторопился за советом к единственным, кто мог помочь в чудовищно неприятной ситуации. Отыскал Артура и Леонарда Дэмиан в беседке за традиционным вечерним чаепитием, они оторвались от разговора, когда заметили Дэмиана, встревоженного и одетого лишь в ночной комплект. Леонард подал Дэмиану чашку чай, позволяя смочить горло, в это время Артур озвучил волнующий обоих вопрос: — Дэмиан, что случилось? Что-то болит?        Дэмиан сделал несколько глотков, бегло вытер губы и слегка отдышался. Чувствовал себя виноватым, отвлекая из-за, возможно, ерунды, но понимал, что совершенно не знает, как действовать, не может просто оставить всё, как есть. Дэмиан боялся даже допустить мысль, что Уильям и Сэмюэл в самом деле разозлились друг на друга. Заглянув в глаза Артура, затем Леонарда Дэмиан проронил: — Уилл и Сэм… они ругаются.        Он ожидал любой реакции, но точно не улыбки, почти умилённой родительской улыбки, которая отразилась на губах Леонарда, Артур оказался сдержаннее, закивал и отодвинул свободный стул. В некотором оцепенении Дэмиан сел, не сводил взгляда с Леонарда, словно ожидая от него оправдания, но первым заговорил Артур: — Мы очень рады, что ты так волнуешься за них, но иногда люди, даже которые очень любят друг друга, могут ругаться. — На самом деле, — подал голос Леонард, выглядел и говорил как всегда спокойно, — это первая их ссора. Однажды это должно было произойти. — Разве мы не должны вмешаться? — попросил Дэмиан, всей душой надеясь, что родители поддержат порыв. — Когда они друг на друга с кулаками полезут, тогда конечно, — посмеялся Артур, — но до тех пор им нужно разобраться самим. Им нужно учиться ладить и с негативными чертами друг друга.        В попытке возразить Дэмиан разомкнул губы, слегка приподнялся со стула, но так и не придумал ни одного, даже самого слабого довода. Разве люди, которые любят друг друга, могут ссориться? К тому же те, которые прожили всю жизнь вместе, прекрасно понимали друг друга и берегли? В голове Дэмиана никак не укладывалось, что Уильям и Сэмюэл, которых он знал, способны так разговаривать не просто с кем-то, а друг с другом, ведь так хвалили, заботились друг о друге. С другой стороны, Дэмиан и сам не видел их отрицательных черт, не считая того раза между Уильямом и Кристианом, как и альфы не видели то, что старательно прятал от них Дэмиан. Артур пододвинул ему чашку, налил ещё чай, подбодрил доброй улыбкой и нежным прикосновением к щеке. — Если волнуешься, можешь поговорить с ними, а можешь дать им немного времени самим разобраться. Мы поддержим любой твой выбор, и, если попросишь, я прямо сейчас пойду к ним.        Принимая поражение, Дэмиан склонил голову, робко подцепил чашку пальцем. — Наверное, им правда нужно немного времени. — Не беспокойся, — Леонард погладил Дэмиана по руке, — они очень любят друг друга. Ничего плохого не случится, если они немного поругаются.        Нехотя Дэмиан кивнул. Наверное, Артур и Леонард правы, в конце концов, и сам Дэмиан иногда обижался на Ноа, пусть всем сердцем любил его, но всегда приходил с извинениями — точнее просто приходил, и этого оказывалось достаточно — и они продолжали общаться, как раньше. Наверное, Уильям и Сэмюэл тоже быстро помириться, но, если это первый раз, когда они ругаются, они могут просто не знать, как себя повести, как прийти и попросить прощения, может помешать гордость альфы. Ещё некоторое время Дэмиан сидел за столом с Артуром и Леонардом, краем уха слушая их разговоры, иногда проскальзывающие воспоминания и комплименты, и постепенно сумел одолеть тревогу. Всё же родителям лучше знать, как лучше поступить, и, зная любовь Леонарда и Артура к своим детям, Дэмиану не приходилось переживать за правильность их решения. Дэмиан поблагодарил за чай и за помощь, вновь согласился, что Уильяму и Сэмюэлю нужно дать время подумать, пожелал спокойной ночи и зашагал в свою комнату, ощущая босыми ногами гладкую каменную дорожку.        До конца Дэмиан не мог успокоиться, что-то в нём твердило о необходимости вмешаться, чтобы мальчики помирились и всё шло, как раньше, но не сдержался. Им нужно побыть наедине со своими мыслями и начать скучать друг по другу, осознать, как плохо остаться без брата даже на пару минут, но главное всё-таки первый пункт. В этом Дэмиан не сомневался, пока не увидел Сэмюэля, ходящего туда-сюда у двери в спальную своего омеги, выглядел Сэмюэл сосредоточенным и несколько взволнованным, не заметил, как подошёл Дэмиан, не поймал его слабый запах. Вполголоса Дэмиан обратил на себя внимание: — Сэм, ты меня ждёшь?        Тот обернулся с совершенно счастливой улыбкой, подскочил к Дэмиану, взял за руки и пылко заглянул в глаза. — Да, я хотел спросить, ты уже спать? — Сэмюэл заметил пижамный костюм и слегка растерял энтузиазм. — Видимо, да. — Я собирался, но не слишком устал. Если ты хотел заняться чем-то спокойным, я с радостью составлю компанию. — Правда? — убедился Сэмюэл, притянул Дэмиана поближе. — Конечно. — Тогда надевай плавки, я подожду.        Дэмиан тихонько посмеялся и забежал в комнату, не включая свет. Позитивность, исходящая от Сэмюэля, заражала, казалось, ничего не произошло, однако в орехового цвета глазах читалась тоска и некоторая растерянность, видимо, он не знал, как поступить, но не мог спросить у того, к кому привык обращаться — Уильяма, поэтому пришлось выкручиваться иным способом. А может Сэмюэл просто пытался отвлечься, не желая признаваться, что скучает по брату. Как бы то ни было, Дэмиан считал своим долгом помочь, поддержать своего альфу в трудный момент. Поверх плавок Дэмиан надел халат, в глубине души надеялся, что поступает правильно, и пытался заставить себя не затрагивать тему ссоры, вышел к Сэмюэлю, который взял за руку и повёл к бассейну.        Его наполнял приятный голубой свет, а вода ярко сияла бирюзовым, на потолке горели небольшие огоньки, создавая действительно романтическую атмосферу. Первым в тёплую воду зашёл Сэмюэл, подал Дэмиана руку и неспешно повёл его по широким ступеням к глубине. Стоящую ночную тишину нарушал плеск воды и этот звук успокаивал, она окружала покоем, забирала все неприятные мысли, словно понимала и пыталась успокоить. Дэмиан внимательно наблюдал за Сэмюэлем, который не переставал улыбаться, в какой-то момент обрызгал Дэмиана и тот принял участие в игре, чтобы помочь Сэмюэлю отвлечься от переживаний. Сейчас ему нужно расслабиться, прийти в себя, в его движениях читалась резкость, и он почти не смотрел в глаза, будто боясь, что в его собственных что-то увидят. Сейчас Сэмюэл нуждался в своём омеге и тот не имел права подвести.        Дэмиан забыл о времени, но ни на миг не переставал думать о ссоре между Уильямом и Сэмюэлем, гадать, стоит ли поднимать столь щекотливую тему, с другой стороны, он почти ни слова не проронил, видимо, всё думал о произошедшем. Вода, тишина и Дэмиан помогали Сэмюэлю прислушаться к своим чувствам, хоть ненадолго перестать винить себя и сердиться на брата, понять, сколько всего неприятного они наговорили друг другу на эмоциях, но не хотели обидеть. Просто так вышло.        Сэмюэл и Дэмиан плавали, играли в мяч, и для него оказалось так странно молчание, что Сэмюэл не пытался поцеловать или прикоснуться, он словно выдерживал дистанцию, от чего Дэмиан ощущал лёгкую тоску, но не по вниманию альфы. Так не должно быть. Уильям и Сэмюэл должны помириться, снова общаться, как раньше. Но Дэмиан совсем не знал, как помочь и правильно ли поступит, если попробует вмешаться, совсем не представлял, как чувствует себя Сэмюэл, если самому Дэмиану так больно за него. Они оба замерли, когда двери вдруг открылась, и Сэмюэл первым понял, кто пришёл, отвернулся, но не попытался уйти, лишь опустил глаза, позволил наигранной улыбке сойти с лица. Уильям закрыл за собой дверь, бегло глянул на Дэмиана, но в следующий миг посвятил каждую крупицу своего внимания брату, встал у края бассейна. — Так и думал, что ты здесь. — Что тебе нужно? — Я пришёл извиниться, — признался Уильям, наконец удостоился взгляда брата, Дэмиан же глядел на них и не был уверен, стоит ли уйти, разговор казался ему очень личным. Только Дэмиан подплыл к бортику, как Уильям окликнул. — Дэмиан, останься. Это и тебя касается… сильно.        Чтобы собраться с силами озвучить всё, что намеревался, Уильяму потребовалось некоторое время, которое Сэмюэл глядел и ждал, преданно ждал, когда брат заговорит, смотрел на него со странной смесью тоски, надежды и благодарности; сам Сэмюэл боялся так и не набраться сил прийти с повинной. Уильям провёл рукой по задней стороне шеи, слегка повернул голову в сторону, заговорил непривычно-робко, но искренне: — Прости, я не должен был так говорить… Может, в бизнесе я большая акула, но, — Уильям тяжело вздохнул, а Сэмюэл глядел на него всё внимательнее. — Но бизнес — это единственное, в чём я лучше. Я не хотел тебя обидеть, просто, — вновь Уильям вздохнул, пытаясь подобрать правильные слова, хоть столько репетировал их, — хотел как-то доказать себе, что у меня есть шанс.        Сэмюэл замотал головой, наконец улыбнулся и с некоторым трудом вышел из воды, обнял брата, который даже не шелохнулся, когда одежда намокла. Лишь несколько секунд Уильям и Сэмюэл обнимали друг друга, пока будто по сигналу не отпрянули, оба подали Дэмиану руки, застав его врасплох. Дэмиан не отпускал альф, глядел то на одного, то на другого, всем нутром трепетал, предугадывая тяжёлый разговор, и до сих пор не мог понять, чего же он будет касаться. Или не хотел понимать. Первым заговорил Сэмюэл и в голосе его слышалась долька стыда: — Дэмиан, на самом деле мы поругались из-за тебя. — Что? — дрогнул тот.        Какая-то часть Дэмиана предполагала, однако он всеми силами отрицал, что может стать камнем преткновения между людьми, которых любил и которые так любили друг друга. Следуя жесту, Дэмиан подошёл немного ближе, теперь слово взял Уильям. — Понимаешь, мы всю жизнь делились друг с другом, мы не то, что привыкли, мы хотели дарить друг другу всё, что у нас было. — Но ты… с тобой всё сложнее. Мы не хотим делить тебя, — тяжело признался Сэмюэл. — Когда обсуждали покупку омеги, мы понимали, что, скорее всего, полюбим одного и считали, что всё будет нормально. — Но ошиблись. — То есть, — голос Дэмиана задрожал, как и он сам, эмоции нахлынули резко, стали скапливаться на глазах небольшими каплями. — Вы хотите, чтобы я выбрал одного из вас?        Ощущая дрожь, пробившую Дэмиана, видя, как слёзы катятся по его щекам, Уильям и Сэмюэл обняли его, крепко прижали к себе, но не спешили оправдаться или переубедить. Дэмиан понял всё правильно. С одной стороны его кожу холодила вода, с другой согревала одежда, как и внутри Дэмиана всё горело, пусть снаружи ощущался нестерпимый холод. Всеми силами Дэмиан старался сдержать слёзы, однако попросту не мог совладать с собой. В голове крутилось множество мыслей, вплоть до того, что нужно уйти, оставить Уильяма и Сэмюэля, лишь бы они не ссорились, и Дэмиан понимал, что, если они попросят, без раздумий сделает это, и что никогда никого не полюбит, кроме них, них обоих, разных и таких похожих. Уильям и Сэмюэл переглянулись, позволили Дэмиану немного поплакать, чтобы он мог успокоиться и услышать, плавно отпрянули от него, заглянули в серые глаза. — Мы хотим, чтобы ты выбрал одного из нас, но только, когда ты сможешь. — То есть? — вновь проронил Дэмиан, стёр из уголка глаза слезу. — Мы ведь мелкие ещё, — постарался пошутить Сэмюэл, неловко посмеялся, — будем расти, меняться и, не знаю, всякое может случиться. — Мы не хотим, чтобы ты чувствовал себя виноватым и тем более не хотим ссориться из-за тебя. Мы хотим, чтобы это решение ты принял сам, когда придёт время и, если посчитаешь нужным. — А до тех пор будем терпеть друг друга.        Тихонько шмыгнув носиком, Дэмиан поглядел в глаза Уильяма, затем Сэмюэля. Они не лгал, они оба ценили отношения с Дэмианом, его самого, но что ещё важнее — друг друга, и в какой-то мере Дэмиан полюбил в них именно это. Сам Дэмиан не привык делиться, сперва дорожил каждой свободной минутой, каждой возможностью, каждым нервом, и никогда не встречал человека, которому мог бы подарить хоть что-то из этого, но Уильям и Сэмюэл прожили вместе бок о бок всю свою жизнь, и Дэмиан ценил их преданность друг другу больше всего. Сквозь редкие слёзы он улыбнулся, обнял обоих альф, прижался к ним, слушая учащённое биение сердец. Возможно, они правы, пройдёт время, и Уильям займёт место отца, возможно женится на своей работе, а может встретит прекрасного омегу, которого полюбит всем сердцем, и тогда Дэмиан лишь надеялся, что сумеет достойно принять его. Или Сэмюэл найдёт кого-то удивительного, с кем захочет провести всю жизнь, и придётся уступить. Дэмиан не до конца осознавал, как ему важно находиться рядом с семьёй де Вер и нет разницы, как супруг одного из сыновей или даже просто прислуга, просто оставаться рядом, проживать с ними каждый день и делать их жизнь лучше.        Дэмиан прижимался к Сэмюэлю и Уильяму, ощущал тепло их кожи, горячее спокойное дыхание и почему-то чувствовал себя на удивление счастливым, будто они перешли какую-то черту, сделали новый, тяжёлый и очень важный шаг. Странно говорить на такие откровенные темы и не чувствовать себя виноватым или обязанным что-то сделать, ещё и когда разговор состоялся не между омегами, признанными чуткими созданиями, а в первую очередь между альфами. Ими Дэмиан гордился не только как личностями, но как своими альфами, между которыми может быть однажды придётся выбирать, а может они никогда не изменятся и судьбоносный момент никогда не настанет.        Чтобы плавно завершить трепетный момент, Уильям поцеловал Дэмиана в макушку, брата потрепал по волосам и нежно улыбнулся каждому из них, надеясь, что разговор не оставит то печальное послевкусие, как это часто происходило. Сэмюэл ответил взаимной улыбкой, чуть неловкой, но очень открытой, он не сердился, даже за то, что Уильям откровенно назвал себя лучшим, а Дэмиан, пусть ощущал себя неловко, ведь выступил причиной раздора между братьями, попытался сделать вид, что всё в порядке, но что-то в глубине души улеглось не до конца. Скорее всего, Дэмиана тяготило осознание того, что он внёс раздор в нерушимые братские узы, с другой стороны, возможно, хорошо, что это произошло именно сейчас и из-за человека, с которым можно обсудить вопрос напрямую.        Вместе с Уильямом и Сэмюэлем Дэмиан лежал в постели, прижимался к ним, будто боясь хоть на секунду отпустить и потерять альф, своих замечательных альф, которых Дэмиан хотел стать достойным и, может, тогда не придётся выбирать. Сейчас Дэмиан не мог думать об этом. Может, однажды настанет день, когда придётся решить, но до тех пор Дэмиан мечтал посвятить каждую секунду своей жизни тем, кого любил, не только Сэмюэлю и Уильяму, и не только семье де Вер.        После завтрака, за которым Дэмиан внимательно следил за Уильямом и Сэмюэлем, их общением, он поверил, что всё действительно хорошо, в качестве извинения Сэмюэл даже запёк Уильяму сёмгу, как тот любил, хотя сам Сэмюэл терпеть не мог запах рыбы и вообще возиться с ней. Проникшись теплотой общения со своей семьёй и неожиданным пониманием, что дорогих людей можно любить по-разному, не обязательно состоять с ними в отношениях, Дэмиан позвонил Джозефу с предложением встретиться, немного прогуляться и объясниться по-настоящему, а не обойти все острые углы, надеясь, что врезаться в них больше не придётся. Уильям и Сэмюэл вызвались проводить своего ненаглядного омегу, а заодно самим немного наладить отношения и провести время наедине друг с другом впервые за долгое время.        Никогда прежде Дэмиан ощущал себя настолько свободно, настолько спокойно и не до конца верил, что столько лет не понял столь простую вещь, не мог осознать, что у любви не одна форма. С кем бы ни общался близко, пусть до появления семьи де Вер их насчитывалось всего двое, Дэмиан начинал влюбляться, желать близости, в том числе интимной, и лишь внешние обстоятельства позволяли устоять перед искушением — Ноа состоял в браке, а отношения с Джозефом изначально находились под запретом. Но не обязательно влюбляться и пытаться влюбить, можно просто общаться, можно просто любить, как родителей, как друзей, как дорогих сердцу людей без необходимости мечтать о большем.        Водитель остановил машину недалеко от торгового центра, и Дэмиан вышел, вложив руки в ладони Уильяма и Сэмюэля, каждый одарил омегу нежным поцелуем, на что тот ответил взаимностью. Что-то внутри Дэмиана трепетало от беспокойства, однако он верил своим альфам и не боялся, если вдруг один из них перестанет являться альфой, а может и оба. Это не страшно, Дэмиан всем сердцем любил Уильяма и Сэмюэля, и понимал, что останется с ними в любом случае. Дэмиан погладил каждого по щеке, пытаясь передать свои надежды и трепет. — Хорошо проведите время. — Вы тоже, — Сэмюэл поцеловал Дэмиана в щёку, в другую — Уильям. — Позвони, когда тебя забирать. — Обязательно.        Стоя рядом друг с другом, Уильям и Сэмюэл провожали взглядами своего омегу, и понимали, что ради него, а главное, друг ради друга, готовы терпеть желание присвоить Дэмиана к себе до тех пор, пока что-нибудь не изменится. Альфы не ушли, пока Дэмиан не подошёл к своему другу, на вид нахальному, но позитивному омеге, с которым Дэмиан обменялся объятиями. Джозеф глянул на альф возле машины, позволил себе поинтересоваться: — И какой из них твой?        На вопрос Дэмиан хитро ухмыльнулся и безмолвно зашагал вперёд, чем заинтриговал. Джозеф подбежал к другу, заглянул в его глаза. — Они же не оба твои?        Но Дэмиан вновь ответил загадочной улыбкой и этого оказалось достаточно для понимания. — Вот чёрт... Значит Нику я проиграл. — И что проиграл? — Свою гордость, — посмеялся Джозеф, не в силах признаться о ставке их спора.        Впервые Дэмиан мог общаться с Джозефом, не мечтая почувствовать его прикосновения, не желая поцеловать, даже после всего, что произошло. То, что было в «Связи», вызвало одиночество, но Дэмиан только теперь понял это, только теперь полностью избавился от подавленного влечения к Джозефу даже после их разговора, после отношений с Уильямом и Сэмюэлем. Раньше Дэмиан не знал такой любви, но после ссоры и разговора с Уильямом и Сэмюэлем словно повзрослел и лучше понял себя и отношения в целом.        Практически весь день Дэмиан и Джозефом провели вместе, как и Уильям с Сэмюэлем. Они не забыли о вчерашней ссоре, но впервые с момента покупки забыли об омеге, наслаждались компанией исключительно друг друга, как не происходило, на самом деле, уже давно. И оба альфы поняли, что этого не хватало, иногда им необходимо оставаться наедине, вспоминать, что пусть они конкуренты за сердце Дэмиана, остаются братьями и друзьями, могут заниматься всякой ерундой, обсуждать кулинарию и искусство, глядеть на животных в зоомагазине и не пытаться соревноваться друг с другом. Ближе к заходу солнца Уильям и Сэмюэл получили сообщение от Дэмиана, что через полчаса его можно забирать домой, и омегу альфы ждали на месте встречи, наслаждались коктейлями и разговаривали о вещах, про которые на долгое время забыли, гадали, что же задумал мама — он написал, что сегодня сделает небольшое объявление за ужином.        По пути домой Дэмиан рассказывал о том, как прошёл день, показал фото пушистой собаки и уток на озере, а затем принялся расспрашивать, как пообщались Уильям и Сэмюэл, пусть всё понял по их поведению — создавалось впечатление, что они поговорили по душам и решили все вопросы друг между другом, наконец начали общаться так же, как в момент первой встречи с Дэмианом, а может и задолго до неё. Он позволил себе успокоиться, веря, что всё будет хорошо, что Уильям и Сэмюэл никогда не бросят друг друга, и Дэмиан обещал себе, что сделает всё, чтобы так оставалось.        Сегодняшний ужин стал для Дэмиана особенным, ведь отношения Сэмюэля и Уильяма остались прежними, их чувства к Дэмиану укрепились, а сам он проникся доверием к Артуру и Леонарду, своим родителям, пусть и названным. Обычно именно Леонард делал заявления на ужине, или просто желал приятного аппетита и как рад, что они вместе, однако, вместо того чтобы сказать привычную небольшую речь, Леонард неожиданно встал из-за стола с бокалом в руке, постучал по нему ложкой, привлекая внимание. Воцарилась тишина, почти торжественная и несколько настороженная — никто не понимал, почему Леонард повёл себя настолько официально. Между тем он улыбнулся. — Мои милые, это прозвучит неожиданно, но я бы хотел сказать кое-что, — начал Леонард и поглядел на Дэмиана, заставив того затаить дыхание. — Дэмиан, ты удивительный омега, и я не могу представить никого, кто бы подошёл Уильяму и Сэмюэлю лучше, чем ты. Впереди много лет, мы будем меняться, особенно вы, молодые, — улыбнулся Леонард, и альфы тихонько посмеялись, Уильям потрепал брата по плечу, — но я уверен, что однажды ты станешь частью нашей семьи как супруг Уильяма или Сэмюэля. А пока этого не случилось, я хочу, чтобы ты знал, ты уже наш сын.        Что-то подсказывало Дэмиану, что нужно ответить, сказать хоть что-то на столь нежные слова, хотя бы улыбнуться, поблагодарить, однако он не сумел из-за слёз, подступивших к глазам, из-за пересохшего горла, сбившегося дыхания, и де Вер отнеслись к этому с пониманием. Уильям и Сэмюэл аккуратно обняли Дэмиана, Сэмюэл подал салфетку, чтобы Дэмиан утёр слёзы, а Леонард приподнял бокал. — За тебя, Дэмиан.        Борясь со стеснением и безграничным счастьем, Дэмиан поднял стакан, поддерживая тост, и силился не заплакать ещё сильнее. Прежде никто никогда не говорил Дэмиану столь чудесных слов, а потому он не знал, как именно среагировать, но ладонь Уильяма на плече, Сэмюэл, держащий за руку, успокаивали, а особенно выражение лица Леонарда, нежное, любящее, такое доброе. Поддавшись эмоциям, Сэмюэл поцеловал Дэмиана в висок, обнял немного крепче и прошептал: — За тебя, Дэмиан, самый чудесный омега.        Уильям поддержал речь, тоже приподняв бокал, видел, как Сэмюэл глядит на Дэмиана, как бережно стирает его слёзы, и предполагал итог отношений между ними тремя, хотя сделал это уже давно. Для Уильяма Дэмиан оказался первым, в кого он так влюбился, в красивого, милого, доброго, утончённого, однако в глубине души, пусть пока что не хотел признавать этого, Уильям знал, с самого начала знал, что Дэмиан станет серьёзным испытанием. Пусть Уильям с братом с ранних лет делились всем, что имели, уступали друг другу в чём только могли, хвалили и поддерживали, они не могли спокойно принять факт, что придётся делить омегу, отдавать его, позволять целовать другому, пусть даже брату. И своим братом Уильям дорожил, как никем другим. Он уже принял решение, но пока Сэмюэл позволял, Уильям решил насладиться любовью Дэмиана, пусть даже эта любовь продлится всего несколько месяцев, а может и недель. Сильнее Дэмиана Уильям любил лишь одного человека, и намеревался сделать всё ради его счастья, пусть даже отказаться от омеги.