Save Me

Вот мы и в Париже. Красиво здесь, не правда ли? Присаживайтесь поудобнее и заказывайте кофе, я продолжаю повесть. — Блять, вот как знал же, что нельзя ему доверять, — да простите юноше его ломанный французский, — вот чего ты такая наивная, а? — мальчик с карими глазами теперь мирно сидел на подоконнике одного из коридоров государственного учебного заведения, пытаясь завязать разговор с пострадавшей от действий Коди Крамера. Лин всё сидит на корточках, оперевшись о стену, и не находит, что ответить. А что отвечать? Сама всё понимает. Для себя парень уже всё решил: он вовсе был не добрый в тот момент, когда давал Коди уйти. Времени зря не терял, физически теперь он гораздо более сильный, чем был, когда уезжал отсюда. Отличная живая боксёрская груша будет у него сегодня на тренировке. Только Лин это знать необязательно. — Нет, я не виню тебя, — добавляет юноша чуть погодя, — Просто очень беспокоюсь. И снова молчание. Ему уже и говорить то неловко, столько времени не виделись. Чужие, считайте, люди друг другу стали. Лин и говорить не собирается. Предпочитает в молчанку играть: правила простые, никаких загвоздок. А возможно просто до сих пор от шока не отошла. Глядит в одну точку, практически не моргая, глаза стеклянные, а в голове, кажись, ветер гуляет. Хотя нет, какой там ветер, тяжёлый густой туман осел на задворках сознания вязкой пеленой и теперь морочит ум. — Хах, — задумчиво улыбается мальчик, — А я имидж сменил. Мне идёт? Наивно полагать, что героиня наша произнесет за сегодня хоть слово, но парень просто решил пустить всё на самотёк. Давно не было в его жизни людей, кому можно было рассказать о том, как день провёл, поделиться чем-то не существенным, не важным вовсе. — Она говорила мне не идти к родителям, и представляешь, — снова короткий смешок, — я послушался. Я же правильно сделал? Да, правильно, — продолжал он беседовать с самим собой. — Пытался новую жизнь начать, у меня действительно начало получаться. А приехать решил просто за пару минут. Просто в голове щёлкнуло что-то и всё. Можешь представить? Боже, ощущаю себя сейчас, как сумасшедший. Подумать страшно, что было бы, если б не успел. — Спасибо, — произнесла всё же девушка, а мальчик с карими глазами спрыгнул с подоконника и неслышно приземлился возле дамы, обратив на нее всё своё внимание. Сидит, подперев руки коленями, в упор без стеснения глядя на Лин. Наклонился слегка, осматривая опухшие от слёз щёчки. Долго глядел, а её это ничуть не смущало. «Наивность?» — подумаете вы. «Нет» — отвечу вам я. Это типичное доверие. Лин доверяет сидящему рядом человеку, знает, что он не тронет её более, потому что у мальчика есть не только сердце, но и разум. — Ты красивая, — скорее констатация факта, чем комплимент. — Спасибо, ты тоже, — ответ, более подходящий для «молодец», когда дело касается командной работы. — Тебе сейчас… нужно побыть наедине или что-то вроде того? — осторожно интересуется парень, осознавая, в каком состоянии может пребывать сейчас девушка. — Нет, пожалуйста, — со страхом в глазах произносит Лин, чуть не подорвавшись с пола. — Ладно, — словно делая одолжение, парень продолжает сидеть на бетонном полу, но каждому известно, что он более чем рад остаться здесь и приглядывать за наивной малышкой Лин. «Успел», — вечно крутится в его голове, а злость к Коди Крамеру растёт с удвоенной силой. «Успел». Ну, как вам Париж? Следующее место встречи назначаете Вы, а я с нетерпением подожду, ведь рассказать мне вам есть что.