Ты больше не человек, Райли

Крепкая рука Дами сжимала моё плечо всё сильнее, но по началу я этого не замечала. На лице было беспокойство, но рубиновые глаза смотрели на меня, словно стараясь проникнуть в мой разум.. И завладеть им? Да, точно, именно это читалось в столь могущественных очах парня. Глаза явно выбивались из всей этой миловидной картины. " Истину возможно скрыть во всём, в движениях, жестах, мимике, словах, но не в глазах. Малышка Райли, глаза всегда говорят правду.. ", – повторяла я из раза в раз слова своего покойного отца. – Глаза всегда говорят правду.. – непроизвольно прошептала я, после чего закрыла рот ладонью, в надежде, что Дамианос этого не услышал. Он всё прекрасно уловил, после чего в его глазах появился.. Страх? Страх за что? Или за кого? Мне стало невероятно стыдно, ведь я заподозрила юношу в нечестности, заставила его волноваться, а потом и испытывать страх. Разве после такого меня не должны были швырнуть в горящий котёл? Хотя после пожара не думаю, что мне был бы такой котёл страшен. Скорее я бы в нём купалась, будто в джакузи, как со своими подругами давным-давно.. Эх, как же я скучаю. Нет такой благородной скорби, как на лице Дами, когда он говорил о Павлине и о первом пребывании в Верху, скорбь была ужасной. Она заставляла ком в моём горле нарастать, превращаясь в непреодолимую преграду для свежего ночного воздуха. Принуждала пробиваться телу на грубую дрожь, а голову вновь вскружиться. Слёзы проступили на глазах сами собой и стали капать в абхаву одна за другой. " Э-э-эй.. Ну-у-у же…. Малышка Ра-а-а-айли.. Переста-а-а-ань… Ты больше-е-е не чело-о-овек.. " – наконец в словах Нечто появились какие-то чувства, и это было сочувствие, такое чистое. Нечто привстал передо мной, как сопереживающий родитель своему ребёнку. И это было безусловно приятно, хоть и последняя фраза мало утешала меня, а больше придавала снова горечи о прошлом. – Нам нужно вернуться, нас потеряют.. Давай, давай, нам нужно двигаться! – с нежностью произнёс Дами. Вдруг я почувствовала ту силу, с которой было сжато моё плечо, от которой я вздрогнула. – Это, – сам испугавшийся своим же поступком, повысив тон вымолвил парень, – Извини. – Летим. – отрезала я, и развернувшись к Дамианосу спиной, взмахнула крыльями. Каждый взмах доставлял мне невероятную режущую боль, но я старалась не выдавать того. Ссадины от первичных крыльев только зажили, как я обрела вторичные. Подожди.. Первичные крылья! Почему я ничего не помню о них, да и вообще о том, как выбралась на поверхность? – Как я выбралась из бедны? – не взглянув на Дами, выточила я. – Как только ты появилась там.. – помедлил парень, будто не вспоминая события, а не желая рассказывать о них. – Ты в миг взлетела. На своей памяти я не застал момента, чтобы кто-то делал это так быстро.. Позже ты просто потеряла сознание. – Но я ничего не помню.. – Я хорошо понимаю твоё недоверие, но там было много нелюдей, включая Павлину, можешь спросить у неё. – пытаясь докричаться до меня сквозь располосовывающийся крыльями воздух, поведал Дамианос. – Ты стала целым представлением для местных зевак. Я посмотрела на него, дожидаясь пояснения, о каком представлении он говорит. – Твои глаза.. Они были непостижимо горящими, светящимися, желтее солнца. Мы молчали, добавить было нечего. Я правда больше не человек, Нечто прав.. Пора бы уже привыкнуть к такому. Но я стала "представлением для местных зевак", а значит раньше такого существа не видели, либо видели очень давно, это одно из множества факторов, которые меня пугали. Почему именно я? Чем я провинилась? Разве я виновата в том, что рождена Небесами? " Верх не даёт нам то-о-о-о, с чем мы бы не спра-а-а-авились, Ра-а-айли…. " – низкий баритон вновь раздался в уголках моей головы, которая и без того была до краёв забита знаками вопроса. – А мои крылья..? – Мы на месте. – прервав меня на полуслове, и не собираясь отвечать на вопрос, выпалил Дами. Я наконец посмотрела вперёд. Перед нами было поражающее своими размерами здание. Как архитектор я не могла не подметить, насколько выточенными были его изгибы. Оно было жемчужного.. Молочного.. Какого оно вообще было цвета? Нельзя было выделить один. Оно мерцало разными оттенками белого, цепляя взгляд ещё больше. Множество окошек постройки горели, будто приветствуя нас. Колонны у входа извивались, как языки пылающего огня. Крыша была обрамлена статуями. С одной стороны благовестный ангел, с нимбом на голове, что было довольно приземлённо, я ожидала увидеть что-то более величественное. Ангел держал в руках кинжал у своего же горла, а в другой – раскрытую книгу, из которой вылетали неподдающиеся никакому точному описанию существа. Они были похожи на призраков и выглядели обезображено, но с такой невероятной надеждой летели наверх, как люди в том пожаре, где я и погибла, которые метались по комнате, кричали и молили о помощи.. Дьявол же выглядел более воинственно, на фоне ангела. Рога на его голове ветвились, что придавало демону всё больше враждебности. Он прибывал в стойке нападения, удерживая руками длинную двустороннюю саблю. Лезвие рассекало тело существа насквозь, но он всё же был готов сражаться, даже в угоду себе самому. В совокупности статуи выглядели так всесильно и повелительно, что при взгляде на них, ощущалась вся собственная крошечность и беспомощность. Это пугало и восхищало одновременно. – Красиво.. – изрекла я, обводя взором каждую часть школы. – И века не хватит, чтобы всем насладиться. – С улыбкой шепнул Дами, словно самому себе. Вскоре мы подлетели к заведению, нас встречали огромные античные ворота, побольше тех, которые я отворяла у лазарета. – Они не тяжёлые, не волнуйся так. – усмотрев моё удивление, вымолвил парень, и слегка докоснувшись до дверей, открыл их. Внутри всё казалось ещё более восхитительным. Вокруг копошились ангелы, демоны, Апокрифики, учителя. На стенах висели картины неземной красоты, Айвозовский где-то стоит и курит в уголке. Я подошла к одному из творений, название которого твердило "Зарождение ужасного". На полотне было изображено существо, взмывшее в воздух, у него были невообразимо большие крылья, перья которых разлетались в разные стороны, разрезая своей прочностью лица других ближестоящих нелюдей. Руки твари были разведены, показывая свою властность над всем проиходящим. Физиономии вокруг находившихся свидетелей действа были разными, у кого-то – неподдельные страх и кошмар, кто-то восхищался, а кто-то злорадствовал. Но глаза сущности.. Они были блестящими, освещая всё вокруг аметистовым мерцанием. Такие же.. О коих говорил Дамианос, только фиолетовые. Мне стало жутко, я деспотично скорчилась, и перевала взгляд на другую картину, дабы отвлечься. Название говорило "Стрекоза". Я тут же затрепетала своими исполинскими крыльями, будто напоминая себе какие они. – Стрекозиные, мать его, крылья. – со значительной раздражительностью высказалась я, но продолжила осматривать иллюстрацию. В ней стояла на коленях девушка, с оторванными крыльями золотистого цвета, замызганными в крови. Она обхватывала их с такой любовью и обидой. В теле дамы красовались насквозь проткнутые вилы и копья. Мои крылышки принялись колебаться сильнее. – Ты чего? – испуганно роптал уже знакомый голосок. Я резко повернулась, на лице выражался взаправдашний не покой. – Ясно, – произнёс Дамианос, взглянув на картину позади меня. – Пошли, мне нужно тебя проводить до комнаты. Я покорно двинулась за парнем, оставляя одинокие картины в холле, которые будто так и пророчили моё будущее. Зарождение ужасного.. Вырванные крылья стрекозы.... Меня все здесь решили коллективно ненавидеть?