Красное сердце

Голова была словно из ваты. Никогда ночные посиделки для меня не проходили бесследно. Хорошо хоть Алексей толкал меня, когда проходила начальница и надо было срочно проснуться. А ещё варил мне кофе весь день. И чего он со мной носится? Вечером отвёз домой. - Уложить в кровать? – спросил он у калитки. - Может как-нибудь в другой раз – обрубила я его инициативу. - Ловлю на слове. - От тебя никто живым не уходил, да? - Неудовлетворённым - никто. - Ты перегибаешь. - Извини. - У нас ничего не будет, я же сказала. Можешь не стараться. Девчонок в офисе полно, спи с кем хочешь, я ревновать не стану. - Правда? - Ты серьёзно думал, что у тебя будут проблемы, если ты будешь не со мной? Он ничего не ответил, но смотрел внимательно. - Правда. Мне ты должен только работу. Дура – обругала себя я, едва отвернувшись. И была права. Все последующие дни, наблюдая, как он флиртует с девчонками, как они забрасывают его комплиментами, я с горечью осознавала, что могла быть на их месте только потому что мне повезло изначально, а я так глупо это профукала. Приближался новый год, а за ним Рождество. Есть у нас на работе такое правило: на Рождество отправлять подарки от тайного Санты, а потом гадать от кого же это было. Это весело и прикольно. Есть ещё одна фишка: подарок должен быть открыт при всех. Я бы назвала Рождество - праздником честности. Девчонкам я подарки подобрала, начальнице присмотрела ручку «Время действовать», выполненную в виде лопаты, воткнутой в кусок неопределённой субстанции. Она и так слишком деятельная, в этом и ирония. Остался Алексей. Он был по-прежнему вежлив, видимо, так воспитан, но подвозить домой и оказывать другие явные знаки внимания перестал. Жалела я об этом только первую неделю, пока девчонки не сплотились в женский комитет «поматросил и бросил». Он их, собственно, не бросал, всё так же общался в их компании, но на ком-то одном останавливаться явно не собирался. Я, внутри, торжествовала и радовалась тому, что не угодила в ловушку первой. Если кто-то из «бывших» не хотел его видеть, он не навязывал своего общества, переходил общаться с другими. Его можно было застать на любом из четырёх этажей нашего офисного здания, всегда улыбающегося, шикарно одетого, модно подстриженного, пахнущего так, словно ты внезапно умерла и оказалась в раю. Как он и рассчитывал, солидарность среди девушек долго не продержалась. Кто-то простил его и снова зазывно строил глазки, кто-то решил мстить всю оставшуюся жизнь. Он за это время успел достаточно хорошо разобраться в нашей работе. И в письмах, и в строительных элементах, и, даже в сметах. Парень он оказался совсем не глупым, только очень свободолюбивым. Итак, что же ему подарить? Из розовых облачков фантазий меня достал строгий голос начальницы. - Где сметы? - Готовлю. - Уже неделю готовишь. До конца дня должны быть сделаны. Год заканчивается, нам же деньги выделены! - Знаю, я всё сделаю. Пришлось остаться на работе на ночь. Алексей, перед уходом, бросил на меня взгляд, как будто тоже хотел остаться, но не остался. Домой пешком по холоду и темноте я не пошла, осталась спать в приёмной на диванчике. Восьми ещё точно не было, потому что мой будильник должен был зазвонить в полвосьмого, но дверь открылась и кто-то вошёл. Я сонно подняла голову, увидела кто и снова закрыла глаза. - Чего так рано? – пробормотала я. Вдруг, к моему лицу прижалось что-то очень холодное: снег или лёд. Я, взвизгнув, подскочила. Алексей засмеялся, держа в руке остаток подтаявшего снежка. - Снег пошёл – сказал он счастливо, как мальчишка. - Любишь снег? - Тебя люблю. Он прижал меня к себе и его губы оказались на моих, холодные и жадные. Я совершенно растерялась, покраснела. Стало очень жарко. Совсем не соображала, что делаю. Вроде пыталась оттолкнуть его, но отвечала, не могла не ответить, и чувствовала, как его губы согрелись, тоже стали жаркими. По коридору простучали каблуки. Я и не сообразила, что это к нам, зато он вполне сообразил. Усадил меня на диван, а сам отошел к кофемашине. Зашла Олеся Александровна и поняла, что я здесь ночевала. Кинула на меня недовольный взгляд и прошла к себе. Алексей подошел ко мне и протянул чашку кофе. - Что ты делаешь? – вопросительно впилась я взглядом в его глаза. - Попей кофе. Я пыхтя взяла у него кружку и уставилась в неё. Стали приходить другие сотрудники. Алексей сварил кофе и себе, устроился с ним за компьютером и стал работать. Я перебралась туда же, но краска не покидала щёки. - Ты красная. У тебя температура? – спросила Юля. - Я не знаю, может быть пройдёт – отвечала я. - Давай я тебе чая горячего сделаю. - Не надо, у меня кофе есть. – я продемонстрировала кружку. - Ладно, если что, обращайся. А вообще, иди-ка домой, ещё перезаражаешь нас всех перед Новым Годом. - Я не заболела, это от работы. Много дел. - Ну смотри. Сегодня я постаралась сделать как можно больше днём, чтобы не оставаться на вечер и не дать Алексею возможности… Вскочив с рабочего места ровно в пять, я выбежала из здания вместе со всеми. Завтра последний день. Все будут дарить подарки, а я так и не купила ничего Алексею. Хороший подарок надо было выбирать загодя, а в последний вечер что можно купить? Я зашла в супермаркет. Там было много милых статуэток, ёлочных шариков, игрушек, масок, разных украшений. Я выбрала ледяное сердце. Твердое, красивое, всё в льдисто -голубых разводах и совершенно бесчувственное. Я не утверждаю, что у Алексея именно такое, но если он получит его то поймет… поймет, что не надо мучить меня больше. Пришла домой, забралась в горячую ванну, положила возле себя обледеневшее сердце и стала смотреть. Потом убрала с глаз. Включила музыку и закрыла глаза. Колени сами прижались к груди, как будто это он прижимает меня к себе. Тебя люблю… Тебя люблю… Пришла на работу позже всех, чтобы не остаться наедине с Алексеем. Настроение было откровенно не рабочее, хотя Олеся и требовала поработать хотя бы до обеда. Поставили коробки из - под бумаги, у нас их полно, на каждой написали имя. Все складывают в них подарки. Открывать будем на обеде. Будет постановка, конкурсы, потом уходим на Рождественские каникулы. Я хотела положить свой подарок в коробку Алексея, но он выхватил его у меня из рук. - Так не честно – проговорила я. - Ну и что. Я хочу посмотреть без всех. - Так нельзя. - Что там? - Я не скажу. - Ладно, сам узнаю. Он склонился над упаковкой. - Раньше обеда не открывать – раздалось сзади. – Это твой? – спросила у меня Марина – он же должен быть тайным. - Он забрал. – пожаловалась я. - Ага – пропела она. – Значит мы сейчас его заберём и обернём в другую упаковку, а ты пока отведи Алексея в сторонку, чтобы он не подсматривал. Я отошла с ним к окну. - Что там? – спросил он снова. - Я не скажу. - Как ты относишься ко мне? - Как к сотруднику. - Неправда. - Правда. - Ты не должна меня бояться. - Я не боюсь. - Если бы я мог исполнить твоё желание, что бы это было? - Чтобы ты больше не мучил меня. Он отвел глаза и уставился в окно. - Алексей, можешь выходить из своего угла. - весело позвала его Юля - Помоги нам сдвинуть столы. - Конечно. Начались сценки. У каждого была своя маленькая роль. Потом пошли конкурсы. Было весело. Потом Санта Клаус, в которого нарядили Алексея, нарисовав помадой красные щёки на его всегда аристократически-бледном лице, вынес мешки с подарками. Он почти натурально сокрушался о том, что совершенно не знает что там за подарки, но если кто-то был хорошей девочкой или мальчиком в этот год, то ничего неприятного он не получит. Он доставал из поименованных мешков поочерёдно подарки и раздавал и все открывали их сразу. Чего там только не было. Дошло и до лопаты для Олеси. Все так с неё хохотали, что она вычислила меня по отличающемуся от всех выражению лица. Задумалась и усмехнулась. - Санта, а мы тебе тоже приготовили подарки. - Правда? – на его лице отразилось непритворное волнение. - Да. Не могли же мы не отблагодарить тебя за этот праздник. - Ну спасибо. Марина подвинула коробку к его ногам и все в ожидании принялись следить за тем, как он открывает подарки. Шарф, перчатки, тапочки, носки, брелок для ключей, платок в нагрудный карман, набор фляги и рюмок, красное, пылающее сердце. Я увидела и бросила взгляд на девчонок. Они довольно захихикали. - Дуры вы – сказала я вслух. Они стали ещё более довольными. Алексей смотрел на меня в упор, держа ярко красное сердце в руке. - Это не я его красила – сказала я ему. Под наклеенной бородой губы изогнулись, глаза сияли из-под надвинутой на них шапки. - Мне всё равно – поговорил он – Это мой подарок. - Не от меня. - Ну ясное дело. Девчонки прыснули со смеху. Я тяжело вздохнула. - Но если кто-то признается чьё это, то с меня летом прогулка на яхте. Девчонки завизжали. На меня он даже не глянул. Но никто из них не решился сказать, что сердечко – её, только завистливо смотрели в мою сторону. Я криво усмехнулась и молчала. Так не достанься ж никому. - Шампанское в морозилке, наверное, лопнуло – спохватился Алексей. Все ринулись к холодильнику. Остались мы вдвоём, друг напротив друга. Он ни о чем не просил, только смотрел. Я не смотрела. Ходили слухи, что его переводят куда-то после Нового Года. Возможно, я последний раз вижу его. И именно поэтому, может быть, он так усердно меня добивается. Пропади ты пропадом – стучало в голове. Я не поднимала глаз и не собиралась позволить ему добиться того, чего он хотел. Понимала, что после этого мне будет только хуже. Закончился наш маленький корпоратив. Алексей не пил, он за рулём. Мы понапивались, лично я – с горя. После окончания решила пройтись пешком. На повороте меня обогнала знакомая машина, перегородила путь. Алексей выскочил из неё, подхватил меня на руки и затянул на заднее сиденье. Пальцы его зарылись в мои волосы, губы твердо припали к моим губам. У меня всё закружилось в голове. - Сладкий мой – услышала я собственный пьяный голос и мне стало стыдно. Я попыталась высвободиться из его рук, но он не отпускал. – Я не хочу на один раз. - жалобно выдавила я - Лёшенька, я не выдержу. Он застонал мне в губы, останавливая себя, уперся лбом в мой лоб. - Я никого так не хотел. Просто с ума схожу – шептал он. -Прости, я не могу. - Отец переводит меня после Нового Года. - Так я и знала. Он возбуждённо дышал в моё лицо, но больше не прикасался, пытался остыть. - Отвезу тебя домой. - Я сама могу. - Отвезу. Он выдавил сцепление и машина тронулась. У дома, когда я вышла из машины, он легко толкнул меня спиной к калитке, не давая открыть. - Не могу отпустить тебя. - проговорил он. - Завтра сможешь. Представь, что уже завтра. - Не хочу. Его губы терлись о мои, были такими желанными и я знала, что они предлагают рай. Только поцелуй – пообещала я себе – поцелуй на прощание. Руки сами обняли его за шею. Сладкий мой – снова едва не сорвалось с губ, но я сдержалась. Он стал вжиматься в меня бёдрами, ритмично. Вот и хорошо – думала я. Пусть кончает и едет домой. Он что-то ласково шептал мне на ухо. Я не понимала слов, чувствовала только прикосновения. Сладкий. Сладкий. Мои ноги сами собой обвились вокруг его бёдер. Он подкинул меня выше, сжал и зашёлся в быстрых, неукротимых толчках. Калитка поскрипывала металлом, холодный ветер завывал, но холодно не было. Его темп ослаб и, вскоре, он вовсе остановился. Спустил мои ноги вниз и стоял прислонившись. «Езжай домой, любовь моя» - говорила я про себя, но наружу ничего не выходило. - Пригласи меня в гости – попросил он. - Нет. - Я не хочу уходить. Хочу остаться с тобой. - Насколько? - Я не знаю. - Когда будешь знать, тогда поговорим. - Такое невозможно знать. - Но возможно иметь намерение. - Я хочу быть с тобой – вот моё намерение. Я не вру и не обещаю того, в чём не уверен. Я не желаю тебе зла. Мне захотелось разреветься, как маленькой девочке от бессилия. Что бы он ни говорил, я ведь знаю какой он и знаю, что буду страдать с ним. Но он не сдастся. Похоже, он никогда не сдаётся. Выдержу ли я такое противостояние? Пришлось применить хитрость, сделать вид, что мне хуже, чем на самом деле. Он заботливо проводил меня в дом, понашаривал везде свет, уложил на кровать. Будет приставать? Я лежала не шевелясь, не открывая глаз. Вышел и я отключилась. Утро. Я открыла глаза. Но что это? Спина Лёши перед моим носом. Мы под одеялом, не раздетые. Я затаила дыхание от удовольствия. Он остался со мной, был со мной всю ночь, возможно, обнимал. Я бы хотела, чтобы обнимал. Он, похоже, отметил моё сбившееся дыхание и повернулся. Кристально ясные глаза уставились на меня. - Мне понравилось спать с тобой – поговорил он и фривольно сунул колено между моих ног, но больше не сделал ничего, только смотрел в лицо. - Я проиграла – призналась я. - Нет. - Не хотела участвовать в твоих похождениях, но ты такой сильный, что мне не устоять. - Я никого не беру силой. - Не физическую имею в виду. Ты давишь на моё решение своим и твоё оказывается сильнее. - Просто потому, что я мужчина. - Тогда делай быстрее то, зачем оставался и уходи. Он обиделся. Это было так явно, что мне аж стало не по себе. Ни разу он так не обижался на меня, что бы я ни вытворяла. Встал с кровати. Лицо очень холодное. Совсем лишилось живости и тепла. Накинул пальто и вышел. Вот так. Я пересилила его силу. Счастлива теперь? По крайней мере могу быть довольна тем, что добилась чего хотела.